Глава 11. Спиртное вредит вашему здоровью

– Тайдомир хотя бы пытался изобразить грозного супруга, – рассмеялся Гуржен, при этом ненавязчиво обняв Зину за талию.

«Вот ведь… ловелас!» – мысленно восхитилась нахальством своего третьего мужа Зинаида. Капитан удачно выбрал время. Скидывать его руку никто не станет, потому что сейчас разыгрывается спектакль на одного зрителя и портить впечатление жалко.

Спустя пару секунд Гуржен сам прекратил обниматься и уселся с невинным видом, предварительно поцеловав Зину в висок. Причем разозлиться на наглеца у женщины никак не получалось – все было проделано безупречно ненавязчиво, почти без сексуальной подоплеки. Проблема была лишь в проклятом «почти».

– С тобой драться бесполезно, ты же сжульничаешь, как всегда, – обиженно буркнул Рагдрул. – Но раз ты знаешь, что это моя жена, зачем ты к ней пристаешь?!

– Потому что эта милая леди и моя жена тоже. – Ухмыльнувшись, Гуржен тут же с заботливым видом подлил Зине еще травяного настоя.

В душе у женщины зароились смутные подозрения, что такая услужливость явно неспроста. Нет, конечно, капитан еще вчера, в начале знакомства, продемонстрировал все навыки опытного ухажера, но сегодня утром он был как—то уж слишком демонстративно активен. Неужели и правда борется за звание любимого мужа?

– В смысле – и твоя? Так не бывает! – Рагдрул, плюхнувшись обратно, чуть не снес миску у Барни. Разгневанная такса оскалилась и возмущенно рыкнула. Драконоборец выругался. Вздохнул. И махнул рукой трактирщику: – Эй, неси кувшин браги, раз такое дело!

– Зря потраченные деньги, – буркнул себе под нос Гуржен. Только в общем шуме его первую фразу услышала лишь Зина. Зато вторую он произнес уже погромче: – Бывает—бывает, нас всех Латона соединила.

– Так ты тоже того? Ну да, мы ж все в коридоре были. – Драконоборец сочувственно покивал Зинаиде, с наслаждением принюхиваясь к принесенной Мартой трехлитровой кружке. – Ты потом еще из—за платья расшумелась. Черное тебе не понравилось, голубое захотела. И такая ножкой топ: «Чтоб вы все тут провалились!» – и все ра—а—аз—з—з…

Оживленное воодушевление у Рагдрула закончилось как раз на протяжном «а—а—а», поэтому окончание слова он сильно смазал, почти прошипел, растерянно глядя на кружку с такой желанной и ароматно пахнущей бражкой.

– Это что ж, я теперь ни вина, ни браги?.. Ни капли?! Ну ты и… жаба!

Драконоборец со злостью стукнул кружкой по столу, так что содержимое частично выплеснулось, причем досталось и ни в чем не повинной таксе. Барни, возмутившись, попыталась укусить наглеца, не за кольчугу, конечно, а за штаны. Вот только прокусить плотную кожаную ткань у нее не получилось.

Зинаида оценила, что Рагдрул не стал отмахиваться или скидывать собачку на пол. С его—то силищей мог и прибить ненароком бедное животное. Но мужчина просто взял таксу за шкирку и посадил обратно на скамейку. Причем сделал это настолько быстро, что куснуть его за голую руку Барни не успела. Лишь обрычала наглого человека и, усевшись возле миски, принялась вылизываться, почти как кошка, брезгливо почихивая.

– То есть эта лохматая мелочь может пить, а я нет?! – возмутился Рагдрул, жадно принюхиваясь к манящему аромату.

– Можешь. Настой вон на травке, очень вкусный, – ехидно—ласково успокоила драконоборца Зина. – Или молочка попроси, свежего.

– Как есть жаба! – горестно вздохнул Рагдрул. – За что мне все это?!

– Вот и я недоумеваю, за что на меня вас троих повесили, – вроде бы спокойно, но внутри начиная закипать, ответила Зинаида. И тут же почувствовала, как Гуржен очень нежно погладил ей запястье. Именно не пощекотал, не сжал, а погладил успокаивающе.

Зине стало немного совестно. Может, зря она подозревает вампира в излишней заботливости? Вдруг он на самом деле переживает и хочет поддержать? В конце концов своих друзей он знает слишком хорошо. И, возможно, тоже задается вопросом, за что их всех выдали одной женщине?! И как ей теперь с ними тремя справляться?!

– Ладно, поели, теперь время поговорить, обсудить, поближе познакомиться, – решительно объявила Зинаида, вставая из—за стола. Кожа на запястье все еще чувствовала теплые прикосновения чужих пальцев. Подхватив Барни, женщина заспешила к лестнице, чтобы никто не заметил румянца на ее щеках.

Зина никак не могла понять, почему в ее—то годы она так реагирует на обычные мужские хитрости? Ничего оригинального – ну, приобнял, по руке погладил, в висок поцеловал, еду заказал… Стандартные пустяки на этапе ухаживания. Мужчин, игнорирующих подобное еще в начале знакомства, можно смело вычеркивать даже из списка потенциальных кандидатов на пару совместных ночей.

– Это что теперь, она за нас все решать станет? – услышала Зинаида за спиной возмущенно—негодующий шепот. – Чего—то я не припомню, чтобы Латона такое говорила. Если б я хотел, чтоб мной командовали, на принцессе бы давно женился.

– Собираешься переродиться драконом? – тут же отреагировал Гуржен. – Нет? Вот и не выделывайся!

– Я пить больше не могу! – с надрывом, как о потере чего—то очень важного, выпалил Рагдрул.

– Врать, что расстроен, не буду, – негромко рассмеялся вампир. И Зинаида, даже не видя, все равно улыбнулась. – Последние лет десять ты вообще не просыхал, по—моему. А теперь взбодришься, станешь как новенький, будешь отвары по утрам вместо рассола хлебать.

– Да иди ты! – со злостью рявкнул драконоборец на потешающегося над ним Гуржена. – Еще друг называется!

– Вот я, как друг, искренне рад, что нашелся способ заставить тебя бросить пить. А то смотреть было больно…

– Душа ныла?

Зинаида даже приостановилась, чтобы подслушать ответ капитана. Латоне он уже про отсутствие души отшучивался. Сейчас снова повторит или что—то новенькое придумает?

– Голова у меня ныла, потому что в ней разум. Именно им я за тебя, дурака, переживаю! – усмехнулся Гуржен. – Это у тебя вечно на все уговоры душа ноющая всплывала. И спрашивается, с чего бы ей ныть…

Тут капитан, быстро преодолев несколько ступенек, приобнял притихшую Зину за талию и, легко приподняв, переставил сразу наверх, на лестничную площадку второго этажа.

– …когда у нас такая красивая и умная жена? Вот что бы ты без нее делал? Взяла и за тебя дракона победила!

– И деньги за меня получила, – недовольно проворчал Рагдрул.

– А мне еще казалось, что главный зануда из вас троих Тайдомир, – прожгла ворчуна осуждающим взглядом Зинаида.

– Обычно – да, но у всех нас бывают тяжелые дни. Будьте снисходительны, миледи. У Рагдрула очень… очень тяжелое утро. – И Гуржен, улыбнувшись, поцеловал Зине руку.

В этот раз Зинаиде удалось выдержать испытание. Она лишь кривовато улыбнулась в ответ, старательно изобразив, что ничего необычного не произошло.

Подумаешь, как будто ей руки никогда никто не целовал! Целовали! Были в ее жизни мужчины, умеющие ухаживать красиво, с вином, цветами и поцелуями рук. Были. И вот снова появился зачем—то. Что вот теперь Зине с этим ухажером опытным делать?

– Кстати, а спать с женой нам полагается? – разбил Рагдрул романтическую ауру, словно дубиной по ней ухнул.

Зинаида окинула драконоборца оценивающим взглядом.

Да, насчет внешности ни к одному из мужей претензий не предъявить. Все трое были симпатичными, каждый по—своему.

Невестка Зины очень увлекалась азиатскими сериалами, которые почему—то назывались дорамами. Вот тонкокостный Тайдомир чем—то напоминал китайских актеров из этих дорам. Стройный, хрупкий, вытянутое скуластое лицо, большие глаза, коса опять же… Точеная куколка, но за девушку не примешь, сразу чувствуется, что мужчина.

Гуржен больше всего походил на сошедшего с картины средневекового рыцаря. Точнее, с его—то должностью капитана стражников, им и был. Когда надо – на бал, когда надо – на поле боя. И в постели, наверное, хорош…

Вот уж с кем Зинаида с удовольствием повторно лишилась бы невинности, так это с вампиром. Но пока приоритеты расставляло не молодое тело, а разум. Поэтому гораздо важнее все выяснить про мир, страну, правила поведения, ближайшие планы. Это тоже лучше делать с Гурженом и Тайдомиром.

Ну а Рагдрул… он тоже словно сошел с картины, только пасторальной. Вместо пастушка – пахарь в поле, русые кудри по ветру, в карих глазах простое человеческое счастье светится, на круглом лице улыбка, мышцы на руках напряжены, обнаженный торс от пота блестит… красота! Молчать бы еще научился.

В то, что драконоборец на семейном совете выдаст что—то умное или хотя бы полезное, Зина не верила. Как и в то, что он просто станет сидеть и молчать.

– Чего? С женами же спят! – подмигнул Зинаиде «землепашец».

– Это когда конкуренции нет. – Отбрив нахала, Зина направилась к своей комнате, подозревая, что в той, где спал драконоборец, до сих пор стоит жуткое амбре.

– Чего нет? – с обиженным недоумением уточнил Рагдрул у вампира.

– Наверное, соперников, – усмехнулся тот.

– А… Ну, шлюхи меня еще никогда не подводили.

Зинаида, уже стоя в открытых дверях, чуть обернулась, чтобы оценить, как Гуржен смотрит на друга полным скорби и сочувствия взглядом.

– Тебя жизнь ничему не учит, – довольно тихо выдохнул капитан, не заметив, что за ними наблюдают. – Хочешь, чтобы упало, отсохло или вставало по щелчку?!

– Ты это… ты не пугай так. – Услышав полный ужаса шепот Рагдрула, Зина быстро прошмыгнула в комнату, чтобы уже там, усевшись на кровать и повернувшись к окну, беззвучно отсмеяться вволю, уткнувшись лицом между ушек Барни.

– Подслушивать нехорошо.

От осуждающего голоса прямо за спиной Зинаида слегка вздрогнула. Но тут же быстро отреагировала:

– То есть ты понимаешь, что поступаешь плохо?

– Мне можно, я призрак, – невесело усмехнулся Тайдомир и сделал вид, что присел рядом с Зиной на кровати. – Слушай, если твои проклятия так здорово срабатывают, может, ты…

Но договорить эльф не успел, потому что ввалились оставшиеся мужья, причем сообразительный капитан притащил с собой стул из соседней комнаты.

Рагдрул выглядел бледноватым и напряженным. При виде него Зина снова тихо захихикала. Однако, когда оба мужчины расселись, соорудила максимально серьезное лицо.

Это хорошо, что ей даже не надо никого запугивать. Сообразительный Гуржен прекрасно справляется сам, припугнув и себя, и напарника. Возможно, именно в опасении, а не в сочувствии прячется разгадка вампирской услужливости? Хотя капитан может действовать просто по зову сердца и из—за приличного воспитания. Без всяких скрытых мотивов. И последнее больше всего похоже на правду.

– Давайте начнем поэтапно. Первое и самое важное – никто не должен заподозрить во мне иномирянку. Могу разыгрывать из себя иностранку, но надо понимать, из какой страны, знать хоть что—то и о той стране, и об этой, да еще и стараться избегать встреч с возможными земляками. По—моему, сложно…

Зинаида оглядела свою троицу и горестно вздохнула. Тайдомир явно слушал ее вполуха, думая о чем—то своем, Рагдрул смотрел с таким изумлением, словно у нее рога и копыта выросли, один Гуржен задумчиво поглаживал пальцем висок и меланхолично кивал.

– Молодые люди, ау! Мозги включать кто—нибудь собирается? – сурово поинтересовалась Зина. – Я с вами советуюсь!

– Лучше из глуши, чем из другой страны, надежнее, – тут же отреагировал капитан. – Этим можно будет оправдать и странности поведения, и незнание каких—то традиций. Глушь – она везде глушь, например, Девикор…

– Что значит «иномирянка»?! – с сильным запозданием влез Рагдрул. – Как бездна забвения?

– Бездна – часть нашего мира, – встряхнувшись, принялся объяснять Тайдомир. – А есть совсем другие. Я как раз пытался создать межмировой портал, когда…

– Когда что?.. – Внутри у Зинаиды все похолодело.

По молодости на такие вещи внимания почти не обращаешь, но с возрастом становишься более внимательным к сигналам интуиции.

– Когда кто—то подкрался сзади, – недовольно буркнул эльф. Но потом заторопился, словно хотел успеть поделиться и боялся, что кто—то его остановит: – Я ощутил резкую боль в спине, потерял контроль над собственной магией, она вихрем вырвалась в тот мир… Я успел заметить, как в небо взметнулся какой—то крытый железный фургон, ехавший до этого сам собой, без лошадей, и все…

Зина тряхнула головой, укладывая в ней свежие новости. Когда именно она и Тайдомир погибли – уже не выяснить. Судя по Рагдрулу, в бездне забвения что два часа, что два года, вжух – и просвистели.

Но абсолютно точно, что тот, кто убил эльфа, убил и Зинаиду. Не специально, однако это уже мелочи. И еще: если спасти Тайдомира, он сможет снова создать межмировой портал и вернуть Зину назад, в ее мир.

Значит, если уж рассуждать без эмоций и с точки зрения лишь собственной выгоды, сейчас самое главное – придумать, как превратить призрака обратно в чел… в эльфа.

Вот только оставлять безнаказанным гада, из—за которого она вляпалась в свой самый страшный кошмар, да еще и трижды, Зинаида не собиралась. Зло должно быть наказано. Обязательно!