Глава 24

После скромного завтрака в своей комнате, как только часы пробили девять утра, Наира отправилась в покои сына. К её удивлению, почти все двери его комнат были распахнуты, за исключением спальни. Она деликатно постучала в неё. – Да, можно, – послышался оживлённый и довольный голос Ричарда. Наира открыла дверь. Увиденное бросило её в жар. К голове прилила кровь. Руки нервно затряслись. На кровати под капельницей лежал её сын. Он с довольным лицом беседовал с сидевшим в кресле доктором Валлесом. На кровати рядом с Ричардом, поджав под себя колени, в халате сидела улыбающаяся Вероника и гладила ладонью его волосы. На голове девушки, с точки зрения Наиры, не было даже намёка на причёску: наспех закрученная гулька с воткнутым в неё карандашом. И самое ужасное: свободная рука сына лежала на её колене. – Мам, доброе утро! – улыбнулся Ричард. – Доброе, – недовольно свела брови Наира. – Доброе утро, Наира Леопольдовна, – приветливо поздоровалась Вероника. – Здравствуйте, – приподнялся с кресла доктор Валлес, приветствуя герцогиню. – А мы уже с утра лечимся, – отчитался Ричард. – Я вижу, – Наира бросила холодный взгляд на Веронику. – Вероника, вы не могли бы привести себя в порядок. – А что не так? – девушка удивлённо приподняла брови. – На мне халат. – Приличные девушки не сидят полуголые на кроватях. И не выходят к мужчинам без причёски, – недовольно ворчала Наира. Сейчас она была готова испепелить Веронику одним взглядом за то, что она гладит её мальчика по голове. – Сейчас закончим капаться, доктор Валлес научит меня правильно обрабатывать раны, и пойду одеваться, – недоумевала Вероника, в чём она провинилась. – Мам, перестань придираться. Вероника ничего плохого не делает. Сейчас не светский приём. Ну а мне приятно, что Вероника рядом, – Ричард влюблёнными глазами посмотрел на свою девушку. В ответ, к ужасу Наиры Вероника склонилась к нему и поцеловала в губы. – Я рад, что у милорда всё хорошо и в личной жизни, – философски заметил доктор Валлес. – Ох! Молодость! Молодость! Когда я был в вашем возрасте, мы с моей супругой такое вытворяли! Аж вспомнить стыдно. – Доктор официально разрешает нам совершать всякие глупости, – пошутила Вероника. – Но в рамках разумного! – доктор Валлес многозначительно поднял вверх указательный палец. – Никакого алкоголя! Строгая диета! Дыхательная гимнастика! И пока никакой трансформации и тем более полётов! – Я буду лично контролировать его режим и диету, – улыбнулась Вероника, ласково потрепав Ричарда по голове. – Я в нежных, надёжных руках, – от внимания Вероники Ричард довольно прикрыл глаза и в очередной раз провёл ладонью по бедру любимой. В этот момент Наира почувствовала себя ненужной. Неожиданно появившаяся в их доме невоспитанная, безродная, не соблюдающая никаких приличий иномирянка похитила у неё единственного сына, её любимого нежного мальчика. Возникло острое желание выговориться, поделиться своим несчастьем с давней школьной подругой, маркизой Эрикой Альвер. – Ну вот, кажется, инфузия закончена, – посмотрев на пустой флакон, произнёс доктор Валлес. Он подошёл к пациенту, вынул иглу из вены и наложил на место инъекции вату. – Сжимай руку посильнее, иначе будет синяк, – засуетилась Вероника. – Голова не кружится? Ты же голодный. – Всё нормально. Ника, не переживай, – Ричард в очередной раз с нежностью посмотрел на свою девушку. Наблюдая за нежными и трепетными взаимоотношениями сына и Вероники, на глазах у Наиры от досады чуть не навернулись слёзы. Это ей её мальчик должен говорить: "Не переживай!" Её он должен держать за руку, а она трепать его волосы. Потому что она мать. – Если я навещу свою подругу, никто не будет возражать? – сдерживая эмоции, спросила Наира. – Ну, что ты, мам. Ты же свободная личность! – шутливо ответил Ричард. – Наира Леопольдовна, не переживайте. Я проконтролирую поваров. Отдыхайте, – добавила Вероника, не подозревая, насколько сильно её ненавидит в эту минуту Наира. – Благодарю вас, – высокомерно произнесла Наира и, высоко подняв голову, вышла из спальни сына.