Глава 10. Повелитель температуры

Саша

Усыпит?

Я смотрю на этого… ненормального и чувствую, как внутри меня поднимается огромная волна, которая вот-вот смоет все живое. Волна злобы к нему.

_________

Вообще, я редко злюсь.

Только когда что-то не получается в процессе учебы или на тренировке.

На близких и друзей - не злюсь никогда.

Но Ярослав - он ведь как взбесившийся теннисный мяч. Абсолютно неконтролируемый, огненный смерч, который несется тебе в голову и сбивает с ног.

_________

- Что значит ты их «усыпишь»? - с ужасом переспрашиваю, успокаивающе поглаживая шерстку одного из щенят.

Улыбка спадает с моего лица.

Загорский бросает на меня короткий, жесткий взгляд и, опустив голову набок, снова смотрит на дорогу.

В машине неожиданно становится холодно. Меня знобит. Довольно странно, что температура воздуха меняется от настроения присутствующего. У меня такое впервые.

- То и значит. Не собираюсь я с ними долго возиться, у меня тренировки и подготовка к матчам. Да и зачем им мучиться? Они бы все равно сдохли там, где я их нашел.

- Это очень жестоко, Ярослав!

- Это взрослая жизнь, Александра.

- Ужасная жизнь.

- Ты привыкнешь.

Его высокие скулы сегодня выглядят будто бы отчетливее. Наверное, всему виной воротник черной водолазки из тонкой шерсти и грубоватый стиль кожаной косухи, которые подчеркивают черты лица Загорского, делая его ещё жестче.

Чтобы не сильно увлекаться опасной мужской красотой, забираю коробку к себе на колени и разглядываю классных пушистиков.

- Самое удивительное - они все разные, - с легкой, задумчивой улыбкой говорю.

- Что здесь удивительного? - Яр хмурится и останавливается на перекрестке.

- Пока не знаю…

И дело не в расцветках, а в породах. Они такие разные. Может быть, конечно, их выбросила нерадивая заводчица, как брак с пометов. Вот этот - серенький, лопоухий, кажется с неправильным прикусом. Странная нижняя челюсть.

Светленький странно сонливый.

А у рыжего нестандартная пятнистая окраска для лабрадора. Те, кто покупает собаку, как трофей или дань постоянно меняющейся моде, любят, чтобы все было идеально…

- Вот этот, пестрый - мне больше всех нравится. А тебе? - осторожно спрашиваю.

- Я их не разглядывал.

Вдруг меня осеняет.

А может быть, вообще, кто-то из этих песиков с проблемами в здоровье? Например, с пороком сердца? Или все они? И их поэтому выкинули?

Я вдруг четко представляю операционную в клинике и как какой-нибудь ветеринар, особо любящий деньги, усыпляет этих ничейных малышей. Они такие маленькие, такие доверчивые к этому миру, такие… трогательные.

Сама не замечаю, как по щекам начинают скатываться слёзы.

Картинка убийства ни в чем неповинных щенков разматывает меня до тихой, безголосой истерики.

_________

Я бы в жизни не дала повод Загорскому посмотреть на меня такую - заплаканную и беззащитную, но всему виной моя особенность: сострадание к чужой боли и отсутствие терпимости к несправедливости.

_________

Всхлипываю слишком громко.

- Ещё немного и поплывем… - сообщает гад тоном телевизионного диктора.

- Пожалуйста, не усыпляй их, - обращаюсь к нему и, вытянув ладонь, сжимаю твердый локоть. - Яр…

- Что? - убирает руку и поигрывает нижней челюстью, будто я крепко его раздражаю.

- Не надо их усыплять. Я тебя прошу.

- Мне они не нужны.

- Давай… я сама найду им дом.

- Вот ещё.

- Я справлюсь, правда. У моей тети ветеринарная клиника в Солнечногорске, и раньше я часто занималась пристроем бездомных животных. У меня есть опыт.

- Нет, Саша - как отрезает.

Ведет себя настолько отстраненно, что меня неожиданно это задевает.

За что он со мной так?

Потому что не пошла на хоккей?

Но я правда не могла, у меня у самой была тренировка. Уже весной состоится турнир среди девушек в рамках Универсиады. Я очень хочу: минимум - участвовать, максимум - победить. Это ведь тоже повлияет на решение Ученого совета по моему переводу на бюджет.

- Но… почему ты не хочешь, чтобы я занялась пристроем?

- Я тебе не доверяю.

- Ты…. что? - хмурюсь и снова страшно на него злюсь.

_________

Он мне не доверяет?

Мне?

Да более исполнительного человека в мире просто не существует.

_________

- Ты уже слышала, - отвечает Загорский и почесывает подбородок пальцами. - Не обижайся, но я не уверен, что ты найдешь для них достойных хозяев.

- То есть лучше умереть? - уточняю.

- Да, Саша. Иногда лучше сдохнуть, чем оказаться не в тех руках.

- Ну хочешь… мы можем вместе…

Он смотрит на меня с улыбкой. Да-да… жестких губ касается улыбка, и в салоне становится чуть теплее. Она, конечно, не широкая, но и не самодовольная. Скорее, удивленная.

- Что «мы вместе»?

- Найдем для них подходящих хозяев. Чтобы ты удостоверился, что я дееспособная, - не скрываю свой сарказм.

- И как мы это сделаем?

- Для начала нужно обследовать этих малышей. Проверить, нет ли у них пороков развития или иных особенностей. Для нового хозяина это может быть важно. Потом их надо покормить. Корм лучше купить специальный, в ветеринарной клинике. И устроить куда-нибудь на время, - с энтузиазмом берусь за дело.

- Хорошо. Давай попробуем, - деловым тоном говорит Загорский, а его глаза не отражают ни одной эмоции. Теперь в салоне поднимается ветер, который ударяет мне в лицо. - Я дождусь тебя после пар. У тебя сколько?

- Четыре, но после пар не получится. У меня тренировка.

- Ты ведь без машины. Я отвезу тебя на теннис, а потом поедем…

- Пусть будет так. - с неохотой соглашаюсь и, попрощавшись с каждым, убираю щенков назад.

- Отлично. Тогда я жду тебя в машине.

Мы останавливаемся перед входом в университет, и я поскорее выскальзываю на улицу. Ничего не понимая, смотрю вслед удаляющемуся в сторону стоянки джипа болотного цвета.

Ещё вчера, Ярослав целовал меня в аудитории, за что получил по лицу, а сегодня ведет себя так, будто это был не он. Я ждала чего угодно - шуточек, приставаний или подколов, но не того, что он будет мне не доверять.

- Пусть будет так, повелитель температуры! - шепчу я под нос и бегу в здание.

На пары. Учиться.