Глава 15

Улица встречала обычным запахом, состоящим из термоядерной смеси ругательств, ненавистных взглядов, лицемерных улыбок и желания найти более полезное применение этой тугой заднице в полицейской форме. Джейни знала этот запах, он буквально въелся в ее кожу за годы работы, пустил корни в душе и все равно к нему нельзя было привыкнуть до конца.

Вот парочка слишком спокойно прогуливается около магазина, хотя еще минуту назад они самозабвенно целовались за углом, передавая друг другу косячок. И? разумеется, считали, что их никто не видит. А вот брутального вида паренек прячет в кармане кастет, но при виде Джейни ослепительно улыбается, словно для него нет ничего приятнее, чем встретить на улице очаровательную полицейскую прямо перед ограблением магазина.

— Привет, красотка. Если ты поможешь мне обчистить этот нищебродский магаз, то я знаю отличное место, где можно снять шикарный номер, чтобы такая улетная цыпочка, как ты, получила фантастические впечатления, — он продолжает лыбиться все шире, продолжая поглаживать кастет. Джейни подходит поближе, чтобы заглянуть в его льдистые глаза — такое ощущение, что твою одежду медленно разрезают острыми иглами, хотя выражение лица пытается сбить с толку: нет-нет, я обычный студент и всегда уважительно отношусь к телкам в форме. Особенно с такой аппетитной попкой и парой чудесных сисек. Где-то она его уже видела. Стоп. Это же один из приятелей Самсона — Фриц. Любитель жесткой порнушки давно мечтает снимать собственное кино.

— Такими вещами я перестала заниматься в детстве, поэтому вербуй дешевых сучек не в мое дежурство.

— Иначе что? Ты меня арестуешь?

— Учитывая, что я каждую неделю трахаю твоего босса у него дома, тебе стоит быть повежливее, — Джейни почти прикасается губами к шее парня, словно желая поцеловать. И резко хватает его за яйца! До адской боли сжимая бубенчики слишком борзого немца.

— О-ох, — лицо Фрица кривится от боли. Этот здоровый самоуверенный парень мигом превращается в скорченный мухомор. Когда у мужчины нет ничего, кроме напора и грубости, его яйца становятся очень легкой мишенью. — А-а-а-а! Джейни, отпусти, молю. Больно-о. Я ведь тебя искал! О-ох

— А-а! О-о! — такие звуки я люблю слышать по выходным в уютной кроватке, а не во время дежурства, ты меня хорошо понял, Фриц? Будь вежливее с дамами и поясни, зачем я тебе понадобилась?!

— Да-а-а! Самсона ранило Чучело. Девка — первокурсница из универа проткнула ему плечо ножом. Самсон приказал разыскать тебя. Пусти…

— Что ты мне лепишь? Я только сегодня виделась с Самсоном. И, кстати, в уютной кроватке, — она сдавила чуть сильнее. Нет, этот крепыш заметно отличался от Самсона: у того за грубостью скрывалось что-то серьезное, дух настоящего вожака. Такое ощущение, что, занимаясь с ним сексом, с каждой минутой снимаешь слой его брони, раздевая крутого самца и подбираясь к его душе. Холодной. Страстной. Завораживающей. А Фриц просто еще один борзый парень, считающий себя секс-символом и мечтающий снимать порнуху со студенточками. Только что это немец выдумал, как простая студентка Рич Парамаунт могла ранить ее Самсона?!

— Ты… ты любишь слушать хорошие новости по выходным! Только в уютной кроватке! Я все понял! — прохныкал писклявым голосом Фриц, как баба в депрессии.

— Тогда сделай одолжение: убери эту зашуганную овцу из магазина, пока она не порезалась о перочинный ножик, который спрятала в трусы. У вас что, совсем плохо с фантазией стало? Как ты собираешься снимать фильмы, если гонишь такую лажу? И быстро.

— Уфф! — Фриц выдыхает от невероятного облегчения, когда Джейни отпускает его яйца. — Это просто проверка. Небольшая проверка — и все. Каждый через нее проходит, верно?

— Я тебя умоляю, ты приперся ко мне, чтобы рассказывать, как прятать барахло в трусики? Я владею этим умением в совершенстве. Говори быстро, что просил передать Самсон?

— Нам нужно прикрытие. Серьезное. Они собираются на дело отомстить Эвелине Звонской. Чучело конкретно обнаглела, это уже дело уважения и власти. Ей помогают Штрайманы. Галаев не спустит месть на тормозах. Ему надо прикрытие от полиции — твою долю удвоят за сокрытие улик.

— Хм, мою долю? — Джейни изогнула красивую бровь. В таком случае ее нищебродская зарплата полицейской задницы станет простой прибавкой к ее приятному сотрудничеству с Самсоном.

От этой мысли ей безумно захотелось оказаться в кровати с этим красавцем. Когда его отец жестко трахал ее на виду у этого парня, она возбуждалась, как огненная сучка, от его взгляда, скользящего по ее спине, потным ягодицам, подпрыгивающей груди и особенно — мокрой промежности. О, да, Джейни мечтала затрахать старого козла до полусмерти и арестовать парнишку, когда подрастет. Чтобы как следует показать, что за подглядывания ему придется расплачиваться, занимаясь с нею любовью. Но получилось совсем не так, как она ожидала. Старик оказался живучим здоровым мужиком, никак не хотел сыграть в ящик и освободить дорогу молодому и горячему сыну. Самсон взял в свои руки сам бразды правления на районе, предложил Джейни вступить в его банду. Через минуту они уже занимались любовью у нее на кухне: оказывается, для этого чудесного занятия подходит даже небольшой холодильник, кухонный стол — тоже весьма очарователен для некоторых занимательных поз, особенно, если тебя трахает такой опытный жеребец, как Самсон.

Когда холодильник упал, соседи вызвали полицию. Но Джейни, наспех переодевшись, объяснила этим тупоголовым копам, что стукачи нелегально продают марихуану. Нет, вы представляете? Даже не утруждают себя тем, чтобы заплатить налоги! Например, в благотворительный фонд или секту защиты озабоченных полицейских.

Зачем она пошла на это? Ночами Джейни часто задавала себе этот вопрос, мастурбируя и фантазируя о том, как проведет выходные с Самсоном. В такие минуты ее переполняло чем-то особенным. Фантастическим. Сладким, как самый запретный плод.

Решительная, непредсказуемая сила Самсона вливалась в нее, словно бурлящий ручей, переполняя страстью и энергией. Любая рутина, даже идиотские задания и ворохи отчетов теперь выглядели всего лишь незначительным препятствием на пути к ее счастью. Она представляла, как снова и снова будет заниматься любовью с этим красавцем. Трахаться, как безумная, крича и матерясь под ним, замирая от обжигающих укусов на попке, его властных шлепков, грубых, требовательных ласк.

Нет, она не просто продажная полицейская шлюха. Джейни впитывала в себя неукротимый пыл Самсона и мечтала о том, как Гол, Фриц и Хара выстроятся перед их кроватью, снимая на видео их обжигающее порно и наблюдая, как их босс трахает самую сумасшедшую полицейскую сучку в этом прогнившем городке. Тогда она кончала так, как никогда в жизни. Это был ее личный любовный Эверест, о котором не знал никто.

— Да что с тобой, куколка? Ты так изменилась в лице, словно тебя прямо сейчас на улице трахнул в попку Бэтмен по очереди с Робином, — ухмыльнулся Фриц, представляя эту сцену в деталях.

— Еще одна шуточка в таком духе — и будешь отскребать свои шарики от асфальта, — она взмахнула рукой, а Фриц в испуге отпрыгнул настолько поспешно, что не рассчитал и упал на мягкое место, позабавив компанию латинос. Они дружно заржали, улюлюкая и аплодируя.

— Да ладно, ладно! Че ты такая нервная, бейба? Тебе нужно расслабиться с четким парнем. Смотри, когда надоест намыливать яйца твоему Самсону, приходи ко мне. В моем фильме как раз есть роль для такой красотки, как ты. Сейчас идет кастинг: двадцать студенток на место. Но для тебя я могу раздвинуть эти гламурные пределы.

— Если Самсон узнает о том, как ты ко мне подкатывал, он подвесит тебя за уши так, что высыплется все дерьмо вместе с твоими гламурными пределами. Уяснил, малыш?

— Ну прости-прости! Ты же знаешь, никто в этом зачуханном городишке не относится к тебе лучше, чем я. Если меня поймают копы, я им так и скажу, что лучше сисек, чем у офицера Джейни, я не видел даже в стриптиз-клубе, где танцевала моя пьяная сестренка.

— Святые сучки! Еще одна идиотская шутка — и я отстрелю тебе язык! — она ухмыльнулась и кинула на ржущих латинос такой грозный взгляд, что те поспешили убраться. С самым законопослушным видом.

— Ха-ха! Я тебя обожаю, крошка! Ты как ходячая секс-бомба. У тебя тикает детонатор, заставляя всех вздрагивать. Ну-ну, не хмурься. Самсон просил тебя помочь подобраться к Штрайманам и наказать Чучело.

— Передай ему, что он еще не расплатился за прошлые услуги, — фыркнула Джейни, в уме подсчитывая, сколько можно подзаработать на таком сотрудничестве. Сделать ремонт в паршивой квартире, вытащить брата-наркомана из долгов и снять с иглы, оплатив этому придурку лечение, чтобы он не довел мать от инсульта? За все это надо платить. Жизнь — это постоянные оральные соревнования у банкомата. Ей только на пользу, что Самсона так разгневали.

— Слушай, крошка, не обламывай так, я к тебе со всей душой, станешь моей зве-е-ез… — договорить Фриц не успел, потому что ему на голову опустилась бита. Немец успел инстинктивно повернуться на шум, поэтому удар попал по касательной. Но перед глазами тут же вспыхнула звездным каскадом целая дюжина офицеров Джейни, танцующих стриптиз.

Их окружила четверка бандосов из местной группировки. И они явно не были настроены пожелать им доброго дня. Студентки, выходящие из магазина, завизжали, но, увидев угрозу в глазах одного из ублюдков, тут же замолчали, как по команде.

Джейни молниеносно перехватила руку с ножом второго психа, выкрутила, развернулась и с эффектной грацией швырнула здоровяка на остальных наступающих. Ей за спину зашел еще один, однако Фриц прочитал его — и двинул отработанным ударом точно в челюсть. Теперь девчонки смотрели на него, как на героя. Немец расправил плечи, принял позу атланта — и тут же получил в глаз от мордастого бугая. Студентки захихикали, прикрыв рты ладошками.

Фриц зарычал, отбил несколько ударов, уклонился — и ловким апперкотом отправил придурка на землю. Это вызвало одобрительные крики. Вот он, новая звезда универа — настоящий мачо, спасающий сучек от бандитов. К такому любая захочет приползти, чтобы сниматься в его гениальной порнухе. Не исключено, уже через месяц Фриц получит за нее «Оскар», а его портрет и постеры с фильмами будут висеть рядом с «Титаником», «Аватаром» и другими шедеврами. Фриц Гений — «Спелые сиськи 17». Выкусите, козлы! Выкусите все, поняли? Представив себя в окружении лучших телочек универа, он не заметил, как ублюдок, брошенный Джейни, достал обрез и с ухмылочкой направил его на офицера.

— Ну что, сучка? Что ты теперь сделаешь? — она смотрела в его налитые кровью глаза и медленно двигалась к нему, словно скользя. Но не успевала. Фриц знал, что этот псих выстрелит.

— Она тебе не нужна, герой, — спокойно объяснил он, выбрав любимую реплику, которую всегда мечтал сказать на уличной разборке. — Этот замес только между нами, настоящими ковбоями. Повелителями озабоченных телок и королями кучерявых кисок!

— Кучерявых кисок? Ты что, совсем обкурился, озабоченный придурок? — засмеялся картаво латинос, слегка опустив пистолет. И его тут же выбил брошенной звездочкой Хара, подоспевший на разборку.

— Шоу отменяется, мальчики, — Джейни направила на помятых придурков пистолет. — Если вы отправитесь со мной в отделение, то мне не придется воспользоваться этой штучкой и отстреливать чьи-то яйца.

Студентки запрыгали от восторга, как банда чирлидерш: такую развязку они вряд ли могли предположить, поэтому Фриц решил поставить яркую точку. Чтобы эти сучки описались кипятком от счастья.

— Вам понравилось, крошки? — он подмигнул слегка заплывшим глазом, вызвав взрыв хохота. Никто не заметил, как его веселые глаза стали холодными и серьезными от новой сумасшедшей идеи, которая пришла в голову. — Кто хочет продолжения представления — записывайтесь ко мне на кастинг. Но учитывайте, что будет очень жарко, — и обернувшись к Джейни спросил тише, — Так что, госпожа полицейская? По рукам? Прикроешь Самсона в разборках с Штрайманами и наказанием Эвелины?

— Не только прикрою, но и помогу. У меня возникла забавная идея, как заставить ваше Чучело раскаяться во всех грехах, — Джейни хищно облизнулась, представляя, как будет отмечать триумф с Самсоном, и как тот будет в благодарность осыпать ее баблом и трахать до икоты.

Даже прогнивший от преступлений район показался полицейской не таким мрачным, как обычно. Что там надо? Наказать Эвелину Звонскую?! Легко-о