Глава 16

Асад

Я выхватил шпильку из пальцев Тесс и, согнув металл, бросил безделушку девушке под ноги.

Шаг, как вдох. Вплотную. Чтобы слышать частое дыхание друг друга и чувствовать, как бешено-яростно бьются сердца.

В синем море ее глаз, в котором я беззаветно тонул, бушевал шторм, сверкали молнии и капельки влаги дрожали в уголках.

— Я Элору не целовал, Тесс, — тихо проговорил, прижав букашку к себе за талию. — Мне никто из них не нужен. И… — коснулся губами румяной щеки, — если тебя останавливает только страх выбыть из отбора… — запустил ладонь под густые волосы и обхватил затылок. — Есть магия, которая скроет наши отношения.

— Не страх выбыть, дурачок… — Тесс жалко рассмеялась и запрокинула голову, часто моргая, будто прогоняя слезы. — Не доверяю я магии. Потому что смотреть на тебя нормально у меня не получается. Даже Лорс заметил, как я пялилась на ваш балкон с рыжей и ревновала, словно обезумевшая. Если… — посмотрела в мои глаза, будто пронзила стрелой грудь, — между нами что-то случится… — понизила голос, — я убью любую, кто к тебе притронется. Этого ты добиваешься?

От ее слов у меня мурашки пробежали по телу. Я услышал то, о чем в тайне даже от себя, мечтал. Как же хотелось присвоить ее себе! До скрежета зубов и ломки костей. Держался нарочито спокойно, а внутри бушевал ураган, распаляющий огонь.

— Ты можешь не доверять магии. От этого ее сила меньше не станет, — толкнув Тесс спиной к стене, чтобы выскользнуть не смогла из моих объятий, я прижался к ней так тесно, что между нами не осталось расстояния. Чувствовал ее дыхание на своей коже, смотрел в невероятные синие глаза и смирился с тем, что пропал. — Хаэль нам поможет. Есть зачарованные камни, которые могут скрыть от всех, что мы близки. А ревность у нас взаимная. Харт — мой друг, но из-за тебя я едва ему голову не оторвал.

— Смешной рыжий мальчик, — подстегнула Тесс, лукаво улыбаясь. — Хорошенький такой, очень старался мне понравиться. Когда ты появился на балконе, я грешным делом подумала, что вы враги.

Она замолчала, прикусила губу и внезапно приблизилась.

Зашептала тревожно:

— Асад, ты лишишься своей привычной свободы, если мы это сделаем. Ты лишишь меня выбора. Ради чего? Похоти? — маленькая ручка скользнула по моему плечу, сорвалась на пояс и прижалась к паху. Сжала до легкой распирающей боли. — Не поверю, что такие мужчины, как ты, добровольно привязывают себя к женщинам, основываясь на животном голоде.

— Рыжий мальчик, — я фыркнул и накрыл ее руку своей ладонью, чувствуя, как невыносимый жар от прикосновения скапливается в точке под нашими ладонями. — Только ты могла так назвать одного из лучших воинов, — шепнул ей на ухо и втянул носом опьяняющий запах. — Похоть? — спросил в никуда, больше себе задавая вопрос. — Здесь нечто большее, — сжал маленькую ладонь и нехотя оторвал от себя. Поднес тонкие пальчики к губам и поцеловал, купаясь в легком аромате кипариса. — Не вижу ничего плохого в том, чтобы обладать любимой женщиной. Чувства под правила отбора не подогнать.

— Ври больше! — зашипела Тесс, сотрясаясь всем телом. Не то от нетерпения, не то от чего-то другого. — Любовь? Скажешь тоже. Знаю я такую любовь. Она закончится, стоит магическому посоху показать, что я не выношу твоего ребенка.

— Глупышка, совсем меня не знаешь. Не хочу я детей. Уж тем более наших совместных, — улыбнувшись, залюбовался красивым лицом. Хотелось запомнить упрямые черточки, крошечные родинки и мимические морщинки. Все до мелочей. — Тебя хочу. Сейчас, — выдохнул и приблизился губами к бархатной щеке девчонки. Застыв в миллиметре, ждал ее ответа.

Она порывисто прошептала:

— Как же… — взмахнула густыми ресницами, — без детей? Совсем?

— А ты хочешь? — проговорил, надеясь на положительный ответ. В душе я всегда желал ребенка, но не хотел спугнуть Тесс, зная, как она относится к рождению детей от красных драконов.

— Всегда хотела, а теперь, — она приподнялась, коснулась моих губ губами и снова отстранилась. — А теперь… — голос сорвался в беззвучный шепот, — мне жутко страшно за их будущее.

— Ничего не бойся, букашка, я никогда и никому не отдам своего ребенка. И тебя… тоже, — поймал ее губы и смял своими. Схватил Тесс за талию и, приподняв, прижал сильнее к стене.

— Асад, — выдохнула она между поцелуями, — ты творишь безумие. А я… — потянулась ко мне, поиграла кончиком языка в уголке моих губ, юркнула в рот и приняла мои ласки, чтобы, оторвавшись на миг, договорить: — Не могу устоять.

— И не надо, — подхватив девушку на руки и не прерывая поцелуй, понес к кровати.

Аккуратно, будто она из хрусталя, положил Тесс на белоснежное белье. Задержал взгляд на высокой груди, узкой талии, согнутых в коленях длинных ножках. Облизывая губы в предвкушении, коснулся пальцами лодыжек, стянул туфельки и выбросил их за спину. Подвинулся ближе, навис, покрывая Тесс своей тенью, будто защитной дланью. Изучать идеальное тело и понимать, что букашка навеки моя — было сродни признать себя ее рабом. И я готов был на все ради Тессианы, только не озвучивал это.

Девушка соблазнительно выгнулась, удерживая вес на локтях, и посмотрела на меня с призывом, от которого невозможно было отказаться.

— Ты самая красивая женщина в нашем мире, Тесс, — прошептал и поставил колено возле бедра девушки. Медленно подобрался к ней и осторожно развел ноги в стороны.

Стоило провести ладонью в миллиметре от ее кожи, согревая огненной магией, как тонкие пальцы девушки до хруста впились в покрывало, а Тесс глухо застонала. Она реагировала на меня очень остро, приоткрывала губы, подхватывая недостающий воздух, и выгибалась, безмолвно требуя еще страсти.

Я приподнял платье из легкой материи до ее груди и на миг остановился.

Мне нужен вдох, чтобы совладать со своим нетерпением.

Нужен выдох, чтобы успокоить себя и не сделать малышке больно.

Посмотрел в штормовые глаза, которые Тесс тут же прикрыла, будто сказала «да». Освободив девушку от одежды, склонился к обнаженной груди. Упругие вишни сосков притягивали взгляд, манили. Мысли спутались, возбуждение текло по венам ядовитой смесью, меня сильно тряхнуло, стоило приоткрыть губы и лизнуть по вершинке, вобрать ее в рот и царапнуть зубами.

Тесс отозвалась сильной дрожью и протяжным стоном.

Переместившись с поцелуями по плоскому животу вниз, я рывком стащил трусики из эртинского кружева и припал губами к заветному треугольнику. Как же она порочно пахла, от ее запаха нервы трещали по швам, а я натурально лопался.

Тесс слабо вскрикнула и, сжав между ног мою голову, запротестовала сначала, а потом заметалась по постели и выгнулась в спине. Тонкие пальцы до боли вплелись в мои волосы, но тут же переместились на плечи и царапнули кожу.

Даже если бы она вогнала в мою спину клинок, не смогла бы меня остановить. Я припал к ее трепещущей точке и, терзая заветные лепестки кончиком языка, смело погружался в жаркое нутро, сжимал сильные бедра, приподнимал их и прижимался к ней до предела.

Пока Тесс не заискрила под моим языком.

Ее молочная кожа покрылась пупырышками, губы распахнулись в немом крике, спина изогнулась до хруста, а мышцы запульсировали, сотрясая ее сильнее, чем в прошлый раз. Прохладная кожа нагрелась, девушка раскинула руки звездочкой и, глядя на меня из-под ресниц, лукаво заулыбалась.

Осторожно, с опаской, не до конца доверяя ее улыбке, я освободился от одежды. Тесс жадно наблюдала за мной, облизывая вожделенным взглядом плечи, грудь, живот. Задержала взгляд между моих ног и медленно облизнулась.

Меня колыхнуло от нетерпения, и мурашки покрыли все тело. Пришлось тряхнуть головой. Чтобы собраться, чтобы наклониться ближе, чтобы позволить Тесс не только видеть, но и чувствовать меня.

Запустил пальцы в ее спутанные волосы цвета вороньего крыла и специально сжал их до боли, оттягивая голову назад. Выставляя напоказ тонкую хрупкую шею. Заглянул в необыкновенные штормовые глаза и свободной рукой направил возбужденную плоть в ее нутро.

Тесс зажмурилась, натянулась, вцепилась в мои плечи.

— Ничего не бойся, — шепнул, проникая языком ей в рот, и настойчиво, до упора, толкнулся.

Тессианна

Он был красивым. Мощным и… желанным.

Я сдалась намного раньше, а последние часы откровенно испытывала свое терпение и силу воли. И проиграла.

Я навсегда отравлена этим мужчиной, драконом с огненной кровью.

Мягкий толчок распорол между нами стену, обвязав прочными нитями связи. Я чувствовала, как на спине горит метка, стоило Асаду погрузиться еще, уперевшись в изнывающую желанием глубину.

Сама не знаю, что нашло и откуда знаю, что делать. Я приподняла ноги, обняла Асада за бедра и крепко сжала собой. До ломоты. Быть с ним одним целым — было так правильно, так тепло.

Мы не дышали вместе. И съедали друг друга глазами.

А когда воздуха стало не хватать, Асад вдруг качнулся и зарычал до вибрации в тембре голоса. Впился в мои губы жадно и хлестко, будто поцелуем окончательно заклеймил меня собой навечно.

Наши метки засверкали красной магией и сплелись едва уловимыми магическими щупальцами, а когда он задрожал и усилил толчки, свечение погасло. Остались только искры в его черных глазах. Они горели в темноте крохотными всполохами и бросали блики на мое лицо. А потом дракон обмяк на мне и закрыл глаза, погружая меня в полную темноту комнаты.

Асад так и лежал сверху, не желая выпускать меня из объятий. Носом зарылся в мои волосы и шепнул:

— Мне сейчас придется уйти.

— Ты вернешься? — зачем-то спросила я.

— Да. Ты должна избавиться от простыни и закрыть за мной дверь. Никому не открывай, пока не услышишь три коротких стука, — сжал до легкой боли мое плечо и коснулся губами щеки, тяжело задышал. — Я все решу.

Он отстранился, а я потянула его к себе, снова царапая плотную кожу.

— Асад, обещай мне, что нашего сына не отправят в Цитадель. Дай слово.

— Обещаю, что уничтожу Айшура, и нам не придётся бояться. Я лично после отбора поведу в бой армию красных драконов.

Он поспешно ушел, а я послушно защелкнула замок, для этого пришлось завернуться в покрывало.

Я долго стояла у входа и таращилась на закрытую дверь, будто в щель на полу утекало мое счастье. Заставила себя вернулась к кровати, чтобы выполнить просьбу дракона.

Сердце все еще колотилось, ноги приятно ослабли, мышцы расслабились, тело нагрелось, и я была немыслимо спокойна.

Что со мной? Я ведь Ливерия предала, но не чувствую ни капли угрызения совести.

Хотелось распахнуть руки и закричать: «Мне так хорошо!»

Я прижала пальцы к губам. Они все еще пахли драконом, его поцелуями, его кожей. Тихо хихикнув, бросила взгляд на простынь.

Несколько капель крови застыли по центру, нарисовав на белом полотне причудливый треугольник. Я сгребла ее в комок и оглянулась.

— Избавься… Легко сказать.

Прошла по комнате в поисках чего-то подручного и ничего не нашла. Что делать? Задачка для хенсы-дарвийки в самый раз. Можно было бы сжечь, но у меня нет магии огня.

Я свернула простынь потуже, завязала узлом и пока отбросила в сторону. Порылась в шкафу, нашла сменное белье и перестелила постель. Пока делала это, жутко упарилась. Жар Ароны только сейчас по-настоящему стал мне понятен.

Окинула взглядом комнату, убрала порванное платье, сунув его к простыни, потому что вряд ли смогу объяснить Оми, где я так сильно его порвала. Стало душно, пот выступил на лбу, покрывало вместо одежды не годится. Да и Асад должен вернуться, стоит найти одежду.

Я вытащила из вороха нарядов что-то более неприметное и маленькое: легкие штанишки и белую маечку из тонкого трикотажа — кажется, эту ткань производят в Эртине. Из такой эластичной нити оборотни шьют белье, гольфы и свитера. Хенсам эти вещи были недоступны, но пару комплектов мне подарила Миэн, но я их хранила на свадьбу, которой уже не суждено состояться.

Я с трудом оделась. Ткань была очень тонкой и липла к жаркому телу. Намучилась я знатно, запыхалась, как старушка, а еще во рту стало сухо, как в пустыне.

Никакого холода, только кипящая внутри кровь.

Когда в дверь коротко постучали три раза, я дернулась и чуть не упала. Голова пошла кругом, а из груди рвануло что-то невообразимо мощное.

Я запаниковала, бросилась к двери, с трудом провернула ключ вспотевшими руками и потянула на себя дверь.

Когда Асад сделал шаг навстречу, меня вдруг расперло, как пузырь, и на нас с драконом плюхнулся водный шар. За миг намочив сухую одежду до нитки.

— Получилось, — засмеялась я, отплевываясь от воды и глядя на удивленного дракона и его смуглую кожу в серебристых капельках. — Кажется, я знаю, какой у меня дар.

Асад скривился и смахнул с лица влагу. С его черных волос струйками стекала вода, делая его еще более притягательней.

— Ты как всегда. Без сюрпризов и дня не проходит, — рассмеялся дракон и заключил мое лицо в ладони. Поцеловал нежно в кончик носа и запер за собой дверь.

Я устремила взгляд на его полурасстегнутую рубашку и увидела кусочек метки, что остриями лепестков немного заходила на крепкую грудь. Рванула ткань, чтобы рассмотреть ее полностью и заметила, что цветок поменял цвет с алого на синий.

— Это нормально, — пояснил Асад, отвечая на немой вопрос и развернул меня спиной к себе. Аккуратно, с особым трепетом, приподнял мокрую майку и провел горячими пальцами по очертаниям моей метки. — Теперь они одинаковые. Я не ошибся, Тесс, ты моя пара.

Я почувствовала что-то холодное на коже и опустила взгляд на грудь. В ложбинку между ними опустился кулон в форме ромба с ярко-красным камнем на золотой цепи.

— А если спросят, что это? Или Оми заставит надеть черное, — покривлялась, — колье… к платью от драконессы Рилье?

Асад заразительно рассмеялся и надел себе на шею такой же кулон.

— Скажешь, что подарок от меня. Драконы подобными вещами выражают особое внимание претенденткам. Это редкий драконий камень, который способен впитывать в себя магию. Хаэль зачаровал их так, что никто, кроме нас, не сможет увидеть на коже наши метки истинной пары. Ты сможешь пройти любую магическую проверку. Главное, — окинул он меня шутливым и одновременно тревожным взглядом. — Не снимай его никогда. И умоляю, Тесс, не потеряй!

— Да я руку откушу любому, кто посмеет его у меня забрать. Сам воевода подарил! — шутливо ткнула пальцем в потолок.

Мы замерли друг напротив друга, столкнувшись взглядами. Наверное, мы оба не до конца осознавали случившееся. Я знаю, что драконов-лиэнов учат сексуальным играм в Цитадели, но на отбор попадают только невинные, и осознавать, что я у Асада первая женщина — было очень приятно. Оно нежно щемило под грудью и выталкивало через приоткрытые губы воздух. Я на миг потерялась, не нашла слов и шуток, чтобы хоть как-то оттянуть миг расставания.

Так и хотелось попросить, чтобы не оставлял меня, не уходил, но я лишь сжимала кулачки и прокалывала себе ногтями ладони, пытаясь отрезвить голову от опьянения драконом. Он просто стоял рядом, а я подрагивала.

— Асад, — пролепетала, чувствуя, что снова накатывает волна магии. Руки обвило лозами воды, закрутило водоворот и брызнуло фонтаном дракону в лицо. — Прости, — прошептала я и, смущенно улыбаясь, развела руками, — оно само.

— Завтра у нас свободный день, — он уже не стал стряхивать с себя воду. — Хаэль научит тебя это контролировать. К ужину будешь самой сильной магичкой, — игриво подмигнул и тяжело вздохнул. — Мне придется уйти. Увидимся утром, — коротко поцеловал меня в лоб и поспешил удалиться, будто даже секунда промедления могла заставить его остаться.