Глава 30. Адам

– Сегодня я еду в зообазу, – начал разговор, поглощая рыбу из своей тарелки.

– У тебя есть зообаза? – удивлённо спросила Альмаса, не донеся до рта кусочек запечённой форели на вилке.

– Этот факт тебя удивляет?

– Ты что, проводишь опыты над животными?! – я усмехнулся от такого предположения.

– Что смешного? – негодующе поинтересовалась она.

– Да вот думаю… в какой момент ты перестала здраво мыслить? «Зообаза» – это место, где содержат на передержке, диких животных. А то, о чём ты подумала, проводят в лабораториях. Кстати, у нас и лаборатория есть, правда пока временная. Команда специалистов разрабатывает стационарную лабораторию, по последним мировым технологиям, которая спонсируется из моих личных доходов. На всякий случай попробую тебя опередить, пока твои здравые мысли находятся в спящем режиме. Она будет предназначена для того, чтобы помогать животным, а не ставить над ними опыты.

– Я уже поняла. Не обязательно вести диалог в оскорбительной форме.

Откинулся в кресле, не отрывая руки от стола, в которых держал столовые приборы и, глядя ей в лицо, сказал:

– Ну, если ты позволяешь себе разговаривать в таком тоне со своим мужем, то и ответ будет равносильным, имей в виду.

Альмаса опустила свой взгляд и пожевав свои губы, произнесла:

– Прости, пожалуйста, я была не права.

– Совершенно верно, ты была не права. Будь добра в следующий раз, прежде чем что-либо сказать, подумай.

– Хорошо.

– Если ты закончила свой завтрак, иди собирайся, едешь со мной.

– Эм…

– Альмаса, иди собирайся.

– Да-да, конечно, – встала из-за стола и немного помедлив, обратилась ко мне:

– Я бы не хотела, чтобы ты сердился на меня.

– Всё в твоих руках, дорогая жена.

– Да… хорошо… ну тогда, пойду одеваться.

– Иди.

Ну хотя бы признаёт свои ошибки, уже неплохо. Я смотрел на её удаляющуюся походку. Лёгкий ветерок играл с подолом халата, развивая его, оголяя тонкие лодыжки.

«Получается, не доверяет, и что же делать? как завоевать твоё доверие, мой дикий ангел?».

Одевшись неофициально – в белую футболку и кремовые брюки спортивного кроя под летние кроссовки, ждал, пока моя жена выйдет. Появилась высокая и стройная фигура жены в небесной абайе с тончайшей вышивкой. Опустил взгляд на стопы ног, на них была белая обувь. Не в первый раз замечаю, что она предпочитает чаще остальных её, ближе к спортивной.

– Готова? – поинтересовался я после того, как она приблизилась.

– Да.

– Едем…

И снова напротив меня и снова смотрит молча в окно едущего автомобиля, я же, как наблюдатель, слежу за картиной, от которой тянет спать. Выглядим парой, уставшей друг от друга.

– Маса, что там за окном?

– Что? – непонимающе повернула ко мне голову.

– Ну что в этот раз показывают с той стороны окна, может что-то новое?

– Я не понимаю тебя. Совсем недавно ты меня учил, что надо спрашивать напрямую. Думаю, пришла пора и тебе воспользоваться своим же советом. Спроси напрямую, Адам, – съязвила Альмаса.

– Ты слишком языкатая для иламки.

– Извини, молчать не умею.

– Я тебя прошу всего лишь думать, когда открываешь рот, молчать как раз и не нужно, – взял её за руку и дёрнул на себя, пожалуй, слишком резко. Усадил на свои колени и сдёрнул с неё головной убор.

– Ударить меня хочешь? – глаза моей жены расширились в испуге, но через мгновение они стали бешенными, и она произнесла сквозь зубы, вцепившись в мою футболку, вонзая свои острые коготки. – Только попробуй, я тебя всего искусаю, места живого не оставлю!

Меня позабавила её глупая бравада, но она не должна себя вести так со своим мужем. Одним движением я уронил её спиной на диваны и навис сверху.

– Ну давай, – сверлящим взглядом смотрел ей в глаза.

– Что «давай»?

– Кусай! Или струсила?

– Я сделаю это… сделаю! – растерянный взгляд сменился на горящий.

– Ты много болтаешь.

– Ты это специально делаешь!

– Яснее, будь добра. «Специально» что?

– Провоцируешь меня, чтобы потом меня каким-нибудь изощрённым способом наказать!

– Ух ты… «Изощрённым способом наказать» Какие у тебя грязные фантазии.

Маленькие ноздри раздулись, а глаза смотрели на меня с прищуром. Кажется, я разбудил вулкан готовый взорваться. Перехватил её руки в замахе и зафиксировал над головой, – вот сучка… хотела меня ударить!

– Никогда не смей позволять себе подобного, – угрожающе произнёс ей в лицо.

– Ты специально это сделал специально, я не хотела… я вообще сидела молча и не трогала тебя!

– Почему?

– Что «почему»? –голос Масы становился тише по мере того, как моё лицо приближалось и остановилось в миллиметре от её губ.

– Почему не трогаешь? Трогай.

– Ты ненормальный?

– А теперь я себе задаю вопрос: «почему»?

– «Почему» что?

– Почему до сих пор тебя не наказал, за твой длинный язык.

– Отпусти…

– Поцелуй.

– Нет.

– Да.

Обхватил губы жены своим ртом в жёстком поцелуе, выбивая на прочь воздух из лёгких. Проникал влажным языком внутрь, обследуя каждый потаённый уголок её рта. Пытаясь вдохнуть воздух, открыла рот, давая волю моим действиям. Нет… не сопротивлялась, почти сразу ответила на поцелуй. Меня это завело, я толкнулся в неё затвердевшим пахом, поцелуй стал жёстче, в порыве Маса укусила меня за губу и сразу остановилась, не зная, как я отреагирую. Прервав наш поцелуй, какое-то время мы просто смотрели друг другу в глаза. Её ладонь потянулась к моей скуле, легко касаясь своими пальцами, Альмаса спросила почти шёпотом:

– Больно?

Водила пальцами по месту, где виднеется небольшой шрам, оставленный её зубами.

– Ты когда злишься очень страстная. Нет. Мне не больно, уже зажило.

– Ты вроде принц, а говоришь неприличные вещи.

– Принц – прежде всего человек может сквернословить и вообще, у него тоже должна быть личная жизнь.

–Хм… – она усмехнулась, не переставая водить по моему лицу подушечками пальцев. – Знали бы твои подданные, что ты вот так себя ведёшь, думаю, им бы не понравилось.

– Им и не нужно, людям свойственно иметь вредные привычки. Принцы, короли – не исключение. А личная жизнь, потому и называется личной. Это граница, в которой нет места подданным. Мы почти на месте, Маса.

Приподнявшись, потянул её за руку, чтобы помочь присесть. Присев поправила свои выбившиеся белокурые прядки из причёски и стала надевать головной убор.

– Давай помогу тебе, – повернула ко мне голову, удивлённо глядя на то, как я помогал ей с никабом. – Хочешь что-то спросить?

– Да. Зачем ты это делаешь?

– Ты моя жена, Альмаса. Разве нужны ещё какие-либо объяснения?

– Это не свойственно нашим мужчинам, Адам.

– Хм… Тогда цени своего мужа, Альмаса.