Глава 11
На следующий день оба мои некроманта валялись без задних ног. Мне пришлось все делать самой. И к концу дня я выдохлась так, что сил не хватило даже поесть. Я трудом проглотила две ложки каши из сушеной лебеды. Проглотила стакан козьего молока и с закрытыми глазами добрела до кровати, краем глаза отметив, что Борис с Мишкой снова колдуют над Григорием вместе. Значит идея Бориса сработала… А через несколько дней она принесла и первые результаты: Григорий потихоньку начал вставать. Но полностью выздоровел только после двух недель интенсивной терапии.
Мне сразу стало легче… Григорий оказался спокойным и хозяйственным мужчиной. Он взял на себя всю мужскую работу, давая мне передышку. А Мишка с Борисом притащили из Пределов следующего «счастливчика». В полный рост встала проблема жилья. И Григорий взялся за строительство еще одной комнаты рядом с нашим домом. Земля уже промерзла и он копал ямы для столбов, отогревая почву огнем.
До первого снега остов нового жилища был готов. А наш дом превратился в ночлежку… Чтобы всем хватило места, мы вынесли кровати и спали вповалку прямо на полу, расстелив охапки сена. За месяц Борис с Мишкой вытащили еще двоих, потратив на каждого две недели. Кроме подпитки умирающих некромантов магией, они больше не делали ничего. Просто не могли…
Тем временем хозяйство наше прирастало. Из Пределов Жизни к нам привели корову и лошадь. Всем нужна была еда. Заготовленного сена с лихвой хватило бы Машке и ее козлятам, но на такое количество животных мы с Мишкой не рассчитывали. Пришлось выдавать сена совсем по чуть-чуть, дополняя его срезанными ветками ивы, корой и даже высохшим на корню бурьяном, который собирали прямо в снегу.
Меня освободили от ухода за животными, все же рабочих рук у нас теперь было с лихвой. Но без дела все равно сидеть не получалось. На мне была готовка, уборка, присмотр за Гришкой, плетение циновок для новой комнаты, в которую переселились все спасенные мужчины, шитье, стирка и контроль за продуктами.
В тяжелой работе мне всегда помогали, сама я не носила тяжелые корзины с бельем на реку и не полоскала их в ледяной воде в одиночку, плача от боли в обожженных ледяным холодом руках. Когда надо было принести что-то тяжелое из кладовки, рядом обязательно оказывался кто-то из мужчин. И от меня только требовалось ткнуть пальцем в то место, куда нужно было поставить мешок с мукой или бочку с рыбой. К счастью нехватки продуктов не было, каждые две недели мы получали столько, что хватало и нам и даже животным. В общем-то, по сравнению с осенью, когда я осталась одна на хозяйстве, чувствовала я себя довольно свободно.
Я не жаловалась. Хотя иногда мне хотелось кричать от отчаяния. Еще никогда в жизни я не чувствовала себя такой, как сейчас: одинокой и никому не нужной. Борис был слишком занят спасением людей, Мишка, которого так никто и не смог заменить, тоже выкладывался до донышка каждую ночь. Они оба сильно похудели, и мне приходилось едва ли силой кормить их обоих. И это были единственное время, когда они как-то со мной взаимодействовали. Причем чаще всего ужин превращался в обсуждение текущих проблем и планов на будущее с освобожденными от поводка некромантами.
— Что бы мы не делали, — в один и вечеров посередине зимы Борис в который раз завел разговор об уровне магии у спасенных некромантов, — но поводок Света каким-то образом ограничивает наши возможности даже будучи снятым. Я не знаю, почему так происходит. Мы перепробовали все, но даже я, темный мнишка по уровню магии, не могу оперировать тем количеством тьмы, которая доступна Мишке. Да, вы и сами знаете, нам приходится прикладывать усилия, чтобы заставить тьму слушаться. А у Мишки, когда он не теряет концентрацию, все получается намного проще, чем у нас с вами. Но, что более интересно, за несколько месяцев активных упражнений, он раскачал магический резерв и увеличил его почти на треть. При этом у меня, при тех же условиях, все осталось по прежнему.
— Если это поводок, — Григорий хмурился, — то ни один из нас никогда не сможет использоваться свой потенциал полностью…
— А если мы хотим построить город такими малыми силами, — склонил голову Всеслав, который занимал довольно высокое положение в иерархии темных магов Пределов Жизни, — то нам нужно это сделать. Без магии мы будем жить в избах, которые отапливаются печью… Нет, чтобы люди в нас поверили, мы должны показать, что темная магия так же сильна и полезна, как светлая. Иначе все так и будут думать, что предел наших возможностей — это поднять или упокоить нежить…
— И нам нужны темные мнишки, — кивнул Григорий, — Борис не может тащить всех нас в одиночку. И мне не хотелось бы, чтобы какая-нибудь травма поставила нас перед выбором: спасать покалеченного или того, с кого еще только сняли поводок.
— Верно, — кивнул Всеслав. — Но, чтобы получить темного мнишку, мы должны снять поводок с темнейшего князя. А темнейший князь в Пределах Жизни всего один, и настолько предан светлым, что глупо будет даже сунуться к нему с таким предложением… Я пытался прощупать почву еще в самом начале… Но там все глухо, без вариантов.
Я подвинула Борису, который снова задумался и забыл, что надо есть, тарелку и вмешалась:
— А если спасать не некромантов, получивших образование и поводок в княжеской школе, — Все повернулись ко мне, — а подростков, у которых темная магия только проснулась? Ну, вон как у Мишки? Тогда у нас будут свободные темные маги, и, возможно, среди них окажется тот, чья сила будет достаточной, чтобы стать темным мнишкой…
— Да, где мы их найдем? — фыркнул Григорий, — если бы это было так просто, Ася, мы бы давно так и сделали. Но подростков сразу приводят к светлым, и вытащить их оттуда просто невозможно!
Я вздохнула… Об этом я как-то не подумала. Мне же говорили, что светлые маги есть в каждой маленькой деревне. А в более-менее крупной — светлые мнишки…
— Но может быть и среди светлых есть те, кому не нравится существующие порядки? — мне просто не хотелось сдаваться просто так, поэтому я и приводила аргументы, в которые сама не очень верила…
Некроманты дружно усмехнулись, словно поняли, почему я это сказала. Все, кроме Всеслава…
— А в этом что-то есть, — пробормотал он и медленно обвел взглядом всех присутствующих, — знаю я одного светлого мнишку… Ни в чем пока не уверен, но стоит попробовать связаться с ним… Мы как-то пили вместе, — улыбнулся Всеслав, — и он по-пьяни начал втирать мне какую-то ересь… ну, я раньше так думал… о том, что когда-то темных было так же много, как светлых.
— Надо попробовать, — кивнул Борис. — Есть риск, что он нас сдаст, но мы и так ходим по краю, и нас могут раскрыть в любой момент. Так что я считаю, что нужно попробовать связаться с этим мнишкой. Зато если получится, то это будет существенный прорыв для нас…
— Хорошо, — кивнул Всеслав, — я напишу ему письмо сегодня же…
— Только надо доставить его обходными путями, чтобы в случае неудачи на нас не вышли, — взял слово Григорий. — И у меня есть идея, как это сделать.
Дальше обсуждение пошло своим чередом. Я, как обычно, задремала прямо за столом, прислонившись к Борису. Он обнимал меня, разделяя со мной эти короткие минуты счастья.
План Всеслава сработал. Его знакомый оказался больше ученым, чем светлым мнишкой. И к началу весны к нам приехали два угрюмых подростка, у которых проснулась темная магия: Петька и Жека…
К тому времени, когда снег начал таять, наша маленькая команда насчитывала десяток взрослых и четверо детей: Мишка, Петька с Жекой и Гришка. Голодать, несмотря на сильно возросшее количество народа, нам не пришлось, хотя и изобильной зиму назвать было нельзя. Благодаря отцу Мишкиного приятеля Васьки, который служил комендантом близлежащей крепости, нам удалось наладить снабжение нашего лагеря продуктами длительного хранения, которые скопились в крепости за годы рачительного хозяйствования. В основном это были огромные сырные головы, масло, мука и зерно.
А вот в обеспечении мясом, рыбой и овощами пришлось рассчитывать исключительно на свои силы. И если с первыми особых проблем мы не испытывали, было кому ходить на охоту и рыбалку, то с растительной пищей все было хуже, чем плохо…
Мы выходили из положения, как могли: заваривали кору ивы и пили горький отвар, чтобы хоть как-то получить недостающие витамины. Выкапывали из-под снега и льда прошлогодние корни рогоза…Это был адский и неблагодарный труд, за целый день едва получалось набрать пару горстей пригодных для еды корешков. Вот когда я с тоской начала вспоминать рогозную кашу. Собирали древесные почки, какие-то мхи, лишайники и водоросли… Стало полегче, когда один из наших охотников набрел на еловый лес. С тех пор в нашем меню появился хвойный отвар и еловые шишки, которые мы лущили вечерами. Их семена были очень мелкими, но очень вкусными… по крайней мере так нам всем тогда казалось.
Каждые две недели некроманты отправлялись в Пределы Жизни, за новым «пациентом», там, в пределах с него снимали поводок, чтобы светлые не могли отследить, куда же делся отставной некромант, и в бессознательном состоянии привозили к нам. И уже здесь Мишка с Борисом начинали накачивать тьмой покореженную спираль темной силы.
С началом весны у нас появилась еще одна забота. Нам надо было собрать и отправить в разведку группу некромантов, которые должны были найти подходящее для нового города место. Достаточно далеко от Пределов Жизни, чтобы можно было жить спокойно и не бояться попасть на глаза светлым раньше времени, и достаточно близко, чтобы не терять связь с нашим лагерем. Ведь еще очень долго придется вытаскивать некромантов сюда по одному, а значит мы с Борисом должны оставаться здесь.
По плану наши люди должны были отправиться в путь сразу, как снег сойдет окончательно, а земля слегка просохнет. Особенно сильно затягивать с поисками было нежелательно по двум причинам. Первая, до осени нужно будет построить жилье для всех. И вторая, ручей у нашего дома с таянием снегов превратился в бурную речку. Наш огород оказался затоплен, и вода добралась почти до края пещеры. Даже у очага земля стала слишком мокрой и топкой. Если бы мы построили дом чуть ниже, то ничто не спасло бы нас от половодья. Зато именно сейчас мы могли выбрать для города самое подходящее место, чтобы следующей весной не поплыть вместе с домами.
А пока пришло время заготовок. Прошел ровно год, как я впервые вышла из нашего рындвана и увидела этот мир своими глазами. Из проталин полезла первая травка. Особенно много рядом вокруг нас было фиолетовых улиток, из которых летом вырастали заросли лопухов. Оказалось, что эти проростки местные массово собирают ранней весной и квасят в огромных бочках, как капусту, чтобы хватило на весь год.
Проростки можно было есть сырыми, жарить, парить и запекать. Мы так оголодали и соскучились по растительной пище, что никак не могли наесться. На вкус «улитки» были похожи на свежие капустные кочерыжки.
Тем не менее, в кладовой, которую за зиму очень сильно расширили, прокопав одну из боковых стенок, снова стали появляться запасы на будущий год.
Одновременно с «улитками» мы собирали весенние грибы мохноги и хвосты… У мохногов длинная тонкая ножка была покрыта пушистыми волосками, а хвосты, вообще, росли на деревьях и были похожи на свисающие с веток безлиственные лианы. Если бы мне их не показали, я никогда в жизни не поняла бы, что это именно грибы, а не какие-нибудь растения-паразиты. Мохноги и хвосты в Пределах Жизни считались очень редким деликатесом. И собирали мы их не столько на еду, сколько на продажу. Хотя и себя тоже побаловали совершенно ошеломительным блюдом, приготовленным Всеславом. Этот некромант оказался гурманом и любителем кулинарии, обожавшем и поесть, и приготовить что-нибудь эдакое.
Мы даже пытались пристроить его к работе на кухне, чтобы немного освободить меня, но каша приготовленная Всеславом оказалась настолько изысканной на вкус, что простые некроманты не оценили старания коллеги и постановили не подпускать его к котлу на пять шагов.
Искусно приготовленные мохноги и хвосты меня не впечатлили. На вкус они напоминали виноградных улиток. И съев из вежливости пару кусочков, я предпочла закончить ужин обычной пшенной кашей. Как, впрочем, и все остальные.
Тем не менее на сборы это не повлияло, цена за горсть этих мерзких на вкус грибочков была такой, что мы таскались по кустам еще целую неделю, пока сезон не закончился.
Но скучать не приходилось. Пришла пора собирать молодые корни рогоза. А тут еще рыба пошла на нерест и Правый с Левой устроили нам показательный сеанс ловли щук для заготовки икры.
Гурлинки к весне стали совсем взрослыми и самостоятельными. Порой они пропадали из дома на несколько дней, но я не тревожилась. Наша мысленная связь с ними укрепилась настолько, что я каким-то образом всегда чувствовала, что у них все хорошо.
И даже сама начала передавать им кое-какие образы и мысли. Вот как с большой рыбалкой. Я показала моим птичкам, что должно получиться, и они с радостью согласились помочь нам с рыбой.
Тогда-то и выяснилось, как гурлинки, которые панически бояться воды, так ловко ловят рыбу. Правый и Левая сели на берегу и закачали головами, как в трансе. И случилось невероятное… из воды прямо на берег косяками пошла рыба. И не просто какая-то рыба, а именно щуки, брюхо которых было набито икрой, пригодной для засолки.
Правый и Левая мгновенно стали героями нашей некромантской общины. Не знаю, кто первый предложил назвать наш лагерь Гнездо гурлинки, но название прижилось моментально.
Наконец, земля более менее просохла. И можно было отправляться в путь на поиски нового места для жизни…