Глава 63

Теперь же мы перемещаемся в место, где рассаживаемся за столы, и я желаю попробовать всё по максимуму. Наместник то и дело подкладывает мне какие-то блюда, надеясь, что я угадаю, что это. Кажется, он нашёл себе новую игру.

В какой-то момент в большом зале случается невероятное: в качестве свадебного подарка один из солдат генерала привозит его невесте потерянного брата. Смотрю на воссоединение, как он бросается к ней, она падает на колени, и слёзы появляются в глазах невесты. Многие в замешательстве, кто-то утирает слёзы, и я сжимаю зубы, чтобы не последовать за другими, потому что иначе моя ложь будет раскрыта.

К вечеру всё заканчивается, и мы снова размещаемся в одном экипаже, потому что наместник должен отвезти меня домой. Но как только оказываемся наедине, Зэйд набрасывается на меня, сминая в объятьях, и жадно целует, словно это единственное, что его сегодня заботило и, наконец, он может себе это позволить.

Не отталкиваю, лишь замираю на мгновение. Не от неожиданности, а от силы его напора. Его ладони горячие, уверенные, словно он боится, что я исчезну, стоит ему ослабить хватку. Экипаж качается на неровностях мостовой, колёса глухо стучат, но этот звук тонет где-то далеко, за пределами тесного пространства, наполненного его дыханием, а я отвечаю на его поцелуй сперва неторопливо, потом наращивая темп, пока сердце увеличивает бег.

- Вы играете с огнём, леди Рауна, - хрипло произносит Зэйд, отрываясь от моих губ лишь затем, чтобы заглянуть в лицо. - И, клянусь, мне всё труднее притворяться благоразумным.

Я касаюсь его груди ладонью медленно, будто проверяя, действительно ли он так взволнован, как кажется.

- Разве это я начала? - тихо отвечаю, стараясь, чтобы голос звучал ровно, и приподнимаю брови в вопросе. - Сегодня вы были тем, кто шептал мне на ухо опасные предложения.

Он усмехается, но в этой усмешке нет привычной холодной уверенности наместника. Здесь мужчина, который слишком долго ждал разрешения.

Его пальцы скользят по моей спине, останавливаются на талии. Он не торопится больше, будто понял, что спешка может всё разрушить. Поцелуи становятся медленнее, глубже, уже не жадными, а призывающими к нечто большему. Я отвечаю, позволяя себе забыть о свадьбе, о людях, о лжи, которую вынуждена поддерживать.

- Ещё немного подождать, - шепчу я, когда его губы касаются моей шеи. - Мы не одни в этом городе.

- Но в этом экипаже - да, - тихо возражает он.

Я улыбаюсь, ощущая, как дрожь проходит по телу не от страха - от предвкушения. И всё же удерживаю его за лацкан сюртука, не давая зайти дальше.

- Вы сами говорили о разрешении, - напоминаю. - Разве великий наместник станет нарушать порядок, который поддерживает?

Его взгляд темнеет.

- Я готов переписать все законы, которые запрещают сейчас же нам поддаться соблазну и любить друг друга.

- Тогда Акрион погрязнет в похоти, - говорю с усмешкой.

- Вы жестоки.

- Осторожна.

Несколько долгих секунд он смотрит на меня, будто решает: подчиниться ли правилам или своим желаниям? Затем медленно выдыхает и прижимается лбом к моему виску.

- Хорошо, Рауна. Я дождусь. И тогда вы будете делать всё, о чём я пожелаю.

- Звучит угрожающе.

Экипаж начинает замедляться. Я аккуратно поправляю платье, касаюсь губ, чтобы стереть следы поцелуев. Он помогает мне, проводя пальцами по моим волосам, возвращая их в безупречный порядок - так, словно между нами ничего не произошло.

Но когда колёса останавливаются, и кучер объявляет о прибытии, я знаю: это только начало. И, выходя из экипажа с поддержкой Зэйда, чувствую, как его пальцы чуть дольше необходимого задерживаются на моей ладони.

- Спокойной ночи, Рауна, завтра я займусь вопросом на счёт вашей лавки, послезавтра вы станете моей женой, а на следующий день мы сядем в карету и отправимся в Граффлинг.

- Чудесный план, - хвалю его, а потом понимаю голос. – Этой ночью я стану думать о вас. Доброй ночи, эрд Рауттен.

Я ухожу, но знаю, что раздразнила его ещё больше, а это значит, что я на правильном пути и совсем скоро Зэйд отдаст мне таль.