Эпилог

Лиам

Несколько месяцев спустя

— Разве это пространство не идеально? Ни слишком большое, ни слишком маленькое. И смотри, в том углу есть ниша, где я могла бы поставить кабинку. Хотя одна кабинка может смотреться странно, — Мэдди хмурится, глядя на кирпичную стену. — Нет, я передумала. Это будет выглядеть эклектично и хайпово.

Я усмехаюсь.

— Мы все еще называем вещи словом «хайпово» в наши дни?

— Хорошее замечание, — говорит она, заходя в прилегающую кухню. — О, здесь все так устарело. Мне придется заменить всю технику и установить новые столешницы.

Я пригибаюсь под деревянной балкой.

— Но у этого места есть шарм и реальный потенциал, Мэдди.

— Ты так думаешь? — она улыбается, оглядываясь через плечо. — Вам оно тоже должно понравиться, мистер Партнер.

— Мне оно нравится, мисс Партнер. К тому же, расположение идеальное, а это единственное, что мы не можем изменить. Твори внутри все, что хочешь.

Мэдди улыбается, подходя ближе.

— Это не очень-то романтично с твоей стороны. Ты должен комментировать атмосферу. Историю этого места. Вот что на самом деле заставит ресторан «выстрелить».

Я хмурюсь в притворном замешательстве.

— Я думал, это делает еда?

Посмеиваясь, Мэдди прижимается ко мне.

— Это тоже, идиот.

Я запечатлеваю поцелуй на ее лбу.

— Ну, ты та, кто должна это сказать, Мэдди, но я думаю, что это оно самое.

Она берет меня за руку и вытягивает в зал. Витрина достаточно велика, чтобы вместить приличное количество людей, не теряя при этом ощущения интимности.

— Это оно, — заявляет она. — Боже, можешь поверить, что мы действительно собираемся это сделать?

Улыбка на ее лице – это все. То, что я пытался вызвать снова и снова в последние пару месяцев; то, что она дарит мне добровольно, по несколько раз в день.

Мой якорь и свет.

— Могу, в основном потому, что я верю в тебя.

— Грант поможет привлечь прессу к этому месту. У нас могут быть ресторанные критики, бронирующие столики на вечер открытия, — ее глаза расширяются. — О боже, мне придется готовить для критиков.

— И ты их всех поразишь, — говорю я. — Альма согласилась присоединиться?

— О, она воодушевлена практически так же сильно, как и я!

Я усмехаюсь. Подруга Мэдди стала мне симпатична за последние месяцы.

— Хорошо. Вы – отличная команда.

— Совсем как мы с тобой, — говорит она, обвивая руками мою шею. — Уверен, что начинать совместный бизнес – хорошая идея?

— Нет, — я ласкаю ее щеку, большим пальцем убирая прядь темных шелковистых волос. — Я понятия не имею, хорошая ли это затея. Но мы с тобой всегда находим способ превратить плохие идеи в хорошие.

— Мы в этом мастера.

— Лучшие, — соглашаюсь я. — Хочешь узнать кое-что еще?

Она склоняет голову набок, такая красивая, что щемит в груди.

— Да?

— Я люблю тебя.

Улыбаясь, она целует меня с той сладостью, которой, как я и не думал, когда-нибудь захочется жаждать. Теперь я знаю, что не смогу без этого жить.

— Я тоже тебя люблю, — шепчет она, и черт возьми, если это не лучшие слова, которые может услышать мужчина. Когда-то я думал, что это: «Ты мне нужен». Это все еще почетное второе место, но только из ее уст.

Я отстраняюсь от Мэдди.

— Ты помнишь помолвочное кольцо?

Ее брови сдвигаются.

— Конечно, помню.

— Помнишь, как вначале оно показалось тебе слишком вычурным?

Она отстраняется, пристально глядя мне в глаза.

— Да, помню.

— В конце-концов ты к нему привыкла, — я придаю голосу небрежности, обнимая ее за талию. — Это была игра или правда?

Мэдди облизывает губы.

— О чем ты на самом деле спрашиваешь?

— О, ни о чем. Просто пытаюсь понять, искренне ли тебе понравилось то кольцо или ты предпочла бы что-то другое.

— Лиам...

Я пожимая плечами, разворачивая нас к входной двери.

— Я просто поддерживаю беседу, Мэдди.

— Конечно. К тому же, ты ведь вернул кольцо, верно?

— Правда? — я хмурюсь, придерживая перед ней дверь. — Я помню, что говорил о намерении вернуть его, но не уверен, сделал ли это. Я занятой человек, знаешь ли.

— Лиам! — Мэдди толкает меня плечом, и ее широкая улыбка возвращается. Любовь в ее глазах грозит окончательно меня обезоружить. — Ты не можешь так дразнить меня!

— О, но это то, что у меня получается лучше всего! — я приобнимаю ее за плечи и веду к машине. — Пойдем, мой начинающий ресторатор. Мы опаздываем на ланч к Коулу, а у меня закончились секреты о кольцах, которыми мог бы поделиться.

Она смеется, прижимаясь к моему боку. Мы идеально подходим друг другу.

— К слову, это не было игрой. В конце концов кольцо мне понравилось. Но...

— Приятно знать.

— ...это не значит, что оно не слишком вычурное.

Я фыркаю. Однажды в будущем мне придется дать Мэдди понять, насколько деньги больше не являются для меня проблемой – и не будут для нее, как только она позволит. Как только мы станем «мы» на более постоянной основе, чем сейчас.

Но всему свое время.

— Ты заслуживаешь только самого лучшего, — говорю я вместо этого. — В конце концов, ты ведь выбрала меня, не так ли?

Ее смех согревает меня до самой глубины души.

Поездка в Гринвуд-Хиллс уже стала рутиной, так как за последние месяцы я совершал это путешествие почти каждую неделю. Я паркуюсь на дорожке у дома Коула, когда Мэдди прочищает горло совсем не по-мэддиевски.

— Вообще-то, твоя мама сказала кое-что на прошлой неделе, — говорит она. — Я забыла рассказать сразу.

— Что на этот раз?

— Не лекцию о пестиках и тычинках, обещаю. Нет, это о тебе и Итане.

Мои руки напрягаются на руле.

— Да ну?

— Она сказала, что вы похожи. Мои мальчики всегда дрались, сказала она, потому что они скорее близнецы, чем братья.

Я молчу мгновение.

— Хм.

— В общем, — шепчет Мэдди. — Я просто подумала, что ты захочешь знать.

Я кладу руку ей на колено.

— Я никогда не думал об этом в таком ключе.

— Я тоже, — говорит она. — Но, когда я это услышала, прозвучало правдиво.

Слова оседают во мне, и я знаю, что придется вернуться к этой мысли. Возможно, взгляд на вещи под таким углом объясняет больше, чем я позволял себе обдумывать.

Мы направляемся на задний двор Портеров, и Мэдди вкладывает руку в мою.

— Нервничаешь?

Она фыркает, ведь не из тех, кто признает подобные вещи.

— Нет, — но затем: — Просто не особо разговаривала с твоими деловыми партнерами, за исключением Итана, с тех пор как вся эта... история с фиктивной помолвкой пошла прахом.

— Поверь, они не держат на тебя зла, — говорю я. Мэдди злились на меня, но даже тогда это было недолго. Я ясно дал понять, что больше никогда не выкину ничего подобного. Они ясно дали понять, что подобного больше не потерпят.

А потом мы двинулись дальше.

— К тому же, — поддразниваю я, — ты провела со мной уже достаточно времени, так что они больше не могут тебя пугать, верно?

Мэдди смеется.

— Что, потому что ты такой пугающий? Я думаю, ты, возможно, просто пьян от собственной значимости.

— Любовь сделала меня уверенным, — говорю я. — Это на самом деле твоя вина.

— О, вот как? — она придвигается ближе, понижая голос. — Если моя любовь настолько сильна, интересно, что еще могу заставить тебя сделать?

Я притворно содрогаюсь.

— Все, что угодно.

Она открывает рот, но нас прерывает детский возглас:

— Дядя Лиам! Мэдди!

Хэйвен и Ив бегут к нам, оставляя позади на газоне шатающегося малыша. Скай держит Исаака за руки, и маленький мальчик пристально следит взглядом за моими племянницами.

— Привет, — говорит Скай. — Рада, что вы смогли прийти.

— Простите, что опоздали, — говорит Мэдди. — Мы осматривали помещение в городе под новый ресторан.

— О, как здорово!

Я оставляю их болтать – или, вернее, они оставляют меня, учитывая, что меня заваливают вопросами две маленькие девочки о том, принес ли я конфеты. Это я начал практиковать несколько недель назад, но был вынужден прекратить, когда Итан обвинил меня в подкупе.

Эй, я человек, использующий любые доступные средства.

Подхватив Ив на руки, я беру Хэйвен за руку.

— Где ваши родители?

— Они здесь, — говорит Хэйвен, увлекая меня за собой. — Пойдем, я покажу.

Коул и Ник стоят у гриля, Итан сидит в кресле во внутреннем дворике чуть поодаль. Белла и Блэр тоже там, одна темненькая, другая блондинка.

— Привет, — Итан кивает, забирая Ив из моих рук. Она тут же спрыгивает с него.

— А где Лукас? — спрашивает она.

— Он спит, — отвечает Белла, положив руку на детскую переноску рядом с собой.

— Все еще?

— Младенцы много спят.

— Однажды ты пожалеешь, что он не спал больше, — говорю я Ив, протягивая руку, чтобы взлохматить ее медового цвета кудри. — Он никогда не перестанет тебя доставать.

Ее глаза расширяются, словно это новая концепция. Но затем рот растягивается в широкой беззубой улыбке.

— Прямо как я с Хэйвен.

— Именно.

Она убегает от нас, несясь по траве, чтобы поделиться новым откровением со старшей сестрой, подтверждая мою правоту. Один из псов поднимается со своего места, чтобы последовать за ней.

Итан переводит взгляд с меня на Мэдди, по-прежнему стоящую со Скай и Лукасом вдалеке.

— Все в порядке?

Я киваю.

— Мы посмотрели потенциальное помещение для ресторана. Я спросил, какое помолвочное кольцо ей нравится. Обычные дела, сам понимаешь.

Брат усмехается и протягивает мне пиво.

— Готовишься сделать предложение?

Сделав глоток, я качаю головой.

— Пока нет. Мы будем двигаться медленно, но... достаточно скоро.

— Ты не мог выбрать никого лучше, знаешь ли, — говорит он. — Есть что-то похожее в женитьбе на соседке.

Я закатываю глаза.

— Наши ситуации ни капли не похожи.

— В этом отношении – похожи, — Итан кладет руку мне на плечо и сжимает его, ухмылка становится шире. — Кстати, отличная работа с последней инвестицией. Мы как раз обсуждали цифры.

Коул опускается в кресло рядом с моим, обхватив пиво.

— Энергетическая компания? Невероятно. Как ты узнал, что они удвоятся в цене?

— Просчитал цифры.

Он качает головой, ухмыляясь.

— Я был прав, наняв тебя. Я ведь говорил, что это была моя идея?

Итан стонет.

— Есть хоть что-то, за что ты не попытаешься присвоить себе заслугу?

Коул на мгновение задумывается.

— Нечто великое, я полагаю. Гравитация. Солнечный свет. Изобретение антибиотиков.

— У тебя нет ни стыда, ни совести, — Ник садится рядом с женой, закидывая руку на спинку скамьи. Блэр плотнее прижимается к его боку.

— Все равно ложь, брат, — замечает она. — Ты однажды пытался убедить меня, что несешь ответственность за полнолуние.

— Каким образом?

Блэр закатывает глаза.

— У него был календарь с лунными циклами, но он не поделился со мной этим маленьким секретом.

У Коула бесстыдная ухмылка. Скай подходит к нему сзади с извивающимся малышом на руках.

— Что ты теперь натворил? — спрашивает она мужа. — И можешь ли продолжать в том же духе, развлекая сына?

Айзек устраивается на коленях отца, его руки тут же тянутся к золотым часам папы. Коул потакает ему, расстегивая их и вкладывая в маленькие, цепкие ручонки.

— У него хороший вкус в игрушках, — комментирует он.

Мой взгляд блуждает в поисках Мэдди, пока та направляется в наш круг. Она садится рядом со мной, волосы рассыпаются вокруг лица темным водопадом.

Как мне так повезло?

— Привет, — говорит она всем и никому в частности, скрестив ноги. — О чем говорим?

— У меня есть тема, — говорит Коул.

Ник закатывает глаза.

— Ну, конечно.

Подбрасывая сына на колене, он переводит взгляд с меня на Мэдди и обратно.

— Я разговаривал со старым мистером Уокером на днях.

Рука Мэдди крепче сжимает мою. Я знаю, она не ожидала ответа на письмо, которое отправила несколько месяцев назад, но все равно хотела его получить.

— Да ну? — спрашиваю я. — И что он сказал?

— Что ж, вот в чем дело. Я упомянул, что вы теперь вместе.

— Ты сделал что?

Коул ухмыляется.

— Он был очень доволен. Черт, я даже сказал, чтобы он смело присваивал себе все лавры. Его это по-настоящему позабавило.

На мгновение я просто хлопаю глазами.

— Ого. Как раз думал, что ничто уже не может тебя удивить.

Коул переводит взгляд на Мэдди.

— Он велел передать поздравления по поводу стипендии и сказал, что с нетерпением ждет возможности когда-нибудь поужинать в твоем ресторане.

— О, — шепчет Мэдди, поворачиваясь ко мне. В ее глазах облегчение и радость, и я знаю, что она может отпустить последние остатки вины. — Это потрясающе.

— Так и есть, — соглашаюсь я, сжимая ее руку своей. — Он может стать одним из гостей на открытии.

Она открывает рот, чтобы ответить, но слова тонут в громком визге – Хэйвен и Ив влетают в нашу компанию, Страйк несется следом.

Ив бросается ко мне на колени, а Хэйвен переминается с пятки на носок, глядя на Мэдди.

— Мы тут подумали, — заявляет она.

— О нет. Что вы теперь придумали?

Мои племянницы обмениваются взглядом, который можно описать только как заговорщический.

— У нас вопрос, — добавляет Ив.

— Хорошо, выкладывайте.

Хэйвен прищуривается.

— Теперь, когда у тебя есть девушка, дядя Лиам, мы наконец-то получим двоюродных братьев и сестер?

Остальные смеются, а я просто стону и откидываю голову на подголовник. Они никогда не прекратят нытье. Рука Мэдди сжимает мою, но именно ее ответные слова заставляют сердце сжаться в груди.

— Возможно, — говорит она, — но не сейчас. Вам придется набраться терпения.

Я сжимаю ее пальцы в ответ, и впервые перспектива создания собственной семьи кажется мне привлекательной. Мэдди была моим первым другом, первой влюбленностью, той, на кого я всегда мог положиться. Годы спустя на фронте ничего не изменилось. Нет никого, с кем бы я охотнее отправился в приключение под названием жизнь.

Конец