Глава 41

Тамерлан

Тянусь за второй сигаретой, осознавая, что просто тяну время. Она не выйдет. Из спальни не вышла, к подъезду точно не спустится.

Спиной касаюсь корпуса джипа, и взгляд сам к окну поднимается. Я и не подозревал, что мне до какого-то бешеного скрежета в зубах будет важно её увидеть.

Раньше я бы уже давно сел в машину и уехал, даже не оглянувшись. Дела, встречи, контракты — всё это было важнее. Она всегда выбегала провожать меня. В щеку целовала. Меня вся эта романтика дико бесила. Детским садом называл, а когда один остался…

Отбрасываю окурок и в машину сажусь. Она не выйдет. Вчера ничего не ответила. Тихо вздохнула только и попросила меня уйти. И я, блять, как последний придурок последовал словам Булата, решил её оставить в собственных мыслях. Время ей дать.

— Поехали, — бросаю водителю, и тот двигатель заводит.

На сиденье откидываюсь и на секунду глаза прикрываю. Какого хуя? Мне никогда не было важно это. Встречать, провожать, детский сад устраивать. Привык же быть один.

Открываю глаза, когда машина уже с парковки выезжает, но я успеваю заметить, как подъездная дверь распахнулась и хрупкий силуэт на крыльце появился.

— Стоять! — рявкаю своему человеку, и тот резко на тормоз нажимает.

В зеркале заднего вида Янку узнаю. Стоит в домашнем костюме, руки к груди прижимает. Простая, домашняя, нежная девочка. Моя девочка.

Нутро выворачивает. Дверь дёргаю и к ней иду. Она не двигается.

Сука!

Я к ней иду. Словно я ей не нужен, а только она мне. Я за ней бегаю.

Встаю перед ней, а она взгляд не отводит. Подбородок только выше вздёргивает. Всем видом показывает, что не боится меня.

— Не спишь?

Бросаю то, что на ум пришло. Четыре утра! Она ведь из-за меня встала. Оделась и к подъезду спустилась.

— Я поняла, — её голос звучит спокойно и тихо. — Ты говорил вчера, что уедешь на пару дней. Деловая поездка.

— Да. Думаю, управлюсь за пару дней.

Между нами повисает неловкое молчание. Хочется её обнять. Хочется вдохнуть её аромат. Сука! Да, я скучал, и это уже надо признать!

— Ремонт… — я делаю паузу, пересиливая старую привычку всё решать за неё. — Звони в любую фирму. Вызывай любого дизайнера. Или сама пройдись по магазинам. Выбирай что нравится. Ограничений нет.

Она молча кивает. Между нами висит всё то, что было сказано вчера. Мой вопрос. Её молчание.

— Ладно. У меня рейс… Нельзя задерживаться.

— Удачной поездки тебе, Там, — кивает она, а меня раздирает от её холодности. Мы точно местами поменялись. Раньше я её игнорировал. Принимал как должное, сейчас она меня.

— Ты вышла в лёгкой одежде, чтобы только это сказать?

Она смотрит на меня, но кажется, что ей всё равно. Она словно устала от наших разговоров и просто смирилась.

— Там, вчера я уже пыталась тебе донести мысль, что у нас просто общая дочь. Как бы я к тебе ни относилась, ты отец Рози. Ради неё я сбежала. Нас больше нет, у нас только ребёнок, ради которого мы должны начать взаимодействовать. — А ещё наше прошлое, где ты меня любил.

— Любил, Там, — рубит словами.

— А сейчас, значит, нет.

Она устало вздыхает.

— Ты вновь не слышишь меня. Нельзя просто сказать “прости, давай начнём сначала”. Этого недостаточно, чтобы залечить ту боль, что ты мне причинил. Причинил девочке, которая видела в тебе героя. Того, с кем она должна была стать счастливой.

— Я и предлагаю сближение. Аккуратное. Неторопливое. Чтобы узнать друг друга снова.

— Я говорю об измене, а ты слышишь «давай попробуем»! Я говорю о предательстве, а ты слышишь «нам нужно сближение»! — сжимаю кулаки, и молча проглатываю всё то, что она говорит. Пойми, что нельзя просто взять и начать с чистого листа, когда все листы уже запачканы. Когда даже на новом листе нет места. Ты не предлагаешь договор, Там. Ты предлагаешь мне снова надеть розовые очки и сделать вид, что ничего не было! А я больше не та наивная девочка, которая ради твоего одобрения готова была на всё!

— Что для тебя страшнее: моя измена тогда… или возможность никогда больше не узнать, кем я мог бы для тебя стать сейчас?

Она молча смотрит на меня. Рот приоткрывает, но ничего не произносит. И мне больше нечего добавить. Быстро прощаюсь и в машину сажусь, на этот раз запрещаю себе назад смотреть. Для меня всё равно никогда не было ничего невозможного. Башкой стены пробивал, и Янку обратно верну. Лёд тронулся, если она меня уже вышла проводить.

Дорога до аэропорта проходит в молчании. Мысли путаются. Янка. Рози. Этот чёртов вопрос, который я ей задал. Что страшнее? Я и сам не знаю ответа.

В аэропорту всё шаблонно проходит. Регистрация, паспортный контроль. Я просто повторяю обычные действия, стараясь выбросить из башки то, что меня по-настоящему ломает.

Я уже направляюсь к выходу на посадку, когда два безопасника меня останавливают.

— Господин Датаев? — киваю. — Просьба пройти с нами.

— В чём дело?

— Внутренняя проверка. Не волнуйтесь, мы не займём много времени.

Меня провожают в небольшую комнату без окон со столом и двумя стульями. Стандартная обстановка для допросов.

Я чертыхнусь про себя.

Идеальное начало дня. Значит, кто-то очень постарался. Интересно, связано ли это с делом Ярослава? Или что-то ещё?

Меня оставляют одного минут на двадцать. Видимо, чтобы как следует помариновать. Чтобы я тут все варианты просчитал. Уверен, они сейчас наблюдают за моей реакцией.

Дверь открывается неспешно. Мужчина в строгом костюме входит так, словно он тут всем владеет. Всё в его власти. И я точно уверен, что к службе безопасности аэропорта он точно не имеет отношения.

— Тамерлан Исхакович. Рад знакомству, — произносит с лёгкой усмешкой, когда присаживается напротив. — Подполковник Ястребов.

Я не двигаюсь. Не показываю удивления. Смотрю на его жёсткое лицо. Тот самый Степан из дела Ярослава.

— Твоих рук дело, — не спрашиваю, утверждаю. Мужик явно не из простых. Слухов много, а вот фактов нет. Судя по выправке, жёстким отрывистым словам и цепкому взгляду, он точно знает, что делает. И точно ничего не боится. В открытую идёт.

— Поверьте, арест - меньшее, что вас должно сейчас беспокоить, — парирует спокойно в ответ, вновь выцепляя мою реакцию. С такими я уже встречался в прошлом, когда только бизнес начинал. Такие умеют ломать и продавливать под себя. Аккуратнее нужно быть.

— О чём стоит? — спрашиваю так же спокойно.

— Слышал, у вас крыса завелась, а вы вычислить её не можете. Я помогу.

— Взамен?

— Мне нравится ваша хватка. Не разочаровали.

— Сочту за комплимент, — он только усмехается, а вот я внутренне напрягаюсь. О крысе в моём окружении знают немногие, а с этим типом я не секретничал. — Так что взамен попросите?

— Вы… окажете мне небольшую услугу.

Я медленно наклоняюсь вперёд, упираюсь локтями в стол и смотрю ему прямо в глаза.

— Откуда тебе известно о крысе? — мой голос звучит тихо. — Где гарантии, что инфа будет правдивой, а не банальное кидалово?

Ястребов держит паузу, явно наслаждаясь моментом.

— Информация — мой товар… — он делает театральную паузу. — Детали обсудим, когда вы вернётесь.

Он разговаривает так, словно я уже согласился, или же просто знает, что у меня нет выбора.

Он оборачивается на пороге.

— Приятного полёта, господин Датаев. И… передавайте привет вашей очаровательной супруге. Очень рад, что она… нашлась.

Кулаки до хруста сжимаются сами собой. Он не просто знает о крысе. Он знает о Яне. Он следит за ней. Или же в моём окружении есть кто-то, кто доносит ему информацию.

Мне нужно срочно вернуться к Яне и Рози.

Подрываюсь с места, дёргаю ручку, но дверь оказывается запертой.