Глава 30. «Эй, ты» от Саманты Гвейз

— Эй, ты, — кто-то крикнула сзади, но я проигнорировала.

— Эй, Шин, Айза Шин! — уже конкретнее позвал голос, прорываясь сквозь потоки студентов в коридоре.

Я понадеялась затеряться в толпе и догнать Цезаря. Парень сбежал с пары сразу, как только Клюшка проставила Луле оценку. Мне нужно было у него спросить, когда вернётся Ксан. Должен же он знать? А если нет, то… Попытка не пытка!

Я заметила лохматую макушку Цезаря и ускорилась. Ухватила парня за рукав и дёрнула на себя. Он недоумённо обернулся и по-совиному хлопнул большими удивлёнными глазами. Прищурился, узнавая.

— Что-то случилось? — растерянно спросил он.

— Нет, — я мотнула головой, утягивая его к стене, чтобы нас не затоптали, — я хотела спросить у тебя, ты не знаешь, когда Ксан вернётся в академию?

— Он мне не отчитывается, — поправил сумку на плече Цезарь, — у него какие-то семейные дела, отец вызвал в поместье. Думаю, вернётся дня через два. Раньше точно ждать не стоит, отец так просто его не отпустит.

— Понятно. Спасибо, — вздохнула я.

— И тебе спасибо за сегодня, — осторожно улыбнулся он.

— Не за что, — я хмыкнула.

Мы быстро распрощались, и я поспешила в столовую, где меня уже ждали соседки. Голову занимали мысли о Делатуре. Понятно, что про мою книгу Крови он Цезарю не сказал бы, но зачем он сказал про отца? Можно же соврать что-то другое. Или его и правда вызвал отец? Почему? Зачем?

Вопреки воле, я начала испытывать беспокойство. Даже то, что я теперь точно знала, что у меня есть ещё два дня, как-то не успокаивало.

— Эй, ты, Айза Шин! — смутно знакомый вопль догнал меня с соседками на выходе из столовой.

— Айз, кажется, это тебя, — ткнула локтем в бок Бри.

— Да, я знаю, — хмыкнула я, — она меня уже пыталась догнать. Но мне не нравится, когда мне «эйтыкают».

— Тогда тебе стоит поспешить, — обернулась назад Лула, — Саманта Гвейз приближается.

— Саманта? — я удивлённо обернулась.

К выходу на всех парах неслась однокурсница, которую я сегодня щёлкнула по носу. Так вот, кто хотел со мной побеседовать. Она заметила, что я смотрю на неё, и ускорилась. А я подумала, что ничего хорошего ждать не приходится, поэтому развернулась и поспешила убраться.

— Сбегаешь, Айза? — проорала на полстоловой Саманта.

Все, все, кто был поблизости, обернулись на неё, а потом на меня. Я раздражённо прикрыла глаза. Ну что за беспардонность? Опять ко мне привлекают ненужное внимание, и это сейчас, когда я планирую проникнуть в лаборатории фауны и любезно побеседовать с поверенным с глазу на глаз. Р-р-р.

— Игнорирую досадные помехи, — ответила, обернувшись, — ты очень навязчивая, Саманта.

— А ты всегда сбегаешь, — выпалила она, приблизившись, — мне надо поговорить.

— А мне нет, — я пожала плечами.

— Гвейз, ты странная, — хмыкнула Кресс и сморщила нос, — и где твои манеры? Ужас.

— Кто бы говорил, Джосени, — огрызнулась Саманта.

— Не надо ссориться, не здесь, — встряла Анна-Луиза и уже остальным, кто ещё не потерял интерес к ссоре: — Не на что смотреть, расходитесь.

— Я слышу генеральские нотки в твоём голосе, Лула? — хмыкнула Бригитта, — общение со мной идёт тебе на пользу.

Лула смущённо улыбнулась и развела руками.

— Так, ты, объяснись? — ткнула в Саманту Гвейз пальцем Крессида и задрала нос, — в отличие от некоторых, у меня безупречное воспитание. Я из богатой семьи, а ты сиротка из какого-то замшелого приюта.

Это было грубо, очень, но в этом была вся Крессида Джосени, с нами она почти не показывала зубы, а вот остальных кусала больно и без капли жалости. Саманта только ухмыльнулась и сложила руки на груди, глядя на Кресс с превосходством.

— Мой замшелый приют — дорогостоящий пансион для бастардов аристократов, — медленно проговорила она, — я априори выше тебя, хоть и бастард. Выкуси, стерва.

— Дрянь! — полувзвизгнула, полувзрыкнула Крессида и разъярённой кошкой бросилась на противницу.

Лула вскрикнула и прикрыла рот ладонями. Кресс вцепилась в волосы Саманте, а та вцепилась в тщательно уложенную шевелюру нашей соседки. Теперь внимание всех было приковано к двум яростно повизгивающим девушкам. Бригитта наблюдала за этим цирком со смесью насмешки и удивления.

— Это, полагаю, тоже твоё положительное влияние? — брякнула я, поражённо хлопая глазами.

— Если б моё, то Кресс расквасила нос Саманте с первого удара и на этом бы всё кончилось, — пробормотала наша Валькирия.

— Не хочешь их разнять? — девушки уже повалились на пол, тягая друг друга за волосы.

— Я похожа на самоубийцу? К разъярённым девушкам лучше не лезть, если дорога собственная целостность, — выдала мудрость соседка.

— И то правда, — согласилась я, вспоминая наши драки в пансионе.

Настоящая школа выживания. К слову об этом. Я и не знала, что Самайнта Гвейз выпустилась из заведения, подобного моему. А Кресс знала. М-да, шпион и интриган из меня так себе. Разнимать девушек бросились самые смелые и отчаянные парни.

Они с трудом расцепили распалённых девушек и растащили в разные стороны. Бри была права. В процессе парни получили увечья в награду. Саманта локтем заехала одному из них в глаз, а взбешённая Кресс вцепилась в волосы другому, чтобы немедленно отпустил.

— Бои без правил какие-то, — нервно выпалил паренёк рядом с нами.

— Разозлённые женщины — страшная сила, — поддержал его друг, — а если у них в руках есть что-то тяжёлое, то всё, это твоя смерть.

— Ага, — поражённо выдохнул третий.

Мы с Лулой и Бри переглянулись и хмыкнули.

Из-за драки девушек перерыв на обед затянулся, нам с Бри и Лулой пришлось задержаться для выяснений драки, когда в столовую пришли главные по порядку и начали всех разгонять. Оленёнок повела растрепанную и крепко подранную Кресс в кабинет лекаря, а Бри попросили рассказать подробности.

Я уже собиралась уходить, когда дежурный по порядку окликнул меня.

— Подожди, — сказал парень-старшекурсник, — отведи вторую драчунью к лекарю, вдруг не дойдёт.

— Но мне надо на лекцию, — попыталась откреститься.

— Смотреть представление у тебя время было, а сделать что-то полезное — нет? — едко спросил он.

— Ладно, ладно, — рассерженно бросила я.

Он довольно улыбнулся и подбадривающе кивнул на растёкшуюся по скамейке Саманту. Она выглядела так, будто ею мостовую в исторической части столицы подметали. Вся в царапинах, а на месте волос один сплошной всклокоченный колтун.

— Странными путями, но своего ты добилась, — сказала ей, когда оказалась рядом, — поднимайся, мне велели тебя отконвоировать до кабинета лекаря.

— Когда я не хочу тебя видеть, ты не хочешь от меня отстать, — пробормотала она, — помоги мне подняться, у меня всё тело после твоей сумасшедшей подружки болит.

— Не я же её провоцировала, — хмыкнула я, хотя для меня выпад Крессиды тоже был неожиданностью, — даже бастарды аристократов дерут нос.

— Кто бы говорил, — буркнула под нос Саманта Гвейз.

— Что? — переспросила я, прищурившись.

— Мне по-прежнему нужна помощь, — вздохнула она, протягивая руку с царапинами от Крессидиных когтей.

Я закатила глаза и перехватила её ладонь, помогая подняться. Она хрипела и стонала так, будто Кресс её как минимум полчаса лупила тяжёлой дубинкой с шипами. Я подставила Саманте локоть, и та тяжело на него опёрлась.

Мы выползли наконец из столовой и побрели в кабинет лекаря, лично я молилась Светлой богине, чтобы царапины Кресс к этому времени уже обработали, а сама она была на полпути в комнату или на пары. Не хотелось бы, чтобы две соперницы снова встретились. Разнять-то их будет некому.

Разве что я могла бы попробовать применить свой дар и повлиять на них. Но в момент, когда люди испытывают сильные эмоции, их сложно пронять, если не действовать более агрессивно. Я почти никогда не использовала свой дар серьёзно, предпочитала легкие манипуляции и подталкивания к нужному.

— Айза Шин, значит, — медленно проговорила Саманта, вырывая меня из размышлений над очень важной темой.

— Саманта Гвейз, — передразнила её и дёрнула подбородком, — с чего вдруг в тебе пробудился такой интерес ко мне? Пару месяцев уже вместе учимся.

— Не вместе, а пересекаемся на общих потоковых лекциях курса, — сумничала она, — и иногда попадаем на совместные практики.

— А вот это уже жутко, — сказала я, — я знать не помню какие у нас совместные пары, а ты в курсе. Более того, мы сегодня в первый раз вообще заговорили.

— Не в первый! — возмутилась она.

— Я не помню, для меня в первый, — я пожала плечами, — поэтому мне не нравится твоё навязчивое общество.

— Я хотела поговорить с тобой, а ты убегаешь, — сказала Саманта, — не убегала бы, знала, что я хочу сказать.

— О Светлая Святая, — я закатила глаза, — вот она я, говори, что хотела, пока мы ползём со скоростью улитки до кабинета лекаря.

— Ты такая противная, — она сморщила нос.

— Я даже не знаю, мне возмущаться или удивляться, — я хмыкнула, — ты странная.

— Я нормальная, это ты странная, — отбила она, — в общем, я хотела сказать, что кое-что увидела сегодня на паре по здравию. Подумала, это важно.

— О чём ты? — я насторожилась.

— Мне здравие вообще никак не даётся, еле залечила порез, — начала она, — напарник скинул на меня уборку со стола и пошёл в кабинет лекаря, долечиваться.

— Ближе к делу, — поторопила я.

— Ну в общем, я уходила предпоследней и видела, как твоя напарница подходит к леди Эвелин и показывает ей кусок окровавленной марли, — я нахмурилась при этих словах, — леди Эвелин чему-то рассмеялась, но я не смогла подслушать их разговор.

— И к чему это? — в животе свернулся ледяной комок.

— Да к тому, что твоя рыжая напарница жуткая, её лицо странно подрагивало и шло рябью, а ещё она сказала сначала, что хочет что-то там проверить, а потом показала кровавую марлю, — выпалила Саманта.

— Что?!

Я резко остановилась, Саманта пошатнулась, но я перехватила её за пояс. Неужели Тори взяла мою кровь? Но зачем ей это? Хочет проклясть на крови или что-то проанализировать? Кривой Спутник, как не вовремя Ксан укатил в отчий дом! Что мне делать?

— Не знаю, — ответила Саманта.

Видимо, последнее я сказала вслух. Я тряхнула головой, отгоняя панические мысли. Клюшка не позволит Тори сделать мне какую-нибудь гадость. Старушенция меня недолюбливает, но до неё дошло, что я под защитой Ксана, а он ни перед чем не остановится. Значит, всё в порядке.

Но пальцы у меня всё равно подрагивали. Ладно. Спокойно. Что бы там ни задумала Тори, у меня есть фора до конца пар. Значит, нужно успеть за это время исполнить мою смутно оформившуюся задумку с поверенным, а потом в квартире прижать рыжую мерзавку к стене.

А там будь, что будет.