Глава 26

Матвей

Распахнутая со всей силы дверь, со стуком влетела в стену. Вышел на крыльцо, похлопав по карманам джинсов в поисках сигарет.

– Блядь, – понял, что не успел захватить, так быстро вылетел из дома.

Глаза горели, будто в них кто-то кинул песка, учащенное сердцебиение и тяжесть, чертова тяжесть в груди, что не отпускала уже на протяжении последних двух лет.

– Сука! – ударил кулаком по дверной створке, возвращавшейся в исходную точку и снова отлетевшую к бетонной стене.

– Держи, – протянул пачку Ржавый.

Вытянул сигарету, кивнув вместо благодарности и прикурив, с жадностью втягивая ядовитый дым. Обещал же, что брошу. Но сейчас, если не успокою нервы никотином, разнесу к херам всю эту шарашкину контору.

Ржавый стоял рядом и не задавая вопросов молча дымил. Видел в каком я состоянии и не решался лезть с тупыми разговорами. Не хотел никого слышать. Хватит, наслушался уже досыта, так, что руки ходуном и мысли мечутся как пойманные в клетку птицы, в бессмысленных попытках отыскать выход.

У меня существовало два варианта и ни один не годился. И все что мне оставалось, это, сука, молиться. Усмехнулся, потерев пальцами переносицу. Молиться. Мне, блядь! Да я сам Дьявол воплоти. Вот и получил за свои образ жизни так, что как бы ни метался, какие бы связи не поднимал, никто мне поможет. И деньгами, что привык решать проблемы мог теперь подтереться, так же, как и пушкой, которую оставалось засунуть себе в рот и выстрелить, чтобы не мучиться. Сука! И что за насмешка судьбы. У меня было все, все мать ее, чего мог пожелать. Бабы, тачки, дома, уважение и страх в глазах других, но я бы сейчас все это с радостью отдал за то, что никогда не смогу ни купить, ни достать.

Выкурив одну сигарету, тут же прикурил другую.

– Молодые люди! Здесь не курят, – услышал строгий голос какой-то бабки в очках.

Посмотрел на нее сверху вниз, усмехнувшись, не получив должной реакции. Она продолжала испепелять нашу парочку укоризненным взором, как двух нашкодивших пацанов.

– Все, все, – выпустил струю дыма, затушив окурок об урну и выбросив его. – Уже уходим, – кивнул ржавому на ворота и тяжелой поступью направился к тачке.

Сев на заднее сидение, откинулся на спинку, размышляя на тему того, стоит ли начать посещать церковь или меня туда даже на порог не пустят.

– Елизар, – окликнул с переднего сидения Ржавый, повернув ко мне дисплей своего смартфона, где высветилось имя Острого.

– Сука, только его не хватало, – кивнул охраннику.

– Да, Виталий Семенович, – принял вызов Ржавый. – Да, рядом, – протянул мне смартфон.

Взял гаджет, приложив к уху.

– Здорово, Семеныч, – поприветствовал старого.

– Игнорируешь меня, Матвейка, – прохрипел хрыч.

– Разве я могу? – не солгал. Никогда не игнорировал звонков наставника. Но сегодня, лучше бы он про меня не вспоминал. – Не мог ответить Виталий Семенович…

– Да знаю, что в больнице был, не оправдывайся. Тебе не идет, – его сухой, хриплый голос, вызывал отторжение, будто кто-то намеренно шоркал наждачкой по стеклу. И от этого звука сводило челюсти.

Старый хрен следил за мной. Не доверял после истории с общаком. И пока я ни хуя не понимал, как мне распутывать этот залет.

– Хорошие новости? – ждал ответа, будто не знал, тварь, насколько все дерьмово.

– Хороших новостей не будет, – мрачно ответил, не желая обсуждать эту тему с ним.

– Слушай, Матвейка, так может пока кого другого на твое место поставим?  А ты спокойно будешь решать личные проблемы? – давил, гад, на больное место.

– У меня все под контролем, – солгал, не моргнув.

Ни хера у меня не под контролем. Но я выбью дурь из белобрысой шкуры, так упорно прикидывающейся невинной овечкой. При мысле о ней, в венах закипела кровь.  Тварь, считавшая себя умнее других. Ненавидел таких, с виду монашки, а внутри суки конченные.

– Точно? А со Стилетом что?

– Семеныч, баба нам должна и пока мы не вернем наши бабки, он ее не получит.

– И что, согласился дать отсрочку? – слышал в его голосе подозрение, на которое я класть хотел, как и на самого старого хера, считающего, что по-прежнему имеет вес в наших кругах. Вот только с ним все еще считались за былые заслуги. Но если он начнет переходить границы, никто не взгрустнет на его поминках.

– Других вариантов ему не предоставили, – старался сохранять спокойствие, хотя внутри подмывало послать гандона на хуй.

– Смотри, Матвейка. Не заигрывай с теми, кто еще может пригодиться.

– Спасибо за наставления. Я знаю, что делаю.

– Держи в меня в курсе новостей, – гаркнул старик и сбросил вызов.

– Гандон, – отбросил смартфон в сторону.

– А он мастер поднять настроение, – хмыкнул Ржавый.

– Он мастер тыкать свой старческий нос во все щели с тех пор, как стручок перестал работать, – ответил на автопилоте, тут же забывая о звонке и стараясь не думать о больнице.

Но сука, последние новости, висели надо мной, будто гильотина, готовая в любую секунду опуститься мне на шею и отсечь голову к херам.

– Не будет пиздеть? – подал голос с водительского сидения Димон.

– Отпизделся уже. Только никак принять это не может.

– Надо с ним решать, – подытожил водила то, что крутилось у меня в мыслях последние пару лет.

– И до него очередь дойдет, – нужно отыскать бабки. Если не найду, тогда это будет означать начало войны, которая сейчас совсем некстати. Хотя, может стоит повоевать, чтобы выплеснуть всю ту херь, что заполняла меня и разрывала нутро? Но начинать передел без подготовки – тупо.  Сначала разберусь с воровкой, потом все остальное.  Вот только сперва, заглушу отчаяние, отравляющее меня с каждым днем все сильнее.

– Предупреди Харона, пусть ждет на базе, – приказал Ржавому, собираясь как можно скорее забыться, хотя бы на этот чертов вечер.