Глава 45

Ярослава

Кажется, я сижу в этом номере целую вечность. Если честно, я даже пыталась выбраться. Это ведь гостиница, тут спокойно можно выйти из номера даже без ключа. Но у меня не получилось, потому что по ту сторону меня встречали два мордоворота, приставленных Сабиром, чтобы я не сбежала.

Ну, конечно! Не стоило и пытаться…

А еще я выплакала целую тонну слез. Глаза распухли и сильно горят. Я ведь знаю, куда отправился бандит. Быть может, ни Ассоль, ни ее мужа, ни маленькой Рады уже нет в живых из-за меня.

ИЗ-ЗА МЕНЯ!!!

Потому что я была такой глупой, такой эгоисткой, что думала только лишь о себе. Мне и в голову не пришло, что Сабир начнет выяснять происхождение ствола. Да и вообще в глубине души я надеялась, что парой выстрелов смогу избавиться от него навсегда.

И теперь я не знаю, как смогу жить с такой тяжестью на сердце. Имею ли я вообще право дышать воздухом, когда сотворила такое?! По-моему, нет…

Я думала, что напившись, вновь отвлеку бандита на себя, но в итоге не рассчитала с дозой и… Я все испортила! Просто все испортила!

Когда слышу звук срабатывающего электронного ключа, быстро подскакиваю с пола, на котором сидела битый час.

Сабир заходит в номер, и я тут же налетаю на него. Мне хочется вывалить на этого человека всю свою ненависть, всю ярость, что я испытываю в этот конкретный момент. Если у меня хватит сил, я бы даже хотела убить его!

– Это все из-за тебя! – толкаю его в грудь с разбега со всей своей силы.

От неожиданности мужчина даже отшатывается назад. К следующему толчку он уже оказывается готовым, и я встречаюсь ладонями с непробиваемой стеной его каменных мышц.

– Ты ублюдок! Негодяй! Я тебя ненавижу!

На каждый свой выкрик я снова и снова бью ладонями грудь бандита. Кричу, рыдаю и бью.

Он никак не реагирует. Только смотрит на мои бесполезные попытки свысока и будто пытается разобраться, за что схлопотал такой поток агрессии с моей стороны.

– Ты убил их, да?! Признавайся, урод! – я не отдаю себе отчета в тех словах, что говорю. Я не контролирую свои действия. Даже если Сабир решит пристрелить меня сейчас, а такое возможно, то я не боюсь, потому что заслужила.

– Кого именно? – сухо уточняет бандит.

– Семью брата! – поясняю ему. – Ратмира, Ассоль и их дочку Раду!

Валиев молчит.

А я смотрю на него, и мне хочется орать во все горло и рыдать так сильно, как я только могу.

– Они были не виноваты, ясно тебе?! Я сама к ним пришла! Я украла тот пистолет! Это все я!!! Я всему виной, понял?! Если тебе кого-то и надо было убить, то только меня!

Сабир протягивает ко мне руки, и я зажмуриваюсь. Сейчас он меня уничтожит. Раздавит. Пусть так и будет! Это мое наказание. Но бандит лишь хватает меня за плечи и грубо встряхивает.

– Успокойся, слышишь?! – мужчина чуть склоняется, чтобы его глаза оказались примерно на уровне с моими. Он заглядывает туда, силясь понять, возымел ли на меня влияние. – Я их не трогал, ясно?! А вот ты, маленькая, сейчас сдала моего брата с потрохами!

Что?!

У меня даже перед глазами темнеет. Тошнота подкатывает к горлу резко и быстро. Мне с трудом удается сдержать этот позыв.

– Что?! – шепчу пересохшими губами.

Бандит глядит на меня внимательно, но ничего больше не отвечает. А я не успеваю испытать облегчения от его слов, о том, что семья Цербера жива, как на меня наваливается еще большее горе. Он. Не. Знал.

– Пожалуйста… – прошу я.

Рыдания захватывают меня с новой силой. Была уверена, что слез больше нет, но вот они, на месте. Льются рекой и не планируют заканчиваться.

– Прошу, Сабир… Не трогай их, – не уверена, что получится достучаться. – Если хочешь кого-то убить – убей меня! Это я во всем виновата! Я! Только я! Убей меня и успокойся!

Ноги слабеют, когда к горлу подступает новая порция рыданий. Валиев не дает мне упасть: подхватывает и прижимает к себе. И я цепляюсь за него руками, точно за спасательный круг. Сжимаю в пальцах его идеальную спину через ткань рубашки.

Он ничего не отвечает, но и не исполняет мою просьбу. Просто крепко обнимает. А я вдруг замечаю, как от него пахнет. Едой, алкоголем и чем-то еще.

Похоже, он был в клубе. Развлекался там. Может быть даже поимел кого-то.

От последней мысли мне почему-то становится тошно. Ведь, судя потому, что Сабир не лезет насиловать меня, он сыт. И я должна радоваться этому факту, но мне почему-то неприятно.

Наверное, где-то в глубине души, отбросив все, я чувствовала себя особенной. Но, похоже, все, что этот мужчина говорит мне – чистая правда. Для него я просто дырка, и вряд ли проживу дольше необходимого.

Потому быстро отстраняюсь, выпутываясь из его объятий.

– Остыла?!

– Ты сгоришь в аду! – обещаю ему.

– Я знаю, – соглашается мужчина. – Поехали домой.