Глава 15

В течение последующих дней не отказываю себе в удовольствии каждый день писать Антону. Он всегда отвечает, но никогда не пишет первым.

Уверена, у него хватает дел, помимо того, чтобы строчить мне смски. Разумеется, это меня расстраивает. Мне хотелось бы превознестись над всеми его интересами, но это невозможно. Иначе Антон не был бы "Бесом" Наумовым.

Я: «Доброе утро, Камчатка!»

К тексту прилагается фотография, на которой я лежу в постели. Видны колени и трусики, в которых мирно покоится моя рука.

АНТОШКА: «Алёнушка, с огнём играешь.».

Если бы он только видел, какой дьявольский огонь зажегся в моих глазах в ответ на это сообщение.

Теперь я решила общаться с ним исключительно языком своего тела.

В понедельник я продемонстрировала ему несколько вариантов белья на выбор. Он ответил, что предпочёл бы трахнуть меня в чёрном.

Во вторник утром его ждали мои голые сиськи, покрытые капельками воды после душа. В тот момент я поразилась отличному качеству своей фронтальной камеры. Антон ответил аналогичным фото из душа, где он сжимает в кулаке свой стояк. Я подавилась утренним чаем и десять минут не могла прокашляться.

Я разглядывала эту фотку весь день.

Татуированная рука контрастировала с белизной его кожи. От вида тёмной дорожки волос, спускающейся от пупка вниз, я нервно сглотнула. Его живот совершенно плоский и рельефный, грудь гладкая. Я уверена, что если проверю состояние своей промежности, она будет мокрая. Руки трясутся, а сердце в груди бесится. Я словно в первый раз увидела голого мужика, ей — богу! Тем не менее, хочу отметить, что он самый охер*ый из всех, что я видела голыми вживую.

Я поняла, что сделаю ему столько минетов, сколько он попросит. Его пророчества сбываются. Я уже просто мечтаю узнать, какой он на вкус. Наверняка умопомрачительный, исходя из вкуса его губ.

Никогда раньше я не жила в состоянии постоянного сексуального возбуждения. Раньше я вообще считала, что это не такая уж важная сфера жизни. Теперь же я больше думать ни о чём другом не в состоянии. Настоящая любовная лихорадка.

Лучше бы пятнице наступить поскорее.

Вечером я отправила ему свою задницу в кружевных стрингах в очень недвусмысленной позе. Пришлось повозиться. К фото добавляю немного текста: «Спокойной ночи, Космический Ковбой».

В ответ получаю:

АНТОШКА: «На эту попку у меня тоже есть планы».

Застываю на мгновение. Вообще — то, я всегда была противницей подобных вещей, но теперь почему — то меня это не пугает. Тем не менее, пишу в ответ:

Я: «Даже не мечтай».

АНТОШКА: «Посмотрим».

Пффф…вот ведь самоуверенный негодяй. Как же я от него тащусь.

В среду утром я не поленилась встать пораньше и устроить фотосессию в чулках и поясе, которые купила накануне специально по этому случаю. Изюминка этой фотки заключалась в том, что на мне не было трусиков, но, поскольку, я стою в профиль, никаких стратегически важных мест он увидеть не мог.

На это последнее сообщение я ответа не получила и поникла.

Я знала, что он сейчас в Красноярске. Не Владик конечно, но и не Одинцово.

После работы я отправилась в супермаркет с чётким намерением набраться всякой вкусной фигни. Чтобы не грустить, врубаю в наушники любимую песню Антоновой группы и слушаю её на повторе в течение тридцати минут. Она очень классная. С их нового альбома. На ютубе у клипа уже почти миллион просмотров. Добрая тысяча из них наверняка от меня.

Рассматриваю свои нелепые покупки на ленте перед кассой и ржу. Тут у меня поролоновые бигуди, стакан для смузи с крышкой и трубочкой, тельняшка без рукавов, игрушечная удочка для Палкаши, креветки и пушистые тапочки с надписью «УВОЛЬСЯ НАХРЕН С РАБОТЫ». Если продолжу так бездумно тратить деньги не видать мне ипотеки.

Когда добираюсь до дома, уже не хочу креветок и сразу прячу их в морозилку, ведь Палкан следит за мной как винтовочный прицел. Раздеваюсь и иду в пенную ванну. С пеной я случайно переборщила. Фоткаю и отправляю в нашу с подругами группу в вайбере, потому что это реально выглядит карикатурно.

После водных процедур надеваю тельняшку, заплетаю косу и ложусь в кровать. Антон всё ещё молчит.

Осталось пережить один день.

В полусне меня терзают жуткие мысли. Вдруг, он там с кем — то? Вдруг свои сиськи ему шлёт каждая вторя дура? Я не сомневаюсь в том, что его одолевают тёлки всех мастей и возрастов. Но ведь именно со мной он кончил себе в штаны, и это меня он водил на нормальное свидание. Он сказал, что хочет МЕНЯ! МЕНЯ, а не СНЕЖИНКУ Веру.

Это так кстати, потому что я тоже его хочу. Разве это не должно что — то значить?

Меня будит телефонный звонок.

Я в панике подпрыгиваю на кровати и пытаюсь понять, откуда идёт звук. Я в некотором отупении после сна, кроме того, в глазах песок. Трясу головой и принимаю вызов.

— Номер квартиры скажи. — говорит Антон мне в ухо.

— Квартиры? — непонимающе переспрашиваю я.

— Да, Алёнушка. Квартира и этаж.

Глаза мои распахиваются.

— Двадцать шестая, пятый этаж. — отчеканиваю я.

Он сбрасывает вызов. В домофон тут же раздаётся звонок. Я вскакиваю с кровати и несусь открывать.

Несколько секунд пялюсь в пространство, не зная, что предпринять. На часах полночь.

Как символично.

Щёлкаю свет. Особого бардака не наблюдаю. На кухне его априори не может быть, иначе Палкаша уже валялся бы с заворотом кишок.

Подбегаю к зеркалу.

Выгляжу заспанной. Блин! Блин! Блин!

Раздаётся звонок в дверь. Не раздумывая бросаюсь открывать.

На пороге Антон.

Серьёзный и взъерошенный. В руках спортивная сумка. Он смотрит на мои сиськи, я смотрю на его лицо. Визжу и бросаюсь ему на шею.

Как?

Как? Ведь ещё почти среда!

Он шагает в квартиру, подхватывает меня на ходу. Я запрыгиваю на него, обхватив талию ногами.

— Откуда ты взялся? — верещу я.

Он бросает сумку на пол и захлопывает дверь.

Несколько секунд смотрим друг другу в глаза, потом он сминает обеими руками мою задницу и говорит:

— Вылетел сразу после концерта. Тебе завтра на работу?

— Да… — шепчу я.

— Ладно, разберёмся. — говорит он и начинает меня целовать.

В этот момент я окончательно поняла — Антон "Бес" Наумов прёт по жизни как танк и берёт то, что ему хочется и когда ему хочется.

Против него у меня просто нет шансов.

Что будет, когда он перехочет меня?

Не хочу сейчас об этом думать.

Обхватываю его лицо ладонями и целую в ответ. Впиваюсь в его губы, они мне подчиняются сразу, поэтому мы даже не бьёмся зубами. Это идеальная совместимость.

— Ммм… — стону я.

Он здесь.

Я в это не верю.

Он пахнет собой и дождём.

Я по нему с ума схожу.

Я даже не заметила, что мы уже в зале. Антон бросает меня на тахту и отрывается от моих губ.

Отстраняется, чтобы стянуть с себя футболку. Я на мгновение залипаю. Возможно, у меня приоткрылся рот.

Я чувствую себя бракованной по сравнению с ним.

Его торс идеален. Мощный, но очень просушенный. Подозреваю, что это связано с его веганством. Я могла бы облизать его всего, клянусь. Каждую впадинку.

Он долго не тянет и вслед за футболкой скидывает джинсы вместе с трусами.

Реально, ему нечего стесняться.

Я наблюдаю за его манипуляциями в остолбенении. Голень правой ноги до колена в татухах. Ноги у него тоже красивые, если кому интересно, как и его член.

— Ого… — шепчу я, скользя глазами вдоль косых мышц его пресса.

Клянусь, у него размер ноги не меньше сорок шестого.

— Вау… — продолжает выдавать мой рот, пока я рассматриваю его эрекцию.

Кажется, мой словарный запас резко деградировал.

У меня сейчас потекут слюни.

У Антона в руке материализуется презерватив, упаковку которого он вскрывает зубами без заминок.

— Сними эту херь. — «просит» он.

Я снимаю тельняшку и трусики, неотрывно наблюдая за тем, как он раскатывает латекс по своему члену.

Он что, из самого Красноярска с этим стояком ехал?

Он скользит глазами по моему голому телу, но я так обескуражена, что даже не стесняюсь. Мы что, сейчас займёмся сексом? Прямо сейчас? Я оказалась морально не готова к такому резкому повороту своей жизни.

Антон сразу замечает перемены в моём настроении. Его лицо становится расслабленным, а взгляд теплеет.

Я сглатываю, глядя на него как на господина.

Он забирается на тахту и нависает надо мной. Я ощущаю запах его кожи, он нереально ему подходит. Хочу пахнуть этим мужчиной. Хочу коснуться его кожи языком. Вместо этого я просто смотрю на него глазами по пять копеек и сбивчиво дышу. Касаясь губами моей щеки, он тихо говорит:

— Ну, чего ты? Всё у нас будет отлично… — опускает голову вниз и смотрит на наши тела.

Я тоже смотрю.

От того, что я вижу, задыхаюсь. Кажется, это самый эротичный момент во всей моей половой жизни.

Развожу колени, приглашая его между ними расположиться. Он поднимает голову и смотрит мне в глаза, принимая приглашение.

Кажется, я влюбилась в него. Разве у меня был выбор?

Я не знаю, что со мной такое. Я оробевшая. Как будто собираюсь заняться сексом первый раз в жизни. Лежу и позволяю ему руководить процессом. При этом дышу как после кросса, а сердце колотится.

— Алёна… — мягко говорит Антон.

— Ммм? — выдыхаю я, закрыв глаза.

— Расслабься. — говорит он.

— Угу… — отвечаю я, расслабляясь.

Он касается меня рукой между ног, но мы оба знаем, что это просто дань традиции. Даже с другого конца комнаты видно, какая я мокрая для него. Приоткрываю глаза и вижу, как он начинает входить в меня, помогая себе рукой.

Меня охватывает дрожь возбуждения.

Опустившись на предплечья рядом с моей головой, он целует мои губы, осторожно толкая бёдра вперёд.

Это…восхитительно, особенно под аккомпанемент его прерывистых вздохов. Впиваюсь пальцами в простынь и сильнее развожу ноги. Я не думала, что он сможет полностью во мне поместиться. В любом случае, когда наши бёрда соприкасаются, я теряю эту мысль.

Антон рвано дышит и спрашивает мне в губы:

— Всё нормально?

Всё удивительно, потрясающе, прекрасно, великолепно.

— Оху*но… — шепчу я в ответ и обхватываю его талию ногами, а спину руками.

Он издаёт короткий смешок и повторяет движение.

Хорошо…очень хорошо.

Мои глаза сами — собой закрываются. Я откидываю голову и тихо постанываю. Антон принимается целовать мою шею, входя в ритм. Одной рукой он накрывает мою грудь и обводит большим пальцем застывший сосок. Всё это он делает так медленно и нежно, что я с ума схожу. Провожу в ответ пальцами вдоль его позвоночника. По его спине стекает пот и смешивается с моим собственным. Поворачиваю голову и ловлю губами мочку его уха. Он вздрагивает и отдёргивает голову, с силой врезаясь в меня. Наши глаза опять встречаются, и я вся сжимаюсь вокруг него.

Когда в очередном рывке он задевает мой клитор, я жмурюсь и выкрикиваю «Ах…». С этого момента он двигается только так. Комната наполняется звуками нашего секса и моими стонами.

Мой оргазм близко…бродит где — то тут…

Антон опускает руку вниз и помогает мне пальцами.

— Давай, Алёнушка. Кончай… — бормочет он.

Голос его слегка хрипит, отчего мне в кровь поступает новая порция эндорфинов. Я подчиняюсь. Чувствую прилив тепла и вонзаю ногти в его спину.

Мышцы внутри меня сокращаться и меня трясёт. Ощущения пробирают до костей, и я начинаю кричать.

Антон резко выходит из меня и переворачивает на живот. Я не в состоянии сопротивляться, меня всё ещё не отпускает. Он дёргает мои бёдра на себя и входит в меня сзади, хватая одной рукой мою косу.

— Это тебе за последнюю фотку… — говорит он, после чего отвешивает мне громкий шлепок по заднице и начинает жестко двигаться.

Я лишь покорно лежу, пуская слюни в подушку. Кажется, он кончил спустя тридцать секунд, придавив меня своими бёдрами к тахте. Рухнув сверху, он накрыл меня собой. Я спиной чувствую, как колотится его сердце. Я даже не ощущаю тяжести его тела, только тепло. Хочу взглянуть на него, но сил нет.

— Понравилась фотка? — сипло спрашиваю я.

Он хмыкает и обхватывает меня руками крест — накрест, сжимая в ладонях мою грудь. Затем целует плечо и встаёт, прикрыв моё ватное тело одеялом.

Его что, уронили в чан со святой водой, и пошлость на время потеряла дар речи?

Или я просто плохо его знаю?

Вернувшись из ванной, он забирается ко мне. Его тело слишком крупное для тахты, но стелить диван у меня нет сил.

— Что, блин, за хоббитская кровать? — ворчит мой мужчина, оборачиваясь вокруг меня.

Но я уже сплю. Последняя мысль в моей голове звучит примерно так — Антон «Бес» Наумов сделает меня либо очень счастливой, либо очень несчастной.