Глава 28

Тамерлан

Слова этой суки едва различаю. Мало мне Янкиных закидонов, так еще Эльвира «радует».

Сука! Что не так? Все под контролем всегда держал, а сейчас точно рушится все.

Жизнь я вообще по плану выстраивал. Ко всем деталям тщательно подходил. Жена молодая и со связями. Умная, образованная, воспитанная. С ней и на публике появиться не стыдно. Еще и невинна была. Точно здоровые детки должны быть.

Тру переносицу, когда Эльвира вновь начинает что-то там объяснять.

В пизду ее. Уверен, она замешана в том, что пробирку с кровью Яны разбили.

Сука! Частная клиника. Я дохуя бабла вложил!

— Может, надо тщательнее персонал подбирать? — вкрадчиво произношу, понимая, что вот-вот уже сорвусь.

Грань моего терпения и так на исходе. Янка изменилась, а мне нужно понять причину. Кто ее так настроил. Сама бы моя скромная девочка никогда не показала зубки. Не стала просить и настаивать на разводе. Доводы приводить. Куда она пойдет? Одной ей все равно не выжить. Родители у нее те еще твари. Лучше в детском доме жить, чем с ними. А со мной она в безопасности. От нее я только наследника прошу.

— Когда я приеду, Эльвира, лучше тебе дать мне внятное объяснение. Иначе у тебя будут большие проблемы.

Сбрасываю вызов бывшей и перевожу взгляд на жену. Она слишком бледная. Губы посинели.

Присаживаюсь перед ней на корточки. Касаюсь нежной кожи щеки.

— Малышка, — мягко произношу, она только глаза прикрывает. — Яна, девочка моя.

Одним движением жму на кнопку и отстегиваю ремень безопасности. Она вдох пытается сделать. На нее смотрю. Никогда еще ее в таком состоянии не видел. На руки ее беру. Она даже не сопротивляется.

Блядь!

Если ей братец что-то сделала, убью гада.

К себе ее прижимаю, она что-то сказать пытается. Глаза распахнуты, зрачки расширены, словно от страха.

В квартиру стучу и звоню. В груди что-то сильно сжимается. Словно я в чем-то виноват. Словно я причина ее состояния.

Горничная дверь открывает. Взгляд с меня на Яну перемещает.

— Дай пройти! — рявкаю на нее и сам вперед иду. Плевать, что даже не разуваюсь. Впервые мне страшно, что с моей девочкой что-то не так. Что я надавил на нее слишком сильно.

— Тамерлан, — звучит за спиной голос моей вечно молодой тещи.

Видимо, на мой рык пришли.

Укладываю жену на диван. Провожу по ее светлым шелковистым волосам.

Что же ты со мной творишь, девочка?

— Что случилось? — продолжает задавать вопросы теща.

Она рядом садится, за руку Яну берет. Во мне самая настоящая ревность просыпается. Они не то чтобы недостойны ее. Они не имеют права даже смотреть в ее сторону.

— Альберт Бенедиктович, — перехожу сразу к делу, когда на другом конце слышу голос своего знакомого врача. — Помощь ваша нужна. Да, прямо сейчас. Моей жене плохо.

Яна чуть шевелиться начинает. Глаза мутные, но сразу их на меня устремляет.

— Я сейчас пришлю за вами водителя.

Сбрасываю вызов и сразу же водиле своему набираю. Указания даю.

— Там, — она ко мне тянется, голос едва различимый.

— Сейчас доктор тебя осмотрит. Подожди немного.

— Не надо, Там, — она вновь делает попытку встать, но тут же за голову хватается.

Ловлю ее. Она вся холодная. Губы немного розовеют, но она все так же слишком бледная. Сейчас кажется даже еще слишком юной.

— Не нужно врача. Я просто ничего не ела сегодня. Все хорошо. Зачем волноваться?

— Да, Тамерлан. Яна всегда у нас была здоровой. Сейчас она встанет, — начинает говорить теща и тянет ее за локоть. — Давай, Яна. Хватит уже всех пугать. Тебе нужно собраться.

Яна даже не сопротивляется. А вот меня едва ли ярость не накрывает.

Вновь подхватываю свою жену на руки. Янка даже не сопротивляется. Только нерешительно касается моих плеч.

— Доктора проводите сразу в ее комнату, — отчеканиваю так, чтобы знали свое место.

Родня они мне или нет, но я тут правила устанавливаю. Они Яну мне продали. Теперь никто не смеет ей указывать.

Несу ее в комнату, она даже не смотрит на меня. От этого что-то внутри меня переворачивается. Сам не понимаю, отчего именно, но мне до скрежета в зубах хочется видеть ее глаза. Сияющие, блестящие. В которых настоящая любовь отражалась. Живая. Яркая.

Все врямя это в ней бесило, хотел не видеть в ней этого. Чтобы взрослой была. Теперь хочу.

Ставлю ее на пол. Она уже держится уверенно, но мне все равно не хочется ее отпускать. Словно она может упасть и разбиться.

— Тамерлан, все хорошо, — снова предпринимает попытку дернуться. Отойти от меня, а я не могу ее отпустить. Не могу дать ей упасть. Она — моя жена. Моя ответственность.

— Я вижу, как тебе хорошо! — произношу резче, чем хотелось бы. Она даже губы поджимает. Снова отворачивается. — Ложись и отдохни. Я прикажу, чтобы тебе поесть принесли.

Резко разворачиваюсь и ухожу. Не даю ей возможности снова пререкаться.

— Тамерлан, ты слишком сильно волнуешься. Она молодая, с ней точно точно все впорядке, — уже у дверей ловит меня теща. — Может, она беременна?

— Что?

— Все признаки. Бледность. Обморок. Совсем недавно она жаловалась на сбой цикла. Я посижу с ней. Можешь спокойно с Вадимом обсудить дела. Я о ней позабочусь.

Она в ее спальню проходит, а я на темную дубовую дверь смотрю. Сроки подсчитываю.

В голове подсчет автоматически начинается. Сколько времени прошло после выкидыша? Мы трахались ведь? Или же…

Смотрю на ее закрытую дверь. Что-то не так. Ее речь. Упрямство. Она точно хотела от меня избавиться. Хотела развода. Остаться одной. И в машине все хорошо было. Плохо ей стало, когда я ответил на звонок из клиники.

Достаю мобильный и снова доктору набираю.

— Альберт Бенедиктович, у меня к вам будет еще одна просьба…