Охота на маньяка, и встреча с губернатором

Юни сидела одна в просторном экипаже Нолана Лима и молча смотрела словно на оживший на яву ночной кошмар. Лунная ночь. И массивный каменный дом на несколько этажей. Дом точь-в-точь, как в её снах. Дом безликого маньяка. Хотя, сейчас он не такой уж и безликий, а вполне имеющий официальное имя негодяй и преступник.

Окна на третьем этаже дома, которые, Юни знала, относились к личной спальне и личному кабинету Эйджина Кейма, погасли минут десять назад. И за это время преступник уже сто раз успел спуститься в подвал к своей пленнице! А Нолан и его люди всё медлят!

И да, Юни была уверена, чувствовала, что Эйджин Кейм не спать отправился, а в свой подвал. Девушка нервно вздыхала и на окна дома косилась. Наконец, дверца экипажа тихо скрипнула и отворилась, а на сидение напротив уселся Нолан. При этом мужчина едва заметно улыбался.

«И что его так развеселило? — мысленно Юни даже ножкой топнула — Пленницу спасать надо! А не улыбаться без дела!»

Впрочем, причину своих плуулыбочек мужчина объяснил довольно быстро.

— Мне только что доложили, что дочку Миджина Кьёна освободили — произнёс он — Как я и говорил, всё это время она находилась в доме Бейна Рино, сидела взаперти в маленькой спальне. Сейчас с девочкой всё хорошо, в ближайшее время её передадут матери — улыбка мужчины сверкнула ещё ярче — А во время задержания Бейн Рино «сдал» нам своего приятеля, Ченда Маоре, сказав, что похитил девочку именно он. Следовательно, эту парочку можно было смело арестовывать уже сейчас только на основании того, что один ребёнка похитил, а второй длительное время удерживал в своём доме — выражение лица Нолана изменилось, стало серьёзным и хмурым, мужчина тоже на окна большого дома покосился — Жаль, что про начальничка своего эти двое говорить совершенно не желают. Твердят, что дочку следователя похитили по собственной инициативе. Но это ничего. Пройдёт немного времени, и, я уверен, они всё нам расскажут.

— Это очень хорошо, что малышку освободили, и с ней теперь всё хорошо — с искренним облегчением молвила Юни и тут же нахмурилась — Но, может быть, и другую пленницу, что в подвале под этим самым домом сидит, пора идти освобождать⁈

— Подождём ещё несколько минут — чуть поморщившись, ответил девушке Нолан.

— Но почему⁈ — воскликнула Юни — Сколько можно ждать? Я даже представлять боюсь, что этот сумасшедший маньяк там с ней делает!

Но мужчина упрямо головой покачал.

— Я понимаю, как ужасно это прозвучит — произнёс он нехотя — Но чем больше синяков и ссадин мы обнаружим на теле жертвы в момент её освобождения, тем проще нам будет отправить преступника под суд — хотел добавить ещё что-то, но завидев выражение лица сидящей напротив девушки, покорно замолчал и согласно кивнул — Хорошо, идём прямо сейчас. Пойду скажу остальным, чтобы готовились.

Скоро Нолан Лим, семенящая за его спиной Юни и ещё тридцать сотрудников центрального управления медленно и уже не скрываясь в темноте подходили к главному входу большого загородного дома.

Первым на высокое крыльцо взбежал уже знакомый Юни седовласый следователь Ильсон Монг. Он помедлил пару секунд, после чего решительно постучал в дверь.

К удивлению всех присутствующих, дверь отворилась очень быстро, почти мгновенно, и без лишних вопросов с той стороны, вроде «кто там?» и «зачем пожаловали?». На пороге объявился пожилой мужчина в строгом костюме, вероятно, домоправитель, мельком оглядел стоящего на крыльце следователя, при этом пока не замечая остальных. На лице пожилого мужчины отразилось некое подобие удивления, но голос его прозвучал спокойно и уверенно.

— Кто вы и с чем пожаловали в столь поздний час? — спросил он.

— Нам нужен господин Эйджин Кейм. Прямо сейчас — ответил следователь Монг.

— Господина нет дома — был дан мгновенный короткий ответ, а входную дверь перед следователем попытались захлопнуть. Но не вышло: Ильсон Монг успел за ручку двери ухватиться, не давая той захлопнуться. А в разговор вступил Нолан Лим.

— Обманывать нехорошо — произнёс он, выступая из тени и тоже на крыльцо поднимаясь — Любопытно, отчего же вы говорите, что господина Эйджина дома нет, тогда как мы абсолютно уверены, что дома он есть?

— Кто… кто вы такие? — в голосе открывшего дверь проступила растерянность и пока ещё небольшая толика страха. А стоящая чуть поодаль Юни вдруг поняла, что ей уже доводилось видеть этого человека… Нет, его лицо по-прежнему было для неё незнакомым, а вот походка, немного резковатые жесты, идеально прямая спина… всё это она видела раньше… во снах. Это же преданный слуга безликого маньяка! Слуга этот, конечно же, не участвовал в убийствах девушек и даже рядом в такие моменты не стоял, но он всегда видел, когда безликий в свой подвал направлялся… и всегда знал, чем его хозяин там занимается.

— Моё имя Нолан Лим — не стал тянуть главный «гость» хозяина — Я занимаю пост главы Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка. А это… — кивнул на стоящего рядом Ильсона Монга и тех, кто был за его спиной — Преданные сотрудники управления.

Домоправитель обвёл взглядом группу людей, стоящих у порога загородного дома, впервые замечая, сколько «гостей» пожаловало, а лёгкий испуг не его лице быстро сменялся настоящим диким ужасом. Жаль, что при этом слуга всё равно не оставлял попыток «прикрыть» своего хозяина.

— Но господина Эйджина, и правда, нет сейчас дома — пролопотал он.

— В таком случае нам ничего не остаётся, кроме как обыскать дом и убедиться в этом лично — невозмутимо ответил на лопотание Нолан, на сотрудников обернулся — Приступаем к обыску — и те беспрепятственно прошли в дом, просто обогнув стоящего на пороге растерянного и что-то слабо возражающего домоправителя. Почти все, разделившись на небольшие группы, отправились на поиски по этажам, а пятеро, включая Ильсона Монга, остались со своим главой.

Признаться, официального разрешения на обыск дома у Нолана не было. И если случится так, что они ничего не найдут, главе грозит серьёзный штраф за самоуправство, а, возможно, и снятие с должности. Но если уж ловить маньяка «с поличным», то именно сейчас…

— Вы не найдёте господина ни в одной из комнат — упрямо и отчаянно повторил преданный слуга — Я же говорю, в доме его нет!

— В доме, возможно, и нет — произнесла входящая в дом последней зеленоглазая девушка, после чего добавила — Но если не найдём в доме, значит, найдём в подвале под домом — и не сдержала удовлетворённой улыбки, когда слуга нервно сглотнул и едва заметно покосился в ту сторону, где как раз находился скрытый проход в подвал.

При этом домоправитель уверенно заявил:

— Но в этом доме нет подвала!

— Да что вы говорите? — наигранно всплеснула руками зеленоглазая — А если найдём?

— Что? — всё ещё продолжал изображать полнейшее неведение слуга — А вы кто, вообще, такая, уважаемая?

— Я оракул — спокойно и уверенно ответила Юни — Поэтому обмануть меня у вас точно не выйдет.

— Но оракулом не может быть женщина — удивлённо-неуверенно пробормотал слуга. И, надо сказать, стоящие рядом сотрудники управления полностью разделяли подобное мнение, на девушку и своего начальника поглядывали с недоверием.

— И тем не менее, это так — припечатал Нолан Лим, давая понять всем присутствующим, что это чистая правда, а также отвечая на не высказанный никем вслух вопрос «зачем глава управления таскает с собой на допросы какую-то неизвестную девицу?»

Удивление и любопытство, что прослеживались во взглядах сотрудников управления, обращённых к Юни, сменились искренним уважением и даже почитанием.

— Мне известно, что вы прекрасно знаете, какие ужасные вещи творит ваш хозяин в этом самом подвале — произнесла Юни, обращаясь к слуге — И вы не просто покрываете его. Вы ему помогаете — девушка осмотрелась, подмечая, что да, обстановка этого дома выглядит именно так, как она во снах видела, медленно подошла к огромному зеркалу, обрамлённому массивной толстой рамой, что висело в главном вестибюле дома. Пристально всмотрелась в своё отражение и едва заметно плечом передёрнула. Приподняла правую руку и на зеркало указала, вновь к домоправителю обернулась.

— Он сейчас там? — спросила девушка-оракул. Ей не нужно было пояснять, кто такой этот «он». Все и так прекрасно поняли, что речь идёт про хозяина дома.

— Господин… он… — глазки домоправителя бегали из стороны в сторону. Укоренившаяся за годы службы привычка до последнего защищать хозяина боролась в нём с желанием скорее всё рассказать следователям, ведь они уже и так обо всём знают! С ними же оракул. И если уж рассказывать, то надо постараться поведать всё так, будто это хозяин дома заставил своего служащего помогать в сокрытии преступлений, а сам слуга воде как и ни при чём, просто жертва обстоятельств и сурового нрава своего работодателя.

— Он там или нет? — поторопил с ответом глава управления, повышая голос и вынуждая домоправителя вздрогнуть всем телом и выпрямиться.

— Он… — тяжко вздохнул и голову опустил — Да, господин сейчас там — и тут же голову вскинул, затараторил — Но я ни в чём не виноват! Я ничего плохого не делал! И рассказать я никому не мог…

— Это-то понятно — отмахнулся Нолан — Кто-то ещё из слуг дома знает о существовании подвала и тайном… хм… «увлечении» вашего хозяина?

— Д-да, ещё два человека помогают мне с уборкой подвала…

— Домоправителя и тех двоих, что тоже в курсе дела, задержите и доставьте в центральное управление в допросную — коротко обронил приказ глава управления и поближе к Юни подошёл, тоже на зеркало внимательно посмотрел. Большое, высокое, больше двух метров в высоту и в ширину около полутора метров. За таким зеркальцем вполне может скрываться средних размеров потайная дверь.

— Проход в подвал за зеркалом? — уточнил мужчина у Юни.

— Нет, вы не можете меня арестовать! Я ведь ничего не сделал! И никого не убивал! Я только выполнял приказы своего господина! — прокричал на фоне домоправитель, пытаясь вывернуться из крепкой хватки сотрудников управления. Но Юни и Нолан на его крики внимания не обратили.

— Да, проход здесь — уверенно подтвердила девушка — Не знаю точно, как его открыть… В моих видениях маньяк заводил руку за раму зеркала… Вон там, с левой стороны. И зеркало сдвигалось, открывая проход.

— Просто снять зеркало или и вовсе разбить мы всегда успеем, сначала попробуем открыть, как положено — резонно заметил глава, протянул руку и провёл пальцами по внутренней стороне рамы.

Поначалу ничего не происходило, и мужчина попытался просунуть пальцы чуть глубже. И в какой-то момент наткнулся на какой-то рычажок, чуть потянул за него… Раздался тихий щелчок. А зеркало, и правда, чуть сдвинулось в сторону. Перед взглядом Нолана и Юни предстала небольшая деревянная дверь.

К большой удаче, заперта дверца не была и открылась от одного единственного лёгкого толчка. Перед сотрудниками управления предстал вид на тёмную узкую лестницу из почерневшего камня, ведущую куда-то вниз. Никакого освещения там, внизу, конечно же, не было.

— Берём факелы, готовим оружие — скомандовал Нолан Лим своим людям — И спускаемся вниз — на Юни посмотрел — Тебе лучше остаться здесь. Лучше тебе не видеть того, что там сейчас творится.

Девушка-оракул в ответ болезненно поморщилась и головой покачала.

— Всё, что мне видеть не стоило, я видела в своих видениях уже много-много раз — упрямо подбородок вздёрнула — Я иду с вами — Нолан хотел возразить, но Юни резонно заметила — Я единственная, кто хоть примерно ориентируется в этом подвале.

— Господин Нолан — вступился Ильсон Монг — Госпожа оракул права. Если она сможет быстро провести нас по подвалу к преступнику, то лучше ей пойти с нами.

Глава управления нехотя согласился, своё согласие подтвердил коротким кивком.

— Спускаемся — произнёс он и первым нырнул в потайную дверцу. За ним последовал следователь Монг, затем ещё один мужчина из управления. Следом на лестницу ступила Юни, всячески подавляя просыпающийся в ней страх перед маньяком и перед тьмой этого мрачного подвала. А за девушкой следовал ещё один сотрудник управления.

Лестница вела гостей подвала всё ниже и ниже. И, наконец, вывела к длинному коридору, где было всё также темно, пахло сыростью, на стенах и потолке, куда падал свет от факелов, можно было разглядеть плесень, мох, а сверху свисала застарелая покрытая пылью паутина. В коридоре виднелись двери, расположенные в странном хаотичном порядке.

— Вполне возможно, что изначально этот подвал строился как склад — предположил следователь Монг.

— Возможно — согласился Нолан, к Юни обернулся — Куда дальше?

— В самый конец коридора — указала она в нужную сторону — Самая дальняя дверь.

И гости подвала неспешно двинулись в указанном направлении. А на половине пути остановились, услышав тихий, едва различимый женский половскрик-полустон, потом ещё один и ещё… переглянулись и уже быстрым шагом двинулись на звук.

Остановились у той самой дальней двери. И стоны незнакомой женщины слышались именно оттуда.

Раздался хлёсткий звук удара не то кнута, не то плётки, пленница громко вскрикнула и разразилась рыданиями.

— Хватит ныть! — прозвучал из-за двери грозный мужской голос, мужчина замолчал, а потом добавил обманчиво-мягко — Если не заткнёшься, я буду бить сильнее.

Стоны и всхлипы незнакомки за дверью, и правда, стали тише, но всё равно слышались. А мужчины в коридоре быстро переглянулись между собой, коротко друг другу покивали, без слов договорившись о своих дальнейших действиях. Ильсон Монг ухватился за ручку двери, потянул на себя… Дверь не поддалась, как оказалось, маньяк заперся со своей пленницей изнутри.

— Рейк, это ты⁈ — прогремел из-за двери всё тот же мужской голос — Какого дьявола ты сюда заявился⁈ Я же столько раз говорил тебе, что меня нельзя отвлекать, когда я…

Голос замолчал. Зато послышался звук нервно-шаркающих шагов, щелчок замка… дверь резко отворилась. На её пороге стоял мужчина в серо-чёрном балахоне и с внушительных размеров плетью в руках. Его глаза, секунду назад полыхающие гневом, недоумённо расширились, когда он лицом к лицу с серьёзным следователем Монгом столкнулся.

Маньяк ни сделать, ни даже сообразить ничего не успел. Его мгновенно окружили и с двух сторон за руки ухватили, не давая возможности двигаться, а тем более сбежать.

— Кто вы такие⁈ — выкрикнул преступник — Вы не имеете права! Это мой дом!

— Ну, допустим, дом этот принадлежит не вам, господин Эйджин, а вашему дядюшке — вперёд выступил Нолан Лим — Вот только я сильно сомневаюсь, что вашему многоуважаемому дядюшке известно, чем именно вы любите заниматься по ночам в подвале этого дома — И если до этого момента маньяк ещё и пытался вырваться из цепкой хватки окруживших его сотрудников правопорядка, то теперь, завидев главу управления, замер на месте, а на лице его застыла маска ужаса.

— Господин Нолан? — прошептал преступник недоверчиво, но его шёпот проигнорировали.

Нолан Лим бросил на Эйджина ещё один брезгливый взгляд, прошёл в тёмную комнатку, при это старался даже случайно не задеть задержанного. И бросил взгляд на сидящую на каменном полу испуганную девушку. Она уже не плакала, лишь нервно вздрагивала и тяжело дышала. И своим спасителям она совсем не радовалась, вероятно, думала, что они ничем не лучше её мучителя, и теперь ей предстоит очередная порция истязаний.

Как и видела Юни в своих видениях, пленница была закована в цепи. Только теперь помимо изорванной одежды на теле девушки, на руках, ногах, спине, виднелись, к счастью, немногочисленные розовые полосы — следы от ударов плетью, а на лице красовался внушительных размеров синяк.

Последней в комнатку вошла Юни. Как и Нолан прежде, она по дуге обогнула задержанного и присела перед пленницей, чуть улыбнулась ей ободряюще.

— Всё хорошо — шепнула она — Тебя спасли. Сейчас тебя к лекарю отвезут, а потом ты отправишься домой. Больше никто тебя не обидит.

Только тогда в глазах незнакомки отразилось что-то похожее на облегчение. Она снова разрыдалась.

— Я думала, он меня убьёт — сквозь всхлипы молвила она.

— Не убьёт — возразил глава управления, обернулся к задержанному — Думаю, отныне, после всего, что он натворил, его ждёт пожизненная каторга в лучшем случае… а в худшем…

Нолан не договорил. Эйджин Кейм, справившись с первым потрясением, резко тряхнул головой, выпрямился, насколько это было возможно.

— Какая ещё пожизненная каторга⁈ — вскричал он — За что? — на свою пленницу зло покосился — Ну да, с этой девкой я немного перегнул… не сдержался… очень уж она меня из себя вывела. Но это никак не повод для ареста. Я же её не убил. А то, что я заигрался немного… — «заигрался», именно так он прокомментировал болезненные отметины на теле пленницы — Так я ей всё компенсирую — заверил он — Она мне потом ещё сама спасибо скажет. Да с теми деньгами, что я ей выдам в качестве компенсации, она год может вообще не работать!

Пленница, услышав подобное заявление, даже улыбнулась неуверенно. Отчего Юни только головой укоризненно покачала. Как бы там ни было, сидящая перед ней девушка родилась и выросла на острове Тио, и мышление у неё было соответствующее.

— Зачем ты согласилась выйти с незнакомыми тебе людьми за пределы острова? — спросила оракул.

— Мне целых сто медяков за это заплатили — тихо призналась пленница — Разве я могла отказаться? Тем более, что мать у меня болеет, а младший брат ещё маловат, чтобы нормально зарабатывать. Вот и выходит, что только я всю нашу семью и кормлю. Их двое было, я и подумала, что я, сразу с двумя поработать не смогу? Чай, не впервой… А потом один вообще ушёл, а второй… — снова всхлипнула — Я когда поняла, что он меня куда-то не туда везёт, улизнуть попыталась, но он мне не дал, связал ещё. Потом сюда приволок и на цепь посадил. А сегодня вот он… — осторожный кивок в сторону задержанного — Заявился. И сразу бить начал, хотя ему ни одного плохого слова не сказала.

Юни тяжело вздохнула. Да уж… для господина-маньяка сто медяков — это сущая мелочь, а для любого жителя острова Тио — огромные деньги. А у незнакомки ещё и семья, которую кормить надо, имеется. Сам же маньяк, заслышав ответ жертвы, даже разулыбался довольно.

— Вот, видите⁈ Она же сама признаётся, что изначально пришла добровольно, за очень хорошую плату. Значит, вы никак не можете арестовать меня за то, что я купил себе девицу для приятного времяпрепровождения. Я, вообще, не понимаю, зачем вы сюда заявились! Чтобы эту продажную девку от побоев спасти⁈ — и добавил язвительно — Неужели, Центральному управлению по защите населения заняться больше нечем? — улыбнулся торжествующе и вновь попытался вырваться из крепкой хватки, только отпускать его никто не спешил.

— Если эта девушка… — Нолан кивнул на пленницу — Согласится принять от вас некую суму в качестве компенсации за все понесённые ей… кхм… неудобства, а также не станет писать на вас заявление, то конкретно за её похищение и избиение вас судить не будут.

— Сто золотых — тут же рявкнул маньяк, глядя на свою несостоявшуюся жертву — Я заплачу тебе сто золотых, а ты ничего не будешь писать и забудешь обо всём, что здесь было!

И пленница, которая ещё минуту назад плакала и испуганно по сторонам смотрела, сейчас радостно улыбалась.

— Я ничего не буду писать! — заверила она и добавила мечтательно — Сто золотых! Это же целое состояние. Да я бы такое никогда в жизни не заработала, да я бы… я же долги закрою, я столько всего смогу купить…

— Всё⁈ — надменно хмыкнул задержанный — Вопрос улажен? Теперь отпустите меня! Немедленно!

— Конкретно с этой девушкой вопрос, действительно, улажен — подтвердил Нолан — Вот только, боюсь, что от родителей госпожи Хейи Собонг так просто откупиться у вас не получится. За одно только её убийство вам, господин Эйджин, может грозить смертная казнь — и с холодным удовлетворением наблюдал, как глаза задержанного вновь расширяются от ужаса.

— А ведь я помню наш с вами разговор во время приёма — продолжил глава управления — Вы спрашивали у меня, как продвигается расследование убийства юной госпожи Хейи. Не припоминаю, ответил ли я вам что-то в тот вечер, но сейчас могу с уверенностью сказать, что центральное управление со своей задачей справилось. И убийца оказался в руках правосудия — прямо на Эйджина посмотрел, а тот отрицательно головой замотал.

— Что за глупости? — ожидаемо принялся отрицать свою вину преступник, хоть и выглядел испуганно, но свою невиновность отстаивал очень уверенно — Я не убивал госпожу Хейю! Да я, вообще, был с ней едва знаком! У вас… у вас нет никаких доказательств, что это я!

Да, серьёзных доказательств, и правда, не было. Только Нолан не собирался этого показывать. Он холодно улыбнулся и произнёс всё так же уверенно-спокойно:

— Вы так считаете, господин Эйджин? Что же, вынужден вас огорчить: в наших допросных вот уже несколько часов сидят два человека… Уверен, что вы их знаете. Некто Бейн Рино и Ченд Маоре. Это ведь ваши подчинённые? Точнее, официально, они бывшие ваши подчинённые. И за те несколько часов, что эти двое провели в наших допросных, они успели нам рассказать, как по вашему указанию они сначала долго следили за госпожой Хейей, потом похитили и передали её вам… Потом вы вернули Ченду уже бездыханное тело девушки, а он отнёс его к дому её родителей — Нолан на секунду сбился, в который раз вспомнив описание лекаря, что осматривал тело, и добавил — Кстати, Бейн Рино и Ченд Маоре также поведали нам о том, что по вашему приказу кроме Хейи Собонг они и других девушек похищали, вам их передавали, а потом Ченд Маоре от тел избавлялся. По словам ваших подчинённых, почти все похищенные ими девушки были жительницами острова Тио.

Пленница за спиной главы управления потрясённо-испуганно ахнула, сообразив, в чьих руках она побывала, и что спасло её невероятное чудо. А задержанный снова головой замотал.

— Их слова… это никакое не доказательство! — запальчиво возразил маньяк — Вы говорите, что эти двое на меня работают, но это уже давно не так! Я их уволил! Потому что работали плохо! А то, что они оговорить меня решили, то это они мне мстят!

— Если вы, господин Эйджин, как вы утверждаете, их уволили… — вставил слово следователь Ильсон Монг — Зачем же вы с ними встречались вчера во второй половине дня в безлюдном парке недалеко от набережной?

— Да-да — подтвердил Нолан на очередной удивлённый взгляд преступника — Об этой встрече нам также известно. И за вами лично, и за вашими людьми мы следим уже некоторое время. Кстати, сотрудники управления видели, как ваши подчинённые эту девушку похищали — на пленницу указал — И не предотвратили похищение только по той причине, чтобы мы смогли убедиться, что именно вы и есть тот самый убийца, которого мы так долго искали. Ах, да… — вспомнил мужчина — О том, что Ченд Маоре и Бейн Рино также следили за передвижениями госпожи Маили Кьято, мы тоже знаем. Мы знаем, что именно госпожа Маили должна была стать вашей новой жертвой.

— Вы всё равно ничего не докажете — зло, но уже как-то обессиленно буркнул маньяк — Суд не поверит в слова двух давно уволенных мной сотрудников! И вам всё равно придётся меня отпустить.

Нолан Лим в ответ на подобное высказывание лишь изобразил короткую уверенную полуулыбку, но на самом деле, ответить ему было нечего. Да, Эйджина Кейма поймали в его подвале в тот момент, когда он избивал похищенную с острова Тио девицу. Но, как преступник правильно заметил, девица изначально сама на всё согласилась, и убить он её не успел. А за избиение девицы лёгкого поведения господину уж точно ничего не светит. Надо и другие улики искать.

— Лично мне, в отличие от суда, никакие доказательства не нужны. Я и так прекрасно знаю, что это ты тот самый маньяк! Своими глазами всё видела — вспомнив кое-что важное, вступила Юни, при этом, в отличие от Нолана или Ильсона Монга, девушка не утруждала себя обращением к преступнику на «ты» — А что касается доказательств для суда… Ты сам позаботился о том, чтобы у следствия были все доказательства твоей вины.

Эйджин Кейм, казалось, только сейчас заметил, что вместе с главой управления и его сподручными в его обители ещё и какая-то неизвестная черноволосая девица оказалась.

— А ты кто ещё такая⁈ — бросил он, обращаясь к девушке — Про какие ещё доказательства ты говоришь?

— Ты ведь оставлял себе кое-что на память после «встречи» с каждой побывавшей здесь девушкой, верно? — ответа, ожидаемо, не последовало, а задержанный ещё и губы плотно сжал, словно боялся ляпнуть что-то лишнее.

— Этот дом, как и этот подвал, сегодня же обыщут — уверенно поддакнул Нолан Лим, но и эти слова задержанный стойко проигнорировал.

— А ведь я, кажется, где-то тебя видел… только не могу вспомнить, где — задумчиво пробормотал Эйджин, прищуренно разглядывая черноволосую девушку.

— Мы, действительно, встречались — не стала отрицать Юни. И сама при этом не знала, какую встречу она имеет ввиду: ту давнюю встречу, в которой она чуть не погибла и которую она совсем не помнит, или недавнюю мимолётную встречу на губернаторском приёме, которую и встречей-то назвать можно с большой натяжкой? Или же она имеет ввиду все свои видения?

— И где же мы встречались? Хотя… какая разница — ответил Эйджин, глянул на Нолана, потом поочерёдно повернулся к тем, кто его удерживал, скривил губы в неприятной сальной ухмылке — Зачем вы притащили сюда ещё и эту девицу? — и, словно издеваясь, язвительно добавил — Или вы решили эту девку у меня забрать? — на пленницу кивнул — А вместо неё замену привели?

Юни поморщилась брезгливо и плечами невольно передернула, а Нолан руки в кулаки сжал, его глаза гневно полыхнули, казалось, мужчина еле сдерживал себя, чтобы не подойти и лично не «разукрасить» физиономию негодяя.

— Рекомендую вам следить за вашей речью, господин Эйджин — это произнёс Ильсон Монг, чем удержал своё начальство от импульсивных действий — Госпожа оракул не обязана ваши непристойности выслушивать.

— Что? Госпожа оракул? — Эйджин Кейм посмотрел на девушку уже совсем другим взглядом, а через секунду на его лице мелькнуло озарение — Оракул⁈ Так это ты их всех ко мне привела?

— На протяжение последних пяти лет я видела каждое твоё убийство — подтвердила Юни — Каждое. Я, как никто другой, знаю, что ты из себя представляешь. И я безумно счастлива, что ты, наконец, получишь по заслугам. А я, наконец, перестану просыпаться по ночам из-за жутких видений с твоим участием!

— Это ты их ко мне привела! — повторил Эйджин Кейм, и слова его как угроза прозвучали. Взгляд его словно застыл на лице девушки, обещая ей всевозможные кары.

— Вы совершили преступление, господин Эйджин — вмешался Нолан Лим — Даже не одно. А значит, должны ответить по закону — а потом людям своим кивнул — Отвезите его в управление, закройте в допросной и приставьте хорошую охрану. После обыска я тоже сразу приеду в управление.

Обыск в загородном доме Эйджина Кейма проходил до самого рассвета. Сотрудники Центрального управления обошли каждую комнату, заглянули в каждый угол, всех слуг на ноги подняли и с ними со всеми пообщаться успели. Хотя, как и говорил домоправитель, кроме ещё парочки помощников, никто и понятия не имел, какие «своеобразные» увлечения были у хозяина этого дома. И когда слугам вкратце обрисовали, за что был арестован их хозяин, все они очень сильно удивились, некоторые даже сразу не поверили, а ближе к утру больше половины работников решили спешно уволиться.

— Вдруг хозяина из тюрьмы отпустят — шептались они между собой — Он ведь родственник самого губернатора. А нам тогда что делать? Продолжать жить в доме убийцы? Нет, лучше уж уволиться и поискать работу в доме какого-нибудь другого господина.

Собственно говоря, обыск самого дома следствию ничего не дал, хоть и отнял у них несколько часов времени. А вот обыск подвала…

Как выяснилось, в подземелье было несколько примерно одинаковых по размеру тёмных комнаток, но для своих чёрных делишек маньяк использовал только одну из них, остальные же были завалены каким-то хламом. В основном, старой и давно поломанной мебелью. Также нашёлся ещё один выход из подземелья: если пройти по тёмному коридору ещё дальше, то вскоре можно было обнаружить ещё одну лестницу, ведущую уже наверх, а поднявшись по ней, можно было выйти в тут самую рощицу, где сотрудники управления умудрились упустить из вида толстяка Ченда.

Вот только никаких реальных улик, указывающих на то, что Хейя Собонг, а также другие девушки были убиты именно в этом подвале, найти не удавалось.

— Я помню, что в моих видениях маньяк пряди волос девушек аккуратно в сторону откладывал. И я так надеялась, что он сохранил их. Но, видимо, волосы он тоже выбрасывал, только позже — с сожалением проговорила Юни, когда следователь Монг, обойдя очередную комнатку подземелья, заявил, что никаких улик в том груде хлама он не нашёл.

— Я тоже на это надеялся — вздохнул стоящий рядом Нолан и добавил ободряюще — Но мы ведь ещё не все комнаты обыскали. Поэтому, работаем дальше.

В одну из подвальных комнаток, в которой обыска ещё не было, Юни вошла первой, освещая своим факелом небольшое пространство. Осмотрелась. Ничего нового: парочка стульев с поломанными ногами, почти полностью прогнивший диван без одной ножки и стоящий в углу покрытый, наверное, вековым слоем пыли стол. По сравнению с остальной мебелью, хранящейся в комнатках подземелья, стол выглядел хоть и таким же грязным, но вполне себе крепким. И на нём даже какая-то стопка бумаг лежала. Подойдя поближе, девушка поняла, что это не просто бумаги, это пустые конверты под письма, конверты пока ещё не подписанные. Интересно, зачем они здесь? А рядом с конвертами ещё и чернильница с пером для чего-то была поставлена.

Юни взяла в руки самый верхний конверт… И тут же громко вскрикнула от неожиданности, при этом каким-то чудом умудрилась факел из рук не выпустить.

— Юни, что? — первым в комнатку влетел Нолан и мгновенно рядом с девушкой оказался, а следом за своим главой на женский вскрик ещё парочка следователей подтянулись — С тобой всё в порядке? Ты кого-то здесь увидела?

— Увидела — слегка дрожащим голосом подтвердила Юни и конверт на место положила — Только не кого-то… У меня, кажется, очередное видение было.

— Что за видение? — уже деловым тоном уточнил глава.

Девушка кивнула на письма.

— Я к конверту прикоснулась и увидела, как маньяк положил в один из таких конвертов прядь длинных волос, перевязанных даже не лентой, а куском какой-то рваной тряпки. А потом на конверте написал что-то… я не разглядела.

Нолан Лим подошёл к столу, взял в руки стопку пустых конвертов, деловито пересчитал. Их оказалось восемнадцать. Потом перевёл задумчивый взгляд на чернила.

— В своих прежних видениях ты видела, что маньяк откладывал в сторону пряди волос своих жертв, сейчас ты увидела, как он пряди в конверты складывает — поднял глаза на своих сотрудников — Нужно хоть вверх дном здесь всё перевернуть, но найти эти конверты.

Те слаженно кивнули в ответ, и обыск продолжился.

Сотрудники управления чуть ли не по досочкам разобрали и стол, и диван, и стулья доломали окончательно. Мебель в других комнатах принялись разбирать, надеясь обнаружить в каком-нибудь старом комоде тайник с конвертами. Но тайник, как назло, всё не находился.

— Но ведь где-то же он должен быть — недовольно вздыхал следователь Ильсон Монг, покидая очередную комнату, в которой так ничего и не обнаружилось.

Вполне возможно, следователям так и не удалось бы ничего отыскать, если бы один из сотрудников управления, самый молодой из них, не спохватился, что он где-то пуговицу от своего камзола обронил.

— Ой, да забудь ты про эту пуговицу, другую пришьёшь — попытался одёрнуть его старший коллега — Нам улики искать надо, а не пуговицы.

— Я быстро, буквально пару минут, мне кажется, я её вон в той комнате обронил — возразил юноша и указал на ту самую комнатку, где Юни стопку конвертов обнаружила.

А спустя эти пару обещанных минут молодой сотрудник управления выбежал в коридор, тяжело дыша и широко распахнув глаза.

— Я не очень уверен… Но я… Наверное, я нашёл тайник! — взволнованно воскликнул он. И к нему тут же все остальные сотрудники сбежались, включая Нолана.

— Показывай — поторопил глава.

— Вон, вон там, в самом углу, видите? — оказавшись в комнате, указал юноша на то место, где раньше стоял теперь уже разобранный стол — Я тут пуговицу уронил, нагнулся, чтобы её найти и заметил…

Полы и стены подземелья были сделаны сплошь из массивных тёмных камней правильной прямоугольной формы. Но один камень, у самого основания стены, немного отличался на фоне остальных. Точнее, сам камень был, как и все остальные, но он чуть выступал вперёд… словно его аккуратно вытащили из стены, а потом снова на место поставили. И, возможно, проделывали подобное ни один раз. Ильсон Монг и ещё один из следователей, нагнулись к камню, пытаясь его вытащить.

И камень поддался, почти сразу. Вытащив его и отложив в сторону, сотрудники управления заметили припрятанную в стене большую деревянную шкатулку, вытащили её на свет, открыли.

Внутри шкатулки обнаружились конверты, ровно двадцать восемь штук, только в отличие от тех конвертов, что на столе лежали, они не были пусты. А на конвертах аккуратным и даже, можно сказать, почти каллиграфическим почерком были написаны женские имена.

На одном из конвертов красовалось имя «Хейя». Нолан спешно открыл конверт, заглянул внутрь… Внутри обнаружилась прядь рыжеватых волос, перевязанных кусочком ткани.

— Голубой — задумчиво пробормотал оказавшийся рядом Ильсон Монг.

— Что? — не понял Нолан Лим, оборачиваясь к следователю. А тот кивнул на содержимое конверта.

— Цвет ткани голубой — пояснил Монг — Личная служанка и сестра убитой Хейи Собонг говорили, что когда девушку похитили, на ней была ночная сорочка голубого цвета.

Услышав это, Юни подошла к шкатулке с конвертами, ещё раз их все пересмотрела. И совсем не удивилась, заметив на парочке конвертов имена девушек, с которыми была знакома когда-то, и смерти которых видела во снах. Один из конвертов приоткрыла, вздохнула тяжело, конверт закрыла и на место вернула. Всё верно: внутри лежала прядь волос цвета светлой пшеницы, именно такими были волосы у убитой, перевязанная бледно-алого цвета тканью, точно такой же тканью, из которой было сшито любимое платье той убитой девушки.

— Ну вот и улики нашлись — произнёс один из сотрудников, только никакой радости в его голосе слышно не было.

* * *

— Вот, господин Нолан, как вы и просили, протоколы допросов Ченда Маоре и Бейна Рино — первое, что услышал глава управления, возвращаясь в свой рабочий кабинет после ночи в доме Эйджина Кейма.

— Надеюсь, проблем во время допроса этих двоих не возникло, и вам есть, чем меня порадовать — произнёс мужчина, принимая в руки небольшую стопку исписанных бумаг и открывая первую страницу.

— Порадовать есть чем — кивнул докладчик — Бейн Рино даже не пытался ничего от нас утаивать. Почти сразу признался в том, что несколько лет назад по собственной глупости попал в серьёзную денежную зависимость от своего хозяина. Потому и согласился время от времени выполнять некоторые приватные поручения от господина Эйджина.

— Иными словами, похищал для него девушек — подвёл итог Нолан — А что во время допроса поведал второй?

— Вот с Чндом Маоре было сложнее — вынужден был признать докладчик — Поначалу он и вовсе всё отрицал. Но когда мы сообщили ему, что господин Эйджин Кейм также арестован, что ему предъявлены официальные обвинения, а ещё немного приукрасили и заявили, что господин Эйджин уже «сдал» всех своих подельников, Ченд Маоре тоже принялся давать признательные показания. Рассказывал, как за девушками следил, где тела убитых оставлял. И о том, что дочку одного из наших следователей похитил, он тоже признался… И, конечно же, он уверяет, что ни в чём не виноват, лично никого не убивал, а всё плохое, что он делал, он делал исключительно под давлением своего господина, которого никак не мог ослушаться.

— Даже не сомневался, что он именно так и скажет — хмыкнул Нолан Лим, перелистывая страницы протокола — Сам Эйджин Кейм сейчас где?

— В допросной сидит. Один. Следователи не торопятся к нему заходить. Вы ведь сказали, что сами будете его допрашивать — последовал мгновенный ответ — Кстати, господин Эйджин требует, чтобы его поскорее выпустили, грозит нам всяческими карами. Ещё требует, чтобы мы сообщили его семье, где он находится.

— Сообщить о происходящем его семье так и так придётся — нехотя признал глав управления и кратким жестом отпустил докладчика. А сам тяжело на стул опустился, вздохнул. Потёр пальцами виски, пытаясь унять лёгкую головную боль, вызванную усталостью и бессонной ночью.

— Думаешь, его семья постарается сделать всё возможное и невозможное, чтобы избавить любимого сына и племянника от тюрьмы и, тем более, от смертной казни? — тихо спросила стоящая рядом Юни. И Нолан поднял на неё взгляд, чуть скривил губы в усталой улыбке.

Девушка тоже выглядела уставшей, словно вот-вот, ещё немного, упадёт и уснёт прямо на месте. Ещё бы, они оба почти сутки на ногах. А впереди им ещё и допрос главного преступника предстоит.

Но ехать отдыхать девушка-оракул наотрез отказывалась, твёрдо намереваясь тоже на допросе присутствовать.

— Я почти уверен, что они попытаются помочь Эйджину избежать заслуженного наказания — ответил мужчина — Хотя, кто знает, возможно. Господин губернатор проявит… благоразумие.

— Но ведь все улики у следствия на руках — зеленоглазка кивнула на шкатулку с конвертами, которую Нолан старался держать при себе, на всякий случай — И даже родные Хейи Собонг подтвердили, что прядь волос из конверта, действительно, принадлежит их дочери, а лента, которой волосы перевязаны, это ничто иное, как обрывок её ночной сорочки, в которой её и похитили.

Да, действительно, сразу после обыска, прежде чем вернуться в управление, Нолан лично решил заехать в дом, где когда-то жила Хейя Собонг. Прежде чем к допросу приступить, нужно было обзавестись очередным доказательством вины задержанного: родственники убитой девушки должны были подтвердить, что волосы в конверте — это, действительно, волосы Хейи.

Родители убитой, конечно, немного удивились столь раннему визиту представителя центрального управления, ещё больше удивились тому факту, что в раскрытии преступления принимал участие лично глава ведомства. Но всё же быстро себя в руки взяли, отец девушки принял серьёзный вид и отрывисто уточнил причину раннего визита, и не поймали ли того негодяя, что лишил их любимой дочери. А когда они содержимое заветного конверта с именем «Хейя» увидели, мать убитой болезненно ахнула и в тот же миг в обморок упала, муж еле успел её на руки подхватить.

— Надеюсь, этого негодяя ждёт самая страшная смертная казнь из всех, что доводилось видеть в Римероне — тихо молвил отец убитой, провожая Нолана до двери. Глава управления в ответ согласно кивнул, но пока не торопился сообщать мужчине, потерявшему любимую дочь, что преступник происходит из очень-очень влиятельной семьи, а потому у него есть некоторые шансы казни избежать.

Пока Юни тихо сидела рядом, Нолан Лим перечитывал протоколы допросов Ченда Маоре и Бейна Рино, иногда отвлекаясь и делая некоторые пометки на отдельном листе.

— Список вопросов, с которых лучше начать допрос — коротко пояснил он девушке и вернулся к своему занятию. А несколько минут спустя дверь в кабинет главы управления резко распахнулась без предварительного стука.

Нолан хотел было возмутиться, но поднял глаза на вошедшего и решил воздержаться от резких высказываний. На пороге стоял господин Хеджим Морейм. Губернатор. И холодный цепкий взгляд губернатора точно не обещал главе управления ничего хорошего.

В кабинет главы одного из государственных ведомств господин Хеджим Морейм входил с высоко поднятой головой. Словно именно он тут главный хозяин. Собственно… в некоторой степени это так и было, как-никак, именно губернатор — самый влиятельный человек города и всех его окрестностей. И хотя глава Центрального городского управления по защите населения и охране правопорядка, как человек, назначенный на свою должность лично королём, официально не считался подчинённым губернатора и выполнять его распоряжения был вовсе не обязан, но арестовать племянника самого влиятельного человека в городе… Да, Нолан Лим прекрасно понимал, что своими действиями он может нажить себе очень серьёзного врага.

Господин Хеджим прошёл в кабинет, не спрашивая разрешения, уселся в ближайшее кресло и ногу на ногу закинул.

— Господин губернатор — первым заговорил Нолан — Приветствую вас в своём кабинете.

Хеджим Морейм помолчал немного, задумчиво свой идеально гладкий подбородок почесал.

— Хорошо хоть вы не сказали, что рады меня видеть, господин Нолан — хмыкнул он — Хотя, надо признать, я наслышан о вашей предельной честности. И было бы странно услышать от вас какую-то откровенную ложь. И всё же… Я немного разочарован тем фактом, что об аресте своего единственного племянника — слово «единственного» он выделил особой интонацией — Я узнал не от вас. Неужели вы думали, что я не узнаю об аресте Эйджина?

— Ну что вы? — возразил Нолан Лим — Я даже не думал скрывать от вас столь важную информацию. Просто не успел вам сообщить.

Короткое молчание. Затем губернатор поднимается на ноги, делает несколько шагов вперёд и назад по кабинету.

— И в чём же обвиняется Эйджин? — фирменный взгляд снова останавливается на лице главы управления — Я знаю, что мой племянник иногда бывает немного… вспыльчив, импульсивен. Но учтите, господин Нолан, если вы арестовали Эйджина из-за какой-нибудь ерунды, вроде обычной драки или какой-нибудь порчи чужого имущества…

— Ваш единственный племянник, Эйджин Кейм — перебил своего важного гостя Нолан — Обвиняется в убийстве госпожи Хейи Собонг.

— Нет, этого не может быть! — уверенно заявил губернатор — Я, возможно, поверил бы в это, если бы узнал, что Эйджин убил девушку случайно, допустим, толкнул, а она неудачно упала. Но я слышал, что госпожу Хейю не просто убили, её истязали несколько дней и только потом убили. Я отказываюсь верить, что Эйджин мог так поступить с девушкой.

— И тем не менее, это так — уверенно произнёс Нолан — Поверьте, господин губернатор, я бы не решился на арест вашего племянника, если бы уверенности в его виновности у меня не было.

Снова короткое тяжёлое молчание.

— У вас и доказательства имеются? — тихо спрашивает губернатор.

— Да, кое-что имеется — кивает в ответ Нолан.

— Доказательства настолько серьёзные, что вы решились на арест Эйджина, даже со мной не посоветовавшись?

«А я и не обязан был с вами советоваться» — хотелось сказать Нолану, но он сдержался и вместо этого произнёс:

— У нас имеются показания множества свидетелей, которые видели подчинённых господина Эджина, когда те похищали девушек или от тел убитых избавлялись. Сотрудники управления также следили за ними и своими глазами видели, как те похитили одну из девушек и отвели в дом вашего племянника. Кстати, подчинённые господина Эйджина уже дали свои показания, признались, что похищали девушек и приводили вашему племяннику. И всё это за очень хорошее вознаграждение.

— Они могли соврать — возразил губернатор, всё ещё отказываясь верить, что его родственничек мог сотворить то, в чём его обвиняют.

— Мы арестовали господина Эйджина в тот самый момент, когда он находился в подвале под своим домом — продолжил перечислять Нолан — Знаете, что он там делал? — и тут же сам на свой вопрос ответил — Он избивал кнутом девушку, которую накануне похитили для него парочка его подчинённых. К счастью, мы успели, и пленница осталась жива, да и пострадала она не очень сильно.

— Возможно, он и не собирался её убивать?

— Думаете? — Нолан Лим выразительно бровь приподнял — Считаете, нам нужно было дождаться, когда господин Эйджин её всё же убьёт? Чтобы у следствия точно никаких сомнений не осталось? — ответа, ожидаемо, не последовало, а на лице господина губернатора проявилась первая неуверенность — Да, вот ещё что… во время обыска мы нашли вот это — и протянул своему гостю ту самую шкатулку с конвертами.

Губернатор немного посомневался, руку протянул и шкатулку открыл. Вынул первый попавшийся конверт, в руках повертел.

— Что это? — спросил он, глядя на выведенное красивым почерком женское имя — Хм… это, определённо, почерк Эйджина.

— Верно, это его почерк — подтвердил Нолан — А внутри прядь волос одной из убитых им девушек, перевязанная тканью от одежды, в которую была одета убитая в момент смерти.

Глава управления деловито перебрал все конверты в шкатулке ещё раз, нашёл нужный, тот, что с именем «Хейя».

— Родители госпожи Хейи Собонг уже видели содержимое этого конверта. И подтвердили, что содержимое, действительно принадлежит их дочери.

Хеджим Морейм не отвечал, только молча рассматривал конверт в своих руках, но открыть его не решался, в итоге и вовсе отложил его в сторону. Плечами передёрнул, а лицо его стало бледным, почти как мел, на лбу мелкие капельки пота выступили. Он медленно назад попятился и вновь в кресло опустился.

— Что сам Эйджин говорит в своё оправдание? — спросил губернатор.

Нолан недовольно скривился и вынужденно признался:

— На данный момент господин Эйджин свою вину всячески отрицает. Но допросить его я его пока ещё не успел.

— Что же, хорошо — кивнул господин Хеджим и твёрдо добавил — Я хочу присутствовать при допросе.