7.6 Нортон

Зрители приняли исчезновение Алисы за фокус, поэтому аплодировали ей, и только я знал, что это не часть представления. Еще об этом знал Гартиан, потому что у него были протоколы безопасности для всех мероприятий на ярмарке: он знал, что в конце Алиса не исчезнет со сцены. Только его протоколы не сработали!

Я бросился к тому месту, откуда Алиса испарилась, а в следующее мгновение стоял уже под сценой. Внизу, на досках были нарисованы три соединенных между собой круга, а в центре этого «трехлистника» оказался погасший артефакт.

Отец оказался рядом со мной в секунду:

— Что происходит, Нортон?

— Алису похитили, вот что происходит! — прорычал я в ответ.

— Кто?

— Гидра с Феодорой.

— Артефакт переноса, — прокомментировал Гартиан мою находку. — Для его активации нужна кровь «скользящих» драконов.

Я посмотрел на царапины, которые оставило кольцо Доры и грязно выругался.

— У них была моя.

Надо было придушить гадину сразу, как только я ее увидел!

— Поздравляю, Нортон! — прорычал отец. — Ты идиот!

Пожалуй, впервые в жизни я был с ним согласен.

— Без тебя знаю, — огрызнулся я и сосредоточился.

Пока публика восторженно гудела как потревоженный рой, я пытался почувствовать Алису, дотянуться до нее сквозь ткань времени и пространства. Куда бы ее ни утащили, это было неважно. Наша связь сильнее!

Но если в прошлый раз я легко узнал, где моя огненная девочка, то теперь я снова и снова натыкался на глухую стену, будто кто-то перекрывал наш сигнал.

— Ты можешь ее почувствовать? — поторопил меня отец.

— Что-то блокирует нашу связь!

Гартиан облегченно выдохнул.

— Это хорошая новость.

— Хорошая?!

— Да, это означает, что она жива. Если бы ее убили сразу, ты бы это знал.

Я хотел включить привычный сарказм и поинтересоваться, откуда он такой всезнающий, но осекся… Отец не смотрел мне в глаза, но я все понял.

Мама.

Он почувствовал, когда ее не стало. Было ли ему так же больно, как и ей? Или больно стало потом? Когда он понял, что ее больше нет. Больно и пусто.

У меня не было ответов на эти вопросы. Да я бы сам себе хвост откусил, если бы задал их отцу в разговоре по душам. Несмотря на кровное родство, между нами была слишком большая пропасть. Уверен, приди я к нему с такой темой, он меня пошлет далеко и надолго. Но и размышлять на этот счет тоже не было времени.

Больше всего на свете я не хотел превратиться в подобие Гартиана Эрланда, а я обязательно превращусь без моей Алисы.

Она для меня все.

Весь мир.

— Мы должны найти ее как можно скорее, — заявил я, стараясь подавить накатывающую на мой разум смесь паники и гнева. Мне сейчас как никогда нужен трезвый ум.

Гартиан нажал на перстень на своем пальце и скомандовал:

— Красный код, — а затем открыл портал и втолкнул меня в него.

Мы шагнули в пустынный холл замка Аюилисов, и спустя мгновение отовсюду начали вспыхивать порталы, из которых высыпали сотрудники Межмирового бюро. Переодетые в фермеров, мастеров или представителей знати, они легко смешались с толпой, и даже я бы не признал в появившихся драконах внедренных агентов. Их оказалось столько, что они быстро заполнили холл. Оставался открытым вопрос: как при таком количестве агентов Алису все-таки похитили?

Последними из портала шагнули король с королевой. Кириан по-прежнему прижимал к себе малышку Глорию, Катя держала за руку Риса. Который, впрочем, сразу высвободил свою ладонь и подбежал к нам с Гартианом.

— Где Алиса? Что случилось?

Я не шутил, когда говорил, что хочу позаботиться об этих детях. И даже неплохо справлялся в последнее время. Но жизнь не готовила меня к такому. К тому, что Алису похитят и к тому, что придется это объяснять.

В глазах мальчика горела такая тревога, что у меня язык не повернулся от него отмахнуться. Отправить их с сестрой в комнаты, чтобы не мешались под ногами. Приказать сидеть тихо.

Вместо этого я присел рядом с ним, чтобы посмотреть ему глаза в глаза и объяснить:

— Алису похитили, но все эти драконы сейчас займутся ее поисками и спасением. А еще я оторву голову второй гидре, когда мы до него доберемся.

— Лиорей? — Глаза юного дракона широко распахнулись, а губы задрожали. — Ее похитил Лиорей?

— Да, он.

Можно было предположить, что Феодора снова солгала, но я почему-то был уверен, что здесь она сказала правду.

Она хотела, чтобы я страдал, зная, что эта тварь копошится в мозгах моей любимой.

Я сжал зубы от невозможности оторвать ему голову прямо сейчас и попросил Риса:

— Забирай Глорию и идите к себе. Мы найдем Алису и вернем домой.

— Мы поможем с поисками, — упрямо вскинул голову мальчик.

Наверное, я все-таки ужасный отец, потому что меня сейчас больше интересовала жизнь и здоровье Алисы, а не споры с младшим поколением.

Поэтому я махнул рукой и поднялся навстречу подошедшему отцу.

— Нам пока не удается отследить, куда они отправились. А это значит, что существует вероятность, что это Закрытый мир.

— Или Запрещенный, — добавил присоединившийся к нам Кириан. Глория, цепляющаяся за его шею, выглядела до ужаса напуганной.

Впрочем, Рис тоже. Они с сестрой боялись гидр до дрожи.

При упоминании Запрещенных миров мы с отцом одновременно нахмурились. Это была та еще клоака. Целые миры, непригодные для нормального существования, полуразрушенные, но часто используемые преступниками для криминальных сделок.

— Какой у них мотив? — поинтересовался Гартиан. — Почему именно Алиса?

Отец выглядел невозмутимым, вернее, хотел таким казаться, потому что я заметил, что у него от волнения подрагивают пальцы. Как бы мне ни хотелось считать, что он увлекся Алисой и пытался жениться на ней мне назло, сейчас пришлось признать, что, возможно, я ошибался. Гартиан не влюбился без памяти, но равнодушием там и не пахло.

— Месть. Я прикончил его брата.

— А это твоя… баба? — поморщился отец.

— Наверное, сдала гидре Алису по той же причине, что и тебе. Я ее бросил.

— Как она вообще попала на Плион? — это уже был вопрос не мне, а агентам.

— Поддельные документы с очень правдоподобными чипами-артефактами, — отрапортовал «фермер», уже успевший связаться с коллегами, занимающимися переходами между мирами.

В холле все время вспыхивали и гасли новые порталы: агенты «ходили» туда-сюда, развив бурную деятельность.

— Эр-Астор! — прорычал я. Только у него была возможность сделать поддельные документы вроде как настоящими. — Начну с него!

Я уже открыл портал, как отец вцепился мне в плечо, словно клещами.

— Идиот! — зарычал он. — Совсем мозги отшибло любовью?! На тебе следящий артефакт, тебе нельзя покидать Плион, иначе снова окажешься за решеткой!

Я опешил, потому что отец не орал на меня так, даже когда меня считали виновным в смерти Кати. Опешили все агенты: они тоже ни разу не слышали, чтобы директор Бюро повышал голос и плевался ядом.

— Плевать, — яростно прищурился я. — Если это спасет Алису.

Гартиан меня тут же отпустил.

— Тогда, конечно, иди, — прошипел он. — Пусть тебе еще припаяют нападение на герцога дружественного Плиону мира! Ты только потеряешь время и ничего не докажешь! И Алису мы потеряем тоже!

Пространство с шипением схлопнулось, а моя ярость немного схлынула и притаилась. Отец был прав, чем больше времени проходит, тем сильнее гидра способен запутать следы, к тому же, Эр-Астору не нужна Алиса. Гидре, в общем-то, тоже. Он хочет причинить боль мне.

— Если он не убил ее сразу, — впервые за все время заговорила Катя, — то что собирается с ней сделать?

— Все, что угодно, ваше величество, — ответил Гартиан.

От осознания этого мне хотелось схватиться за голову, потому что это была целиком и полностью моя вина. Мне хотелось разорвать гидру на кусочки. И мне было плевать, если ради этого придется вновь нарушить закон и пересечь границу миров.

Проблема заключалась в том, что мы понятия не имеем, в какой мир гидра утащил Алису. Это было как искать иголку в стоге сена. Нужна была зацепка.

«Думай, думай», — твердил я себе мысленно.

— И все-таки, — продолжила Катя. — Что самое страшное для тебя?

— По версии гидры, — невесело хмыкнул я. — Никогда ее не найти, очевидно.

— Но его самого уже ищут.

— И найдут, — с маниакальным энтузиазмом пообещал Гартиан. — Сейчас его ищут все мои агенты во всех мирах, и не только мои, нам помогают представители дружественных миров.

У меня тут же щелкнуло в голове, словно сложилась механическая головоломка, открывающая шкатулку или какой-нибудь тайник.

— Он избавится от нее как можно скорее, — выпалил я. — Не убьет, нет. Это слишком просто. Но оставит где-то или… — Мой взгляд остановился на Аюилисах: — Продаст! На Невольничьем рынке!

— Такие существуют?! — ужаснулась королева.

— К сожалению, — прокомментировал Гартиан и повернулся ко мне: — Очевидно, ты знаешь один из таких?

— Да. Самый большой рынок изо всех, что мне известны. И там продают рабов-иномирян.

Должно же было мне когда-нибудь пригодиться преступное прошлое. Лучше бы, конечно, никогда.

— Координаты?

Я ввел на планшете отца координаты Запрещенного мира, о котором шла речь, и посмотрел ему в глаза:

— Даже не пытайся меня отговаривать. Я пойду с вами.

— Даже не собирался, — мрачным эхом отозвался Гартиан. — Но нам нужна конкретика. Если этот рынок действительно настолько большой, ее могут продать раньше, чем мы успеем выяснить, кто продавец.

— Я могу его описать!

Мы с отцом одновременно посмотрели на Риса, который все время молча слушал наши разговоры.

— Продавца, которому нас с Глорией продали, — добавил мальчишка. — И который продал нас гидрам.