Глава 20 Мы вас не ждали, а вы приперлись

В ноутбук вечером некогда было заглядывать. Наташа его припрятала в надежном месте, как и свои рисунки, вместе с бумагой и красками. Она хоть и любила своих племянников, но дети есть дети, даже если сто раз скажешь «нельзя», то все равно сделают по-своему. Данное утверждение она усвоила ещё в детстве, когда родители запрещали делать что-либо.

Сидели все за столом, ели, пили, болтали. Дети поужинали и отправились в спальню, которую раньше занимали братья. Взрослые делились новостями, планами, обсуждали цены и политику.

— Вот дом большой, а как все собрались, так и вроде кажется маленьким, — улыбнулась мама.

— Я давно отцу говорю, что надо большую комнату отдыха к бане пристроить, — сказал Юра.

— Зачем? — махнул рукой отец.

— Ну вот мы приехали, там бы всей семьей поместились, чтобы ребятишки не мешались вам, — ответил мужчина.

— Так это же наши внуки, как они могут помешать? — удивилась мама. — Летом их вообще не видно и не слышно, с другими деревенскими ребятишками на улице пропадают. Зимой только на каникулах, и то только вечером дома. Взрослее станут, неинтересно им с нами будет. Зачем их сейчас от нас отделять? А вы не так часто все вместе к нам приезжаете, чтобы для вас отдельное помещение держать.

— Как скажешь, мама, — улыбнулся Юра. — Выйду на пенсию, к вам переберусь поближе. Займусь сельским хозяйством.

Его жена скептически покивала головой.

— Зайка, чего так хмуришься? Училки сельской школе всегда нужны, — приобнял он жену.

Она не стала с ним спорить, только отмахнулась.

— Ну а ты, сестрица, где твой муженек? — спросил Юра Наташу.

— В городе остался, у него отпуска нет, — пожала она плечами.

— Так завтра выходной день у всех, необязательно брать отпуск.

— Спроси его сам, могу тебе телефон дать, — огрызнулась Ната.

— Ой, ладно тебе, Наташка, злиться, я же любя, — усмехнулся братец. — Помог тебе Мишка?

— Помог, — оживилась Ната.

— Хороший он мужик. Жаль, жена его бросила, — вздохнул брат и тут же получил локтем под ребро от жены. — Ладно, ладно, закрыли тему.

Тему постепенно свернули к сараю. Женщины заговорили о своем. За разговорами и чаем просидели почти до ночи. Баню решили топить на следующий день. Юра с женой легли в зале, мальчишки в спальне. Все в доме поместились.

Утром стали постепенно вставать около девяти часов. Мама опять на кухне возилась с выпечкой. Наташа встала одна из первых.

— Мама, ты опять что-то печешь? — улыбнулась Ната.

— Конечно, полный дом народа, всех порадовать хочется, — кивнула она. — Плюшки сахарные решила соорудить. Отец вон уже дрова рубит вовсю для бани, остатки снега от дома откидал, не сидится ему на месте.

Женщина поставила противни с плюшками в духовку. Принялась скручивать следующую партию. Наташа навела себе творога с вареньем и уселась завтракать.

— Ната, а плюшку? — обиженно спросила мама.

— Ой, потом поем, а то если я каждое утро буду плюшки с ватрушками трескать, то жопэ мое не будет влезать в дверь.

— Тебе пару лишних килограммов не помешают, — покачала головой мать.

Через полчаса на запах плюшек на кухню стеклось все семейство. Пришлось накрывать стол в зале, не помещались все в небольшой кухне. Быстро принесли туда чайник, чашки, булки, масло, сметану, хлеб, кусочки сала и варенье. Только все уселись за стол, кто-то постучал в дверь. Отец пошел открывать.

— Проходи, проходи. Наши только встали, мать плюшки испекла, идем с нами чай пить, завтракать, — услышали все голос из коридора.

Через пару минут в дверном проеме появился Миша.

— Всем утро доброе, — улыбнулся он. — Услышал, что помощь нужна в починке крыши, решил помочь. А тут и Юрка со всем семейством в гости к родителям пожаловал, удачно я зашел.

— Садись, садись, Мишенька, за стол, сейчас я тебе чашку принесу, — стала суетиться мама.

— Сиди, мать, я сам, — кивнул папа и ушел на кухню.

Все сели завтракать, опять болтовня, обсуждение сарая.

— Папа, раз помощников у тебя уже двое, может, вообще всю крышу перекроем, чего ее чинить? Каждый год одно и то же, там починим, тут прохудилась, да и лаги в некоторых местах подгнили, рухнет крыша и всё, — сказал Юрка.

— Я даже и не знаю, — пожал плечами отец.

— Есть весь материал. Чего лежит гниет? — спросил сын у него.

— Да, черт с тобой, давай переделаем крышу.

— Ты как, Мишка, с нами? — спросил друга Юра.

— У меня сегодня выходной, так что я никуда не тороплюсь.

— Вот и отлично.

Чай допили, стали все убирать со стола. Снова кто-то постучал в дверь, во дворе залился лаем Шарик. Отец немного поворчал для приличия и пошел открывать.

— Ого, кто к нам приехал, ну проходи, коли не шутишь. Наташка в зале сидит, — сказал отец. — Сейчас она тебе чай организует.

В зал вместе с отцом вошел Игорь. Юра быстро глянул на Мишку, повел бровями.

— Паровоз идет, колеса стерлися, мы вас не ждали, а вы приперлися, — пропел Юрок и хохотнул. — Привет, Игорь, — он протянул ему руку.

Игорь поморщился, но руку подал. Мельком посмотрел на Мишу.

— Ты приехал помогать крышу перестилать или по жене соскучился? — поинтересовался Юрка.

— И то и другое, — кивнул мужчина.

— Тогда пей чай, переодевайся и дуй с нами во двор.

Братец с Мишкой встали и направились в коридор.

— Ты же сказал, что не приедешь? — удивилась Ната.

— Ты не рада меня видеть? — спросил ее Игорь.

— Я не ждала тебя, — ответила она.

— Я соскучился, решил тебе сделать сюрприз, — он попытался ее приобнять, но она ловко вынырнула из его рук.

— Ната, что у нас с тобой происходит? — спросил он ее.

— Я не знаю, — пожала она плечами. — Идем на кухню, я тебе чай налью, мама ватрушки испекла.

Наташа вышла из комнаты, и Игорю пришлось идти за ней. На кухне сидели мама и сноха и о чем-то перешептывались.

— Наташа, я говядину поставила вариться, ты про пену не забудь, — сказала мама.

Женщины вышли из кухни. Игорь сидел молча и смотрел, как Ната наливает ему чай и достает еду из холодильника.

— Наташа, ты ничего не хочешь мне сказать? — спросил он.

— Я не знаю, что ты хочешь от меня услышать.

— Я не понимаю, что происходит.

— А что тут понимать, ты не любишь меня, и я, кажется, отвечаю тебе взаимностью. Предлагаю нам с тобой развестись. Ипотеку мы с тобой выплатили, так что финансовой кабалы у нас нет. Продадим квартиру, поделим пополам деньги и будем жить каждый своей жизнью, — спокойно ответила ему Наташа.

Почему-то ей очень легко дался этот разговор.

— У тебя кто-то появился? — спросил Игорь с тоской.

— Нет, я честна перед тобой, но чувств к тебе я больше не испытываю.

Мужчина отпил немного чая.

— Может, ты подумаешь, всё взвесишь? Может, начнем всё сначала? — он заглядывал ей в глаза, как нашкодивший щенок.

— Игорь, наверно, комп и рухнувший отпуск стали последней трещиной, которая всё и разрушила, - пожала она плечами.

— Ладно, некогда тут чаи распивать, пойду мужикам помогу, — он выпил залпом весь чай из кружки и встал решительно со своего места. — Где я могу переодеться?

— В моей комнате, — ответила ему Ната.

Игорь кивнул, ушел в коридор, забрал пакет с вещами и скрылся в спальне. Через пять минут вышел в старой одежде.

За день мужики отремонтировали сарай, поменяли не только крышу, но и убрали пару гнилых досок в стене. Вечером парились в бане. Вкусно ужинали и, конечно, выпивали местного папиного зелья. Пришли соседи — Мишины родители вместе с внучкой. Лизонька сразу оккупировала Наташу, залезла к ней на ручки и стала ей рассказывать всякие интересности из своей маленькой жизни.

Потом они ушли из-за стола в Наташину спальню. Они сели с девочкой рисовать, женщина рассказывала ей сказки и пела песенки.

— Ты такая хорошая, — сказала ей Лизонька. — Ты мне так нравишься, вот бы у меня была такая мама, как ты.

Лиза рассказала, что у них живет злой гусак, и он хуже собаки, и ее гоняет. Потом сообщила, что ей нравится один мальчик, но она ему, кажется, не нравится. Наташа с удовольствием слушала болтовню девочки. Специально для нее достала свои детские книжки про принцесс. Они с ней разглядывали картинки и обсуждали сюжеты сказок.

Вдруг из зала послышались крики и ругань. Наташа вскочила, велела Лизе сидеть в спальне, а сама побежала смотреть, что там происходит. Игорь сильно напился и тряс кулаком перед Мишиным носом.

— Ты думаешь, я ничего не знаю? Ты шашни с моей Наткой крутишь. Она моя жена, ты понял, только моя жена.

Юра попытался вытащить Игоря из-за стола, но тот его толкнул. Брат на автомате зарядил зятю в глаз. Началась потасовка. Драчунов смогли вытащить на улицу. Игорь орал, плевался, тряс кулаками, кидался то на Юру, то на Мишку. Они его бить не хотели, поэтому просто запихали в талый сугроб вниз головой. Немного его там повозили и вытащили. Игорь выплюнул грязный снег, вытер кровь рукавом.

— Поганая у тебя семейка, Наташка, — он плюнул под ноги. — Я думал, ты городской стала, а сама на том же уровне — баба деревенская, тебе бы только хвосты коровам крутить да с мужиками на сеновале обжиматься. Деревня и есть деревня. Как мне мать говорила, не женись на Лимите, ей только прописка нужна городская, а я-то тебя любил и до сих пор люблю.

Он пошел шатающейся походкой в сторону своей машины.

— Папа, он пьяный, не дай ему уехать, — попросила Ната отца. — Не дай бог, что на дороге случится.

— Хлопцы, давайте его в предбанник, пусть там проспится. Там пока тепло, не замерзнет ночью, — сказал отец.

Юрка с Мишей профессионально скрутили Игоря и отволокли в баню. Дверь подперли дрыном, чтобы гражданин никуда не сбежал.

Все вернулись в дом, продолжили пить чай и не только чай и разговаривать.

— Папа, а ты зачем бил дяденьку? — спросила Лиза Мишку.

— Ты же на улицу не выходила, — удивился он.

— Я в окно всё видела, — ответила девочка.

— Потому что он Наташу обидел, — сказал Михаил.

— Тогда надо было ему посильней ударить, — покачала головой Лизонька. - Нельзя девочек обижать.

— Моя хорошая, никого бить не надо. Дядя Игорь устал, напился сильно, вот и вел себя плохо. Завтра ему будет стыдно за то, что он тут кричал, — сказала ей Наташа.

Гости еще немного посидели, а потом засобирались домой. Сонную Лизоньку Миша взял на руки и понес к двери. Наташа пошла их провожать.

— Ты прости, что всё так получилось, не хотел я твоему мужу морду бить, но он сам виноват. Я же боец, у меня всё на уровне инстинктов.

— Миша, не извиняйся, Игорь сам напился, вот всё и вывалил нам на головы. Он не пьет в обычной жизни, а тут, видно, самогон в голову вдарил и понесло его. Болеть завтра будет, — покачала головой Ната.

Ушли гости, быстренько всей семьей убрали всё со стола. Прибрались немного, и все расползлись по своим комнатам. К Нате заглянул Юрка.

— Слушай, сеструха, ты пока горячку не пори, я же вижу, что у вас там что-то с Мишкой намечается. Пожалей мужиков. Завтра передумаешь и вернешься к своему Игорю, а Мишка страдать будет. Да и Игоря чисто по-мужски жалко, стремно, когда на твоих глазах тебе жена рога наставляет.

— Юра, знаешь что? — возмутилась Ната.

— Что?

— Иди ты на три буквы, и чтобы ко мне с такими разговорами больше не лез. Я сама большая девочка и сама знаю, что мне делать. Если эти два петуха из-за меня подрались, то это их личные проблемы, что они там себе напридумывали.

— Ого, какие мы дерзкие, — усмехнулся брательник.

— Я тебе сейчас под глаз фингал поставлю, будешь знать, — насупилась женщина.

— Нельзя, я начальник, — рассмеялся он. — Спокойной ночи, Натка, приятных снов. Не бери в голову, всё будет путём.

— Дрын от бани уберите, вдруг ему в туалет приспичит, — ответила ему Наташа.

— Слушаюсь, моя госпожа, — поклонился ей братец и заржал, как конь.

Тут же в него полетела подушка, но Ната не попала, братец успел с хохотом скрыться за дверью.