Глава 7. Кодекс подружек

Дверь передо мной открывается, и я с порога тычу пальцем в свою подругу, прежде чем она успевает открыть рот.

— Ни. Слова!

Алиса, вскинув ладони, отходит в сторону, пропуская меня вперед.

Я прохожу в ее квартиру, демонстрируя свой «лухари лук»— спортивный костюм от знаменитого бабника и мои лодочки на десяти сантиметровых каблуках, которые я так яростно скидываю, будто ненавижу их всем своим существом.

На самом деле они ни при чем. И я просто обожаю эти туфли. Просто сорвалась на них из-за одного придурка.

— Классный прикид, — хихикает подруга, чем зарабатывает мой гневный взгляд.

— Ну и что это было? — психую, но тут же прикрываю рот ладонью, состроив мучительную гримасу: — Прости. Царевич спит, да?

Алиса улыбается, качая головой.

— Нет, он с папкой на прогулке.

Отлично. Значит, могу себе не отказывать в эмоциях.

— Ну и что это было? Какого хрена я оказалась у этого кобелины? Нет, — предупреждающе выставляю указательный палец, — я понимаю, что сама нафеячила, но как же кодекс подруг? Разве ты не должна была оберегать меня от таких засранцев, как Самсонов?

Алиса пытается подкупить меня своей милой улыбочкой.

— Может, чаю?

— Может, ты для начала объяснишь мне, что вчера произошло, потому что я ни черта не помню?!

Алиса убегает на кухню, но я следую за ней, требуя ответа.

Я знаю, сама виновата, но как она могла, блин, оставить меня у этого… бабника?!

— Ты вчера сильно увлеклась общением с незнакомцами у барной стойки, сказала, что в легкую разведешь их на парочку коктейлей, — начинает Алиса и щелкает кнопку на чайнике. — Потом я отвлеклась на телефон, а когда снова подняла взгляд — возле бара тебя уже не было. Я, конечно, сразу пошла тебя искать, но Глеб оказался первее, и спасибо ему за это. Если бы с тобой что-нибудь случилось, я бы себе этого не простила! — она говорит с искренним сочувствием, прижимая ладонь к груди.

Я долго втягиваю в себя воздух и задерживаю его в легких, пока их не начинает распирать.

Алиса все это время пристально смотрит на меня и на то, как я пытаюсь поймать свой дзен и перестать быть засранкой, которая после туфель решила сорваться на подруге.

— Он видел меня голой, — выдаю я железобетонно, и у Алисы отвисает челюсть. — И отмывал меня от рвоты. Супер, да? — натягиваю неестественную улыбочку. — Господи, я так никогда еще не позорилась, — хнычу и, закрыв лицо ладонями, падаю за стол. — Зачем… зачем ты меня оставила…

Секунда пожалейки — и я грозно бью ладонями по столу.

— Как это вообще произошло?

Алиса вскидывает брови и вытягивает губы трубочкой, отводя взгляд в сторону.

— Самойлова, блин, говори уже!

— Я пошла на твои поиски и увидела, как Глеб выносит тебя на руках из туалета. Он был на машине, предложил подвезти нас. И, конечно же, я согласилась, я бы одна с тобой не справилась.

Поджав губы, слушаю этот «чудесный» рассказ.

— Но потом тебя начало тошнить… прямо на приборную панель.

Я втягиваю носом воздух и прикрываю глаза. Черт. Ну блин. Нет. Нет. Не-е-ет.

— В общем, до нашей квартиры было дольше ехать, и мы решили, что тебе лучше переночевать у Глеба. — Я приоткрываю глаз, и Алиса спешит добавить: — Но я попросила его держать дистанцию!

— Класс, — тяну недовольным голосом.

— Он ведь держал?

Я сотрясаю руками воздух.

— Не знаю! Я проснулась в его чертовой футболке без намека на нижнее белье!

Алиса виновато закусывает губу.

— Но он утверждает, что ничего не было, — выдыхаю, сбавляя обороты. — И, судя по вашим рассказам, ему и правда было не до секса. Как, в принципе, и мне.

— Ну вот видишь. В итоге все ведь хорошо? Ты здесь, целая и невредимая.

Ага, разве что мне сегодня с утра предложили отблагодарить перепихоном и потерлись об меня членом, а так — да. Все хорошо. Просто шикарно.

Но подруга не виновата в том, что не предугадала похабных мыслей этого извращенца.

В конце концов, я до сих пор ей не призналась, что та пошлая фотка была от Глеба. Как и другие, которые он шлет мне вместо открыток с добрым утром.

Алиса подходит ко мне и обнимает, даже немного душит.

— Ну не злись. С кем не бывает.

— Много с кем, — ворчу.

— Ты все равно очаровашка. Хоть и ворчишь.

Она чмокает меня в щеку и идет к закипевшему чайнику.

— Ты в курсе, что у него зеркальные потолки?

Алиса оглядывается через плечо и хихикает.

— Нет, я не была у него дома. Тебе с бергамотом или мятой?

Качаю головой, совершенно не слушая подругу.

— Это же надо быть такой эгоцентричной самовлюбленной задницей, чтобы сделать зеркала даже на потолке!

Образ того, как он дрочит, наблюдая за собой через отражение наверху, как капли семени окропляют его пресс и руку, врывается в мое сознание, прежде чем я успеваю остановить свою дебильную фантазию. Нет, нет, нет… Скорее всего ему не нужна рука для самоудовлетворения, потому что у него есть целый список жаждущих его компании девиц. Возможно, Самсонова возбуждает, когда на нем скачет какая-нибудь сисястая моделька, а он смотрит на это в зеркало…

Так, стоп!

Я не буду об этом думать.

Обреченно вздохнув, подпираю голову рукой.

— А еще этот козел выкинул мое платье.

Алиса резко поворачивается ко мне с открытым ртом. Она, очевидно, в шоке.

Я поджимаю нижнюю губу и досадно киваю.

— Но самое обидное, что я не могу на него злиться за это, потому что, — жестикулирую обреченно, — сама виновата. А если посмотреть на ситуацию шире, то он еще и рыцарь в сияющих доспехах. Нет, местами, конечно, со ржавчиной, но как итог: он мой спаситель. И чертов кобель, — я со стоном бьюсь лбом об стол. — Кажется, я его ненавижу. Может, вы подумаете над заменой одного из свидетелей?

Передо мной опускается чашка.

— Я думаю, все гораздо проще.

Я вскидываю голову, глядя на Алису сквозь свисающие на лицо волосы.

— Он тебе нравится.

И тогда я снова бьюсь лбом об стол, сомневаясь, подруга ли она мне? Как может нравиться эта снобистская высокомерная задница? Или… может?