Глава 10

Вера

Я вошла в здание следом за Алисой, а сама все думала о Николае. Он беспокоился обо мне и поэтому отправил Антона присматривать? Или это чтобы я ничего не натворила? Я почему-то склонялась к первому варианту, но такая забота была мне непривычна. Еще и от мужчины.

— … второе озеро. Давай завтра съездим, я тебе все покажу. — Вывел меня из раздумий голос Алисы.

— Завтра? — Переспросила я.

— Ну да. — Девушка кивнула. — Выходной же будет. Там у нас многие летом купаются. Да и город тебе осмотреть не помешает. Уверена, что ты еще нигде, кроме завода, не была.

— Не была. — Кивнула я.

— Вот и отлично. Я завтра за тобой заеду. О, идем сюда. — Указала она мне на дверь.

К моему удивлению, мы вышли на улицу, где было множество… детей. Человек двадцать, точнее. И всем ребятишкам было не больше года. Они плавали в чем-то вроде бассейна и у каждого на шее был закреплен надувной круг. Вокруг бассейна суетились четыре девушки, которые попеременно подхватывали малышей, давали им что-то попить из бутылочки и запускали обратно.

— Эмм, — растерялась я.

— Здорово, да? — Алиса внимательно посмотрела на меня. — Еще полгодика и они все выздоровеют.

— А они больные? — Я удивленно посмотрела на девушку.

— Идем, покажу. — Она взяла меня за руку и потащила в сторону большого светлого домика. Открыла дверь, пропуская внутрь меня и моего молчаливого охранника, и подошла к одной из кроваток, которых тут было около десяти. — Вот такими они к нам прибывают.

Я с ужасом уставилась на маленькое тельце, которое было подключено к какому-то аппарату. С ребенком точно было что-то не так. Пальчики на ручках и ножках выглядели странно, форма головы была ненормальной, дышал он прерывисто.

— Что с ним? — Выдавила я из себя.

— Родился на двадцать седьмой неделе беременности с кучей неизлечимых патологий. Мать написала отказную и бросила в роддоме. Хозяин распорядился всех таких детей привозить к нам и лечить нашими методами. — Она подошла к следующей кроватке, где тихо спал малыш с явным… синдромом Дауна. Типичный внешний вид не оставлял сомнений.

— Но это не лечится. Это генетическое отклонение от нормы. — У меня в голове не укладывалась увиденное.

— Именно поэтому мы выправляем им эти отклонения и доводим до той самой нормы. — Алиса погладила ребенка по пяточке и кивнула еще одной девушке, которая поправляла что-то на приборах.

— От них от всех отказались? — Тихо уточнила я.

Данная экскурсия произвела на меня неизгладимое впечатление. На самом деле у меня руки затряслись, и щека задергалась.

— Да. Мы бы никогда не отняли ребенка у любящей матери. — Девушка вздохнула.

— Но вы же можете лечить детей и возвращать их матерям. — Я резко повернулась к ней. — Или можете делать лекарство, которое помогает таким детям. И взрослым…. И…. — Я начала задыхаться от переизбытка чувств.

— Нас никто не пропустит. — Алиса грустно хмыкнула. — Хозяин пытался много раз такие препараты поставить на рынок, но нас туда просто не пускают. Это не выгодно, цена слишком низкая, и мы создадим ненужную конкуренцию. Мы можем продавать только травки, но никак не наши научные достижения. У нас есть технологии, но нет рынка сбыта. Все, что мы можем — это с дозволения военного ведомства забирать таких деток и лечить.

Я тихо выругалась, поняв несколько вещей сразу. Этот Николай Хозяин — святой человек. Так отчаянно бодаться со всем белым светом за детские жизни…. Я бы не смогла, наверное. Во-вторых, до меня дошло, что весь городок работал на благо этих детишек.

— Чем я могу помочь? — Тихо спросила девушку.

Алиса удивленно на меня посмотрела. Не ожидала? Да я сама от себя не ожидала, если честно.

— Захар сказал, что ты мастер от бога. — Вдруг улыбнулась она. — Просто делай свою работу. Я уверена, что мы когда-нибудь победим. — Я вздохнула. Она права. Что я могу? Ничего. — Ох, твои уже с процедур должны были вернуться. Идем скорее. — Переключила она мое внимание.

Мама с братом жили в отдельном домике на самом берегу озера. Более того, я маму даже не узнала сразу, настолько она изменилась. Ведь несколько дней не виделись, а какие перемены…. Мама стояла на своих ногах. Опиралась, конечно, о спинку кресла, но стояла. И выглядела так…. Морщинки разгладились, редкая седина из волос пропала. Она даже как-то светиться начала изнутри. Даже Антон, вошедший с нами в домик, замер в восхищении, рассматривая ее.

— Верка! — Мне на встречу выбежал Фимка. Тоже здоровый. Он даже не прихрамывал.

— Что тут с вами сделали? — Я сгребла брата в охапку и принялась тискать.

— Вер, нас так тут круто лечат. — Фимка радостно взмахнул руками. — Ма, скажи, что тут ну вообще-е….

— Вера, они тут такие чудеса творят. — Мама с трудом отвела взгляд от так и стоящего на пороге Антона и с улыбкой посмотрела на меня. Она демонстративно сделала два шага, все так же вцепившись в спинку кресла. — Смотри…. Я ноги чувствую. — На последнем слове у нее голос сорвался на тихий шепот, а по щекам слезы побежали.

Я, прихватив Фимку, кинулась к ней обниматься. У меня у самой слезы на глаза навернулись, когда мама рыдала на моем плече. От счастья рыдала. Впервые на моей памяти, если честно.

Через полчаса я немного отошла от потрясения и заметила, что тактичные Алиса и Антон оставили нас одних.

— Мне сказали, что через месяц я буду совсем здоров. — Радостно вещал Фимка. — Алиса даже документы за меня в местную школу подала. Да, мам? — Он повернулся к маме.

— Конечно. — Потрепала она его по щеке. — Мне дают прогноз, что восстановление будет идти около трех месяцев, все же организм уже не такой молодой.

— Но как? Как ты так быстро встала на ноги? — Принялась допытываться я.

Мама смахнула с щеки слезинку, которая еще не высохла и улыбнулась.

— Вер, это тяжело объяснить. Нас подолгу держат в воде с отварами трав, разминают мышцы, мы плаваем в озере долгое время…. И вот, — она открыла ящик стола и протянула мне коробочку. — Это препараты на основе местных разработок. Я почитала состав. Вер, это практически невозможно, но они как-то заставляют ДНК растений восстанавливать разрушенное ДНК человека.

— Так не бывает. — Нахмурилась я, но коробочку в руки взяла. — Бред какой-то.

— Я уже встаю на ноги. — Напомнила мне мама.

Я вздохнула и посмотрела на Фимку, у которого даже осанка начала исправляться.

— Блин, это круто, если это правда! — У меня в голове, наконец, щелкнуло что-то, и я начала осознавать, как они помогают всем тем детям, что находились в соседнем корпусе данного санатория. Хотя, я бы назвала это научно-лечебным институтом. Интересно, почему это лекарство не дают продавать людям за пределами Мая? — Мам, ты видела больных детей? — Тихо спросила я ее.

Мама судорожно втянула в себя воздух и кивнула.

— Вер, я вылечусь и здесь помогать останусь. Нам жилье пообещали. И…. Вер, у меня знания и опыт. Здесь девочки некоторые совсем необученные есть, и всего два дипломированных врача на весь санаторий. — Пояснила она, встретив мой недовольный взгляд. Я-то думала, что они со мной жить будут.

— Не поняла. А как вас лечат тогда? Как без врачей-то? — Похлопала я глазами.

— А вот так. Дозировки нам с Фимкой я сама подбирала из предложенного лечения. Они тут наобум все делают. А врачей…. Закрытый город в глуши, чтобы заманить сюда специалистов, нужны деньги. А, как мне уже объяснили, денег у города еле-еле хватает на собственные нужды. Мы еще приехали, а это расходы. Сложно все. — Мама печально на меня посмотрела.

— Если тебе здесь будет хорошо, то оставайся. — Пришлось согласиться мне. — Но Фимку же каждый день в школу нужно возить.

— Здесь ездит школьный автобус. — Пожала она плечом и с нежностью посмотрела на Ефима, который жевал бутерброд. — Вероника не объявилась? — Сменила она тему.

Я грустно мотнула головой.

— Бывало уже такое. Наверное, просто пока некогда. — Рискнула успокоить я маму.

— Тревожно мне как-то. — Мама сложила руки в замок. — Все время кажется, что что-то плохое случилось.

От мамы с Фимкой я выходила в смешанных чувствах. С одной стороны, было радостно, что их здоровье успешно восстанавливается. С другой…. Я боюсь. Честно. И сильно. Боюсь за них, за себя, за городок этот. Оказывается, тут не все так радужно, как я себе нафантазировала. А что, если из-за моей зарплаты кому-то из детей не достанется лечения? Нужно хорошо обдумать этот вопрос.

Антон ждал меня на улице и кивнул, показывая направление, где искать Хозяина. Заговаривать со мной он даже не пытался. Странный какой-то. Серенький весь, как мышка. Безликий. Двигается, опять же, ненормально плавно. А если они тут все тоже бывшие дети-сироты? А что, если в них ДНК растений? Эх, плохо, когда ты в медицине ни бум-бум, а то разобралась бы в этом хоть немного.

Антон сопроводил меня до большого ангара и остался стоять снаружи, когда я вошла внутрь. Остановилась, прислушалась и пошла на звук голоса Николая, который услышала где-то неподалеку.

— А если промыть мою кровь чужой кровью? — Это Хозяин спрашивал.

— А остальные жидкости? Да и где взять такую кровь, чтобы подошла? — Вещал тонкий ломкий, но определенно мужской голос.

— Откуда я знаю, где ты ее возьмешь, Максим! — Рыкнул Николай. — Это твоя работа: делать меня безопаснее для окружающих. — И вообще…, - его голос вдруг замер, а дверь, перед которой я остановилась, открылась. — Ты все уже? Входи. — Мужчина поманил меня внутрь какой-то странной то ли комнаты, то ли мастерской.

— Здравствуйте. — Я вошла и поздоровалась с совсем молодым зеленоволосым парнем, замершим у противоположной стены.

Но, кажется, парень был мне совсем не рад, потому что схватил со стола скальпель и издал какой-то полузвериный крик.

— Макс, прекрати. — Рыкнуло мое начальство.

Я, понимая, что дело швах, и меня привели в логово психа, быстро юркнула за спину Николая. Сам меня сюда позвал, вот пусть и разбирается. Нет, это же надо, со скальпелем на гостей. Ненормальный!

— Почему она там? — Вдруг услышала тот же ломкий голос, адекватно задавший вопрос.

Я вцепилась пальцами в грубую ткань пиджака окаменевшего Хозяина и осторожно высунула голову. Этот Макс стоял все там же у стены и смотрел на меня, как будто у меня две головы выросло за эти несколько секунд.

— Чего? — Осмелела я, видя, что Николай разговаривать не собирается. Он, кажется, вообще не дышит.

— Почему вы прячетесь за него? — Неверяще пролепетал парень.

Я от удивления разжала пальцы и посмотрела на большого босса. Задумалась на пару секунд и выдала самый приемлемый ответ:

— Потому что он мужчина, и он большой. Он сможет меня защитить, если вы нападете на нас. — Четко пояснила свою позицию.

Парень сделал умильное лицо и стыдливо спрятал скальпель за спину.

— Я не хотел нападать. Я думал, что придется защищать…. — Он бы еще ножкой шаркнул для пущей картины.

У меня глаза на лоб полезли, и я подергала Николая, изображавшего каменную глыбу, за рукав.

— Я сейчас ничего не поняла. — Честно призналась. — На нас нападать будут? — Подняла я лицо, чтобы узнать ответ на вопрос.

— Я к Алисе по вопросам… ммм…, - Николай резко развернулся и буквально сбежал. Оставив меня наедине с малолетним психом, который скальпель из рук так и не выпустил. Вот и доверяй после этого мужчинам.

Я похлопала глазами и принялась отступать к двери, но псих все же остановил меня фразой:

— Мне определенно нужна ваша кровь.

Я задохнулась от возмущения. А ведь Хозяин говорил, что здесь не вампиры живут. Наврал?

— Зачем? — Выпятила я подбородок. — Если пить, то она у меня не вкусная. Ядовитая даже.

— Что-о? — Парень дико изумился. — Вы пьете кровь? Зачем?

Что-то я уже совсем перестала понимать, о чем мы говорим. Бред бредовый.

— Я не пью кровь! — Нахмурилась. — Это вам она нужна зачем-то.

— Мне ваша кровь нужна только за тем, что я хочу выяснить, что у вас случилось с инстинктом самосохранения. — Всплеснул он руками, забыв про острый предмет, который вылетел у него их руки и впечатался в пол в пятнадцати сантиметрах от меня. Точнее, врезался лезвием, как топор в сосну. — Ой, простите! — Перепугался парень, а я хищно улыбнулась. — Я не хотел.

Теперь парень был безоружен и явно напуган, а я его уже перестала бояться. Если бы хотел напасть, давно напал бы.

— Вера, — протянула руку, перешагнув через скальпель.

— М-макс. — Он нервно пожал ее и отступил назад.

— И кто вы здесь такие, Макс? Чем ты тут занимаешься? Эксперименты на детях ставишь? — Принялась я за допрос.

— А…. — Начал было парень, но быстро захлопнул рот и, развернувшись, буквально выбежал из помещения.

— Вера Родионовна, Николай Николаевич ожидает вас в машине. — Окликнул озадаченную меня Антон, не рискнувший зайти в этот кабинет.

— Иду. — Фыркнула я и пошла туда, куда позвали.

На мои вопросы так никто и не ответил. Эх! Ну ничего, в понедельник Захара допытаю. Или Николая. Но у нас с ним договоренность, что я должна угадать, а у меня уже голова пухнет от полученной за сегодняшний день информации. Надо бы переварить.

Обратно мы ехали молча. Я, собственно, переваривала вагон данных, пытаясь их систематизировать, а Николай думал о чем-то своем. Попрощались мы весьма сухо, когда машина остановилась у моего домика.

Весь вечер я напрягала мозги и выписывала все странности, которые я умудрилась заметить в этом городе. Выходила нехилая такая база для разного рода домыслов. Может быть, сюда свозят пациентов психиатрической больницы? Или еще чего…. Не понимаю пока.

А утром приехала Алиса на симпатичной маленькой желтой машине и отвезла меня на дальнее озеро, где было действительно много отдыхающих. Я даже полковника Павлова встретила.

— Вера, как вы устроились? — С легким прищуром спросил он.

— Замечательно. — Я улыбалась, а мозги лихорадочно работали. Жаль, что здесь никак не припереть Валерия Трофимовича к стенке (по банальной причине отсутствия стенки), и не допросить с пристрастием. — Маме и брату здесь тоже нравится.

Полковник кивнул и чуть наклонился ко мне.

— Никаких неприятных известий нет? — Уточнил он шепотом.

Я помотала головой. Вероника так и не отзвонилась, так что вестей вообще никаких не было. Мужчина кивнул и представил мне свою семью: миловидную девушку лет двадцати пяти и двух детей, которые ну никак не могли быть сыновьями полковника по той простой причине, что им было лет по пятнадцать. Не в десять же лет их девушка рожала. Или я снова чего-то не поняла.

По возвращении домой я внесла еще несколько странностей в уже длинный список и снова вечер провела за раздумьями. А вот утром…. Утром меня разбудил звонок с неизвестного номера.

— Вер? Вера! — Я села на кровати, услышав голос сестры.

— Да! — Ответила.

— Вер, он нашел способ все прибрать к рукам. Он вас объявил без вести пропавшими пять лет назад и заберет все себе, как только вас признают погибшими. — Услышала сбивчивый шепот сестры.

— Что-о? — Я поперхнулась воздухом, но мозг уже принялся работать напропалую. — Сколько у нас времени?

— Пять дней. Вер, он потом и нас с дедом прикончит. Я разговор подслушала. Вер, срочно выходи замуж за первого встречного и…. — Связь вдруг оборвалась.

Я снова попыталась дозвониться на этот номер, но тот оказался вне зоны доступа.

— Черт! — Швырнула я бесполезную трубку на кровать и принялась одеваться.

Нужно срочно что-то предпринять. Это невозможно просто так оставить. Он их убьет. Пусть лучше меня одну.

План созрел к тому моменту, как я выбежала из дома. Выскочила за ворота и с удивлением уставилась на Захара, поджидающего меня у машины.

— Привет. А Николай где? — Нахмурилась я.

— Привет. — Кивнул он. — Хозяин еще два часа назад на работу уехал. Что-то там с поставками случилось. — Объяснил он.

— Ясно. — Я нырнула в машину. — Вези меня быстрее к административному корпусу. Дело жизни и смерти, в буквальном смысле.

Парень кивнул и вопросов лишних не задавал. Вот только…. Я просила быстрее, а не на убийственной скорости, при которой можно влететь в любой столб и остаться в нем навсегда, потому что такое не выковыряют. Зато добрались буквально за пять минут.

Я на дрожащих ногах выбежала из машины и ломанулась в сторону кабинета Хозяина. Боже мой, я даже в коридоре не запуталась на этот раз. Наверное, паника подгоняла и помогала как-то.

— Туда нельзя! — Привычно встретил меня вопль Глафиры, но в начальственный кабинет я даже не постучалась.

Забежала, плотно закрыла дверь и повернула торчащий изнутри ключ, чтобы Глаша не успела ворваться. Только потом повернулась лицом к Николаю, который озадаченно смотрел на меня, поднимаясь из-за стола.

— Вера, что случилось. — Он даже подошел ко мне поближе.

Я сделала глубокий вдох. Он сильный, смелый, его все боятся. Он сможет мне помочь. Я, руководствуясь исключительно практическими соображениями, схватила его за руку, обтянутую перчаткой, и со всей душой потребовала:

— Женись на мне!