Глава 36. И что дальше?

Раннее утро. Я стою на пороге полицейского участка и не знаю, куда мне идти и что делать. Меня, конечно, отпустили, но никаких дальнейших инструкций не дали.

Мороз щиплет лицо, руки… кутаюсь в куртку, натягиваю капюшон, но холод всё равно пробирается под одежду. Покрутив головой, решаю, в какую сторону мне идти. На улице немноголюдно. К участку подъезжают машины, ходят какие-то люди… наверное, это полицейские съезжаются к началу рабочего дня.

Мне немного страшно, и тревожно. И эти чувства усиливаются из-за неопределённости. Я не знаю, куда мне идти... Но понятно одно: стоять на месте — не выход. Сделав выбор, я начинаю двигаться вперёд, хоть и не уверена, что этот выбор правильный...

-Яна! – вдруг слышу свое имя. Оборачиваюсь.

Чуть вдалеке стоит машина. Водительская дверь открыта, и из неё, высунув ногу и голову, выглядывает Павел. Неожиданно. Махнув рукой, подзывает меня. Неуверенно разворачиваюсь и иду в его сторону.

Останавливаюсь у открытой двери. Смотрю на него и молчу. После того, как он нелюбезно разговаривал со мной в квартире, подозревая в убийстве, мне трудно испытывать к нему дружеские чувства.

-Привет, — бросает он, постукивая пальцами по рулю.

-Угу, — киваю в ответ.

-Отпустили? — его вопрос звучит двояко. То ли он рад за меня, то ли разочарован…

Решаю промолчать. Просто отвожу взгляд в сторону... лучше уж наблюдать за воронами, чем искать подходящий ответ, а тем более — оправдываться.

-Садись в машину, холодно.

-Зачем? – вскидываю брови от удивления. Теперь, когда Игоря нет, у Павла передо мной нет никаких обязательств.

-Садись, - говорит с нажимом.

Что мне уже терять? Обхожу машину и сажусь.

Павел тянется к бардачку, случайно касаясь моих ног. Я крепко сжимаю их и прижимаю к двери, мысленно рисуя себе ужасную картину. Но он спокойно открывает бардачок и достаёт небольшой пакет с зип-замком.

-На, держи, - протягивает мне пакетик.

-Что это? – взяв в руки, я уже вижу то это. Но вопрос уже задан, поэтому требует разъяснений.

-В квартиру тебе нельзя, там уже вовсю командует теща Купцова. Все под себя подмять хочет. Я успел забрать украшения, которые он тебе дарил. А шмотки твои она выкинула на лестничную площадку, так что я и их забрал. У меня в багажнике, - кивает головой в ту сторону.

-Они мне не нужны, - сую обратно в бардачок пакет.

-Не дури! Подарил — значит твои. Продашь, на крайний случай…

-Зачем тебе все это? – смотрю на Павла, пытаясь понять его мотив.

-Жалко мне тебя, дуру. – Бросает беглый взгляд в мою сторону. – У меня дома такая же есть. Все мечтает о принце на белом Mercedes-Benz и кольце от Tiffany. – Хмурюсь, не понимая, о ком может идти речь. Поэтому Павел добавляет. – Сестра… ей, как и тебе, – восемнадцать.

-Я никого не ждала… он сам пришел, - фраза звучит глупо, понимаю, но как есть. – Игорь шантажом держал меня рядом. Я была в машине вместе с Вадимом, когда он попал в аварию на свой день рождения. У Игоря было фото, сделанное с боди-камеры полицейского, на котором я, вываливаюсь из машины со стороны водителя. На самом деле, удар пришелся на мою сторону, и по-другому я бы никак не вылезла. А он говорил, что сделает меня виновницей… Еще и отца моего нашел, чтобы показать прелести жизни в заключении…

-Понятно, - тянет многозначительно. Не уверена, что он верит моим словам, но это лучше, чем жалость, в которой я точно не нуждаюсь.

-И что мне теперь делать? – этот вопрос я задаю с надеждой услышать действительно полезный совет.

-Учись дальше, — пожимает плечами, словно это очевидно.

-А жить где? — не удерживаюсь от раздражения. Злюсь я не на Павла, а на Игоря, который выдернул меня из обычной жизни, навязав свою - полную «заботы». Все-то он продумал, решил, устроил… только не подумал, как мне жить после него. Думал, что будет жить вечно? — Цены на съём жилья заоблачные, я не потяну. А на стипендию особо не разгуляешься.

-Поехали, - Павел заводит машину, и мы отъезжаем от полицейского участка.

-Куда?

-Возвращать тебя в общагу.

-А получится? – спрашиваю с надеждой в голосе.

-Получится… Комендантша та еще сука, приторговывает травкой.

-И ее еще не посадили?

-Эм… - многозначительно хмыкает Павел. На этом разговор окончен.

Но все же меня волнуют кое-какие вопросы.

-Павел, а как отнесутся родственники Игоря, если я останусь в городе?

-Насколько я знаю, Вадим уехал. Его тещу интересует только недвижимость и бабки.

-А Елизавета Владимировна? – осторожно уточняю.

-Ты разве не знаешь? – вскидывает брови и пристально смотрит.

-О чем?

-Её арестовали. Это она убила Купцова.

-Как? — от удивления у меня буквально отвисает челюсть.

-Пока мы играли в кошки-мышки, она зашла в квартиру и пырнула его кухонным ножом. Попала прямо в печень. Нож выдернула, и кровь хлынула ручьём. И время так совпало… вот и не верь потом в судьбу.

-В смысле?

-Ты выбежала из квартиры, лифт был на первом этаже. Получается, она его вызвала. А когда выскочил я, чтобы догнать тебя, она уже была на пятом этаже. То есть я разминулся с ней всего на пару секунд. Кто ж знал?..

-А если бы в квартире оставалась я, она бы и меня… того? - Провожу большим пальцем руки по шее.

-На допросе говорила, что такого умысла не было. Она и Купцова не собиралась убивать. Очередной скандал… вроде, он подал на развод… - Павел переводит многозначительный взгляд на меня.

-Получается, сама того не желая, я стала причиной разлада и убийства… — отворачиваюсь к окну. Шепотом, почти неслышно, говорю уже сама себе: — Как с этим жить?..

-Не бери дурного в голову. Каждый отвечает за свои поступки. И Купцов не исключение. Приехали, выходи.

Павел зашел к комендантше сам. О чем они там говори, я не знаю. Только вышла она с ключом от моей же старой комнаты.

Мы перенесли мои вещи. Сажусь устало на кровать, оглядываюсь вокруг. Контраст бросается в глаза с первой же секунды. Что сказать — к хорошему привыкаешь быстро. К чему - к чему, а к комфорту меня Игорь быстро приучил.

-Все, я ушел, - Павел стоит на пороге, смотрит на результат нашей «работы».

-Стой! – вскакиваю на ноги. – А что с ней будет?

-С кем?

-С Елизаветой Владимировной. Мне она показалась немного… - кручу рукой возле головы, пытаясь вспомнить слово… «невменяемая».

-Там мамаша ее бегает… Может что-то и набегает. Все-таки жена бывшего начальника… Да и сама она из прокурорских… не пропадут. Выпустить не выпустят, так как зам Купцова ненавидит все это семейство, и обязательно доведет дело до суда, а вот что суд решит… Думаю, отправят на принудительное лечение в психиатрическое учреждение. Там тоже не сахар, поверь.

-Верю, - киваю в подтверждение.

На следующий день я с опаской шла на учёбу. Но дни шли, и меня никто не трогал. Жизнь постепенно налаживалась, возвращаясь к привычному «до-Игоревскому периоду». Даже общение с Наташей стало налаживаться… Конечно, весь город знал об убийстве начальника полиции. И многие вздохнули с облегчением. В их числе — и я.

Так прошел месяц. Память быстро стирает ненужные файлы. Иногда мне кажется, что все произошедшее было не со мной. Просто чей-то рассказ… или, возможно, сюжет из фильма…

Возвращаюсь с пары домой. Сегодня, как назло, учиться не хотелось, а пришлось задержаться чуть ли не до восьми. Один преподаватель поставил пару на восемнадцать двадцать. Так как он уезжает на семинар, а информацию нам должен рассказать. Наташа ушла раньше — у её отца день рождения. Поэтому я писала и брала варианты заданий сразу на двоих.

Вываливаем всей толпой на улицу и тут же разбегаемся в разные стороны. В общагу направляются только несколько человек — остальные либо местные, либо имеют свой транспорт, либо снимают квартиры.

Проходя мимо продуктового, вспоминаю, что у меня из еды, только тараканы и гречка. От нее, если честно, уже подташнивает. Поэтому, распрощавшись с двумя одногруппницами, сворачиваю в сторону магазина.

Долго хожу между рядами, пытаясь понять, что мой организм хочет съесть. В итоге останавливаюсь в отделе кулинарии, беру готовый салат и пару отбивных. С этим набором направляюсь к кассе. Там еще кидаю в корзину пару шоколадок, бисквит, жвачку и, засовывая сдачу в кошелек, выходу на улицу.

От магазина сразу поворачиваю во двор. Так быстрее доберусь до общаги — пройду наискосок. Только, завернув за угол, замечаю, что фонари не горят. Темно… холод пронизывает до костей, а в воздухе витает что-то жуткое. Но разворачиваться уже поздно — шаг за шагом продолжаю идти вперёд, продолжая засовывать деньги в кошелек.

Кто-то резко дёргает меня за плечо. Кошелёк выпадает из рук, и мелочь со звоном разлетается по асфальту. Я молниеносно оборачиваюсь. За спиной — огромный мужик. Чёрт лица разобрать невозможно… Тусклый свет с центральной улицы и окон домов едва освещает его фигуру, оставляя лицо в пугающей тени.

-Это тебе, — бросает он, суя мне в руки конверт. Не успеваю ни понять, ни осмыслить происходящее, как он разворачивается и исчезает в темноте.

Я стою неподвижно, словно прикованная к месту, не в силах произнести ни слова. Мне бы спросить: кто он? Что он мне дал? Но страх и неожиданное удивление лишают мой мозг способности формулировать хоть какие-то мысли.

Медленно наклоняюсь, поднимая кошелек и, на автомате, сую его в карман, туда же оправляю и конверт. Затем срываюсь с места и бегу к центральной улице. Сделать ещё хотя бы шаг в эту пугающую темноту я не в силах. Уж лучше сделаю круг.

Взлетев на свой этаж, залетаю в комнату и с громким щелчком закрываю дверь на замок. Дышу тяжело, словно загнанная лошадь, пытаясь привести себя в чувство.

Руки дрожат, но я всё же лезу в карман за конвертом. Распечатываю его, и первое, что вижу — банковская карточка. Обычная, ничем не примечательная, безымянная. За ней — ещё один запечатанный конверт с ПИН-кодом.

Достаю небольшой листок в клеточку. На нём прописными буквами написано одно единственное слово: «Алименты».

Ком подкатил к горлу… И что думать? Что говорить в таких случаях надо?

Радоваться? А почему-то не радостно…