Глава 17

Через два дня меня и правда отпустили, и даже сняли ужасную конструкцию с шеи и туловища, заменив ее более легкой, которую можно спрятать под платьем. Пришлось доставать одежду с воротником.

Все равно было не очень удобно все это носить, а еще до ужаса жарко, но меня попросили так походить еще хотя бы пару дней. Нет, мне все удачно срастили, но просто этот бандаж не дает совершать резкие движения, а целители боялись, что я могу забыться и дернуть, например, неудачно подбородком или резко повернуться, и все лечение придется начинать сначала.

Так что сейчас я ждала Риарди в темном теплом платье со старомодным воротом-стойкой. Да, мне было жарко, да, это дурацкое платье еще и кололось, да, я чувствовала себя как какая-то посвященная одному из богов, постоянно ходящая в темной строгой робе. Тьфу, короче!

Это не говоря про то, что на руках по-прежнему у меня были перчатки, а под глазами синяки из-за чрезмерно потраченных ресурсов организма.

– К вам граф Де Риарди, миледи, – в комнату зашла Селина, придирчиво меня осмотрела. Она, мне кажется, даже похудела за эти несчастные пять дней, а на лбу образовалась скорбная морщина.

Мне уже успели рассказать, что моя личная горничная очень переживала, когда я пропала, порывалась бежать искать вместе с дедом и бойцами нашего рода, но ей, конечно, не разрешили. Она ведь не одаренная, обычная молодая девушка, что она могла сделать?

– Пусть его проводят в голубую гостиную, – я кивнула горничной и последний раз бросила взгляд в зеркало, поморщилась от своего вида.

– Может, вам румян добавить? – спросила девушка. – Или губы подкрасить?

– Нет, это будет выглядеть так, как будто я его ждала. – Хотя это очень недалеко от истины, но вслух я этого, конечно, не сказала. – К тому же, это только подчеркнет синяки под глазами.

Селина на это лишь пожала плечами и скрылась за дверью, я же посмотрела на свои руки, поморщилась и вытащила из ящика такие же целительные, но черные печатки. Ну а что, траурное темно-бордовое платье, черные перчатки – хоть сейчас на похороны. Прямо вот моему настроению соответствует.

Нет, дело не в графе, который меня уже наверняка ждет, а в новом конкурсе, который мне, скорее всего, опять придется пропустить. Предыдущий ведь поменяли с магическим, так вот сейчас он как раз и будет. И мужской планируют завершить уже сегодня, кстати.

Хм…

– Граф, очень рада вас видеть! – я вошла в голубую гостиную и посмотрела на мужчину, который с трудом поднялся, опираясь на трость. Поправился он, значит?! – С вашего позволения, давайте без церемоний.

Я сейчас присесть в реверансе просто не в состоянии, как и он кланяться, а целовать перчатку вместо руки и вовсе странное занятие.

– Рад вас видеть, Марианна, – улыбнулся он, садясь обратно в кресло. – Как вы?

– Уже все в порядке, спасибо. А вы?

– Могло быть и хуже, – мужчина усмехнулся, но при этом выражение лица у него стало каким-то жестким и отстраненным.

Каро не смогла мне рассказать, что случилось с графом, просто не знала. И никто подробностей не знал, даже дед. Известно было лишь то, что он сильно пострадал, но, в отличие от меня, сам отбился.

– Может быть чай или кофе?

– От кофе не откажусь.

Я позвонила в колокольчик и попросила слугу все организовать. Все это время Риарди за мной пристально следил.

– Мне сказали, что вы хотели меня видеть? – начала я разговор. Под этим взглядом мне стало не очень уютно.

– Да, узнал, что на вас напали в тот же вечер, хотел справиться о здоровье.

– Спасибо за беспокойство, – я тоже улыбнулась, в ответ на его улыбку.

– А еще хотел поднять вам настроение. Судя по всему, не помешает.

– Я просто… Да нет, все хорошо.

– Не очень похоже, уж простите, если это прозвучало нагло, – нахмурился он.

– Мне просто не очень нравится быть пешкой в чьей-то игре. Джулиано, вы можете мне объяснить, что происходит? Вы ведь если не в курсе, то точно понимаете больше, чем я.

– Вы умная девушка, Марианна, поэтому я ожидал этого вопроса. Но тут вот так сразу в двух словах и не рассказать.

– А вы попробуйте. Зачем нас всех хотят убить, вы знаете?

– Ну, думаю не нас всех, а всех женихов и вас. Остальные невесты ни при чем. Просто мы, женихи, так сказать, предпочитаем не встречаться большими группами, а устранять нас поодиночке очень хлопотно. К тому же, каждый из нас может очень удивить противника.

– Ага… А я при чем?

– Думаю, следующее покушение тоже будет с помощью артефакта, поэтому решили выбить двух самых проблемных участников.

– Что-то как-то у них выбить плохо получилось, – буркнула я.

– Да как сказать… – мужчина на секунду задумался. – Я с трудом отбился, как вы выжили – вообще непонятно. Все-таки противостояли нам профессиональные бойцы, как они не убедились, что вы мертвы?

– Профессиональные? Я бы сказала, что на меня напали обычные бандиты и только один из них был, возможно, одаренным.

– Одаренные, среди бандитов?

– Ну, может он у них был главным?

– Вы тоже склоняетесь к мысли, что это случайность и вас хотели только ограбить? – граф посмотрел на меня с каким-то сожалением и разочарованием, что ли?

– Нет конечно! Меня хотели убить – это точно. Просто если на вас напали профессионалы, то на меня нет. Возможно, решили, что и этого хватит, так зачем платить больше? В пользу этой версии говорит то, что я бы не смогла пять минут убегать и отстреливаться от профессионалов – это нереально, я не боец.

– Да нет, вы-то как раз боец. По характеру, – добавил мужчина с лукавой улыбкой. – Так что вы думаете, что просто наняли бандитов?

– Ага, решили, что с девчонкой справятся и были правы. Тем более, вероятно, знали, что я пока не могу использовать магию, – я подняла руку, затянутую в перчатку.

– И вам ничего не показалось подозрительным?

– Подозрительным? Конечно показалось! У бандитов могут быть защитные артефакты, они хоть и дорогие, но не редкость, но ни один бандит не смог бы отключить светильники, да и со стрельбой из лука не все так просто. Я много думала об этом…

– И какой вывод?

– Этим бандитам кто-то дал артефакты. Либо один из бандитов и правда был магом, либо он просто воспользовался соответствующим артефактом, чтобы напитать силой стрелу.

– Но таких артефактов не существует, – сказал Риарди, но при этом у него было такое странное выражение лица, будто он меня проверяет.

– А артефакты, которые могут питать чистой стихией щит и взорвать его, а артефакты, которые могут вразнобой отключить освещение, запитаное по цепи, они существуют?

– Очень верное замечание! – удовлетворенно ответил граф.

– Так что происходит, Джулиано? – криво усмехнулась я. Было вот совершенно не весело.

Мужчина, что сидел напротив меня, враз посерьезнел, отвел глаза и, казалось, засмотрелся на пейзаж за окном. Голубая гостиная, если что, выходила окнами на дорогу, так что разглядывать там было решительно нечего.

– Знаете, это долгая история, на самом деле долгая. Но перед тем, как я вам все расскажу, я хочу, чтобы вы понимали, это довольно опасные знания и лучше бы об этом не распространяться. Несмотря на вашу природную непоседливость, мне кажется, вы серьезная девушка и должны понимать, о чем стоит говорить, а что стоит сохранить в секрете.

– Я понимаю, – я опять криво усмехнулась, – уж поверьте. Отец-дипломат очень быстро объясняет даже ребенку, в каких ситуациях лучше держать язык за зубами. Однако, если меня будут спрашивать компетентные службы, я не смогу промолчать.

– Этого и не требуется. Все, кому по долгу службы положено, знают. Марианна, я не прошу вас скрывать что-то незаконное, ни в коем случае. Просто это не тема для беседы с подружками.

– Ну хорошо, я поняла, – я пожала плечами. – Клянусь, что не буду обсуждать это ни с кем посторонним.

Так себе формулировочка, конечно, оставляющая просторы для фантазии. Ведь дед, например, или Каро для меня далеко не посторонние.

– Хм… Так с чего бы начать? – граф замялся, собираясь с мыслями. – Все началось пятьдесят лет назад. Да, да, так давно. Никого из присутствующих на отборе еще в проекте не было. Зато были наши родители, сильные одаренные маги, теоретики и практики магических дисциплин, ученые, военные, вышедшие в отставку. Как вы знаете, все страны пытаются развивать магическую науку, производить новые артефакты, двигаться в направлении увеличения силы. Тем более сейчас, когда магов становится больше, но личная сила при этом ослабевает. Ну, вы наверняка в курсе современных тенденций.

– Да, мы это еще на первом курсе проходили, – кивнула я.

– Так вот, наша Империя уже тогда, полвека назад, была озабочена этим явлением. Уже тогда оно начало серьезно влиять на обороноспособность страны. Так что под эгидой Императора собрали тех, кто мог попытаться решить этот вопрос. На самом деле работа велась в нескольких направлениях. Первое – повышение личной силы, объема резерва. Второе – сращивание в одном человеке двух и более магических способностей, например, стихийной и артефакторной или артефакторной и целительской. Я не имею в виду те жалкие огрызки второстепенных способностей, которые бывают у обычных магов, а полное использование двух или трех направлений. Правда, трех добиться так и не удалось.

– Но это невозможно! – воскликнула я. – Ведь все дело в проводимости каналов. Если человек использует стихийную магию, артефактная или целительская в полной мере ему просто не даются. Это как стрелять из пушки по воробьям!

– Все верно. Но эти ученые искали способ. Ну и третье – создание новых, еще никем не придуманных до этого, артефактов, принципиально новых решений. Всего три направления. Но артефактное все же более стандартное, этим многие занимаются.

– Это что-то типа научной лаборатории было?

– Да, что-то типа этого. Как вы, наверное, уже поняли, это были наши родители. Вернее, их было больше, конечно, у кого-то не осталось детей, у других наследники погибли вместе с родными. В общем, смысл в том, что над этим проектом работало довольно много семей.

– Семей?

– Да, очень много из сотрудников стали семьями. Когда работаешь на секретном предприятии далеко в горах много лет, круг общения довольно-таки узок.

– Так что произошло?

– На самом деле, это хороший вопрос. Во время взрыва меня, как и остальных участников этого отбора, в лаборатории не было. Я, например, учился на первом курсе Академии. Так что, что там произошло, мы можем только догадываться. Впрочем, вариантов не так уж много. Скорее всего проводили какой-то эксперимент и что-то пошло не так. Ученые ведь достигли определенных результатов еще лет тридцать назад и все с тех пор пошло не так, как планировалось, потому что способ, который они использовали для увеличения резерва и объединения способностей был, скажем прямо, не очень этичным.

– Не очень этичным? – я приподняла бровь, уже догадываясь, о чем он.

– И не совсем законным. Да, даже в те времена ритуалистика, тем более ритуалистика на крови, уже выходила за рамки законности. Но способ был открыт, произведено несколько ритуалов, которые позволяли увеличить резерв у взрослых магов. Что же касается способностей, то тут все было сложнее. У взрослого человека нельзя развить пассивную способность до уровня основной, а вот у младенца можно. Естественно, ставить эксперименты над беременными женщинами и младенцами Император не дал. Резерв увеличивали добровольцам из числа все тех же ученых или охраны объекта – тут Император был не особо против. Единственным его условием было именно добровольное сотрудничество.

– Это было опасно?

– Скажем так, не настолько безопасно, чтобы использовать этот способ повсеместно. Около десяти процентов во время ритуала умирало, еще двадцать становились магическими и физическими калеками.

– Это очень много, – я задумалась. – Можно было бы использовать на преступниках, например.

– Были такие идеи, но все же семьдесят процентов удачных ритуалов – это достаточно много для того, чтобы давать в руки преступникам такую сильную магию. Что же касается второй силы, то проводить ритуалы над женщинами и детьми Император запретил категорически. Никто не знал, к чему это приведет к долгосрочной перспективе.

– Но они не остановились, так ведь?

– Конечно нет! Когда это сумасшедших ученых останавливали такие мелочи, как запрет Императора? Поэтому подверглись ритуалу сначала наши матери во время беременности, а потом уже и мы после рождения. На самом деле этот ритуал был гораздо безопаснее. Во время него почти никто не умер.

– Почти?

– Ну, мне лично известно о двух случаях смерти женщин во время первого ритуала, никто из младенцев не умер. Но не все младенцы в итоге получили вторую способность. Там пятьдесят на пятьдесят.

– Дайте угадаю, на отборе собрали тех, кто получил?

– А вот и нет. На отборе собрали тех, над кем проводили ритуал и кто до сих пор жив. Так-то таких детей изначально было больше ста.

– И куда они делись? – я нахмурилась, соображая. Ведь на отборе присутствовала, получается, только треть.

– Часть погибла в лаборатории. В основном, маленькие дети, кто еще не успел поступить в младший академиум. Это же все произошло в учебное время. А еще часть убили.

– Убили?

– Да, убили. За нами охотятся уже много лет. Убивают по одному, редко, может, пару-тройку человек в год, поэтому-то мы и не в восторге от вот этого всего мероприятия – здесь легче нас всех прихлопнуть. И это, кстати, почти удалось.

– Так, а кто охотится?

– А вот и самое интересное, – Риарди усмехнулся. – Нам это неизвестно. Ни мы, ни Император не смогли выяснить, кто убивает детей сотрудников этой лаборатории и в чем причина этих действий.

– В этом ключе и взрыв в лаборатории уже не выглядит несчастным случаем.

– На самом деле, мы долго думали, что это организовал сам Император. Просто уничтожил выживших из ума и вышедших из-под контроля ученых.

– И подчищает концы, убивая вас? Но сейчас вы так не думаете?

– Кто-то все еще думает, но мне лично так не кажется. Если бы Его Величество захотел, он бы от нас уже давно избавился. Тем более что многие из нас служат или служили. Убрать человека во время боевых действий не составит никакого труда. Но тот, кто это делает, похоже, не имеет доступа к военным.

– У меня вот еще какой вопрос… – я все пыталась сообразить, что за несостыковка в словах Риарди меня настораживает. Поняла, наконец. – Джулиано, вы все время говорите сейчас о женихах, верно? Здесь ведь собрались только мужчины. Но где родившиеся у ученых девочки?

– Нигде, – граф пожал плечами. – У женщин, над которыми был проведен ритуал, не родилось ни одной девочки. Более того, нам доподлинно известно, что способности передаются, но только по мужской линии.

– И что, девочки вообще не рождаются?

– Рождаются, – усмехнулся Риарди, видимо понимая, что я уже прикидываю эту ситуацию на себя. Когда-нибудь у меня будут дети, минимум двое, и среди них, надеюсь, будут девочки. – Просто они становятся обычными магами, без парных способностей.

– Получается, что Император затеял весь этот отбор, чтобы привлечь внимание преступников и попытаться их поймать? – поделилась я неожиданно пришедшей в голову мыслью.

– Думаю, – граф несколько помедлил, перед тем как ответить, отпил из чашки остатки кофе, – Его Величество все это затеял в первую очередь для того, чтобы мы оставили наследников. Сильные маги для Империи будут не лишними. А если их еще и воспитают лояльные трону матери… Вы ведь все из имперской аристократии, куда лояльнее?

– Но ведь детям тогда тоже угрожает опасность. Если хотят убить всех носителей данной специфической особенности, то выходит, что и их попытаются убить.

– В том-то и дело, что нет. Некоторые из нас, детей той лаборатории, успели жениться и родить своих детей. И несмотря на то, что часть из них потом погибла, все дети до единого остались живы.

– Может, это совпадение, их хорошо охраняли? Вы правы, Джулиано, мы, имперская аристократия, многое можем сделать, чтобы защитить своих.

– Когда-то у меня был друг, мы вместе уехали из лаборатории, вместе учились в Академии, вместе закончили. Но там он повстречал хорошую девушку простых, не аристократических кровей, они поженились и успели родить близнецов, мальчиков. Оба парнишки были одаренные в артефакторике и целительстве – очень редкое сочетание. Так вот, мой друг как-то поехал с детьми за город на прогулку, его убили с расстояния полукилометра артефактной стрелой, а детей не тронули. У убийцы была возможность сделать еще два выстрела в пятилетних детей, которые даже не поняли, что случилось и от того не убегали, но он этого не сделал. Кто бы он ни был, дети его не интересуют.

– Мне жаль вашего друга, Джулиано, – мне захотелось подойти к нему, взять за руку, поддержать, но это все же немного неуместно, мы не настолько близки. Хотя я видела, что от этих воспоминаний ему больно.

– Спасибо.

– Значит, вы хотите сказать, что убийц интересуют только те, над кем непосредственно проводился ритуал?

– Мы пришли к точно такому же выводу.

– Но почему?!

– Мы не знаем, – Риарди пожал плечами. – Если причина в самом ритуале, то нам она неизвестна. Весь архив лаборатории погиб во взрыве, а мы были слишком малы, чтобы что-то помнить.

– Да, но ведь кому-то могли рассказать родители…

– Среди нас не было ученых, даже если бы рассказали, мы бы все равно ничего не поняли.

– Вы бы, Джилиано, вы бы не поняли…

– Что вы имеете в виду? – Мужчина усмехнулся. – Сомневаетесь в интеллектуальных способностях своего будущего преподавателя?

– Когда произошел взрыв, – решила пояснить свою мысль я, – вы были на первом курсе Академии. Но ведь вы далеко не самый старший из, как вы выразились, детей лаборатории. Ведь могли быть те, кто уже закончил учиться и понимал больше?

– Самый старший из нас – герцог Сарели, но он чистый боевик и…

– Не самый выдающийся интеллект, – на этот раз усмехнулась я. С герцогом я успела пересечься лишь однажды, и он на меня произвел не самое лучшее впечатление.

– Не самый, – кивнул Риарди. – В целом, Мари, я бы с вами согласился, но ведь убивали и тех, кто намного младше, кто просто не мог все понять в силу возраста.

– Понять – нет, а запомнить?

– Значит вы думаете, что тот, кто все это делает, хочет, чтобы тайна ритуала ушла с нами в могилу?

– Возможно. Хотя у вас, конечно, было больше времени на подобные раздумья.

– Что ж, они, в принципе, совпадают с вашими. Либо дело в информации, которой мы якобы владеем, либо в том, что мы сами живой эксперимент, который еще не окончен. Но кто это все делает до сих пор не ясно. Слишком много вариантов.

– Но ваш убийца решился пойти ва-банк с этим взрывом на полигоне, не так ли? Я прочитала много шпионских романов, это не делает меня крупным специалистом, но мне кажется, что тут что-то не так. Сначала аккуратный убийца, который убивает в течение многих лет по паре человек в год, и тут он идет на риск и пытается убить сразу всех вас, да еще с вами несколько десятков наследниц имперской аристократии. К тому же, скажем прямо, если бы у вас была информация о ритуале, вы бы уже давно сообщили все Императору. Это не говоря про то, что он еще раньше все знал и даже запрещал. Ему наверняка известны если не все, то почти все подробности. Тут что-то не то, – я покачала головой. – Не складывается.

– Вот и мы все в полном недоумении.

– Так может быть там, на полигоне, все же пытались убить не вас, а нас? Или вообще помешать отбору?

– И такое возможно, – кивнул Риарди. – Но мне кажется, пусть следствием лучше займутся компетентные службы. Вы правы, все, что мы можем и знаем в плане расследований вычитано нами в детективных и шпионских романах. Думаю, у профессионалов больше шансов все раскопать и сделать правильные выводы. Но вы меня просили рассказать, что происходит, я рассказал.

– И все стало еще менее понятно, чем до этого, – устало усмехнулась я. – Мне другое непонятно: сейчас проходит финал мужского магического конкурса, почему вы не там?

– Ну тут все просто, – мужчина пожал плечами, сделал вид, что ему безразлично. Хотя может это действительно так. – Мы оба с графом Лиантеро дисквалифицированы по здоровью. Я мог бы сражаться, но, честно говоря, не вижу смысла сейчас перенапрягаться. Все же бой с убийцами, как вы могли заметить, дался мне не слишком просто.

Я кивнула. Да, сейчас ему только и выходить на полигон, противников тростью распугивать.

– А граф Лиантеро еще не поправился, так что…

– Так, стоп! – я нахмурилась. – Как это не поправился? У него вроде бы были не очень серьезные повреждения, чтобы не успеть исцелиться за больше чем неделю.

– Вот именно, Марианна, вот именно.

– На вас же рухнули одни и те же осколки. Пусть его порезало сильнее из-за отсутствия защиты, но не настолько же! Любой целитель в состоянии за пару дней убрать даже глубокие и множественные порезы. Мне позвоночник срастили, а тут ерунда, по-сути.

– И опять мы не знаем, в чем причина. То ли в индивидуальной реакции на конкретные порезы от конкретных нитей силы, то ли…

– В реакции на исцеление! Но ведь не может человек за всю жизнь не выяснить, что на него не действует целительская магия? Да и вообще подобные случаи чрезвычайно редки.

– Я как-то дрался с Лиантеро, давно это было, – хмыкнул граф, – еще в Академии, кажется, курсе на третьем. Нос ему сломал. Так вот, целительская магия на него тогда прекрасно действовала.

– Тогда в чем дело?

– Артефакт – это единственное, что приходит в голову. Возможно, какая-то индивидуальная реакция именно на этот артефакт, на этот вид воздействия, как вы правильно сказали. У меня-то точно такие же порезы в тот же день залечили без проблем.

– Артефакт, да, – я тяжело вздохнула. – А потом нападают и пытаются убить двух артефакторов. Кстати, странно, что среди нас больше их нет.

– Как нет? Есть. Просто не таких сил и умений, как мы с вами.

– Не таких сил и умений? Я студентка второго курса, Джулиано.

– Вы это почаще повторяйте, Марианна, – насмешливо ответил граф, – может те, кто все это устроил, вам и поверят. Вот только я еще на приеме во дворце понял, что ваш уровень владения магией намного выше среднего. Возможно, это понял не я один.

– Не вы один, да, – я кивнула, подтверждая, хотя мужчина меня ни о чем и не спрашивал. – Моими знаниями и умениями очень заинтересовался дворцовый артефактор, даже просил через деда, разумеется, дать ему консультацию.

– Вы студентка второго курса!

– Теперь вы это говорите! – фыркнула я. – Но да, я понимаю, о чем вы, не по чину мне таких людей консультировать. Кстати, деду он просьбу передал, но так в итоге время для встречи и не назначил, возможно, передумал или просто забыл. Вроде бы он довольно стар.

– А вы сами-то что по этому поводу думаете? – поинтересовался граф, нахмурившись.

– Я думаю, что ничего не понимаю и пусть в этом компетентные службы разбиваются. И еще, Джулиано… Спасибо, что вы мне все рассказали, мне действительно было важно это знать.

– Я действительно думаю, что это пойдет вам на пользу. Иначе ни слова не сказал бы. И Марианна, не будет ли слишком большой наглостью пригласить вас на ужин? Хотя учитывая мой рассказ, возможно вы и не захотите подвергать свою жизнь опасности рядом со мной.

Это он меня на слабо пытается взять? Ну тогда у него получается.

– Я с удовольствием с вами поужинаю, Джулиано, – с улыбкой ответила я.