Глава 16

Первое поселение, встреченное на моем пути, расположилось прямо у подножия гор, заросших густым, непроходимым лесом. Здесь каменные пирамидки меня не спасли бы, и я продвигалась вперед, делая отметки на коре дерева ножом, который дал мне Борис в Мертвых землях.

Крошечный городок с невысокими двух и трехэтажными домами, сложенными из природного камня, утопал в зелени. Выглядел и они почти привычно. Только окна были круглые и выпуклые, как большие иллюминаторы. Материал, из которого они были изготовлены, был похож на стекло, но в лучах полуденного солнца сверкал как-то не так. Я пришла к выводу, что это либо какое-то особенное стекло, или не стекло вовсе.

В центре городка возвышалась над всеми башня-ратуша. Точно такая же, как в Забытом городе. И даже окна на ней были обычными. Прямоугольными. Из города в неизведанные дали вела та самая дорога, которую я увидела вчера и которая не давала мне заснуть. По ней снова неслись автомобили.

Сейчас я разглядела их очень хорошо. Они тоже были сделаны из металла, покрыты разноцветными, блестящими красками и ездили на четырех колесах, как в моем мире. На этом сходство заканчивалось. Окошки на машинах тоже были круглые, и их покрытие явно отличалось от стекла. Солнечные лучи отражались в них переливающимися радужными полосками. Как будто бы это были мыльные пузыри. Очень долговечные мыльные пузыри, которые не лопались даже на огромной скорости.

Кстати, эти крохотные, словно игрушечные машинки двигались абсолютно бесшумно, не дымили и, вообще, создавали впечатление, что ими движет вовсе не двигатель внутреннего сгорания, а что-то другое. Например, магия.

Жителей я пока не увидела, хотя старательно тянула шею, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь: случайного прохожего, который вдруг решил бы пройтись по бесконечному шоссе, уходящему за горизонт пешком; силуэт в странном круглом окне самого крайнего дома, который находился ближе всех ко мне; садовника, пожелавшего за чем-то залезть на макушку дерева… Я просто хотела убедиться, что это на самом деле люди. А не какие-нибудь другие существа.

— Привет, — тоненький голосок за моей спиной заставил меня подпрыгнуть от неожиданности. Я резко обернулась. Передо мной стоял маленький мальчик. Обычный такой мальчик. Человеческий. В ярко-синих штанишках, светло-голубой рубашке с коротким рукавом и желтых сандалиях, похожих на те, что я сама носила в далеком советском детстве. На вид ему было не больше, чем нашему Гришке. Он со спокойным любопытством рассматривал меня, положив руку на черную гурлинку, стоявшую рядом и с точно таким же выражением лица смотревшую на моего Правого. — А тебя как зовут?

Я прокашлялась, прочищая горло. И хрипло ответила:

— Ася… а тебя?

— Меня зовут Павел Рудков, — важно ответил мальчишка. А потом подумал и добавил, — но мама с папой и сестра называют меня Пусик. Ты тоже можешь называть меня так.

— Приятно познакомиться, Пусик, — кивнула я. Голос все еще звучал хрипло. И я снова закашляла, чтобы избавиться от хрипоты.

— Ты тоже болеешь, да? Как моя маленькая сестра?

— Да, — кивнула я, решив, что лучше соглашаться с мальчишкой. Больше узнаю о том, кто эти люди. — А твоя сестра давно болеет?

— Давно, — кивнул Пусик и тяжело вздохнул. — С самого рождения. Она светлая, ей магии не хватает. Слабенькая совсем. Она даже гурлинку изменить не может, — снова вздохнул он. — Папка сказал, что Светлый город наша последняя надежда. Весной будет Буря, и она принесет магию для Леси…

— Леси? — у меня появилось ощущение нереальности происходящего. Я даже захотела ущипнуть себя, чтобы убедиться, что не сплю. Слишком уж сильно эта встреча была похожа на бред.

— Да, — кивнул мальчишка. — А ты тоже ждешь Бурю?

— Жду, — снова согласилась я.

Пусик важно кивнул.

— Мы вчера приехали, — улыбнулся он. — Мамка сейчас вещи разбирает. А Леська спит. Только ты не говори мамке, что я так далеко ушел, а то она ругаться будет. Я просто горы хотел посмотреть. — он кивнул на вершины, тонущие в облаках. — Они красивые. А ты тоже пришла на горы посмотреть?

— Да, — в третий раз не стала я спорить. — А вы откуда приехали?

— Из Северного Полюса, — ответил Пусик. Я опешила. Это точно сон. А мальчишка внезапно звонко расхохотался, — удивилась, да? Да?!

— Удивилась, — кивнула я, незаметно заведя руку назад и ущипнув себя за ягодицу. Больно.

— А ты думала, что так издалека сюда никто не приезжает, да? — Пусик абсолютно довольный произведенным эффектом, радостно сверкал глазками. Я качнула головой, соглашаясь. А мальчик, внезапно понизив голос, прошептал: — мой папка сказал, что если Леся сможет набрать светлую магию, то может стать равновесной. Представляешь?!

— Равновесной? — уловила я незнакомое слово. — Что это значит?

— Ты разве не знаешь? — ахнул мальчишка и зашептал, оглядываясь по сторонам, — папка сказал, что у равновесных есть и темная, и светлая магия одновременно. Они универсалы! Представляешь?! Наша маленькая Леська может стать универсалом! Только ты никому не говори, — мальчик взглянул на меня сурово. — Если они узнают, то могут забрать у нас Лесю.

— Кто они? — невольно понизила голос и я.

— Не знаю, — пожал плечами мальчик. — Папка сказал «они».

— Пусик! — еле слышный женский крик остановил наш разговор, — Пусик! Да, где же ты?! Вот скажу отцу, что ты от матери прячешься!

— Мне пора, мамка зовет. Если не приду, она папке нажалуется. А мой папка знаешь какой строгий? У-у-у… — мальчишка нахмурился. — Я побежал. А ты приходи завтра сюда. Я тоже приду!

Он рванул в кусты и через секунду исчез. Как ни бывало…

Я плюхнулась на землю прямо там, где стояла. Подтянула к себе замершего Правого и, обняв гурлинку, прошептала:

— И что ты об этом думаешь?

— Гу-ур, — как-то мечтательно выдохнул Правый. И перед моими глазами замелькали картинки: красавица гурлинка с шелковыми перышками, желто-зелеными глазками, аккуратным клювиком и стройными ножками… — Гу-у-р-р! — протянул Правый.

— Все с тобой понятно, — фыркнула я. Гурлинка в переданных видениях смотрела на Правого весьма заинтересованно. И словно нарочно красовалась, поворачиваясь то одним, то другим боком, ероша перышки и подмигивая глазками. — Встретил красивую девчонку и обо всем забыл, да? Все дела и заботы побоку. Ох, уж эти мужчины! — рассмеялась я.

— Гур! — возмутился Правый и насупился. Мол, ничего я не забыл. И, вообще… Что именно «вообще» неизвестно, главное, что «вообще».

— Не обижайся, — улыбнулась я, поглаживая птицу по черной спинке, — я буду рада, если у вас что-то получится. Она, и правда, красавица. И, кажется, она тоже положила на тебя глаз.

— Гур-гур-гур, — смущенно заворчал Правый. И вышло это так забавно, что я не выдержала и рассмеялась.

— Ой, чуть не забыл, — из кустов высунулись две головы: Пуськи и его гурлинки. И готова дать руку на отсечение, последняя смотрела на Правого с немного насмешливо, словно слышала весь наш разговор, но в то же время благосклонно. — Ася, приходи к нам в гости сегодня вечером. У нам вечеринка для соседей. Мама будет рада, если ты придешь. Наш адрес: Светлой радости, семнадцать. Все, я побежал. А то мамка рассердится.

Головы исчезли, снова оставляя нас одних.

— Гу-у-ур, — просвистел Правый, словно говоря «Ой, я дурак-ак!»

— Ничего, — улыбнулась я и потрепала гурлинку по спине. — Посмотри на это с другой стороны. Нас пригласили на вечеринку. И я уверена, об том Пусику напомнила твоя красотка. Я-то видела, как она на тебя смотрела.

— Гур? — скосил на меня глаз Правый. Уверена?

— Уверена, — кивнула я.

Он смущенно заворковал, мечтательно закатил глаза и замолчал. А я, наконец-то могла подумать.

Первое и самое главное, здесь, снаружи, за пределами Жизни и Пределами Смерти жили обычные, нормальные люди. Причем не просто обычные и нормальные, а такие же: темные и светлые маги. Только в отличие от Пределов Жизни темных, сделала я смелое предположение, здесь было большинство. А вот светлым приходилось, судя по всему довольно туго. Пусик сказал, что его сестра болеет и поэтому они ждут Бурю, которая принесла бы магию для девочки. Значит Буря не только приносит темную магию в Пределы Жизни, но и выпускает светлую за Пределы Смерти. А еще это значило, что где-то здесь источник темной магии. Борис был прав.

И второе… мне совершенно нечего было надеть на вечеринку. Да, я решила, что должна непременно пойти туда и познакомиться со взрослыми. Все же ребенок весьма ненадежный источник информации. Он мог что-то не так понять и невольно исказить сведения. Мне, к примеру, очень хотелось выяснить кто такие «равновесные» и неведомые «они», которые могут забрать у родителей ребенка, если выяснится, что он не такой как все. А такой, как я… слишком уж это слово «равновесный» подходило к моей двойной спирали из света и тьмы.

— Гур! — Правый, наконец-то отвлекся от любовных мечтаний и вспомнил, что он, вообще-то, здесь совершенно по другому поводу.

— Я знаю, что это опасно, — кивнула я. — Думаешь, я не понимаю, что меня могут расколоть в две секунды?

— Гур-гур-гур, — выдал глубокомысленно Правый.

— Угу, — снова согласилась я. — Ты прав. Умнее всего будет вернуться к Борису и посоветоваться с ним. Но, знаешь, я как подумаю, что потом снова придется проходить барьеры, чтобы узнать что-то еще, мне становится дурно. Поэтому лучше будет, если я прямо сейчас выясню как можно больше, и вернусь в Мертвые земли с какими-то реальными сведениями. Понимаешь?

— Гур, — буркнул он. И затараторил, — гур-гур-гур-гур!

— Я буду осторожна. Обещаю. Сейчас главное, раздобыть местную одежду. Если я заявлюсь в гости в таком виде, меня раскусят в два счета. Слишком сильно моя одежда отличается от той, что на мальчике. Она у него явно фабричная… Фабричная — значит изготовленная на фабрике… Это такое место, где люди с помощью машин, которые гораздо быстрее и точнее человека, прядут, ткут, шьют и делают разные вещи, которые похожи друг на друга, как две капли воды. И потом этими вещами пользуются все люди.

— Гур?

— Да, — кивнула я, — вещи настолько одинаковые, что невозможно отличить где чья… а что?

Правый ничего не ответил. Только загадочно покачал головой. А потом, гуркнув, что ему пора подкрепиться, отправился на охоту. Я осталась одна.

До вечер было довольно много времени, но и мне нужно было сделать много. Привести себя в порядок, подготовиться к встрече и придумать линию поведения. И легенду! Вдруг меня спросят о чем-то? Я даже пожалела, что разговаривала с мальчишкой. Надо было притвориться немой что ли… Иначе притворилась бы немой. Или дурой. А что? Это идея! С дуры и взятки гладки. И никто не удивится, если я буду вести себя немного странно.

А пока я отправилась назад, в сторону гор. Утром я прошла мимо довольно глубокого лесного ручья, который чуть правее городка впадал в реку, текущую с гор. Именно туда и отправился ловить рыбу Правый, если я правильно поняла его посыл. Но для меня это было слишком далеко, ведь в отличие от гурлинки я летать не умела.

До ручья я добралась без приключений. Развела небольшой костерок, опасалась, что дым будет виден из города, сварила кашу из какарушек и сока молочного дерева, закинула клубни брабы в угли, чтоб запеклись, а сама отправилась создавать образ местной дурочки, которую хотела сыграть. Ну, вернее, не совсем местной, а приезжей.

Хорошо, что здесь у подножия гор было гораздо теплее, чем в Мертвых землях. Там я не рискнула бы сейчас залезть голышом в холодную воду. А здесь ничего… Зябко, но терпимо.

Я тщательно прополоскала волосы. Шампуни или хотя бы мыла у меня не было, все осталось где-то там, в горах, вместе с моими запасами. Пришлось смешать золу и воду, чтобы получить подобие щелока. После мытья этим адским средством, кожу голову слегка пощипывало, но зато волосы отмылись до скрипа. Для блеска и гладкости, я ополоснула их соком молочного дерева. Я и раньше так делала, меня этому еще Мишка научил.

Тело пришлось скрести сорванными с ближайших кустов листьями. Но зато из ручья я вылезла вполне чистая и довольная. Зубы только стучали от холода, и меня била крупная дрожь. Подходить к костру и сушиться близко к нему я побоялась. Пусть я привыкла к запаху дыма и не чувствовала его запаха, но люди на вечеринке точно не спали несколько недель под открытым небом, как я.

— Гур! — Правый ждал меня у костра страшно довольный собой.

— Т-ы ч-чего т-такой ра-радостн-ный, — выбила я дробь зубами. Правый мотнул головой в сторону куста, за которым мы прятались. На его ветках висело весьма симпатичное платье. — От-ткуда эт-то? — округлила я глаза и сразу догадалась, — ты украл?! Но зачем?! А вдруг нас поймают? — от возмущения я даже дрожать перестала.

— Гур, — важно гуркнул Правый, — гур!

Я застонала. Этот глупый птиц решил, что раз все у всех фабричное, одинаковое, то никто никогда не догадается, что это платье не мое. Но нельзя было не признать, логика в его словах была. Я еще раз взглянула на платье… Светло-сиреневое, легкой и воздушное… И явно мне не к лицу. Я в таком буду выглядеть бледным подобием моли. Хотя… для моей маскировки оно подойдет довольно неплохо. Особенно если вспомнить, что обуви у меня нет. Не в валенках же идти на праздник… придется босиком.

— Спасибо, Правый, — поблагодарила я гурлинку. — Ты молодец.

Ближе к вечеру мы вернулись на то место, где я встретила Пусика. Я решила, что идти босой по лесу не самое умное решение, поэтому шла в валенках. Ближе к делу, так сказать, сниму, оставлю в кустах. И заберу на обратном пути.

— Гур, — мурлыкнула гурлинка мальчишки, высовывая голову из-за кустов. И принялась строить глазки Правому, изображая смущение.

— Гур, — загудел мой мужчина, выпятив грудь. А мне прямо в голову полилась информация, что Пусик отправил Черную Искру встречать нас, потому что мы не знаем, где его дом и можем заблудится.

— Что ж, — кашлянула я, чувствуя неловкость из-за того, что присутствую при таком интимном переглядывании, — это очень мило с его стороны. И я очень рада познакомиться с тобой, Черная Искра. А это, — неловко ткнула я в сторону своей птицы, взъерошившей все перья от головы до хвоста, вероятно для того, чтобы казаться больше, чем он есть на самом деле, — Правый.

Правый возмущенно фыркнул. Как я, могла усомниться, в нем. Да, он уже давно представился и, вообще, он уже пригласил ее на рыбалку, и она согласилась. Вот только сейчас доведут меня до места и полетят. Кажется, я зря решила, что мой Правый, первые встретив девушку, растерялся и немного завис.

Дом Пусика и его семья, к счастью, располагался на самом краю улицы. За ним уже начинался лес, из которого мы и вышли. Гурлинки довели меня до калитки в ажурном металлическом заборе и, напутственно гуркнув, исчезли. Дальше мне предстояло идти самой. Я переступила с ноги на ноги… Босиком было непривычно, мелкие камешки и веточки пребольно кололи непривычную к «массажу» кожу ступней, но валенки я оставила в кустах, тщательно прикрыв их сорванными ветками.

Суя по всему, мы пришли в самый разгар вечеринки. Во дворе, заросшем плодовыми деревьями, на которых висели, как знакомые не яблоки, груши, персики и сливы, так и совершенно незнакомые фрукты, раздавалась незнакомая, но приятная музыка, голоса и смех.

И я вдруг застыла не в силах сделать ни шагу. Хорошо считать себя бесстрашной и способной обмануть всех, когда ты сидишь одна в лесу. И совсем другое, когда ты стоишь перед толпой совершенно незнакомых тебе людей, которые одним вопросом могут вывести тебя на чистую воду. Ведь в этом мире, снаружи Мертвых земель, я дважды попаданка…

— Ася! Ты пришла! — откуда ни возьмись из кустов вынырнул Пусик и расплылся в счастливой улыбке, — так здорово! А то папка мне не поверил, что я тебя встретил. Идем скорее, — он бесцеремонно схватил меня за руку и втащил во двор, — я тебя с ним познакомлю! Папка! Папка! Ася пришла! Я же говорил, что правда ее встретил! А ты не верил!

Он орал так громко, что сумел перекричать все: и музыку, и голоса, и смех. Все стихли. И пробежав сквозь кусты и шипя от боли в ногах, я внезапно оказалась перед всей честной компанией. Трое мужчин, трое женщин, маленькая, бледная девочка в коляске и еще трое ребятишек, бегающих друг за другом по кругу. Все замерли стоило нам выйти. И смотрели на меня, выпучив глаза и открыв рот от удивления.

Я невольно попятилась… Кажется, я упустила что-то важное. То, выдало меня с потрохами, стоило только этим людям взглянуть на меня.

— Кхм, — первым пришел в себя высокий, молодой мужчина, неуловимо похожий на какого-то актера в моем мире. Он шагнул ко мне и протянул руку, — простите, мы не ожидали увидеть вас здесь. Я полагал мой сын слегка приукрашивает, утверждая, что встретил вас в лесу.

Я машинально пожала протянутую руку, все еще не понимая, что происходит, и чего ждать.

— Позвольте представиться, — тем временем склонил голову отец Пусика, — мое имя Владислав Рудков, я специалист по магической связи. Это моя жена Алиса и дочь Светла… С сыном вы уже знакомы, — улыбнулся он дружелюбно и взмахнул рукой, — а это мои друзья.

Он замолчал и уставился меня с ожиданием. Он явно ждал, когда я представлюсь тоже. И все остальные смотрели на меня внимательно, с заставшими улыбками на лице и ждали… Я слегка склонила голову, изображая вежливый поклон, и неожиданно для себя представилась:

— Княжна Ася…