Глава 7
Глава 7.
- Какие слухи?! – повторяю свой вопрос и вижу, как Таня меняется в лице, ей стыдно.
- Э…э… ну… Я уже поняла, что все ложь…
- Выкладывай! Думаешь, заикнулась и в кусты?!
- Честно, не знаю, кто слухи пустил… - она наклоняется ко мне, и голос становится тише. – Поговаривали, будто ты оказываешь «особые» услуги за деньги…
- Что?! – даже не знаю, как назвать услышанное. Не сложно догадаться, о чем речь.
- Все же знали о твоей семейной ситуации, больного отца, нехватке денег…
Встаю с кресла и расхаживаю по кабинету, пытаясь совладать с разворачивающейся злостью внутри. Первый раз слышу об этом: получается, на меня смотрели и видели шлюху?
- И как, скажи?! – гневно смотрю, ее глаза лихорадочно бегают. – Как в это можно поверить? Мы же общались… Да, я недосыпала, была безобразно худой, с синяками под глазами, но зарабатывала честным путем.
- Прости…
- От кого это слышала?
- Почти все парни говорили… А в тот вечер в баре, когда ты по ошибке выпила алкоголь…
- Так, так, так… Что? По ошибке? – усмехнулась. – Это Артем подлил. Если бы ты оставалась за столом – то знала подробности.
- Артем? – искренне удивилась она.
- Таня, он никогда не отличался порядочностью. Мне ли об этом говорить? Ты сама лила слезы из-за него…
- Хорошо, допустим, - рассуждает она, чем раздражает, выгораживая любимого человека. - Но ведь за тобой тогда примчался какой-то мужик, орал на всех, Артему вовсе по лицу приложился прилично… Потом забрал и уехал.
- И что? – возмущаюсь.
- Ну, взрослый… и по внешнему виду было видно - богатенький… Что вас могло связывать?
- То есть, единственная мысль: сплю за деньги? И это мой клиент? – громко выдыхаю и снова присаживаюсь. - Зачем, в таком случае, ему приезжать за мной?
- Ну… В то время ты как-то резко стала лучше выглядеть, особенно - в плане одежды, значит, появилась возможность.
- О, Боже… - берусь за голову. – Это какой-то бред… Между прочим, сейчас он мой муж. Да, я работала на него, но интим-услуг не оказывала. И, как ни странно, вскоре, после того вечера, начались наши отношения.
- Прости… - Таня виновато посмотрела.
- Знаешь, не обижайся на мои слова... Слухи распространял Артем – больше некому.
- С чего ты решила? – возмутилась она, защищая мужа. Как же слепа ее любовь… Не удивлюсь, что женился не просто так, преследует какую-то цель… И очень хочется ошибаться.
- Хотя бы за тем, чтобы мне отомстить за отказ… Не раз говорил, что пожалею.
Таня скривилась. Понимаю – неприятно. Одно дело слушать о постороннем человеке, другое – муж. Но против фактов не попрешь. Это его рук дело.
- Надеюсь, мы все выяснили? – продолжать разговор не намерена, как и дальнейшее общение - тоже. С подругами завязала когда-то давно, не стоит начинать.
И тут ее накрыла истерика - навзрыд, до икоты и хрипов… Закрыв лицо руками, ревела и не могла остановиться.
Я растерялась… Не ожидала такой странной реакции, по сути, от бессмысленной беседы и визита.
- Таня? – подсела к ней, на подлокотник кресла.
Опять она удивила меня. Обняла за талию, и, прижавшись к животу, продолжила плакать. Этот жест выглядел по-детски, словно ищет защиты и поддержки, но она не ребенок… Крик отчаяния, пропитанный болью – вот, на что похоже.
Ничего не оставалось, как положить руки на ее голову, поглаживать, и ждать, когда успокоится. Мне не привыкать к подобному.
Наконец, она стала приходить в себя. Отстранилась, утирая остатки слез. Потом взглянула и стыдливо отвернулась. Я не собиралась лезть в душу, и так очевидно - на счастливую женщину не тянет.
- Держи, - даю ей упаковку влажных салфеток.
- Твоя одежда… - замечает пятна от косметики на моей светлой блузке.
- Отстирается.
- Тина, я ведь завидовала всегда тебе... – вдруг заявляет.
Интересно, чему? Жизни в нужде? Клеванию на парах, потому что ночью работала и спала по три часа? Поношенным застиранным вещам? Или внешности, которая в то время напоминала жертву насилия?
- Да, не смотри так, - грустно сказала она. – Ты многим нравилась, может, не видела, в силу загруженности и усталости. Даже Артема как-то спросила, зачем бегает за тобой? Знаешь, каким был ответ?
Пожимаю плечами.
- Он сказал, ты светишься изнутри.
Эти слова меня смутили. Они звучат почти так же, как говорит Ян, когда шепчет нежности на ухо: «твой свет манит и хочется сгореть в его лучах» - дословно.
- И, вероятно, да, те слухи, Артем сам пустил, чтобы никто к тебе не подошел, а если подкатил бы, то с определенным намеком, но ты сразу послала бы, - подытожила Таня.
- Правда, не знаю, сейчас-то что хочешь услышать?
- Не любит он меня и не полюбит… Наш брак называет: «хотела меня – получай». Сколько продлится? Понятия не имею. Я мечтаю о детях, и это только мое желание, рядом с ним нет будущего… Все знаю, но как мазохистка тешу себя надеждами.
- Не советчица… - вернулась на свое место, за стол. Просто в шоке от всего.
- У меня одна просьба: если появится – не поддавайся на его ухаживания.
- Об этом можешь не просить…
Хотела продолжить свои мысли, но…
Сегодня день «сюрпризов». Будто по заказу, дверь снова открывается, а на пороге появляется объект обсуждения.
«Когда это прекратится?» - еще отпустила Карину раньше и не имею возможность подготовиться к посетителям.
- Тина… - Артем шагнул внутрь и потом заметил жену. – Таня?
Она успела отойти от истерики, хотя лицо еще красное - с интересом посмотрела на мужа, в ожидании, что же скажет.
- А я как раз за тобой, - говорит он ей, вернее, нагло врет.
- Вроде не говорила, что заеду сюда?
- Э… просто… Подумал, ты тут… - глазами цепляется за валяющиеся трусики на полу. И все становится ясно.
- Мог позвонить, - в голосе Тани звучит обида.
Я бы не смогла, как она, довольствоваться исключительно своими чувствами: не знать взаимности, не видеть отдачу и искренность, не слышать «люблю».
- Поехали домой, - гневно произносит Артем, подходит к жене, и, грубо схватив за локоть, тащит за собой.
Мне же напоследок достается говорящий взгляд, прямо напоминание из прошлого: «пожалеешь». Почему его переклинило на мне? В институте он не знал отказов, скорее, купался в женском внимании - выбирай любую… Но сейчас… И прошло шесть лет…
Все. Хватит. Пора поговорить с Яном.
Без него не справлюсь…
***
Вечер прошел, как всегда, в семенной атмосфере. В такие минуты расслабляюсь, отвлекаюсь, и все проблемы меркнут, когда обнимаешь детей, целуешь сладкие щечки, слышишь заливистый смех, отвечаешь на нескончаемый поток вопросов и просьб… Обожаю это.
И даже немного рада, что муж задерживается, ведь так буду думать о разговоре, глядя на него, но пока все не улягутся, мы не сможем остаться наедине. Реакцию угадать не сложно, ведь я намеренно молчала – это разозлит его больше всего. Надеюсь, поймет…
Мия перебралась ко мне на колени с намерением спать. Она всегда так делает: как только клонит в сон, сама начинает укладываться, выбирая либо мои, либо папины руки.
Ян вернулся, когда собралась унести дочь в кровать.
- Давай, помогу, - он поцеловал меня и потянулся к нашей малышке.
- Не надо. Лучше сыновей организуй, разбаловались перед сном…
Поднимаюсь наверх. Мия хныкает, когда перекладываю в постель, ложусь рядом, перебирая ее волосы, пока она не отпускает мой палец. Целую в лоб. Ухожу.
Из комнаты мальчишек доносится приглушенный хохот Яна. Игры продолжаются, только уже с папой… Ладно, пусть веселятся. Завтра выходной.
А я соберусь с мыслями пока.
Решаю принять душ. Стоя под струями воды, думаю, с чего начать…
И что за странное ощущение внутри поселилось: ни в чем не виновата, но чувствую свою вину? Все потому, что недавно пережили неприятные моменты и мечтаю об идиллии, а не заниматься разборками с прошлым.
- О чем задумалась? – муж прижался сзади.
- Ян! – испуганно вздрогнула, попыталась повернуться лицом – не дал, плотнее сжимая в кольце своих рук.
- Чего дергаешься? Будто первый раз врываюсь в душ… - кусает мою спину и шею, вызывая в теле трепетную дрожь.
Не нашлась, что ответить, а портить такой момент, тем более, не хотелось. И настойчивость, с которой любимый гладил между ног, возбуждала, заставляла выгнуться навстречу требовательным пальцам. Он ворвался в меня, издав сдавленный вдох, а моя грудь уперлась в стену. Контраст: между прохладным кафелем и теплой, льющейся сверху, водой, усилил ощущения.
Вновь, словно попадаешь в другой мир, где мы одни, предаемся ритмичному танцу… Пока волны оргазма не накроют…
Ян продолжает покусывать мои плечи и моет одновременно. Откинула голову назад, наслаждаясь нашим единением.
- Люблю тебя…
- Сладкая моя, тоже люблю тебя. Но ты какая-то грустная… В чем дело? – чувствует мое состояние, мы всегда чувствуем друг друга.
- Нам надо поговорить, - неуверенность звучит в голосе.
- У этой фразы есть дурацкая особенность, - произносит.
- Какая? – разворачиваюсь к мужу.
- Все скандалы начинаются с нее.
- Надеюсь, без этого обойдемся, - вздыхаю.
- Тина? – берет мое лицо в ладони. – Что случилось?
- Давай, помоемся вначале, продолжим в спальне.
Хмуро взглянул, но не возразил. Вышел первым из душа. И я задерживаться не стала. Он разлегся на кровати, подперев голову рукой, взирая исподлобья. Видимо, понял: ничего приятного не скажу.
Присела на край.
- Мне тянуть из тебя слова? – недовольно сказал и подсел рядом.
- Нет…
Поведала события восьмидневной давности, в подробностях… Даже визит Артема, его слова в мой адрес и факт того, что забрал трусики – ничего не утаила. И сегодняшний инцидент тоже…
По мере повествования, глаза Яна наливались гневом. А потом резко схватил меня за плечи, причиняя боль.
- Какого черта, узнаю только сейчас об этом? – прошипел в лицо.
- Я же объяснила… И вины моей нет…
- Может, нравится такое внимание, да все из-под контроля вышло, побоялась: узнаю, поэтому пришлось рассказать? – его пальцы впились в кожу. – Или рядом со мной стало скучно?
- Ян… ты делаешь больно…
- Ответь! – еще сильнее надавил.
- Мне больно…
Он убрал свои руки, и, хлопнув дверью, вышел из комнаты.
Я свернулась клубочком, обняв подушку. Беззвучные слезы потекли…
Было настолько обидно от брошенных им слов. Как мог подумать такое? Да, не ответила на вопросы, но лишь потому, что это полнейшая чушь. Если бы не дикая ревность, понял мои доводы.
Пусть успокоится, и поговорим снова.
***
Но утром мужа дома не оказалось…
В столовой сидели бабушки и сыновья. Я спустилась вместе с Мией.
- А Ян еще спит? – спрашивает Виолетта Павловна.
- Э… видимо, ушел раньше… - такое никого не удивит, все привыкли к его занятости, но волнением успела обрасти.
Передав дочь своей маме, поднимаюсь наверх за телефоном. Набираю несколько раз его номер, он не отвечает, а потом вовсе «не доступен».
И как это называется? То есть, когда сам молчал больше четырех месяцев о ребенке и прочих проблемах – это, значит, нормально, я же сама рассказала, по сути, ничего ужасного не случилось, и виновата…
«Мужчины часто прощают себе то, что не в состоянии простить женщинам» - обидно вдвойне.
Быстро одеваюсь. И сославшись на срочные дела, уезжаю на поиски. Мне стыдно, что бросаю детей в выходной день, но сейчас должна найти мужа.
Офис ожидаемо закрыт. Охранник говорит, что Ян не появлялся.
Еду в наше любовное гнездышко – там тоже нет. И не был. Здесь лишь мои следы пребывания, а продукты в холодильнике не тронуты. Где же он?
Звоню опять. Тишина…
Решаю проверить вторую квартиру. Но тут телефон звонит сам. Номер неизвестный.
- Да? – уже боюсь услышать нечто плохое. И силюсь, чтобы не разреветься. Что мне стоило пойти за ним?
- Тина, это Олег.
- Олег Романович? – не смогла перейти на простое обращение к бывшему работодателю, и неважно, что он друг мужа и иногда собираемся компанией.
- Он самый… Слушай… Ян в хлам пьяный… Приедешь или привезти?
- Нет, я сама. А куда?
- Ко мне в клуб. Он уснул...
- Сейчас буду.
Тороплюсь и радуюсь, что дороги свободны. Забегаю в заведение. Сотрудники намывают полы после ночных возлияний. Направляюсь в кабинет владельца. Дверь открыта: еще не дошла, а уже чувствуется, как оттуда несет жутким перегаром и сигаретным дымом.
Ян спит на диване. Олег сидит за столом, на его коленях извивается полуголая девица. Заметив меня, выгоняет ее.
- Весело у вас тут… - осматриваюсь. Куча пустых бутылок, тарелки с засохшей едой, целые пепельницы окурков. А в мусорных ведрах найдутся использованные презервативы?
И виноватый взгляд Олега только больше напрягает…