Глава 31

Маша

Адиль ведет меня в ванную. Я не сопротивляюсь. Я хочу, чтобы он позаботился обо мне. Мне необходимо его внимание и тепло. Наверное, это эгоистично с моей стороны, только брать в такой момент, но я ничего не могу с собой поделать. Да и он, кажется, не против.

Супруг раздевает меня и сам раздевается следом. Мы заходим в душевую кабину, садимся на поддон, а сверху льет тропический душ. Адиль заботливо моет меня мочалкой, его движения такие нежные и заботливые, меня просто в щепки. Я всхлипываю и прижимаюсь ближе к нему.

– Тише, мурка, все хорошо. Все плохие дяди наказаны, – слышу улыбку в его голосе. – Сильно испугалась?

Я поднимаю на него взгляд. По его лицу стекают капли воды, а в глазах, такое чувство, что расплавленное серебро. Выглядит очень красиво. Адиль вообще сам красивый. Я касаюсь кончиками пальцев его лица, а потом ладони кладу на скулы.

– Я за тебя испугалась, – отвечаю честно. – Ты сказал, что будешь за мной… Больше никогда так не делай, Адиль. Я не… Я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.

– Не хочешь, да? – в его глазах зажегся какой-то опасный огонек.

Сердце в груди начало дребезжать и странно вибрировать. Слишком опасные чувства сейчас у меня. Слишком.

– Да… Потому что мне нужно будет носить траур, а черный мне не к лицу, – выдыхаю я.

Адиль смеется и обнимает меня.

Я устраиваюсь спиной к нему, мы так и сидим голые под душем. И никакого сексуального подтекста, только поддержка и участие.

– Мне жаль, – говорю спустя какое-то время.

– О чем ты?

– Твои люди… Это из-за меня они погибли. Али… Боже, я до сих пор вижу перед собой его образ. Мы не спасли его, а могли. Это из-за меня, – повторяю я. – Если бы я не настояла на поездке в парк…

Чувство вины захлестывает меня с головой. Если бы мы остались дома, то ничего бы не произошло, все остались бы живы и здоровы.

– Маша, перестань, – говорит Айман.

– Нет. Это я тебя заставила, если бы…

– Заставила? Я не мальчик, чтобы ты меня заставила что-то сделать. Это было мое решение. Точка. А теперь послушай меня: каждый человек из моей охраны знает, что рискует своей жизнью. Работа у них такая. Да, жалко, да, обидно, но они сами на это подписались. Единственное, что мы можем сделать – позаботиться об их семьях и наказать виновных.

– Ты же сказал, что “все плохие дяди” наказаны.

– Да, но они же не сами решили устроить перестрелку в парке.

– Но…

– Хватит, мурка. Ты просто должна знать, что все хорошо, а остальное я решу сам.

– А мне быть кроткой и послушной?

– В идеале, – хмыкает. – Давай достанем тебя отсюда.

Адиль встает и надевает на меня пушистый банный халат. Сам завязывает вокруг бедер полотенце и выносит из ванной. Он помогает мне надеть пижаму, я не сопротивляюсь. Почему-то тот факт, что он не раздевает меня, а одевает, топит нутро такой нежностью. Сам Адиль надевает спортивные штаны и футболку.

– Ты есть хочешь? Принести что-то? – спрашивает он.

– Нет, спасибо.

– Хорошо, – он чешет большим пальцем бровь. – Я решил, что тебе лучше поехать к моим родителям, пока тут все так шатко. Ты и сама хотела остаться там.

Я смотрю на него в таком шоке.

Он действительно хочет избавиться от меня сейчас?

Мне показалось, что между нами что-то изменилось.

А он просто хочет от меня избавиться.

Мозгом я понимаю, что, наверное, так правильно. Я не буду путаться под ногами, он не будет отвлекаться на мою безопасность… Но я не хочу.

Мы все же женаты! Я хочу остаться рядом с ним. Я и здесь мешать не буду. Буду покорно сидеть дома и ждать его на ужин. Мне нужно быть рядом. После сегодняшнего потрясения внутри поселился первобытный страх, что с ним может что-то случиться.

– Нет, – говорю резко и отхожу от мужчины.

– Что “нет”?

– Я никуда не поеду.

– Это не обсуждается, Маша. Я уже все решил.

– А я решила, что не поеду.

– Это не та ситуация, где мы оба обсуждаем что-то и приходим к общему решению, – начинает злиться.

– А мы так делаем? Ты просто все решаешь за меня, и на этом все.

– Потому что я знаю, как будет лучше?

– Неужели? – сарказм так и сочится из меня. – Может, мне еще поблагодарить тебя.

– Блть, – с силой проводит руками по лицу. – Почему с тобой так сложно?

– Со мной легко, Адиль. Просто я не безмозглая кукла, пойми ты наконец. Я не поеду к твоим родителям. Я буду здесь, в доме. Даже покидать территорию не буду. Точка.

– Завтра с утра ты отправишься к родителям, – отрезает супруг.

Он собирается выйти из комнаты, когда я хватаю его за руку, заставляю посмотреть на себя.

Я не знаю почему, но мне кажется, если я сейчас уеду, то между нами все изменится. Больше не будет этой теплоты. Ничего не будет.

– Не делай этого со мной. Не откидывай меня, словно я вещь, Адиль. Пожалуйста. Я хочу остаться.

Вижу, что ему не нравится моя просьба. Он вообще не любит, когда его приказы кто-то оспаривает. Я была уверена, что он мне откажет.

– Хорошо. Оставайся.

Я едва в ладоши не захлопала от радости.

– Спасибо, – я крепко обняла его и поцеловала. – Вот теперь можно и на кухню сходить.

Мы оба стали спускаться по лестнице, когда оставалось несколько ступенек, входную дверь просто снесли. Дом заполнили вооруженные люди в масках и с нашивками.

– Стой на месте, – приказал Адиль, а сам поднял руки вверх.

Сердце билось где-то в горле. Что происходит? Я смогла сфокусировать зрение и прочитала надпись на груди: СОБР. Это представители закона.

Мужа повалили на пол, ему что-то говорили, я ничего не слышала. Меня грубо стащили с лестницы, а потом и вовсе отпихнули. Кто-то помог мне встать – Шамиль.

– Молчи и не сопротивляйся. Делай, что скажут.

– Что происходит? – в моем голосе паника.

– П*здец происходит, – выругался мужчина. – Адиля обвиняют в заказном убийстве.

– Но…

– У них железные доказательства, Маша. Без них никто бы сюда не сунулся.

Я встречаюсь взглядом с супругом, пытаюсь улыбнуться, но губы онемели. Адиля в наручниках выводят из дома. Я закрываю глаза и молюсь, чтобы этот кошмар закончился…

Но все только начинается.