Глава 48 · Дракон

«Это не Аннабель», — жестко напомнил я себе.

Но тело не слушало разум.

Я наслаждался этим напряжением. Натянутой струной между нами. Тем, что она здесь. Рядом. Не как тень. Не как замена. А как равный противник в этой странной, извращенной игре, которую я сам же и затеял.

— А на этот спектакль со свадьбой вы подписались, чтобы отомстить сестренке? — спросил я, испытывая ее вопросом на прочность.

Вопрос вырвался сам собой. Не от скуки. Не от желания уколоть. А от потребности заполнить пустоту. Узнать. Понять, кто она такая на самом деле.

Она моргнула. Удивление мелькнуло в ее глазах, быстро сменившись осторожностью.

— Нет, — ответила она коротко. — У меня с семьей был договор. Я не хотела быть вашей женой. Я хотела получить бабушкино наследство, которым распоряжались родители, чтобы поступить в Магическую Академию. Это было условие. Вы в обмен на наследство.

— Но почему-то вы еще здесь.

— Я здесь потому, что бабушкино наследство ушло на новые наряды для Аннабель. Мое наследство было потрачено на кружева для герцога, на драгоценные масла, чтобы волосы блестели. Для герцога. На шелк, который он так любит. На обнаженную шею, от которой млеет. Я знаю о вас больше, чем вы думаете. Я тоже была там, когда в гостиной обсуждался план по завоеванию вашего сердца моими родителями.

Я сделал еще один шаг. Теперь между нами было меньше метра. Я мог почувствовать запах ее кожи. Не ландышей. Не дорогих масел. Чем-то простым. Чистым. Запахом дождя и старых книг.

— Вы сказали про Академию. Зачем вам магия? Чтобы производить впечатление на гостей? Чтобы выйти замуж за какого-нибудь захудалого барона с магическим даром?

В ее глазах вспыхнул гнев. Яркий, настоящий.

— Чтобы быть свободной, — отрезала она. — Чтобы зависеть только от себя. Чтобы мои знания, мой ум, моя сила принадлежали мне. И мне не пришлось выходить замуж.

Она говорила тихо, но каждое слово звучало как удар молота.

— Я не планировала замуж, ваша светлость. Вообще. Я хотела учиться. Хотела стать магессой. Хотела доказать, что я чего-то стою сама по себе. Без сестры. Без родителей. Без вас.

«Без вас».

Эти слова ударили больнее, чем любая пощечина. Они обнажили мою ничтожность в ее глазах. Для нее я был не герцогом. Не драконом. Не желанной партией. Я был препятствием. Клеткой. Частью системы, которую она ненавидела.

И это… это заводило меня еще сильнее.

Я чувствовал, как жар поднимается от живота к горлу. Дракон проснулся окончательно. Он не рычал. Он прислушивался. К биению ее сердца. К ритму ее дыхания. Присматривался к тому, как расширяются ее зрачки, когда она говорит о свободе.

Кожа на запястьях горела, требуя трансформации, требуя сорвать с неё эту маску достоинства. Мне хотелось не обладать ею. Мне хотелось разбить это спокойствие. Вытрясти из неё эту проклятую уверенность.

Увидеть слезы.

Увидеть страх.

Увидеть ту самую «серую мышь», которую я мог бы презирать без усилий.

А вместо этого я стоял и ненавидел себя за то, что мне интересно. За то, что каждый её вдох кажется мне громче собственного сердцебиения.

Она вломилась в мое пространство, в мою голову, и теперь я не мог вытравить её присутствие, как яд.

«Убирайся», — шипел разум.

«Смотри», — требовал зверь.

Стоит ей только признать это, я…