Глава 40

Наступает время обеда, о чём мне намекает прилипший к позвоночнику желудок. Я будто неделю не ела! И все запахи становятся такими резкими и яркими, словно во мне проснулся дикий зверь. Дикий и очень-очень голодный зверь!

– Кажется, если сейчас же чего-то не съем, то упаду в обморок, – жалуюсь нагине.

– Ты же беременна, – Фейлора осуждающе качает головой. – В таком состоянии нельзя голодать! Нужно есть часто и понемногу. Ты не знала?

– Откуда? – искренне возмущаюсь я. – Это первая моя беременность. Слышала от других, что нельзя переедать. Мои знакомые во время беременности ограничивали себя в еде, чтобы не ругали врачи… То есть целители.

– Так твои знакомые, наверное, беременели от простых людей, – вмешивается Аллаисса и снисходительно поясняет: – Каханер – маг! И его дитя, разумеется, тоже обладает сильной магией.

– Именно потому я легко ощутила присутствие ребёнка, – поддакивает Фейлора, а потом задумчиво добавляет: – Если вспомнить, то я даже ощутила момент его зачатия…

– Феечка! – возмущаюсь я, чувствуя, как к лицу приливает жар. – Ты подглядывала за нами?

– Чуть-чуть, – скромно улыбается она, но сразу же пытается оправдаться: – Не пойми неправильно, я приползла, удивившись вспышке магии, а потом узнала Каханера. Собиралась выкрасть его женщину, но…

Замявшись, она подыскивает слова, и я подсказываю:

– Пожалела меня, да?

– Можно и так сказать, – с облегчением отвечает нагиня.

Я же веду носом, ощущая яркие оттенки различных запахов, многие из которых не очень приятные, а некоторые откровенно ужасные, и со стоном жалуюсь:

– Но почему обоняние так резко изменилось? Ещё утром я ощущала себя нормальным человеком!

– Ребёнок растёт, – назидательно отвечает Аллаисса, – и его сила тоже.

– Какая сила? – всплеснув руками, уточняю я. – Малышу всего несколько дней!

– Уже, а не всего, – драконица смотрит на меня почти с высокомерным презрением. – Слышала, что некоторые слабые человечки во время беременности даже могут использовать магию своих одарённых детей!

– А вообще дельная мысль, – хмурюсь я и многозначительно поглядываю на Аллаиссу. – Будешь общаться свысока, могу на самом деле воспользоваться магией ребёнка! Не забывай, что ты моя помощница, а не наоборот. Смотри, как на Каханера…

– Не могу, – мрачно перебивает она и тут же ехидно улыбается: – Ты не такая красивая, как он.

– Вот же язва, – примирительно хмыкаю я и, вспомнив своего привлекательного супруга, поднимаю глаза к небу: – Впрочем, твоя правда. Мой муж прекрасен!

И мы синхронно вздыхаем, а нагиня саркастично уточняет:

– Так ты будешь есть или сыта любовью?

– Ой, – прижимаю ладонь к ноющему животу. – Буду. Кажется, сейчас смогу проглотить корову!

– Хм, – мои помощницы одинаково скептически прищуриваются.

У меня мурашки бегут по спине от мысли, что нагиня и драконица на самом деле способны разом заглотить корову! А у меня это лишь идиома, обозначающая степень голода.

– Ладно, – сдаюсь я, чтобы мне на самом деле не принесли животное на обед. – Достаточно куска хлеба!

Аллаисса ведёт нас на кухню, как вдруг нагиня замирает, будто прислушиваясь.

– Что? – спрашиваю подругу.

Фейлора смотрит на меня так грустно, что сердце ёкает, и шепчет со слезами на глазах:

– Эрнил вернулся.

– Так радоваться должна, – улыбаюсь я.

Нагиня отрицательно качает головой и добавляет:

– Не один. С ним женщина.

– Так он исполнил приказ? – обрадовавшись, Аллаисса радостно потирает руки. – Каханер будет доволен!

Пришлось подкорректировать план и на самом деле ограничиться первым попавшим под руку пирожком, а затем следовать в общий зал. У меня остались неприятные воспоминания о месте, где Хэйк завладел моей волей, но я решительно переступаю порог и подхожу к столу, за которым сидит мой муж и его светловолосый помощник.

Рядом с Эрнилом действительно стоит хрупкая темноволосая девушка.

Мужчины увлечённо рассматривают старые свитки и, кажется, не замечают нашего появления. Девушка же кисло кривится при виде Фейлоры, и я догадываюсь, что передо мной – дочь верховной жрицы Орайма.

«Как же так? – с сочувствием покосившись на поникшую подругу, возмущаюсь про себя. – Фейлора ради Эрнила даже ноги отрастила от ушей! А он променял нагиню на другую?»