Глава 2

На улицу выхожу. Мои люди стараются не шевелиться. Даже взглядом не встречаться со мной. Ребята уже выдрессированные. По лицу узнают, что сейчас лучше мне под руку не попадаться.

Джип напротив входа припаркован. Водилу сразу замечаю. В стороне стоит. Глаза бегают, спина прямая, лицо напряжено. Боится. Правильно. Внутри меня только одно желание — сжать пальцы на ее тонкой шее. В глаза ее блядские посмотреть. Нагнуть суку прямо там, где ее встречу. Раздавить мразь. Сломать под себя. Сделать так, чтобы она навсегда запомнила, кому принадлежит. Как там она говорила? Продали ее? Да, мне продали. Отец специально обхаживал, в партнеры набивался, связями козырял. Как расширить и закрепить влияние? Конечно же, только браком. Родственные узы и прочая чушь.

— Свалил!

Рычу на своего человека и в салон нового джипа забираюсь. Впервые за долгое время внутри меня самый настоящий азарт разгорается, как на охоте. Любой охотник расскажет, когда мужик в лесу часами выслеживает добычу, а потом на след нападает — это чистый кайф. Азарт от предвкушения победы. Сила, которой ты можешь управлять. Бесконечная власть. Доминантность. В чушь с древностью, мамонтами и прочей херней про неандертальцев никогда не верил. Но есть в охоте что-то совсем дикое. Даже звериное. Чутье. Адреналин. Борьба с природой.

С места срываюсь резко. Не жду даже, когда кованые железные ворота с острыми наконечниками до конца откроются. Мимо проезжаю, едва не снося их. Все к черту. Это только имущество, а там она. Моя жена. Жена, которая обманула меня. Обвела и провела так, как никто еще не обманывал.

Выжимаю из массивного внедорожника максимум. Адреналин по венам разливается. Аромат ее страха предчувствую. Как молить будет о прощении. Как я раздавлю ее. Превращу ее жизнь в ад. Напомню, где ее место.

От предвкушения пойманной добычи трясти начинает. Адреналин еще больше в кровь выплескивается. По венам обжигающей лавой проходит. Задевает то, что не должно уже биться. То, что я похоронил в день ее гибели.

Маневрируя на дороге, объезжаю, перестраиваюсь, подрезаю. Некоторые машины стараются даже дорогу мне уступить. Не хотят столкновения с массивной бронированной машиной. Правда, находятся и те, кто даже рискует сигналить. Уверен, мата там не меньше в мой адрес летит. И при других обстоятельствах я бы давно вышел и разобрался. Сейчас им всем крупно повезло, потому что она все внимание приковала. Мысли только к ней устремлены. Заберу дочь, а с предательницей буду разбираться долго. Сладко. Так, чтобы голос сорвала. Себя забыла. Чтобы свое место помнила. На кухне, дома, у плиты. Чтобы наследника мне родила.

Сжимаю рукоятку рулевого колеса настолько сильно, что темное дерево начинает скрипеть под напором. Мне бы надо успокоиться, но все к ебеням летит, потому что в голове дочь. Дочь, которая не знает своего отца. Которую отняли у меня. Сука знала, как я хочу ребенка. Знала, как берегу ее. Все равно сделала так, чтобы я никогда не узнал о ней. Если бы не гребаный случай, то никогда бы и не узнал.

Вывеску в город проезжаю. Город, скорость нужно снизить, а я, наоборот, прибавляю. Наоборот, давлю на газ, лишь бы быстрее на место прибыть.

Щелкаю по рулевому колесу, моментально звонок идти начинает.

— Где они? — рявкаю в трубку, не дожидаясь доклада, приветсвия и прочей лабуды, которая сейчас только отнимет у меня время.

— На площадку пошли гулять.

— Локацию мне на телефон!

Сбрасываю вызов, и через минуту на дисплее высвечивается адрес. Сильнее давлю на педаль газа. Сигналю, чтобы те ржавые банки, что попадаются мне на пути, дорогу освободили.

Сворачиваю с центральной дороги, по прямой еду. Навигатор пищит. Показывает семь километров до цели.

Два километра.

“Вы прибыли на место”.

Монотонный голос из динамика тарабанит вместе с ударами моего сердца. Не знаю как, но взгляд моментально ее находит. Кожа слишком бледная, почти прозрачная. Хрупкой кажется. Кости еще сильнее, чем на фото, выпирают. На пару секунд даже теряюсь. Может, не она? Может, ошибка? Слишком изменилась. Волосы стали короче. Взгляд уставший, но… счастливый.

— Мама! Мама! Смотри, — она голову поднимает.

Я сканирую направления ее взгляда и, что там, замираю. Меня точно ударили куда-то в зону солнечного сплетения.

Девчонка светлая, немного смуглая, с яркими серо-голубыми глазами к ней бежит. Что-то на своей ладошке показывает. Два небольших хвостика на голове забавно покачиваются при каждом повороте ее головы.

От отчаяния, растерянности впервые орать хочется. Душу всю выворачивает. Дочь. Моя.

Замечаю, как она носик свой маленький морщит, а затем смеяться начинает. Заливисто. Звонко.

Руль хрустит под напором. Немного — и точно пополам треснет. Не прощу эту суку! Сейчас же с ней разберусь!