Глава 8
Глава 8.
Нет, все не так: Олегу просто неудобно, ведь застала в объятиях жрицы любви. Ничему его жизнь не учит: с одной женой развелся, ради другой женщины, теперь этой изменяет... Не ожидал, что приеду так скоро.
«Да никому не скажу, не мое дело» - посылаю говорящий взгляд. Он заметно расслабляется.
Подхожу к Яну, присаживаюсь рядом, желая убедиться, что он в порядке. А то знаю его темперамент: все вокруг виноваты, когда в гневе. Не хватало, чтобы на драку нарвался… Осматриваю голову, лицо, руки – никаких следов нет. От моих действий муж мычит что-то нечленораздельное.
- Тина, давай, объясню… - Олег трогает меня за плечо.
- Меньше всего нужны твои объяснения, - перевожу на него глаза, скидываю руку. И вдруг понимаю: обращаюсь на «ты», за столько лет не привыкла, а тут…
- Если мои слова успокоят: ни одна женщина не прикоснулась к нему. Да, нас тут немало было, девушки, в том числе… Но он просто напивался и все… Любые попытки в свой адрес пресекал. Потом порывался домой вернуться, сказал: психанул, обидел тебя... Я не отпустил – побоялся, сядет за руль, натворит дел…
Молча, выслушиваю. Лично у меня нет сомнений в верности, а вот само поведение удивило, вместо того, чтобы прийти в спальню, предпочел сбежать, охваченный злостью и ревностью. Количество выпитого алкоголя – тоже поражает, ему не свойственно увлекаться.
- Спасибо… - все же благодарю за сознательность, хоть бы в отношении друга. - Поможешь отнести? В таком виде детям не нужно видеть папу. Останемся до завтра в городе.
- Конечно. Только позову ребят из охраны.
Если учесть местоположения клуба, то ближе ехать в нашу квартиру для встреч. Конечно, не очень хотелось кому-то показывать ее, но сейчас выбора нет и не до стеснений. А как мы любим отдыхать – никого не касается.
Открываю дверь, пропуская мужчин, несущих Яна, следом заходит Олег. Осматривается.
- В спальню, - показываю идти за мной.
Они кладут мужа на кровать. И сразу уходят.
- Это ваша квартира? – его голос звучит удивленно и заинтересованно.
- Да. И, пожалуйста, никаких комментариев.
- Я не собирался… - взглядом продолжает блуждать по комнате.
Весь антураж буквально кричит, чем мы тут занимаемся: цепи, ремни, разные приспособления… Нет, мы не любители извращений, да еще в жестком варианте, БДСМ-тематика не про нас. Но ради разнообразия и удовольствия: балуемся, экспериментируем, играем - как это видится нам…
- Олег! – выталкиваю его. Никак не может оторвать глаз.
- Ладно-ладно, ухожу. Пусть свяжется со мной, как проспится.
- Передам.
Закрываюсь. Для начала звоню своей маме и сообщаю, что мы приедем завтра. Пришлось врать, будто Ян устроил сюрприз и задержимся. Стыдно до невозможности, но оставить его здесь одного – не могу.
Возвращаюсь в спальню. Раздеваю мужа.
- Какой тяжелый… - кое-как стягиваю джинсы. Рубашку просто расстегиваю.
Он резко отпихивает руки и бубнит под нос, довольно отчетливо:
- Отстань… я… жену… люблю…
Это вызывает мой тихий смех.
- Ну, и дурак же ты… - тянусь к сомкнутым губам и целую.
- Тина… - узнал, наконец. Сгребает в охапку и подминает под себя.
Дотягиваюсь до пледа, накрываю нас. Придется тоже спать, не отпустит теперь.
***
Через пару часов мне удалось вылезти из тугого хвата.
Сделав ревизию в холодильнике, решила, что без магазина не обойтись - быстро сбегала. Потом увлеченно принялась готовить. То ли на ароматы еды, то ли время пришло проснуться, на кухне появился Ян.
Он хмуро взирал, был помятым и, естественно, до конца не протрезвевшим. А еще успел надеть джинсы.
- Ничего не хочешь сказать? – спрашиваю.
- Как я тут оказался? – не это рассчитывала услышать. Мне объяснения нужны.
- Так же, как и я, - скрестила руки на груди.
- Тина… - посмотрел с упреком и голос недовольный.
- Ян… - повторила его манеру.
- Ты не ответила, и на другие вопросы – тоже, - медленно двинулся в мою сторону. Почему-то внутренне напряглась от этого жеста.
- Вообще-то думала: раскаиваешься и понял, как глупо звучали твои обвинения, - разомкнула руки и машинально отошла назад.
Он скривился. Видимо, вспомнил весь разговор. Я так же прокрутила в голове вчерашний вечер. И точно не произошло ничего, чтобы так вести себя.
- Допустим… - приближается, пальцы ложатся на мою талию и ощутимо сжимают ее. - Если бы ты знала, как бесит эта ситуация.
- Мне никто не нужен, кроме тебя, - смотрю в его глаза.
- Прости… был не прав… - крепко обнимает. – Просто схожу с ума от ревности, когда представляю тебя с другим…
- Ян, - прикоснулась к его щеке. - Знаю, должна была сразу сказать…
- С тем «товарищем» разберусь. Один раз не понял, придется объяснить опять.
Даже не вмешиваюсь и не уточняю, что собрался делать. Мужчина обязан защитить свою женщину – об этом просила, рассказывая «чудо-историю».
- Вкусно пахнет. Чем кормишь? - муж повел носом, принюхиваясь.
- Солянка, - улыбаюсь, и так хорошо на душе становится.
- О, в самый раз, - усаживается за стол. Настроение заметно улучшилось.
Ставлю перед ним тарелку наваристого супа. Потом наклоняюсь к уху и шепчу:
- Люблю тебя.
- М-м-м… Сладкая… - притягивает к себе, руками пробирается под халатик, в который успела переодеться. – И я люблю тебя. Прости за несдержанность.
- Уже.
- А десерт будет? – развязывает поясок.
- Весь день наш. Звонила домой – сообщила, что завтра приедем.
- К черту еду… пошли в кроватку…
***
На моем лице плотная маска… Руки привязаны к кровати ремнями.
Обожаю это ощущение, когда только слышишь шорохи. Не знаешь, в какой момент он прикоснется, что станет делать, причем намеренно оттягивает время, а невозможность пошевелиться вызывает волнительный трепет, усиливая возбуждение - вся такая беззащитная и доступная… Для него, конечно.
- Ты сжимаешь бедра… - хрипло говорит, раздвигая мои ноги. Капает маслом на тело, заставляя содрогаться от этого.
- Томишь ожиданием…
- Разбирался со своим неприглядным видом...
- И как, получилось? – чувствую: благоухает ароматом геля.
- Надеюсь, да… - он размазывает по коже масло, уделяя внимание чувствительной груди. Потом кладет ноги себе на плечи, массирует пяточки, пальчики - покусывает и посасывает их.
Меня уже трясет от нетерпения.
- Пожалуйста…
- Нет, дай насладиться тобой, - его голос вибрирует и отзывается во мне единственным желанием - ощутить внутри немедленно.
- Ян… - буквально умоляю.
- Вот так хочешь, - резко проникает и тут же покидает мое тело.
Этим жестом только сильнее распалил.
Он продолжает оттягивать самый приятный момент. Наклоняется и целует, так долго, страстно, жадно... Трусь об него – возбужденная плоть пульсирует от моих движений.
- Прошу…
- Скажи, что любишь, - требует, не просит.
- Люблю, - отвечаю, находясь на грани от избытка эмоций.
- Скажи, что моя.
- Твоя… - не могу ждать.
Ян спустился к груди, и теперь терзает ее, сжимая и теребя набухшие соски. Большим пальцем водит по моим губам, потом засовывает его в рот, заставляя сосать. И медленно входит. Замирает. А в следующую секунду ритмично вколачивается…
***
Мы расслаблялись в ванне после насыщенных двух часов. Я лежала на его груди, не желая разрывать наше единение.
- Ты такая маленькая, - теснее прижимает к себе, скрывая в могучих объятиях. – До сих пор не забуду тот момент, когда лег к тебе в кровать, а ты сопротивлялась и стеснялась, хотя просто собирался спать рядом и не более. Но уже тогда знал: будешь моей. Обнимая твою хрупкую фигурку, ощутил - такой желанной и родной.
- Ого! Вот это новости. Первый раз слышу, - приподнимаюсь, чтобы взглянуть в глаза.
Да, я тоже помню… Отец умер, и Ян привез к себе в квартиру для смены обстановки, чтобы не впадала в уныние. А приснившийся кошмар подтолкнул оказаться в одной постели в ту ночь…
- Мы не часто с тобой говорили о том, как все начиналось…
- Больше строили планы на будущее, - подтверждаю его слова.
- Влюбился в тебя, когда увидел в подсобке клуба заплаканные по моей вине глаза, а свет, который ты излучаешь, словно магнит – попался мгновенно. Этот факт разозлил тогда, привык жить без чувств, не хотел ничего менять, гнал прочь навязчивые мысли и понимал, не смогу…
- Почему сейчас решил рассказать? - прикасаюсь к его лицу.
Я никогда не спрашивала такие подробности. Было достаточно признания, что уже само по себе стало откровением.
- Не бери в голову… просто так…
- Ян? – вот чувствую, стоит за этим что-то другое.
- Опять поругаемся.
- Может, если будем слышать друг друга, то избежим неприятностей?
- Хорошо… - выдыхает. – На фоне последних событий вспомнил, как бил того парня, за грязные мыслишки в отношении тебя и то, что он хотел покуситься на чужое.
- Мы же еще не встречались…
- Да, но своей окрестил.
- Ты жуткий собственник, - от моих слов муж нахмурился, целую упрямые губы и продолжаю: - Мне это нравится.
Хотела вылезти. Не позволил.
- Иди ко мне, - сжимает затылок, впиваясь требовательным поцелуем.
***
Я рада, что наши разногласия быстро решились. Не спрашивала, разбирался ли Ян с Артемом, и какими способами, но тот не давал о себе знать, Таня тоже не объявлялась.
И почти расслабилась, забыв о бывших однокурсниках, пока не поступил неожиданный звонок.
- Алло, - отвечаю, и как-то не по себе становится от плохого предчувствия, словно горячей водой окатили.
- Тина Александровна Мацейчук? – раздался в телефоне официальный тон.
- Да… а… вы…
- Ваш муж задержан по подозрению в организации нападения на Артема Тарасова с целью причинения физических увечий.
- Что?! – слышу и не верю.
Вот, почему не могу дозвониться до него целый час.
- Гражданин Тарасов находится в коме, но его жена дала показания, что Ян Мацейчук угрожал ему расправой.
- Что вы такое говорите? Нет, нет, нет, этого не может быть!
- Факты – есть факты, - сухо произносит.
- Подождите, я могу увидеть мужа? И у нас есть семейный адвокат, – мой голос срывается от слез.
- Встречу разрешаю. Вызывайте адвоката.
Мне назвали адрес, куда подъехать.
Отключаюсь. Сразу звоню Филиппу Абрамовичу, юристу, он сказал: разберется, уладит все вопросы, и тоже уже выезжает.
«Ян, ну, как так?!» - не верю, все равно не верю, на него это не похоже, он не такой жестокий человек. Да, имеет взрывной характер, мог разобраться по-мужски, ударить пару раз для убедительности, но чтобы отправить на больничную койку, избив до полусмерти, организовав нападение – нет, точно нет. И объяснять умеет доступно, что всякое желание отпадает лезть, куда не просят.
А как дома объяснить? Если его закроют до выяснения обстоятельств. Подобная информация не пройдет бесследно для Виолетты Павловны, она будет переживать за сына - и это с ее давлением… Что же делать?
Пока еду, слезы не перестают течь – застилают пеленой перед глазами и все расплывается. Каким-то чудом доезжаю, никуда не врезавшись.
Получив пропуск, нахожу нужный кабинет. И без стука вхожу. Яна тут нет.
- Вам чего? – мужчина встает из-за стола.
- Здравствуйте. Я Мацейчук.
- А… Что ж вы так бесцеремонно врываетесь? Ладно, проходите. Это я звонил. Майор Кириллов, - представился он.
- Простите… - присаживаюсь на стул. - Но все, что вы сказали, это неправда. Мой муж не мог.
- Мог – не мог… Знаете, сколько слышал подобных речей? Да не плачьте вы… - замечает слезы, а я не в состоянии остановиться.
- А что он сам говорит? – интересуюсь.
- Подробности не имею право распространять, через адвоката все узнаете. Они, кстати, уже общаются.
«Быстро он приехал…».
- Сейчас, давайте, с вами побеседуем. И чем честнее будете, ведь вы уверены в невиновности мужа, тем быстрее ситуация разрешится.
Киваю в знак понимания. Вытираю лицо салфеткой.
- Вы же позвольте увидеть мужа?
- Это зависит от того, что скажите…
Обреченно вздыхаю, приготовившись к вопросам.