Глава 22
Глава 22.
- Что? – переспросила, а вдруг показалось, с кем не бывает. Я так рассеяна последнее время.
- Знаешь кого-то? – ответил Гена, повторив свои слова, а также подтвердив возникшие у меня сомнения.
- Нет… - соврала, отвернувшись к окну, чтобы он не видел моих взволнованных глаз в зеркале.
Черт… Просто не верится…
Сам того не понимая, Гена поведал о возможном мотиве, недостающем ранее в этой истории. Ведь это я, та самая девчонка, яро защищающая мальчика в специальных лечебных очках, над которым частенько издевались другие дети…
Во всяком случае, теперь два факта реально срастить: Дима - начальник клиентского отдела молочного завода и внезапно исчезнувшая сотрудница того же отдела – Алина, каким-то образом они связаны, каждый из них мог вынашивать свои планы, объединившись ради этих целей. Вот такая версия…
И все-таки нелепо звучит: детская влюбленность и циничное вмешательство в чужую семью – в моем понимании не укладываются, а девичьи доводы не ясны вовсе, месть за сестру, в смерти которой Ян не виноват – как-то странно. Что им нужно? Если, конечно, за всем стоят эти двое… Рада ошибаться, да чувствую, на верном пути.
- Гена, разблокируй, - дергаю за ручку, не могу усидеть на месте и ждать, пока муж выйдет.
- Подожди немного, - настаивает он.
- Куда я денусь, пойду навстречу: из двери - в дверь. Гена, открой…
- Ну, ладно, иди, - нажимает нужную кнопку, выпуская меня.
Захожу в здание завода. Поднимаюсь торопливо по лестнице на третий этаж. Люди, проходящие мимо, здороваются со мной. Киваю в ответ, не замечая лиц. Мало, с кем знакома тут.
Врываюсь в кабинет.
Ян резко встает из-за стола.
- Тина… уже приехала… Почему не позвонила? – идет навстречу, бросаюсь в его объятия, облегченно выдыхая. – Что с тобой?
Быстро выкладываю все, о чем узнала и то, о чем никогда не говорила, считая ненужной информацией. Ожидаемую реакцию это вызывает у мужа, ведь, по его мнению, опять вмешиваюсь. Он усаживает меня в кресло, сам же, засунув руки в карманы, меряет кабинет шагами. Потом начинает рассуждать вслух:
- Первый раз об этом слышу… - злится. – Не зря меня этот парень всегда раздражал… И плевать, чей сын, Гену уважаю, но он… Вот, дерьмо!!!
- Не кричи, пожалуйста… - как-то резко плохо стало, живот заныл подозрительными симптомами.
- С трудом себя сдерживаю, одно желание – уничтожить! Окажись все правдой, так и сделаю… - не видит моего состояния, продолжая свою гневную тираду. – Пригрел сучёныша, дав работу… Какого хрена никогда не рассказывала, что вы жили в одном районе, как нагло он заявился в наш дом однажды, да еще в мое отсутствие… Почему?!
- Ян… - боль внутри усилилась, я мучительно скорчилась.
- Тина?! - все-таки обращает внимание, глаза встревожены от понимания ситуации. Берет телефон и звонит Марго. А после везет в больницу.
***
Кое-как разлепила глаза… Огляделась. Больничные стены, устойчивый запах медикаментов, стерильная чистота, врезающая в нос ароматом антисептиков, и я – лежу на кровати, среди этой белоснежной «красоты», с капельницей в руке.
В теле такая слабость и усталость поселились сейчас, словно толпа народа безжалостно прошлась, а мне досталось: лишь безразлично наблюдала за этим… Хотя боли нет, и это успокаивало.
Последнее, что помню, перед тем, как сознание покинуло окончательно, утягивая куда-то в бездну, так это принципиальное согласие мужа не сохранять беременность.
«Малыш, ты там?» - приложила руки к животу, по ощущениям частичка любимого мужчины по-прежнему со мной, тепло внутри пульсирует... Или обманываюсь? Не желая принимать действительность…
Приподнялась повыше, не без труда. Откинула край одеяла. Из одежды – только безразмерная рубашка. Провела рукой вдоль тела, пытаясь понять, что со мной делали… На внутренней стороне бедер заметила незначительные засохшие пятна крови. Только не это…
В этот момент открылась дверь.
- А… Проснулась… - Марго деловито прошла в палату.
- Его больше нет? – охрипшим голосом говорю. Боюсь услышать ответ, ведь привыкла к мыслям о будущем ребенке. Кто он: мальчик или девочка?
Она молчит. Возвращает меня на место, подтянув за ноги вниз. Распаковывает упаковку с перчатками, натягивает их на руки. Начинает осмотр.
Морщусь от легкой боли, когда ее пальцы оказываются внутри меня, а второй рукой ощупывает живот.
- Вы не ответили… - смотрю в ее напряженное лицо.
- Почему не жалеешь себя… - вздыхает. – О детях и муже не думаешь… Нельзя так. И ты сама знаешь. Вот, смотри, - показывает на перчатку, на которой осталась кровь, немного, но есть, тут же снимает, выбрасывая в ведро.
- Маргарита Львовна! Да скажите уже, - слезы неконтролируемо текут.
- Тише-тише… Сделала все возможное… Учти, это единственный раз, когда помогаю, сохраняя беременность, сейчас повезло – быстро приехали, кровотечение не успело начаться, но выделения еще есть, как видишь... Ян настаивает на аборте, я с ним полностью согласна - в первую очередь должна думать о здоровье и жизни женщины.
- Где он? – нам нужно поговорить срочно. Вытираю мокроту с лица.
- Отъехал ненадолго... Тина, пожалей детей и мужа, если себя не жалко. Видела бы его, когда привез тебя: буквально трясло от беспокойства, бледный и потерянный.
Как же сложно решиться… И, кажется, другого выхода нет. Но как бы ни хотела этого ребенка, повторения истории боюсь до ужаса. А дома ждут те, кому нужна…
«Больше шанса у нас не будет, малыш. Не покидай меня…» - погладила живот, мысленно общаясь с ним.
- Вот, возвращаю, - Марго положила на тумбу мой смартфон. Потом убрала капельницу и со всей серьезностью взглянула: - Лежать, не вставать, захочешь в туалет или если что-то потребуется – жми кнопку. До завтрашнего дня остаешься под наблюдением, а после – посмотрим...
Киваю.
- Там, кстати, твоя подруга ожидает. Позвать?
- Да, - обрадовалась. Компания Лары сейчас необходима.
Она забежала в палату через несколько минут, благоухающая цветочными духами. Обняла, торопливо поцеловала щеки. И не сдерживала слез от переживаний.
- Девочка… Что же ты творишь? – она опустилась на постель, сжимая мою ладонь.
- Не говори ничего… знаю… Другого раза не будет… Честное слово, чувствую себя ущербной какой-то. Некоторые, как кошки плодятся, бросая своих детей, или абортов уйму сделали… А я хочу и не могу.
- Верь в себя, не раскисай.
- Лучше расскажи, как у тебя дела обстоят?
- Оказывается, совсем не плохо… Похоже, насчет своего бесплодия, погорячилась или неправильно врачей поняла, или может так хотела думать? Сейчас уже не вспомню… И мужчин не было у меня до Алекса, чтобы опровергнуть теорию, а детей захотела после знакомства с тобой.
- Что Марго сказала? – искренне рада за них. Они заслужили свое счастье.
- Она такая жесткая тетка, но дельная и конкретная. Заверила, что забеременеть естественным путем – не проблема, ведь я здорова, статус мужчины в данном вопросе не имеет значения. Пропьем специальные препараты: Алекс для снижения вирусной нагрузки, я – для уменьшения риска заразиться. И сможем заниматься незащищенным сексом, в дни овуляции, конечно, - улыбнулась она.
- Дай, обниму тебя, - протянула руки к ней. Еще хотелось скрыть вновь рвущиеся слезы.
Лара так аккуратно обняла меня, словно могу сломаться, если надавить сильнее. И прошептала на ухо: все будет хорошо.
***
Я сжалась под хмурым взглядом мужа, его светло-голубые глаза потемнели и похожи на грозовое небо… Первый раз такое вижу… И не понимаю, чем больше вызвано: то ли страхом за меня, то ли злостью на мою неразумность и несгибаемое упрямство.
Он, молча, прошел, пододвинул стул к кровати. И долго смотрел, опершись локтями на постель. Потом взял мою ладонь, поднес к губам.
Непростой разговор предстоит. В воздухе витает гнетущее напряжение. Сама решаю заговорить первой, предполагая исход:
- Я согласна на прерывание… - голос все же дрогнул.
- Серьезно? – не верит. И мне не верится: озвучила то, что причиняет боль заранее.
- Если повторится – то, да, согласна. Выбора не остается… - уточняю свою фразу.
- Хотел бы сказать: нужно сейчас все сделать и не стоит ждать нового приступа, да не стану давить… Немного подождем… Но… Сладкая, я чуть с ума не сошел... Не поступай так со мной, - целует мои прохладные тонкие пальцы, согревая дыханием. А глаза уже не выглядят темными.
Комок застрял в горле от его слов. Хожу по самому краю обрыва, играя со смертью, балансирую и не знаю – когда и в какой момент одна из сторон перетянет. Не имею право подвергать себя опасности.
- Ты сказал обо мне? – я еще не звонила домой, не успела. Лара ушла, как только на пороге палаты появился Ян.
- Да. Там все в порядке. Макс порывается к тебе больше всех, переживает... – муж резко встает. – Я же вещи привез. В машине забыл.
- Побудь со мной, потом занесешь… Лучше поцелуй.
Он наклоняется и очень нежно целует, обнимая лицо, правда, недолго. Нас прерывает Марго.
- А вот об этом можете забыть… - громко говорит она, заставляя Яна отстраниться и пропустить ее.
- Есть новости? – спрашиваю, заметив в руках какие-то бумажки.
- Получила твои анализы… Есть небольшие отклонения от нормы, но не критично. Назначу нужные препараты – подтянем здоровье.
- Точно неплохо? – все же волнуюсь. Может, ограждают от истинного положения моего состояния? Такое тоже не исключаю.
- Нет, - заверяет Маргарита Львовна. – А вот вес срочно надо корректировать, уж очень худенькая. Если токсикоз начнется, то накормить тебя будет сложно.
Это бесполезно. Я – тот случай, когда «не в коня корм»* (прим. поговорка). Хоть объедайся – не поможет. Набираю, конечно, незначительно. По предыдущему опыту: за весь период беременности почти не поправлялась.
- Буду пытаться, - все, что могу ответить. Только рада округлиться.
- Ян, зайди потом, - Марго многозначно посмотрела на моего мужа. Хочет поговорить наедине? Интересно, о чем?
Он кивнул ей. И как только она ушла, сразу стал отвлекать меня на разные приятные темы о будущем ребенке, попутно разговаривая с моим животом, целуя и поглаживая его.
Таю от такой ласки. И все проблемы тонут на фоне этого ощущения.
Забываюсь…
***
Определенно странный сон: будто куда-то еду, покачивания и звуки похожи, как если нахожусь в машине; а чьи-то руки заботливо держат меня, укрывая пушистым теплым пледом. Все кажется настолько настоящим, что даже пугает, ведь чувствую, в том числе, запахи – автомобильная кожа, освежитель, терпкий мужской парфюм, сигареты…
В какой-то момент осознание происходящего на самом деле врывается в мысли. Я дергаюсь в тугом хвате, открываю глаза, наткнувшись на внимательный взгляд.
- Ты?! - рот остался свободным, в отличие от рук и ног, которые связаны.
- Привет, - на лице Димы отразилась ухмылка.
- Как…
- Как смог выкрасть? – без труда сообразил немой вопрос, насколько сильно удивлена. В больнице была охрана, мимо них мышь не проскочит. – О-о-о, это оказалось несложно. Лошадиная доза снотворного справилась быстро, вырубила даже таких крупных мужиков, как твои телохранители. Забавно посмотреть на их рожи, когда увидят пропажу, а еще на муженька… Ох, расстроится.
Я так крепко спала, после лекарств, что ничего не слышала вокруг себя.
- Зачем? – смотрю на него. Корни поступка гораздо глубже. Он за что-то мстит Яну.
Машину немного занесло на скользкой от прошедшего дождя дороге. И Дима крикнул подельнику:
- Эй, аккуратнее! Не дрова везешь!
Его пальцы обхватывают мой подбородок, чтобы не отворачивалась.
- Зачем, спрашиваешь… - блуждает глазами по лицу, улыбаясь уголком губ. - Всему – свое время.
Продолжает глубоко смотреть. Так противно. Не знаю, что за особенность такая взгляда, как будто осязаемый – трогает, не прикасаясь. Всегда это раздражало, заметила еще при знакомстве, встретившись, будучи взрослыми. Или я так ощущаю?
- И ведь предупреждал: расстаться с тобой… - говорит издевательским тоном.
- Ян найдет тебя, - стараюсь контролировать эмоции, не показывать страх. - Очень сомневаюсь в благородстве с его стороны.
Это мягко сказано, порвет на мелкие кусочки.
- Пока ты у меня – подпишется на любые условия.
Условия? О чем он? Денег хочет? Не понимаю до конца, что им движет?
- Интересно, да? - угадал размышления. – Узнаешь позже. Но одно скажу: ты входишь в список моих желаний.
Делаю безразличный вид, хотя внутри все негодует от возмущения.
- Молчишь… Ну, молчи… Главное, когда окажемся наедине: кричи - не стесняйся.
«Что он задумал?»