Глава 31

Утро начинается с того, что я стою перед шкафом и никак не могу решиться.

С одной стороны — привычные вещи. Проверенные, безопасные, в которых можно раствориться и не привлекать к себе лишнего внимания.

С другой — новые. Те самые, которые вчера на меня буквально "надели", не спрашивая моего мнения.

Я с тоской бросаю взгляд на кардиган. Он для меня — как бронежилет, защищающий от внешнего мира — мягкий, уютный, надежный…

Но, похоже, сегодня придется выйти на поле боя без него.

Осторожно достаю платье… и тут же вешаю обратно.

Нет, для первого раза — это уже перебор. Начнем с чего-то попроще. Хотя, что тут попроще? Все ведь шикарное!

В итоге останавливаюсь на белой шелковой блузке и серой юбке-карандаш до колена. Самый безопасный вариант из всего этого великолепия.

Надеваю. Ткань ложится идеально, подчеркивая фигуру, которую вообще-то лучше было бы скрыть, но…

Черт.

Если честно, выглядит хорошо. Очень хорошо.

Я машинально расправляю плечи, потом еще раз — же осознанно, и вдруг понимаю, что стою ровнее. Не потому что заставляю себя, а просто потому что иначе в этой одежде как будто не получается.

— Ого, — тихо говорю я своему отражению.

С волосами я сначала делаю как обычно — собираю их крабиком на макушке, чтобы не мешались, но почти сразу ловлю себя на этом и останавливаюсь.

Нет, так нельзя. Распускаю обратно и начинаю укладывать.

Получается не идеально, но и не так, как раньше.

Макияж тоже делаю осторожно. По привычке — чуть-чуть.

Потом еще немного. Потом еще. Так все, хватит, а то уже будет перебор.

Останавливаюсь, снова смотрю в зеркало и ловлю себя на том, что улыбаюсь.

Блин.

— Ну все, — говорю я. — Поехали.

Хватаю сумку — новую, красивую. Надеваю туфли — на каблуках, но удобные.

Ну я прям вообще…

По дороге я несколько раз ловлю свое отражение — в витринах, в стекле остановки, в окне проезжающей машины.

И каждый раз на секунду зависаю.

Это я? Серьезно?

И от этого внутри становится странно. Немного приятно и одновременно немного тревожно.

В офис я прихожу за пятнадцать минут до начала. Даже мысленно ставлю себе галочку. Молодец.

Я открываю дверь в приемную и делаю шаг внутрь — и в этот же момент дверь кабинета распахивается.

Кравцов выходит.

Ой-ой!

Лицо смурное, собранное. Явно не к добру.

И сразу внимательно смотрит на меня сверху вниз. Так, как будто оценивает не одежду, а результат.

Я автоматически выпрямляюсь, хотя, кажется, и так уже стою по струнке.

Он чуть прищуривается.

— Вы почти опоздали.

Я моргаю.

— Я пришла на пятнадцать минут раньше.

Он кивает, будто я только что подтвердила его слова.

— Я же и говорю — еще пятнадцать — и вы бы опоздали.

О, отлично! Прекрасное начало дня.

Я сжимаю губы и ничего не отвечаю, потому что если открою рот — скажу что-нибудь лишнее. А сейчас лучше не начинать.

Он разворачивается и идет к выходу.

— Идемте.

Я хватаю сумку и почти бегу за ним, потому что шаг у него такой, будто он не идет, а выполняет план.

Мы выходим и спускаемся к парковке.

Он на ходу достает ключи.

— Быстрее, — бросает он через плечо.

— Я и так быстро, — бурчу я, но он, конечно, не реагирует.

В машине он молчит, вот только это уже не та спокойная тишина, что вчера, а напряженная.

К счастью, сегодня он не слушает мое "сопение", а включает музыку. Я расстегиваю пальто, чтобы было не жарко, и пытаюсь расслабиться.

Получается так себе.

Стараясь не смотреть на мрачного Кравцова рядом, я какое-то время держусь, но в итоге все-таки не выдерживаю.

— А мы… — начинаю осторожно, — на встречу к кому едем?

Он не поворачивается.

— К конкурентам.

Я автоматически выдыхаю:

— Ой.

Так, походу, дальше лучше не лезть. Он явно не в настроении. Совсем.

Я отворачиваюсь к окну, но все равно иногда чувствую на себе его взгляд.

Вообще ничего не понятно, блин!

Он злой сам по себе? Или это я что-то не так сделала? Или все вместе?

Ой, да тут вариантов — как у гороскопа на неделю.

Может, у него просто луна в козероге. Или кто-то с утра не позавтракал. Или это у него вообще базовая комплектация.

Мы останавливаемся на широком оживленном проспекте.

Вокруг люди, машины, шум, какой-то постоянный поток движения.

Он паркуется резко, точно, как будто даже в этом есть своя логика и расчет.

Глушит двигатель, и на секунду повисает тишина.

— Идемте, — говорит он.

Я киваю и выхожу из машины.

Ох, как же я волнуюсь! Даже ладони вспотели.

Не просто чуть-чуть, а как перед экзаменом, к которому вроде бы готовился, но все равно не уверен, что сдашь.

Так, ладно, Наташа. Все будет хорошо. Ты выглядишь отлично, так что, хотя бы насчет этого можно не волноваться.

Я уже собираюсь что-то сказать, когда сквозь шум машин вдруг прорывается детский крик:

— Арчи, стой!

Я машинально оборачиваюсь и вижу, как к дороге несется щенок — маленький, светлый, с болтающимся за ним поводком.

А за ним — мальчик. Маленький, лет шести. Бежит, запыхавшийся, с паникой в голосе.

— Арчи!

У меня внутри все резко сжимается.

Щенок, не останавливаясь, ныряет прямо в поток машин.

— О господи… — выдыхаю я.

Мальчик срывается следом.

Ох…