Глава 29. Не лучшая пара

Здесь и сейчас, конечно, никто ничего делать не стал. Действовать опрометчиво было нельзя, но и ждать слишком долго — тоже. Ксан не сказал, когда он вернётся, а мне хотелось решить проблему с поверенным до его приезда. Поэтому условно я поставила себе три дня.

Поэтому я как ни в чём не бывало на следующий день пошла на занятия. В тот момент меня беспокоила только предстоящая практика по здравию, которую будет проводить у нас Клюшка. Я бы сказала, что успела по ней соскучиться, но это будет заведомо неправдой.

Бригитта же наоборот испытывала энтузиазм, Анна-Луиза нервничала и что-то повторяла в конспектах, а Крессида как всегда проводила зеркальную терапию. То есть смотрела на себя любимую в зеркало и прихорашивалась.

— Ты совсем не волнуешься? — оторвалась от тетради Лула и посмотрела на нашу стервозину.

— Это же не экзамен, — фыркнула Кресс и показала зубы зеркалу, — а лично мне не нужно так глубоко изучать здравие как вам с Бри. Мне людей не лечить.

— Тебе их калечить, — хмыкнула я.

Бригитта захохотала, даже Лула прикрыла рот ладошкой и прыснула. Крессида кинула на меня злобный взгляд.

— Тебе-то уже ничем не помочь, — ядовито ответила она, — а других несчастных я ещё смогу сделать хоть чуточку красивыми. Мной, конечно, им не стать, но я сделаю всё возможное.

— Какое восхитительное самомнение, — присвистнула я.

— Себя надо любить, холить и лелеять, — повела плечом Кресс.

— Бесспорно, — хмыкнула Бригитта, гася не начавшийся спор.

Больше поболтать мы не успели, потому что в аудиторию вплыла Клюшка, а за ней неловко ввалился как обычно встрёпанный Цезарь. Анна-Луиза судорожно вздохнула и прикипела к нему взглядом. Клянусь, я увидела, как в её зрачках затрепетали сердечки!

Я удивлённо приподняла брови. Так девушки не шутили, Лула и правда влюбилась в Цезаря! Когда успела-то? А он? Взъерошенный парень завертел головой, выглядывая кого-то среди студентов, нашёл взглядом Лулу и ненадолго застыл.

— Мистер Наутан, — позвала его Клюшка.

— Да-да, леди Эвелин, — пробормотал он и поспешил к преподавательнице.

Женщина гордо выпрямилась, оглядела нас всех соколиным взором, попыталась им же проткнуть меня насквозь, явно приласкала Тори и заложила руки за спину, как генерал Кузан, которого я обрабатывала в одном из последних заказов. Он, когда напился, начал рассказывать о героических подвигах и встал точно так же. Только, в отличие от Клюшки, на земле он стоял не так твёрдо.

— Сегодня у нас практическое занятие по здравию, будем смотреть, как лорд Вайрг начитал вам лекции, и как вы усвоили эти знания, — сухо проговорила леди Эвелин, — сейчас вы разобьётесь на пары, и кому не хватит партнёра, тому составит компанию мой помощник, мистер Наутан.

Анна-Луиза сжала кулаки и нервно оглянулась на нас, как загнанный оленёнок, будто от нас зависело, с кем будет заниматься её милый Цезарь. Поднялся галдёж, одногруппники начали распределяться на пары. Мы вчетвером переглянулись.

— Пошли, горюшко моё, — я поднялась и потянула Лулу за руку.

Она покорно поднялась и пошла за мной, я спустилась вниз, к преподавательской кафедре, и подвела её к Цезарю. Помощник леди Эвелин слегка покраснел, но я заметила, как радостно вспыхнули его глаза. Криво улыбнулась и подтолкнула заробевшую соседку в сторону её желаний.

— А так можно было?! — вскинулась одногруппница с третьего ряда, Саманта Гвейз, — я тоже хотела с помощником в паре быть!

— В большом коллективе клювом не щёлкают, — ответила я и пожала плечами.

Нам в пансионе это вбивали с младых ногтей и приговаривали, что и в жизни так.

— Это верно, мисс Шин, — проскрипела Клюшка за моей спиной, — если не хотите быть в паре с мисс Гвейз, то поспешите. А вам, мисс Статуат, не стоит поддаваться дурной компании. Это портит вашу репутацию и светлый облик.

Анна-Луиза покраснела и растерянно захлопала огромными карими глазами. Я застыла от этих её слов. Медленно обернулась и заметила, что недалеко от нас стоит и чего-то ждёт с независимым видом Тори не-Грэмс. Цезарь виновато поджал губы и нахмурился.

— Леди Эвелин, вы попросили меня восполнить недостаток студентов, в чём проблема, если я позанимаюсь с мисс Статуат? — он загородил собой Лулу, а я вдруг зауважала этого щуплого парня, — мисс Грэмс сможет позаниматься с кем-то другим.

— Ни в чём, — скрипнула зубами Клюшка и посмотрела на подошедшую Тори, — не переживайте, мисс Грэмс, мы сейчас найдём вам другого партнёра.

И тут-то до меня дошло. Клюшка привела Цезаря, чтобы он был в паре с её воспитанницей. Ну конечно, старая грымза не хочет, чтобы кто-то навредил её девочке и привела своего стажёра. А я так нагло спутала все её карты, она ведь не знала, что тут кто-то может играть не по её правилам.

— У кого ещё нет пары? — перекрывая гомон, воскликнула Клюшка.

Резко опустившаяся тишина была ей ответом. Я обернулась к студентам и осознала ещё одну вещь. Я спутала карты леди Эвелин и пока щёлкала тут клювом, даже Саманта Гвейз уже обзавелась партнёром. А это значит, что я буду работать в паре с Тори.

Я еле сдержала рвущиеся с губ ругательства и медленно прикрыла глаза, чтобы скрыть бушующее на дне зрачков море осознания и безысходности. Видимо, Клюшка и Грэмс это тоже поняли, потому что между лопаток у меня зазудело от их взглядов.

— Что ж, — процедила Клюшка и попробовала убить взглядом сначала меня, а потом Цезаря.

Лулу спрятал за своей спиной Цезарь, поэтому ей порции смертоносного презрения не досталось. Возмущаться при всей группе или заставлять помощника сменить партнёршу она не стала, но во взгляде было много молчаливого обещания неприятностей. Но Цезарь, видимо, после Ксана был тёртым калачом, поэтому встретил взгляд наставницы без особого трепета.

— Что ж. Тогда мисс Грэмс и мисс Шин вы будете работать в паре на этом занятии, — проскрежетала леди Эвелин, — рассаживайтесь, мы приступаем!

От кровожадного взгляда девчонки из-за стёкол очков мне стало слегка дурно. Потому что лорд Вайрг объяснил нам, что нас ждёт на первом практическом занятии по здравию. Мы будем делать друг другу надрез на ладони и потом будем стараться его залечить. Бр-р-р!

Мы расселись по парам, на столах перед нами было разложено по два ножа, ватки, спирт и даже бинты. Просто прелесть. Я взяла свой нож и тщательно обработала лезвие спиртом, Тори молча сделала то же самое. Я обернулась к ней.

— Кто первый? — задала я самый животрепещущий вопрос.

Заниматься повреждением со своей фактически врагиней — то ещё веселье. Очень щекочет нервишки. Особенно если учесть тот факт, что у меня нет классической магии, а мой дар совсем не направлен на то, чтобы заживлять раны.

В кармане брюк лежал амулет, выданный Милордом. Теперь нужно было как-то так им воспользоваться, чтобы эта маленькая глазастая зараза этого не заметила. Но это полбеды. Я ей совсем не доверяла и мне очень не хотелось отдавать ей на растерзание свою ладонь. Убить не убьёт, но помучить может.

— Ты, — коротко сказала она и протянула мне свою раскрытую ладонь.

Я удивлённо вздёрнула бровь, недоверчиво глядя на её руку. Осторожно, будто тут может быть подвох, протёрла кожу ваткой со спиртом и приняла из её руки второй нож, который она для себя обработала. И как решиться и сделать порез? Сложно!

— И чего ты ждёшь? — спросила Тори, — пока моя ладонь сама вскроется?

— Это непросто, кого-то наживо резать, — нервно хмыкнула я.

— Какая трепетная, — ядовито ответила она, — а на словах ты казалась мне сильнее. Ай!

Она зажмурилась от резкой боли, когда я без предупреждения резанула лезвием по её ладони. Неглубоко, едва рассекая кожу. На краях раны начала медленно набухать кровь. Зашипев, Тори раскрыла злые глаза и с гневом уставилась на меня.

— Ты специально, — процедила она, — отвлекала меня.

— Нет, мне правда было сложно сделать это, — я пожала плечами и отложила ножик на марлю, — я хорошая, пока меня не пытаются задеть. Если задеть, я способна на всё.

Я перехватила её запястье, глядя, как набухает кровь на ладони. Грэмс процедила какое-то ругательство, но я пропустила его мимо ушей. Сосредоточилась на связи с амулетом и повела его силу к порезу на руке маленькой заразы.

Сила в амулете легко поддалась и послушно коснулась повреждённого участка, окутала, медленно стягивая края. Через несколько секунд о случившемся напоминали только кровавые разводы на чистой коже и тонкая розовая полоска, которая постепенно бледнела.

— Неплохо, — нехотя сказала Тори, — твоя очередь.

Она стёрла кровь со своей руки и обработала спиртом мою ладонь. Я подала ей свой ножик. Ни один мускул на её лице не дрогнул, когда она рассекла мою ладонь от запястья до основания среднего пальца. Рана была глубокой и мою ладонь быстро заполнило маленькое озерцо крови.

Я зашипела и гневно посмотрела в её невозмутимое лицо. Грэмс едва заметно улыбнулась, самыми кончиками губ, и быстро промокнула кровь большим мотком марли. Белая ткань, смятая в шар, мгновенно окрасилась алым, это напомнило мне занятие по предсказаниям, как алым цветом заполнился шар под руками Тори.

— Прости, — неискренне извинилась она и накрыла мою ладонь своей.

Я медленно прикрыла глаза, сдерживая приступ режущей боли в ладони. Но всё быстро прекратилось, и Тори убрала свою руку. Я открыла глаза и посмотрела на свою ладонь. Ни следа. Только разводы крови.

— Считай это предупреждением, — наклонилась ко мне соседка, вкладывая в ладонь ватку со спиртом, чтобы протереть кровь, — моя рука не дрогнет, Айза.

Я перехватила её запястье, дёрнула на себя, притягивая ближе, чтобы шепнуть на ухо:

— Не играй с огнём, Виттория. Я не люблю жестокость, но если меня вынудят, я оставлю за собой только пепел.

Она вздрогнула и вырвала руку.

— Ты знаешь, кто я, — процедила она на грани слышимости, — за мной есть кому встать. А что ты? Ты никто, даже покровительство Ксана не спасёт тебя. У магократии свои законы.

— Я сказала — ты услышала, — я отстранилась от неё, вытирая ладонь, — не трогай меня, и я пройдусь лёгкой тенью по краю твоей жизни и жизни Ксана.

Я подняла руку, чтобы позвать леди Эвелин и показать ей наши результаты. Больше мне нечего было сказать Тори-Виттории. Всё, что можно было, бы уже сообщили друг другу. Нет больше смысла бросаться угрозами и предупреждениями и меряться, чьё происхождение круче. Всё равно я не собираюсь раскрывать своё, даже Ксану.

Потому что я уже всё для себя решила. Я доведу свои дела до конца и исчезну.