Глава 43
– Терриан всегда был похож на свою бабку Леанелу. Красивая женщина, как ни крути, одни глаза чего стоили. Голубые, как весеннее небо. А волосы! Белоснежный шелк. Правда, у него волосы в отца, скорее всего. – Няня замолкает ненадолго, словно погружаясь в воспоминания. – Я была еще молоденькой девчонкой, лет шестнадцати, когда ее выдали замуж. Часто помогала матери, которая служила горничной во дворце.
– Леанела – сестра моего дедушки, дочь нашего прадеда, короля Вериона, от второй жены Имиланы, – объясняет мне Вер Нея.
– Да! Ее я не помню, но мама рассказывала, мол, тоже красавица и тоже рано отошла к богу.
Ох, как бы не запутаться в этих их родословных. Прадед, значит, у них с моим мужем один, а прабабки разные. В предках у Терриана, видимо, на этом этапе и вплелась его эльфо-драконья кровь. А вторая ветвь – та, от которой родились родители Вер и Изиндора.
– Тоже? – переспрашиваю я, не сразу уловив суть.
– Да, как это не прискорбно. – Лицо пожилой женщины искажается печалью, отчего и сама она выглядит старше. – Леанела в точности повторила участь матери, только в ее жизни все было намного трагичнее. Об этом всегда запрещено было говорить, я хранила воспоминания в себе все эти годы, да и сейчас Изиндор меня по голове не погладит за откровенность. Да только стара я уже боятся.
Принцесса стоит у окна и хмурится. При этих словах резко поворачивается.
– Ничего он тебе не сделает! Поняла?
Няня не понимает пока еще злости Вер на брата. И та снова отворачивается, чтобы не смущать ее.
– Так что с Леанелой? – возвращаюсь к теме.
– Поскольку мы с мамой были близки к ней, то знали много секретов. В том числе и то, что она влюбилась в некоего юношу ниже себя по происхождению. Той весной мы впервые приехали погостить в новый дом, построенный королем для отдыха вдали от столицы, тот самый, что сейчас принадлежит Терриану. Когда они успели встретиться, даже не знаю. Видимо, на богослужении в храме или на прогулке в лесу, больше Леанела никуда не выезжала. И полюбили друг друга. Да так быстро и так крепко, что она готова была все бросить и сбежать с ним, куда глаза глядят. А тут король с этим браком. Ему срочно потребовалось стать родственником императора. И он выдал ее замуж за вдовствующего наследного принца. Тот увидел ее однажды на балу и захотел заполучить себе. Его-то жена умерла при таинственных обстоятельствах. Остался сын, нынешний император.
– Никогда не слышала об этом, – Вер Нея подходит ближе и садится рядом со мной. – Говорили, что Леанела погибла вместе с мужем, упав с обрыва однажды зимой.
Няня качает головой, мне кажется, на ее глазах даже наворачиваются слезы.
– Это случилось позже, почти через год после свадьбы.
– Свадьбы? Им удалось пожениться?
– Нет, конечно же. Ее заставили выйти за наследника Империи, но через месяц Леанела сбежала.
– Так это прекрасно!
– Увы, нет. Сбежать-то сбежала, и даже целый месяц умудрялась скрываться от ищеек императора вместе с возлюбленным. Но их нашли. Ее вернули мужу. А парня убили. То есть сказали ей, что убили.
Женщина тяжело вздыхает и снова погружается в грустные мысли, мы с принцессой молчим, осмысливая сказанное.
– Что было дальше? – не выдерживаю я и подталкиваю няню продолжать рассказ.
– Был ужас. Нас силой увезли в Империю, а через девять месяцев Леанела родила сына, отца Терриана. И вот знаете, я больше чем уверена – он не был от мужа. Правда, заметили мы с мамой это уже потом, когда он подрос. Только счастья этот брак никому не принес. Леанеле становилось все хуже с каждым днем пребывания в чужой стране, чужом доме, с ненавистным мужем. Как она только не скинула тогда. Нет, доносила и родила в срок. Но от нее осталась одна тень. Кожа стала бледной, полупрозрачной. Под газами залегли темные круги. Сами глаза потухли и словно выцвели. Как вспомню, аж сердце кровью обливается.
Няня все-таки расплакалась. Вер тоже хлюпает носом. Лишь я пока держусь, хотя щиплет уже и в глазах, и в носу.
– Неужели муж так плохо с ней обращался? – Вер Нея вдруг становится бледнее простыни. Ох, вспоминает, что ей тоже предстоит брак по расчёту, боится, что может повторить судьбу двоюродной бабки?
– Нет, после возвращения в Империю Киран перестал ее замечать. Мы слышали однажды, как он сказал, что не готов подбирать объедки, и что вообще смотреть на нее не может, как на женщину.
– Тогда что произошло? Она заболела?
Мне тоже интересно. Что могло довести женщину?
– Возможно. Но моя мама говорила, что Леанела стала похожа на свою мать, вашу прабабку. Та тоже после свадьбы буквально за год сгорела. – А вот это интересно. С ней-то что? Няня смотрит мне в глаза. – И вот то самое, для чего я и рассказываю вам историю. Мы долго пытались понять, что с ними обеими? Даже Леанела не могла объяснить, почему с ней это происходит. Просто она тосковала. По своему погибшему возлюбленному. Даже любовь к сыну не смогла сгладить горе. Вот тогда мы и поняли, что он ее единственный. Истинная пара, как говорили в народе. Да-да, раньше ходило много легенд, они передавались из уст в уста. В том числе об эльфах и их истинных. Это сейчас молодежь не желает ничего слушать, запоминать, так и теряется история.
– Мы хотим, няня!
– Моя мама тогда же и поделилась со мной, что жена короля Вериона, мать Леанелы, точно так же умерла, что у нее тоже был любимый до свадьбы, правда его не убили, он просто не стал за нее бороться. Но почему это сгубило обеих женщин, так никто толком не смог объяснить.
Вер прижимает ладошку к губам.
– Как это грустно и жутко. Неужели никто не смог помочь? Король хотя бы... неужели ему была настолько безразлична собственная дочь?
Няня тяжело вздыхает и продолжает.
– Нет, не безразлична, но он даже предположить не мог, что она повторяет судьбу его жены. Ему говорили, что с ней все хорошо, только вот когда через месяц после родов, он поехал увидеть внука, то застал ее в плачевном состоянии. Тут же велел собираться и ей вместе с ребенком, и нам. Привез всех в загородный дом. А там снова появился Энгор. – Вер вскрикивает, но я ожидала подобного поворота, держу себя в руках, хотя внутри бьет озноб. – Он, оказывается, остался жив тогда, но ему сказали, что Леанела счастлива с мужем и ребенком и просили не рушить их жизнь. Он смирился.
– Боже мой! Как они могли так поступить?! – принцесса шокирована, но на самом деле ничего в этом удивительного, учитывая устои местного общества, не считающегося с мнением женщин.
– Могли, девочка моя, могли. Но мы были так рады, что он жив. При его появлении, Леанеле стало лучше. Она начала выздоравливать. Но муж каким-то образом узнал о ее любовнике и явился лично. Вызвал его на бой. Они дрались с Энгором у того обрыва, что недалеко от поместья Терриана, и на глазах Леанелы оба с него сорвались. Она бросилась к ним, чтобы удержать возлюбленного, но муж прокричал, что заберет ее с собой и рванул за подол. Унося вниз. Мы с мамой были там, но увы, слишком далеко, чтобы успеть кого-то спасти. Так они и погибли втроем. Но даже если бы Леанела осталась жива, это бы длилось недолго. Она бы не вынесла потерю второй раз. Но что хуже всего, с того дня Империя объявила нам войну. Император решил мстить за сына, а нынешний мстит за отца. Вот такая беда.
Теперь мы замолкаем надолго, переваривая информацию. История, конечно, до слез трогает. И одновременно злит. Ох уж этот патриархальный идиотизм. Женщины для местных мужчин вообще пусто место. Хочу отдам, хочу заберу, хочу убью... Что отец, что муж... Как же хочется устроить им тут сексуальную революцию!
Но сейчас меня все же больше напрягает другое – няня, кажется, права на счет истинных пар. Получается, обе они, и бабка, и прабабка Терриана, не смогли жить без своих истинных. Если учесть, что я слышала в кабинете короля о силах Терриана, так и есть. Выйдя замуж за нелюбимых, те медленно погибали. И не просто нелюбимых, судя по всему, а именно за неистинных.
– Изиндор просто дурак! – похоже, Вер пришла к тем же выводам, что и я. – Он знал, ну или догадывался о том, что Терриану нельзя вступать в брак по расчету и все равно сделал это! Заставил жениться!
Она срывается на крик, подпрыгивает со своего места и ходит по комнате туда-сюда, заламывая локти.
Мне и самой хочется сделать то же самое, но я сижу, повесив голову и едва не плачу. Больно принимать подобное откровение.
– Похоже, его кто-то убедил, что это выдумки, – отбрасываю все же свои чувства и делаю предположение, тут же отчетливо понимаю, кто именно – мачеха!
– Да наплевать! – Вер возмущена беспринципностью брата, хотя могла бы уже осознать, какое он дерьмо. – Дурак! Как мог сделать подобную глупость? Так подставить всех. Свою защиту, свой гарант безопасности, свою единственную надежду на мир. Я уж не говорю о чисто человеческом отношении! Терриан был его другом! Он просто одним махом, одним своевольным решением подверг опасности все государство, каждого из нас!
Как бы не было больно, она права. И я просто не знаю, что дальше делать. Как уберечь любимого от ужасной участи? Ведь если он встретит ту самую, то из-за меня не сможет быть с ней. А вдруг вообще не встретит? Из-за меня! Ведь он думает, что любит, и не будет искать!
Остается одно! Я должна оставить его. Когда все закончится, я исчезну из его жизни. Заберу у Жернеу деньги и просто исчезну. Задушу свое чувство ради него. Лишь бы он не погиб.
– Простите, Кат Рина, что не смогла вас порадовать хорошими новостями. Может быть... – голос няни приводит меня в чувство. – Может, это всё неправда, а? Вдруг лишь выдумки простых людей, которые ничего не понимали? Ведь они же не эльфы, ни Леанела, ни ее мать, ни Терриан. Вдруг просто совпало так?
А вот тут она как раз не права. В них течет эльфийская кровь Эльвиналы. И сейчас они не просто эльфы! Все гораздо хуже. Что там, интересно, у Драконов с парами? Наверняка тоже какие-нибудь однолюбы. В этих магических мирах так все сложно! Качаю головой и понимаю, что сейчас не могу ничего ответить разумного.
– Нам надо идти. Спасибо, что рассказали. Это очень важно для.... Терриана. – Очевидно же, что не ради меня старая женщина старалась и рассказывала. Ради него.
Няня горько улыбается в ответ, а я прощаюсь.
Вер догоняет меня в коридоре и идет рядом, не говоря ни слова. Вместо того, чтобы уменьшить проблем, данный разговор лишь увеличил их вдвое.
– Я должна исчезнуть из жизни Терриана, – сообщаю тихо.
– Нет, Кат, это неправильное решение! – возмущается принцесса. – Особенно сейчас нельзя, он едет на границу, где вполне может начаться война, если верить его предчувствиям. Он не должен отвлекаться. Ты же слышала, пока что все в порядке, ты можешь подождать немного.
Могу, конечно могу. Но потом мне будет сложно это сделать! И она не отрицает, что мыслю я в верном направлении.
– Решение правильное. Возможно, без меня ему будет легче справиться.
– Нет, Кат. Не торопись. Дай ему уехать хотя бы. Сделай так, чтобы тебя не сразу потеряли. Пожалуйста. Все решится на днях, я уверена.
Может и так. Мне самой нужно подготовиться.
– Хорошо. При одном условии. Ты сейчас идешь к себе, а завтра мы вместе едем к нам в поместье.
– Согласна. Обещаю!
Мы расходимся по своим покоям. Мои пусты и холодны. Я так устала сегодня. Наверное, стоило днем, как уговаривали служанки, спать и отдыхать. Сейчас бы так не вырубало. А может, это защитная реакция организма? Мозг напрочь отказывается работать, при том что на душе кошки скребут. Я не могу найти иного решения, и наконец, сдаюсь – позволяю сну взять над собой верх.
Но и тут мне нет покоя. Мечусь в тревоге, всю ночь снится нечто жуткое, опасное...
А потом приходит он. Я, не просыпаясь, чувствую силные руки под сорочкой... Крепкое тело рядом... Успокаиваюсь, инстинктивно прижимаясь к нему. Не просыпаюсь, нет, но чувствую всё. И то как ладони гладят меня везде, и как он пристраивается со спины... горячие губы на шее... прирывистое дыхание... И тихий, сдавленный стон, когда мы становимся одним целым.
Это самый прекрасный сон наяву в моей жизни...
– Люблю тебя, моя фемира... – дышит тяжело, приходя в себя, сжимая в своих мощных объятьях. Потом добавляет, – прости, моя хорошая, ухожу, это был непреодолимый порыв. Не смог не зайти и не попрощаться. А ты такая сладкая...
Губы опять скользят по шее... Интересно, понимает, что я сплю? Я вот понимаю, но ничего не могу поделать с собственным телом – оно снова проваливается в глубокие грезы. А вдруг все не по настоящему? Нет, не хочу!