Глава 15

Я так упорно гнала себя вперед, не думая больше ни о чем, что, когда сознание вернулось ко мне, оказалось, моя последняя мысль, тащила тело вперед, заставляя двигаться даже в бессознательном состоянии. Медленно, буквально по несколько миллиметров, но тем не менее я ползла вперед, цепляясь пальцами за камни на дороге и подтягивая тело.

Возможно, эти миллиметры и спасли меня от смерти… Потому что внезапно я почувствовала, что где-то там, где была моя магия, безжалостно высосанная туманными Барьерами, что-то появилось. Это была даже не капля, упавшая в горячий песок рядом с изнывающим от жажды путником, а скорее несколько молекул воды, принесенные откуда-то горячим пустынным ветром. Запах. Аромат магии, заставивший меня встрепенуться и прийти в себя.

Я открыла глаза. Туман все еще клубился вокруг. Но теперь это не имело значение. Ничего не имело значение, кроме того, что я чувствовала впереди. Магия. Магия, которая сейчас была нужна мне больше, чем вода и еда. Я сглотнула пересохшим ртом. Медленно поднялась на четвереньки… Руки отказывались держать тело и крупно дрожали. Но тем не менее я нашла в себе силы сделать первый шаг. А потом еще. И еще…

С каждым следующим шагом запах магии становился все сильнее и сильнее. И он придавал мне силы, заставляя двигать дальше. Шаг за шагом. В какой-то момент я ощутила, как первая капля магии, скопившаяся, как пар на стенке сосуда, медленно стекла в солнечное сплетение. Прямо туда, в жадную голодную пустоту.

Капля магии впиталась мгновенно. И сразу стало чуточку легче. Нет, руки все еще дрожали, перед глазами плыл туман… совсем не от барьеров… А Правый в рюкзаке за спиной все еще не подавал признаков жизни. Но теперь я знала, что впереди на самом деле что-то есть. Источник темной магии. А значит я точно выживу. Главное идти вперед и не останавливаться, потому что каждый шаг приближает меня к спасению.

И я ползла вперед, по звериному чувствуя нужное направление. Не знаю, плутала ли я раньше в тумане, или Правый был прав, когда смеялся надо мной, но сейчас я точно знала, что иду туда, куда надо.

В какой-то момент перестали дрожать руки. Темная магия по капле заполняла пустоту, утоляя сосущий потусторонний голод. Через пару часов я смогла встать. И теперь шла, держась за каменную стену. Это и правда было ущелье, прорезанное среди огромных гор, макушки которых терялись в тумане барьеров. Мне страшно повезло, что я набрела именно на него… Если бы мне пришлось обходить скалу, то я, скорее всего, не смогла бы выйти за Пределы Смерти.

— Гур? — Правый встрепенулся, приходя в себя, и беспокойно зашевелился. — Гур?!

— Да, Правый, — я улыбнулась, — это магия. Мы прошли Барьеры и вышли за Пределы Смерти. Ну, почти. Туман еще не кончился. Сообщи Чернышу, что у нас все хорошо, и мы прошли. Пусть Борис не переживает…

— Гур, — выдохнул Правый.

К вечеру третьего, или четвертого дня, я честно говоря сбилась со счета, мы, наконец-то вышли из тумана. К этому времени пустота внутри меня совсем исчезла, И теперь меня мучили только привычные и не такие уже страшные голод и жажда. Мучительно хотелось пить. Примерно в середине пути нам попался крошечные ручеек, вытекавший с каменной стены где-то наверху. К тому времени, как вода спускалась на доступный мне уровень, она превращалась в тонкую водяную пленку, покрывающую камни, заросшие мхом. Я смогла только смочить пересохшие губы и рот, слизав влагу с лишайников. А Правому, с его острым клювом, не удалось и этого.

— Правый, — прошептала я, разглядывая знакомые звезды зажатые между стенками ущелья, которые больше не скрывал туман, — нам надо найти воду и устроить на ночлег. Уже темно.

— Гур, — согласился со мной Правый и беспокойно завозился за спиной, требуя его выпустить.

Все это время я так и тащила его в рюкзаке. Моя гурлинка была слишком истощена, чтобы идти самому.

— Уверен? Если ты покажешь куда идти, я смогу донести тебя, — улыбнулась я.

— Гур, — недовольно буркнул Правый. Он устал сидеть без движения и хотел немного размяться. Тем более магии, темной магии, вокруг было столько, что она помогала ему справится и с жаждой, и с голодом…

Это было так удивительно… Я ощущала Правого, как часть самой себя. Теперь нам не нужны были картинки, чтобы общаться. Я и без них знала, что он хочет сказать.

— Магия… Так вот она какая! — выдохнула я. И попробовала потянуться к ней, как учил Борис. А вдруг, вырвавшись из смертельной ловушки, я тоже стала магом? Но, увы… пусть теперь я точно знала ее местонахождение, но она по-прежнему оставалась недоступна для меня. Виновато улыбнулась, — у меня ничего не получается… Кажется, Правый, я все так же, как раньше не маг. И ты навсегда останешься таким же мелким, как сейчас.

Правый снова недовольно заворчал. Его абсолютно это устраивало, и он вовсе не хотел, чтобы я вдруг обрела магические способности. И, вообще, он любил меня такой, какая я есть. Ведь я дала ему жизнь, вырастила его и заботилась о нем все это время без всякой магии.

— Я тоже люблю тебя, Правый, — прошептала я. И добавила, — как думаешь, мы сможем вернуться домой? Ведь там Борис… Левая… и все остальные…

Но Правый, как и я, не знал ответа. Нам повезло, что мы сумели пройти барьеры и выжить. Однако я не знала, хватит ли у меня духу повторить все это еще раз. Даже думать об этом прямо сейчас было страшно.

Эту ночь мы снова провели в ущелье. Без воды и еды. И если поначалу эйфория от того, что внутри больше нет магической пустоты, давала мне силы чувствовать себя хорошо, то к утру усталость вернулась. Как бы там ни было, магия магией, а пить и есть мне нужно точно так же, как раньше… Но теперь я знала как с этим справится. Нужно было идти вперед. Где-то там, обязательно должен был быть выход из ущелья. И, если мне повезет, на меня не нападут дикие звери, или дорогу не перегородят непроходимые скалы или, наоборот, пропасти, то я обязательно найду чем поживится… Звезды, которые я видела над собой, давали однозначный ответ: здесь за Пределами Смерти тот же самый мир, что и в Мертвых землях. А значит, я знаю, как в нем выжить… Главное выйти из ущелья, где нет ни воды, ни еды, только одни камни.

К обеду пятого, или шестого, дня пути мы с Правым увидели край ущелья. К тому времени я уже снова выбилась из сил, и если бы не Правый, подбадривающий меня свистом и поддерживающий с помощью магии, мне пришлось бы туго.

Но самым прекрасным было то, что метрах в пятиста до края ущелья, из темного провала под левой стеной, вдоль которой мы шли все это время, вытекала небольшая горная речка. Она была неглубокая, и совсем небольшая, но очень стремительная. И вода в ней была удивительно вкусная. Хотя очень холодная. Зубы ломило так сильно, что приходилось делать перерыв после каждого глотка.

Тем не менее я напилась так, что в животе громко булькало. А Правый даже смог перекусить, призвав к себе магией пару мелких рыбешек. Он хотел поделиться и со мной, но я отказалась. Есть сырую рыбу я пока была не готова, не смотря на мучивший меня голод.

— Тебе не кажется, что здесь теплее, чем там? — спросила я Правого, когда мы лежали у реки. — Мне уже как-то жарковато в куртке господина Александра. Я давно расстегнула ее, а сейчас уже хочется снять…

— Гур, — проворковал сквозь сон Правый. После еды его потянуло в сон и он потешно хлопал глазами и тряс головой, пытаясь не заснуть…

— Ты уверен? — вскинула я брови. Правый утверждал, что все это время мы шли вниз… А значит, вполне может быть, что здесь за Пределами Смерти климат теплее, чем в горах, там где, судя по всему, располагались Пределы Жизни.

— Гур, — кивнул мой верный пернатый друг. — Гур-гур-гур…

— Полезай в рюкзак, — улыбнулась я, — тебе нужно поспать, а мне нужно идти дальше. Я страшно голодна, а там, возможно, — я кивнула на такой близкий выход, — есть еда…

Правый тяжело переваливаясь, залез в рюкзак. И заснул прежде, чем я нашла в себе силы подняться. Я тоже хотела спать. Но есть хотелось гораздо больше.

Кое-как взвалив на себя рюкзак с Правым, я зашагала вперед.

За ущельем оказалась совершенно чудесная, волшебная долина. Здесь было так тепло, что я стащила с себя не только куртку, но и теплую кофту, оставшись в одном платье. И очень жалела, что на ногах у меня кожаные сапоги с мехом внутри. В них очень сильно прели ноги, но ходить босиком было страшно.

Но самое главное, что в долине было полно знакомых мне растений: кусты брабы опоясывали долину по периметру, в центре молочные деревья образовали целую рощу, какарушки обильно покрывали камни, опутывая их своими стеблями, в низинках росла огуречная трава, а большую кучу камней рядом с рощей покрывали заросли знакомой мне земной лещины. Здесь, в Мертвых землях, я ее не видела.

Все деревья и кусты были увешаны плодами, которые никто и никогда не собирал. Прошлогодние пузыри на молочных деревьях висели не тронутые, а в кустах брабы лежали остатки старых плодов, поеденные мелкими животными.

Несколько дней мы провели в этой долине, набираясь сил и думая, что же делать дальше. С одной стороны я уже достигла всех своих целей: прошла барьеры, убедилась, что за ними совсем не мой мир, но зато есть источник темной магии. И с этими результатами уже можно было бы вернуться.

Но с другой… Во-первых, мне было страшно идти назад, снова проходить этот тяжелый путь, едва не стоивший мне жизни. Во-вторых, я до чертиков хотела узнать, что там, внизу… за эти дни до меня иногда доносились странные звуки, которые, по моему разумению, не могли принадлежать животному миру. А это значило только одно, там внизу, где заканчиваются горы, среди которых и расположились Пределы Жизни, могут быть люди.

И я должна была увидеть все своими глазами.

К спуску вниз мы с правым подготовились очень тщательно. Я сплела из орешника две большие корзины. В одну набрала брабы, в другую молочные пузыри, а рюкзак набила какарушками и клубнями брабы. Пусть они и мерзкие на вкус, зато смогут поддержать мои силы. На шею повесила два больших пучка огуречной травы. Ее надо было съесть в первую очередь, потому что она быстро высохнет и перестанет быть сколько-нибудь питательной.

Куртку я подвязала на поясе, а кофтой завязала рюкзак, который не закрывался из-за набитых в него плодов.

Вышли мы на рассвете десятого дня. Для того, чтобы не путаться, я решила, не прибавлять тот спорный день, который то ли был, то ли не был… И считать только те временные промежутки, в которых я была уверена.

Поначалу спускаться было довольно тяжело. Склон оказался довольно крутым, и очень часто попадались такие участки пути, что приходилась переносить грузы под одному, а то и вовсе возвращаться назад в поисках другого пути. Тем не менее к вечеру, мы прошли довольно большое расстояние. Ущелье, из которого мы с Правым вышли едва было видно. Оно осталось чуть левее… Чтобы не заблудиться на обратном пути, я выкладывала небольшие каменные пирамидки на каждом привале, стараясь выбирать точки, которые просматривались со всех сторон. И теперь по ним четко было видно откуда я пришла.

На следующий день идти стало легче. То ли уменьшился груз, то ли склон стал более пологим, но нам так часто приходилось сворачивать то вправо, то влево, чтобы обойти скалы, что я немного потерялась и уже не могла определить в каком направлении осталось наше ущелье. Если бы не пирамидки, на которые я тратила все больше времени, то я точно не смогла бы найти обратную дорогу.

Так мы шли еще три дня. Но ни одного признака присутствия человека мне так и не попалось. Пропали даже звуки, которые я слышала, когда была в долине. Да и животных нам встречалось не так чтобы много. Хотя это скорее радовало, чем огорчало. Я уже стала жалеть, что отправилась в путь, доверившись своей интуиции, которая обманывала меня уже не один раз.

К тому же, теперь, когда ушли все сомнения о том, что это целиком и полностью другой мир, а не тот, который я надеялась увидеть вопреки логике и здравому смыслу, зачем мне, вообще, нужно было идти к возможным людям? Мой муж, единственный близкий мне человек во всем мире, ждал меня в Мертвых землях. А я вместо того, чтобы вернуться к нему, отправилась на поиски приключений, рискуя потерять его навсегда.

К концу тринадцатого дня моего путешествия, когда уже искала место для ночлега, я увидела то, что целиком и полностью изменило мое настроение… Между двух гор, там, где закатное солнце окрашивало небо в красный свет, проходила дорога, по которой временами проносились какие-то разноцветные аппараты. Они ехали довольно быстро, но их размытые силуэты слегка напоминали на привычные мне автомобили.

Это было так неожиданно. И ломало все представление о том мире, в который я попала. Невольно вспомнился странный механизм в Мертвых землях… Теперь я понимала, что это вовсе не чудо. Люди, жившие снаружи, вполне способны были создать что-то подобное. Но зачем?

Я какое-то время вглядывалась вперед, словно пыталась разглядеть отсюда то, что пока пряталось за горизонтом. Кто были эти люди, которые ехали на автомобилях? Почему они жили здесь, снаружи, а не в Пределах Жизни? И как так вышло, что люди, жившие внизу, за Пределами Смерти, в своем развитии ушли далеко вперед тех, кто остался в Пределах Жизни?

Вопросы множились, вспыхивая в голове точно так же, как звезды на быстро темнеющем небе. Если бы не ночь, я не стала бы отдыхать и отправилась бы в путь прямо сейчас. Мне не терпелось увидеть все поближе. И потрогать. Чтобы убедиться, что это не видения, а самая настоящая реальность.

До самого утра я так и не сомкнула глаз. В голове со скоростью света кружились мысли, выстраивая то одну гипотезу, то другую, которая бы объясняла все происходящее. И каждая, самая невероятная гипотеза могла оказаться правдой. Слишком мало знаний о цивилизации, которая обитала внизу, у меня было.

Объяснений было тысячи. Начиная от ядерной войны, из-за которой люди закрылись в Пределах Жизни пару сотен лет назад, и заканчивая какими-нибудь рептилоидами, которые захватили планету и согнали людей в резервацию, оградив их Пределами Жизни.

И прежде чем возвращаться домой с совершенно ошеломительными новостями, я должна была выяснить, что именно произошло… И есть ли какая-то опасность для людей. О том, что Борис и все остальные узнают правду, я не переживала. Правый передавал информацию Чернышу практически в онлайн-режиме. Вот только сам не мог получить ни одного послания, потому что его хозяйка не была магом.

По дороге, словно нарочно дразня меня, всю ночь мчались автомобили со включенным светом.

Утром, едва рассвело, я сложила остатки еды в рюкзак, бросила последнюю корзину и решительно зашагала вперед.

К людям.

Или нелюдям.