Глава 30

 Хорошо, что когда-то давно, Элиза проходила курсы самообороны, которые, она была уверенна, к этому моменту казались совершенно забытыми. Но память натренированных мышц это вам не девичья память в голове! В этом девушка смогла убедиться только, что, наблюдая, как на полу корчится её жених, схватившись за ушибленное место, а в его синих вертикальных зрачках постепенно угасает ледяной огонь внезапно возникшей страсти.

— Прости меня, дорогая… Не сдержался…

Элиза, сидевшая на краешке кровати, служившей совсем недавно полем недолгого боя, закинув ногу на ногу, взглядом победителя взирала на него свысока, ожидая продолжения. Но муки хозяина замка была настолько сильными, что она так и не дождалась.

— Значит так, дорогой жених. — начала она, наслаждаясь зрелищем, происходившим у её ног. — До первой брачной ночи даже не помышляй распускать руки, губы и…, ну, ты понял, о чём я.

Тот кивнул, не споря и смахивая со лба выступившую испарину. Поднялся, всё ещё держась за больное место, и попытался отшутиться хриплым от боли голосом.

— Боюсь, что теперь и первую брачную ночь нам придётся отложить, ввиду технических проблем…

— Вот и славно. — Элизе после случившегося шутить совсем не хотелось.

Она подошла к двери, широко распахнув дверь, явно намекая, что тому пора на выход. И Адаманту ничего не оставалось, как уйти.

Но у самого входа дракон обернулся.

— Элиза, прости, я правда не хотел.

— Хотел-хотел. — поджала губы девушка. — Не смей оправдываться!

— Даже не собирался. — покачал тот головой. — Это часть моей природы: близость и запах любимого человека сводят дракона с ума. Да, Элиза, я люблю тебя! Не так я хотел озвучить своё признание, но иного выхода, видимо, нет…

Девушка замерла с открытым ртом, поражённая признанием. Она просто не знала, что сказать.

— Рядом с тобой я теряю контроль. — со вздохом продолжил Адамант. — И не всегда могу сдержаться. Понимаю, это не слишком хорошо, но, когда мы станем ближе…

Элизу уже мутить начало от этих явных намёков будущего мужа, и она поторопила его, перебив на полуслове.

— Кажется, ты куда-то собирался. — её подбородок лёгким движением вновь указал на дверь. — Уходи, Адамант. Дай мне спокойно подготовиться к… свадьбе. Не знаю как у вас, а по нашим традициям жених не должен появляться на глаза невесте до самого момента бракосочетания!

— Ухожу. — понуро сообщил Адам. — Ещё раз: прости за то, что я не сдержался и испортил тебе настроение. Я постараюсь загладить свою вину…

«Исчезни уже!» — хотелось закричать Элизе, но она лишь сдержанно кивнула в ответ и демонстративно отвернулась. Адаманту больше ничего не осталось, как уйти, осторожно прикрыв за собой дверь.

Девушка же, оставшись в одиночестве, подошла к окну, всматриваясь вдаль, надеясь увидеть крылатого профессора. Но его видно не было. Конечно же, для возвращения Курлыка было слишком рано, и всё же ей было сейчас так одиноко, что она продолжала надеяться на чудо. А ещё Элизе не давала покоя мысль, что если побег провалится, то свадьбе быть, и ночью — не этой, следующей, Адамант добьётся своего на законных основаниях, а этого девушке никак не хотелось. Ни свадьбы, ни жарких объятий хозяина замка — большого и сильного, пока на горизонте не начинала маячить его мамочка. А ещё мысли всё чаще возвращали её к циничной усмешке и синим, глубоким глазам Алвина, в которых таилась та же вздорная смешинка, что и на его губах.

***

 Страдать долго Элизе попросту не позволили, ведь, как известно, свято место пусто не бывает, и вместо пылающего страстью жениха, в покоях «невесты» объявились бойкие портнихи. Они тоже пылали страстью, но иной, им не терпелось примерить и подогнать по фигуре будущей хозяйки свадебное платье. У Элизы было противоположное желание — послать их всех подальше, но кто её спрашивал?

 Её быстренько взяли в оборот, крутя и поворачивая, облачая в свадебный наряд, зажимая и подщипывая ткань, где это требовалось, и вот, очень скоро девушка взирала на себя в зеркало критично и, в то же время, восторженно — всё-таки свадебно платье было прекрасно, даже на ней, не любившей роскошных нарядов.

 Но в нём она преобразилась. Высоко забранные волосы, открытая шея и плечи подчёркивали стройность и хрупкость фигуры, белый, с синеватым отливом цвет воздушной ткани оттенял белизну прозрачной кожи девушки, и со стороны даже казалось, что Элиза столь же воздушна и невесома, как и само платье, сверху плотно облегающее стройную фигуру, а к низу переходившее в пышные воланы, расшитые белыми жемчужинами и серебром.

— А с фатой Вы будете совершенно неотразимы! — услужливо подсказал ей кто-то из толпы рукодельниц. — Настоящая красавица!

— Можно снимать? — вместо благодарности за комплимент, сухо спросила Элиза.

— Да, к следующему утру всё будет готово, в самом лучшем виде!

Вот у кого энтузиазма было не отбить. «Ну, конечно, не их же замуж силком выдают» — подумала Элиза. — «Хотя, вряд ли кто из этих представительниц прекрасного пола отказался выйти замуж за хозяина».

И вот, наконец-то всё смолкло. Портнихи, прихватив её свадебное платье, удалились восвояси, дабы довести его до ума, а Элизе так хотелось, чтобы они его случайно испортили. Конечно же, вряд ли бы это обстоятельство отменило свадьбу, но хотя бы потянуло время. Но откуда-то девушка знала, что эти мастерицы прекрасно знали своё дело, и свадебному платью абсолютно ничего не угрожало.

И вот сейчас, в этот самый миг, ей вдруг захотелось как следует разреветься…