Глава 117.

И вот я стояла на берегу, куда последнее время приходила каждый день. Ждала, когда из-за скалы, из-за поворота покажутся кнорры — торговые лодки для дальних походов.

Эйви услышал лодку раньше меня. Дёрнулся, едва не выскользнув из моих рук, как маленькая вертлявая рыбка, замер на секунду и вдруг замахал ручонками, запищал что-то радостное.

Я машинально проследила за его взглядом. Ничего не увидела, но тоже услышала странный звук, заставивший моё сердце забиться быстрее. Это был ритмичный стук вёсел.

А затем из-за серой скалы, поросшей мхом, показался первый кнорр. Длинный и широкий, с высокими бортами, лоснящимися от смолы. Он шёл уверенно, словно зверь, знающий свою силу. Впереди — резной завиток, похожий на гребень волны, серо-бурый парус поднят наполовину, а с каждого борта по двенадцать гребцов — только для гавани. И каждый удар весла по воде отдавался тяжёлым всплеском.

За первым кнорром показался второй, потом третий. И когда головной развернулся к берегу, я увидела, что на его носу стоит человек.

Это был Эйрик.

Я хотела броситься к нему, но ноги словно вросли в морское дно.

Кнорры подходили всё ближе, скрипели снасти, слышались голоса. Позади меня собирался народ. А я ничего этого не замечала. Я забыла, что надо дышать. Только прижимала к себе попискивающего Эйви и смотрела, как ветер треплет светлые волосы Эйрика.

Лишь когда первый киль с глухим скрежетом вспорол берег, я наконец-то отмерла и сделала шаг. Дальше, в воду, к нему…

Эйрик спрыгнул с лодки и направился к нам. Широким шагом, как всегда. Не торопясь. Будто не было пяти месяцев разлуки. Будто он отошёл на минуту — и тут же вернулся.

Эйви протянул к нему ручки, и я не заметила, как пальчики малыша зацепили шнурок, на котором всё ещё висел тёльр. За эти два года я настолько привыкла к нему, что уже и забыла, что он существует. Что он всё ещё здесь, со мной, и не спешит меня покидать.

Но в тот момент я вдруг ощутила, как лопнул шнурок. Совершенно беззвучно. Просто был — и вот его нет.

Медленно, почти невесомо, камень соскользнул с моей шеи. И плюхнулся в воду. Всего лишь от случайной хватки ребенка.

Замерев, я смотрела, как он погружается. Как зависает в прозрачной воде — тёмный и гладкий, знакомый до последней чёрточки. Как начинает тускло светиться. И как светящийся след тянется в глубину, а потом исчезает…

Мне казалось, что это всё сон. Слишком просто, слишком легко. Неужели так тоже бывает?

Но когда подняла глаза, то увидела Эйрика. Он стоял совсем рядом, реальный, живой, из плоти и крови. И смотрел на меня таким взглядом, словно я сама была его сном. А потом вдруг схватил, сжал в медвежьих объятиях вместе с сыном. Вдавил в своё тело так, что мне стало трудно дышать. Подбородком уткнулся в мою макушку и замер.

Его сердце колотилось под моей щекой. Быстро, как у испуганной птицы. А руки, которыми он меня обнимал, заметно дрожали.

— Я боялся, — услышала я признание, сказанное так тихо, что едва разобрала слова. — Боялся, что ты уйдёшь.

— Куда уйду? — удивилась я.

Он шумно выдохнул и немного отодвинулся. На его усталом, заросшем лице я прочитала ответ.

— В своё море. — Он смотрел, не мигая, на то место, где всегда был тёльр и где теперь его не было. — Ты пришла оттуда. И я боялся, что однажды ты захочешь вернуться…

Улыбнувшись, я коснулась его бородатой щеки.

— Поэтому бросил меня на полгода? Нет, не вернусь. И ты, Эйрик Сёрдсон, от меня не сбежишь.

Он снова притянул меня к себе.

— Мне бежать некуда. Ты — моя жизнь. И он — тоже.

Эйви, зажатый между нами, возмущённо пискнул и дёрнул его за бороду. Он был слишком маленьким, чтобы узнать отца, но совершенно не испугался этого бородатого дядьки со шрамами. Эйрик фыркнул в ответ, его плечи расслабились.

Вокруг нас шумела толпа. Мужчины приветствовали друг друга, хлопая по плечу, женщины бросались на шею любимым. Краем глаза я заметила Ингвильд, повисшую на возмужавшем Кетиле, и Рагну, обнявшую Бьярни, и Гудрун, прижавшуюся к Торду. И многих других. Я знала их всех. Они все стали моей семьёй, в которой порой без ссор не бывает, но всё равно это семья.

И даже Сигрид. Она тоже вышла на берег, постаревшая, но ещё не сгибающая спины.

Взяв сына и обняв меня, Эйрик направился к ней.

А я лишь один раз оглянулась. Глянула поверх его плеча на воду, которая когда-то принесла меня сюда. Серо-синюю, спокойную, бесконечную.

Воду, в которой пропала последняя ниточка, связывавшая меня с прошлым.

Тёльр ушёл туда, где нужнее.

Кто-то другой там, в другом времени, найдёт его в холодной воде. Сожмёт в ладони. Наденет на шею. И начнётся другая история.

А моя закончилась здесь.

Или нет, она тоже лишь начинается…

КОНЕЦ