Глава 21

— Светлана, — до меня донесся тяжелый вздох, — в общем, в очередной раз подняла финансовый вопрос. А ты же понимаешь, я слишком стар, чтобы начинать все с нуля.

— И слишком привык к роскоши, — грустно усмехнулась, — я все понимаю. Дело твое.

— Лик, я понятия не имею, почему она так на тебя взъелась.

— Может, потому что в свое время сама увела тебя из семьи?

Сказала и замерла. Мы никогда до этого момента не поднимали эту тему. Рискнула посмотреть в сторону Виктора. Его руки сцепились на руле, взгляд стал жестким. Но даже это не остановило меня. Мне хотелось выяснить все до конца и отпустить.

— Понятия не имею. И я не уходил тогда из семьи. Просто мать Антона узнала про интрижку и не смогла простить.

— А должна была?

С моих губ сорвался смешок. Ну до чего же у него все было просто.

— Мне казалось, что нас связывает то, что не может прекратиться после моей ошибки.

Тихо рассмеялась. Стало вдруг больно за мать Антона. Да и за Антона.

— У тебя все так просто.

Голос охрип от нахлынувших эмоций. Но звучал на удивление спокойно. Хоть внутри и разверзлась буря, готовая все смести на своем пути. Внешне я никак не показывала свои эмоции.

— Да не то что бы просто. Но я тогда не хотел терять семью. А теперь вышло то, что вышло. Света крепко вцепилась в меня. Словно цербер. Да и папаша её сделал в свое времявсе, чтобы я не ушел и не вернулся к прежней семье. Пригрозил, что лишит всего, к чему я так долго шел.

— Виктор, просто признайся, что тогда тебя привлекли деньги. Я не лезла в твою душу. Это было бы неуместно. Но сейчас это коснулось меня. Ты просто выставил меня и слова не сказал жене. Все дело в деньгах, так ведь?

В ответ только его молчание. В груди неприятно перевернулось сердце. В венах заледенела кровь. Я понимала, что очередная глава моей жизни закончилась.

— Я ещё раз прошу у тебя прощения. Я помню тебя ещё крохой. Помню, как вы с Антоном играли…

— Достаточно! — грубо перебила я его. Ни к чему эти воспоминания.

— Это никак не относится к разговору. Это давно уже в прошлом.

— Извини.

Его голос затих. В машине воцарилась тишина, нарушаемая только шумом колес. Каждый погрузился в свои мысли. Я держала в себе все резкие высказывания в адрес человека, на которого когда-то могла положиться. Только один вопрос не давал мне теперь покоя.

— Но, наверное, ты права. Я слишком привык к хорошей жизни и не готов что-то менять.

— Тогда для чего ты искал меня?

Виктор тяжело вздохнул.

Этот вздох отразился в груди.

‑— Я же тебе уже рассказывал.

— Я помню про отца.

Перед глазами поплыло. Но я часто задышала и прогнала слезы.

— Он попросил…

— А ты кинулся спасать дитя.

Я ждала, что вот-вот меня прорвет. Я начну орать, биться в истерике. Но этого не было. Ничего не было. Только великий и могучий похеризм.

— Лик…

— Просто отдай мне вещи и катись на все четыре стороны, Виктор. Дальше я справлюсь сама. Спасибо за помощь, но нам лучше больше не видеться.

До квартиры мы добрались в полном молчании. Я быстро собрала свои немногочисленные шмотки и вызвала такси. Виктор порывался довезти, но в целях сохранения спокойствия я не позволила. Ни к чему ему знать мой адрес.

Скомкано попрощались, словно не было этих месяцев общения. Словно мы чужие.

А потом я всю ночь прорыдала в подушку и еле отодрала себя утром от кровати.

Голова была налита свинцом. Глаза нещадно жгло от утреннего солнца. И если бы не очки, пала бы смертью храбрых.

Но стало легче. Будто со слезами я отпустила Виктора.

— Привет, подруга.

Я всячески пыталась сосредоточиться, когда в кабинет влетела Оксана. Её глаза лихорадочно блестели. Щеки покрыл румянец.

— Привет.

Меня несколько настораживал её боевой настрой. Но я списала на заслугу шефа.

— Ты собралась?

А вот это уже интересно. Напрягла извилины. Ничего не прояснилось. Оксана, видимо, по взгляду поняла, что я не догоняю, о чем речь. Закатила глаза и плюхнулась на кресло.

— Соревнования.

Я вопросительно выгнула бровь. В голове была все та же каша.

— Спасатели. Ты что, не в курсе?

Шумно выдохнула. Бросила взгляд на календарь и чертыхнулась.

— И что?

Постаралась, чтобы голос звучал равнодушно. Мне неинтересно. Вообще плевать.

— Нужно поболеть за Антошу.

— Так иди и болей.

Тут же стало стыдно за грубость. Но подруга словно не заметила её. Вскочила на ноги и дернула меня к себе.

— Ты собираешь в кучу свои булки и идешь болеть за сексуальных парней. Ну, можешь даже не за Антона. Знаешь, сколько там красавцев.

Игриво подмигнула и потянула меня к выходу. На её счастье, я сегодня была в балетках, они как по маслу скользили по полу.

— И это говорит мне замужняя дама.

Девушка громко цокнула и попыталась испепелить меня взглядом.

— Кстати, что у тебя с лицом? Ты как будто всю ночь с пчелами сражалась.

— А что не так?

— Да, — Оксана притормозила, — глаза красные, опухшая какая-то.

Я фыркнула. Вот как она так делала? Рядом с ней вообще невозможно грустить.

— Ну, считай, что с ними и сражалась.

Она только дернула плечом, продолжая тащить меня на буксире уже по коридору. На нас озадаченно смотрели другие сотрудники, но Оксана только одаривала их широченной улыбкой.

— Ты собираешься идти сама? А то дальше асфальт, а там не очень скользко, знаешь ли.

Из меня вырвался тяжелый вздох, и я поплелась следом за подругой.

— Верное решение.

Мы уселись в машину и рванули с места. Водитель из Оксаны, скажем так, был очень не очень. На каждом повороте я цеплялась за все, что попадалось под руку, только чтобы не вылететь из машины.

— Держись крепче.

А парковалась она так, словно, кроме её машины, других не существовало.

— Боже, кто дал тебе права?

— Это долгая история, — видя мой взгляд, Оксана закатила глаза, — ну, инструктор по вождению был моим парнем. Но сто лет назад. Машины тогда не было, а права очень хотелось. А тут Даня, только ему не рассказывай. А то он ревнивый, даже к прошлому. Собственник, хренов. Так вот, Даня мне на восьмое марта подарил. Ну и я редко езжу. И да, я знаю, что у меня проблемы с парковкой.

Мы остановились возле открытой площадки. Она была похожа на полосу препятствий. Стояли стены, лежали колеса, что-то ещё. Краем глаза увидела знакомую фигуру. Перевела взгляд на небольшую группку парней. Наши спасатели. И Антон. Он, наоборот, казалось, не обращал внимания ни на что. Был сосредоточен и серьезен.

На нем была непривычная моему взгляду спецодежда. Но она ему безумно шла. Будто он родился, чтобы быть спасателем.

Я ненадолго замерла, всматриваясь в знакомые черты. И ощутила тупую боль в груди.

Мужчина в возрасте вышел на середину этой самой полосы препятствий и огласил правила соревнований. Победит тот, кто пройдет полосу быстрее всех. Результат огласят только в конце.

Вперед выступили участники. Их было не больше десяти, но все выглядели настолько внушительно, что девушки, пришедшие поглазеть, оживились.

— А почему Даниил Андреевич не приехал?

Оксана тоже пялилась на вереницу хорошо сложенных мужчин с нескрываемым восхищением.

— Эй, — я толкнула подругу в бок.

— Что? Если я замужем, это не значит, что я ослепла. Ты только посмотри. Самцы же…

Я подняла голову, но сердце замирало, только когда взгляд задерживался на Антоне. И вроде он не был из разряда самых огромных и накачанных, но притягивал меня. Магнит чертов!

«Индюк! Придурок высокомерный!» — повторяла про себя, чтобы выдержать его присутствие.

— Даня на какой-то встрече. Меня вот заслал, чтобы я потом отчиталась.

Я сосредоточилась на происходящем. Видела, как Антону нелегко. Он шел первым, а значит, не с чем было сравнить. Внутри замирало сердце каждый раз, когда он проделывал очередной трюк.

Я смогла выдохнуть, только когда он исчез из вида. Даже не догадывалась, что затаила дыхание.

— Скоро вернусь.

Оксана только кивнула.

Мне же нужно было перевести дыхание. Побыть вне ревущей толпы. Не видеть источник своих волнений.

— У тебя что-то случилось?

За спиной раздался низкий и хриплый голос моего наваждения.

Я резко развернулась и столкнулась с серьезным взглядом карих глаз. Он был без футболки. По груди тек пот. Во рту тут же скопилась слюна. Захотелось слизать все до последней капельки. Но я осталась на месте.

— А что могло случиться?

Я упорно игнорировала дрожь внутри. И голос не подвел. Не хватало ещё перед ним тут истерику закатить и вывалить все свои неудачи.

— Какая-то ты… — он замолчал, отводя взгляд, — подавленная.

Усмехнулась. Ну тебе точно на это должно быть наплевать.30f6fc

— Не выспалась. Всего-то.

Уже собиралась уйти. Скрыться от его пронзающего взгляда. Сбежать.

Только успела сделать пару шагов, как оказалась прижатой к крепкой груди. Рука Антона крепко держала меня. Не давала вырваться. По спине пробежали мурашки от его близости. Я приказала себе держать себя в руках. Но инстинкты вопили обратное.

— И с кем же ты не выспалась?

Звериный рык прокатился по коже на шее. Внутренности сжались. Не от страха…от предвкушения.

— Тебя это не касается.

Перешла на шепот. Боялась, что голос все же подведет и задрожит.

Тиски на талии сжались сильнее. Вышибли весь воздух из легких.

— Далеко собралась, Мальвинка?

Я дернулась из захвата. Бесполезно. Вцепился так, что ещё немного — и переломал бы ребра. Окинула взглядом окрестности. Но по закону жанра никого в радиусе километра не наблюдалось.

— Думаешь как сбежать?

— Отпусти по-хорошему.

Зло прошипела, снова дернувшись в сторону.

— Ты не ответила на мой вопрос. С кем ты не выспалась?

Бешенство поднялось в каждой клеточке тела. Смело доводы разума, и разлетелось на мелкие кусочки.

— Послушай меня внимательно, Антоша. Тебя не касается, с кем я провожу ночи. Тебя не касается КАК я провожу ночи. Тебя ничто не касается из моей жизни.

— Ошибаешься, Мальвинка. Черт. Я скучал по тебе.

В мои ягодицы уперлось свидетельство возбуждения Антона. Глаза полезли из орбит. Это при том, что мы стояли посреди улицы и препирались.

— Отпусти.

Новая попытка, конечно же, не увенчалась успехом. Кажется, он задался целью сломать меня напополам.

— Нихрена подобного. Я итак долго к тебе не приближался.

— Да что ты несешь?

Меня уже заметно трясло от этой стычки. Хотелось освободиться от этих оков.

— Дал тебе время остыть. Кажется, прошло достаточно, чтобы ты не плевалась сейчас ядом.

— Что?