Глава 31

Айрин

Кейлан и Рамис готовы были идти прямо сейчас, ночью, но мне удалось их убедить, что нет смысла перемещаться в темноте. Тем более что я не знала, как Даргон встретит нас после того, как был вынужден бежать из леса.

Что любопытно, на мою сторону встал Теон.

— Айрин права, — сказал он спокойно. — Ночью мы больше рискуем, а утром, со светом, может у нас и будет преимущества темноты, но зато, если люди живы, нам не придётся их будить.

Кейлан нахмурился, но кивнул.

— Хорошо, тогда на рассвете выходим.

Я, Марен и Теон, который наотрез отказался покидать наш дом, остались втроём. Я уже смирилась с тем, что он теперь жил вместе с нами, и спал в кухне.

И хотя богиню я не слышала, как будто она устранилась, предоставив мне полную свободу действий, я и сама чувствовала, что ничего плохого он мне не сделает.

«Но что, если он вспомнит?» — шепнул предательский голос в голове. Что будет, когда Теон вспомнит кто он, или кто я, я не знала, но рассчитывала на то, что ничего страшного не произойдёт, особенно теперь после кровной привязки.

Мне не спалось, я, видимо, была на адреналине, после битвы с Даргоном и его воинством, а ещё продолжала переживать откровения Даргона о том, что он сделал с людьми из поселения. Перед глазами вставали чудовища, и то, как я поднимала землю, которая поглотила мёртвую армию Даргона.

Мысли крутились насчёт завтра, когда мы пойдём в поселение, к людям, которые, возможно, уже мертвы.

Я встала с кровати тихо, стараясь не разбудить Марен, и вышла на крыльцо, вспоминая, что, когда я была маленькой, мы с бабушкой любили там сидеть. Она мне что-нибудь рассказывала, а я слушала, изредка задавая вопросы.

А сейчас я сижу на крыльце домика, который вырастила силой магии. В лесу, который слушается моих мыслей. В мире драконов и богов, где я только и делаю, что выживаю, и, например, завтра может быть моим последним днём.

«Какая-то странная у меня вторая жизнь получается», — усмехнулась я невесело.

И вдруг я скорее почувствовала, чем услышала, что за спиной у меня встал кто-то. Теон.

Он передвигался совершенно бесшумно, несмотря на массивное телосложение. Что это? Драконьи инстинкты, о которых он сам не помнит?

— Айрин, — произнёс он тихо.

Его голос отозвался странной вибрацией у меня внутри.

«Неожиданно, — подумала я, — мне только ещё влечения к нему не хватало, или это узнавание? Узнавание того, кого сама же и привязала. Или что-то большее?»

— Да, слушаю тебя, — ответила я, не оборачиваясь.

— Можно я сяду с тобой?

— Садись, — я подвинулась, чтобы Теон мог разместить свои широкие плечи, но, хотя места на ступеньке было достаточно, Теон всё равно оказался слишком близко. От него пахло цветочным мылом, таким, которое всегда лежало на умывальнике в доме у бабушки, и я его так и «перенесла» сюда вместе с домиком из своего детства. Совершенно невозможный запах для такого брутального и мрачного мужчины, и, поняв это я улыбнулась.

Несколько минут мы молчали. Просто смотрели в темноту леса, а потом Теон медленно протянул руку и взял локон моих волос.

Я замерла.

Он рассматривал волосы, пропуская прядь между пальцами.

— Когда-то, — тихо произнёс он, — я знал женщину, у которой были волосы такого же цвета.

Сердце ёкнуло.

«Нет. Только не это… Пожалуйста».

— Только они были длинные, — продолжал Теон, всё ещё глядя на прядь в своих пальцах.

У меня перехватило дыхание: «Неужели он начинает вспоминать».

— И как её звали? — спросила я, с трудом заставляя голос звучать спокойно.

Теон нахмурился. Отпустил мои волосы, провёл рукой по лицу.

— Не знаю. — Голос прозвучал разочарованно, в нём прозвучало скрытая боль, — я не помню. Вижу только… образы. Такое впечатление, как будто смотрю сквозь мутное стекло.

Он повернулся ко мне:

— Но это уже много, когда я только пришёл в себя я вообще не помнил ничего, а теперь, особенно когда я смотрю на тебя… — он замолчал, словно подбирая слова, — странное чувство, как будто я тебя знаю.

Теон сжал кулаки, а я со страхом смотрела, сама не понимая хочу ли я, чтобы он вспомнил или наоборот, чтобы не вспоминал, пока не разберёмся с этими богами-братьями.

В какой-то момент я подумала, что, если я ему сама всё расскажу, то может это будет не так болезненно, но вдруг пришло понимание — нет. Нельзя! Он должен сам вспомнить.

И я уже собралась пойти спать, когда поняла, что вечер откровений от Теона ещё не завершился.

— Почему, когда я рядом с тобой, мне кажется, что я… — Теон запнулся, словно пытаясь подобрать слова, — дома?

«Потому что когда-то я была твоей истинной, но это не точно, потому что Айрин, та, которая вышла замуж за Дагтеона, не поделилась со мной этой информацией. А может потому, что ты попробовал моей крови? Не знаю, как там у вас драконов это происходит.»

Но я не стала говорить ему это, вслух же сказала:

— Не знаю, может быть, это из-за крови, я дважды поила тебя своей кровью, и это определённо создало какую-то связь.

— Я твой защитник, но мне надо доделать то дело, ради чего я пришёл на эти земли, я должен вывести из Мёртвых земель Витора и Корна. Отец Витора ждёт его снаружи.

Я могла открыть проход в любой момент. Ну, по какой-то причине скрыла это от Теона. Да и от всех остальных, почему-то было важно, чтобы никто об этом не знал.

— А как ты собирался выйти? — спросила я.

— Я должен позвать друида, и он откроет проход.

— Надеюсь, что это будет без жертв? — я подняла глаза и вдруг поняла, что ещё ни разу не смотрела в глаза Теону, находясь вот так вот близко, и на секунду мне показалось, что в его глазах я увидела узнавание, но следующая фраза была лишь ответом на мой вопрос.

— Друиды не приносят жертв, — сказал Теон.

И мне захотелось познакомиться с этим друидом.

— Ладно, Инген, — я встала, почему-то ощутив потерю, может из-за того, что было приятно сидеть вот так, когда не надо никуда бежать или отбиваться и говорить о том, о чем при свете дня все предпочитают молчать.

Спать оставалось пару часов, небо уже посветлело, став бледным, таким, каким бывает перед восходом, но я всё равно легла, усилием воли заставив себя сомкнуть глаза. Но и во сне я всё продолжала что-то говорить Теону, а он никак не мог вспомнить, и меня это расстраивало, я начинала его обвинять, а он мрачнел:

«Ты уже однажды не смог меня защитить. Отправил на костёр».

«Ты был императором. Драконом. Моим истинным. А потом стал моим убийцей»

А проснулась я оттого, что услышала, как встала Марен.

Скоро собрались и остальные.

Мы договорились, что сначала сходим в поселение, и постараемся вытащить тех, кто там остался.

А когда мы зашли в лес, там нас встретила напряжённая тишина.

— Что-то случилось? — спросила я, снова не замечая, что говорю вслух.

Оказалось, что нет. Просто лес, после того как он столкнулся с армией Даргона, прокладывающей себе путь артефактами, против которых лес оказался бессилен, пребывал в некой готовности ко всему

Несколько шагов нам понадобилось, чтобы переместиться к поселению. Я совсем не устала, видимо сила моя росла, хотя со мной сегодня было трое крупных мужчин, но мне составило труда перевести всех сразу.

Корна с Витором и Марен мы оставили ждать нас в безопасности. Хотя Марен и просилась пойти, но я побоялась её брать, кто знает, с чем нам там придётся столкнуться, а мне не хотелось её потерять. Мужчины по крайней мере могли за себя постоять.

Стоя у кромки леса, и глядя на знакомую картину поселения, в котором ничто не выдавало каких-то страшных событий, я сказала:

— Вне леса моя магия не работает, и я не смогу защитить вас.

— Ну, если мы не выйдем из леса, мы не узнаем, что там, — сказал Теон.

Кейлан и Рамир тоже были полны решимости, не став даже комментировать моё предупреждение, и я пожала плечами.

«Что же, значит так тому и быть, всё равно другого пути у нас нет, как иначе мы можем остаться людьми, если бросим тех, кому, возможно, ещё можно помочь?»

И мы шагнули вперёд.