Эпилог

Анрика

Я очень быстро поняла, что никому не стоит говорить о том, кто человек, которого я безумно люблю. Поняла ещё, когда его держали взаперти, а я ждала его возвращения и больше всего на свете боялась, что он вернётся и… забудет обо мне. Что я ничегошеньки не значу для него.

Точнее этот страх появился во мне после общения с заказчицами Винни в её ателье.

Сестра его светлости синего даргона была невероятной! И я полюбила её всем сердцем – никогда не видела настолько свободолюбивой и открытой женщины, но при этом искрящейся такой добротой и заботой.

Несмотря на то, что мне так не хотелось покидать конкретное место, где оставил меня Эйдан, но и сидеть без дела я не умею, и потому Винни забирала меня в ателье, где я помогала ей и девушкам, которые у неё работали.

И конечно наслушалась о том, насколько мужчины невозможны, ветрены и не держат на деле своих обещаний. Работницы и заказчицы посмеивались надо мной беззлобно, что я зря жду, и мужчина, разбивший мне сердце (как они считали), уже забыл о моём существовании.

А однажды я проговорилась, что мужчина этот маг смерти… ох, я думала, что тётушка, которая вытащила из меня эту информацию умрёт… от смеха.

“Некроманты? Пффф… жуткие, хладнокровные, безэмоциональные и жестокие! Очень радуйся, деточка, если он не вспомнит о тебе. Собери своё сердечко найди кого-то более… живого и горячего?”

И она так мне подмигнула. Ох… Что бы это не значило, но я поняла, что сказанное весьма неприлично!

При этом меня страшно печалили разговоры о том, что лиловый хранитель сидит в клетке у императора, что так ему и надо и вообще – всех бы этих некромантов на цепь!..

В тот вечер я вернулась к Яглиси, сказалась больной, чтобы не спускаться на ужин, и прорыдала… весь вечер и всю ночь.

А потом Эйдан вернулся! Вернулся! Ко мне.

И конечно я поняла, что он хотел попрощаться, покинуть меня. Я видела это в его взгляде, в скорби, что разлилась в этом его хмуром небе, что видела в цвете глаз.

Сначала я подумала, что это из-за супруги, которую ему искали и видно нашли, а потом…

Я поступила неправильно, и пусть этот грех мне не простят, но мне невероятно хотелось немного Эйдана себе, пусть он уйдёт, но у меня останется это нужное мне, сводящее с ума, разливающееся внутри пламя.

И я была готова, что останусь одна снова, но… нет, Эйдан не оставил меня. И сделал своей женой!

Ты заставила его, Анри! Ты ужасна, ужасна! Счастлива!

Конечно, при том, что мы любим друг друга, но тем не менее мы с Эйданом совершенно разные.

Например, я встаю очень рано. Просыпаюсь от… что там говорили о жестокости и холодности некромантов? Мой Эйдан каждое утро доказывает мне, что в нём нежности через край, а потом меня наполняет теплом и томящим, жарким удовольствием. Ничего другого и не надо.

Я умираю и воскресаю в руках своего мага смерти. Почти каждое утро. Обязательно. Потом я нежусь в его объятиях, ожидая, пока он уснёт, ведь будит он меня, когда ложится спать, проведя очередную бессонную ночь в своей мастерской.

Потом выбираюсь из постели, за мной выбирается из камня Шэт.

И я смущалась поначалу, но что поделать, раз он есть и никуда-то без него – кстати, почти всё время от проводит отдельно от Эйдана. Мне кажется, что ему невероятно нравится быть самим собой. При этом он почти всегда целый и очень важный, хотя кости его меня перестали смущать.

Раньше Эйдан жил в здании магического Братства камней. Но с моим появлением, он купил нам дом. Недалеко от корпусов братства, но лишь потому что это магический район и он самый безопасный в столице.

Хотя меня устраивали и его комнаты, которые он занимал в братстве, но кажется мой некромант вовсе не хладнокровный, когда дело касается меня – невозможный ревнивец! Просто слов нет! Мне было жаль магов, которые всего лишь решили вежливо мне улыбнуться при встрече, или задерживали на мне свой взгляд… дольше положенного. А если и то и другое…

Потому, когда он предложил убраться оттуда, я согласилась – надо же беднягам выдохнуть, а то этот мой несносный муж… да ещё и даргон!

Пользовался своим положением весьма и весьма!

Но тем не менее он предложил мне не бросать своё дело – теперь у меня в распоряжении любые травы, откуда я только захочу и в том количестве, каком захочу. Но я выбрала – чай!

Я впервые попробовала его у Яглиси и влюбилась!

Потому – дом наш совмещён с небольшой лавкой, где я могу продавать свои чайные сборы. Нет, травяные лечебные настойки я не забросила, но делаю теперь только для тех, кто дорог и близок.

Исцеляющий сбор для Винни, чтобы душенька не болела. Сбор от тошноты находящейся в бремени Клеа. Сонное зелье для неспящего дракона его светлости красного хранителя…

Благодаря Эйдану и Шэту, кстати тоже, я больше не хочу, чтобы моим умением пользовались с пренебрежением и без благодарности. Оказалось, что так намного приятнее… когда тебя искренне ценят.

После утренних забот по дому и в лавке, к полудню, когда просыпается мой муж, чтобы отправится в братство, у меня уже есть свежий хлеб и завтрак… скорее обед, но не очень-то он ему нужен!

Я бы рассмеялась в лицо тем, кто говорит, что некроманты безэмоциональные и неживые… право же – от Эйдана Гриза спасу нет. И я не буду говорить, что несчастна и не удивлена тому, что оказывается супружеское единение может быть настолько… я может испорченная?

Я даже призналась как-то в этих мыслях Винни. Но она рассмеялась и сказала, что это прекрасно, раз нам так хорошо вместе, а кто и что там думает – они от зависти всё это! Пусть подавятся.

Раз так… да и если я отправлюсь после смерти в разлом – я счастлива и готова платить за это какую угодно цену. Простите меня святые клусы, матушка и все предки!

И одеваясь сегодня на свадьбу Винни, я точно знала, что в итоге получу этот его обжигающий взгляд и вообще он меня из дома не выпустит…

Эйдан

— Эйдан, вы не можете уйти, – ныл мой любимый дракон.

— Что значит не можем, Шэт!

— Кошечка рожает! – привёл мне потрясающий довод скелет дракона.

И да, да! Он притащил откуда-то с помойки кошку, которая чуть не померла. Анри выходила её, а потом оказалось, что кошка беременна и вот вы все носимся с ней… точнее эти двое носятся, словно ужаленные.

И как я не замечал, что Шэт и Анри абсолютно одинаково всполошные и шебутные?

— Шэт, это кошка, она родит сама, ей не нужна помощь кого бы то ни было, в самом деле! И я же некромант, а не повитуха… кошачья! Вот соберётся помирать, тогда и позовёшь! Или нет, сам справишься – ты ж ДРАКОН весь из себя, повелитель костей и праха!

Он надулся. Клянусь. Надул свои щёки – как такое вообще возможно, когда ты скелет?

— Что случилось? – на пороге возникла Анри.

Красавица моя. Платье праздничное – Винни никак не могла угомониться, пока не оденет мою супругу так, чтобы… не знаю, чего она хотела, но остаться и проследить за родами кошки не такая и плохая идея.

— Шэт просит остаться, кошка рожает.

— Ох, правда? – нахмурилась моя девочка. — Она совсем не справится? Разве? Она же кошка… Это же свадьба Винни, я просто…

Эти её глазки, они меня с ума сведут. Не могу отказать, чего бы не попросила – вот сказала бы, чтобы шёл роды принимать у кошки. И я пошёл бы. Но сказала, что надо идти на свадьбу – значит идём.

Главное, что защитными заклинаниями я её оградил, кольцо из драгонита на месте. И… да я просто никуда от неё не отойду, чтобы не посмели в сторону моей очаровательной супруги даже посмотреть. Прокляну и глазом не поведу, а её заставлю смотреть в другую сторону. А то она так расстраивается, когда я… “ревную”.

Но я не ревную. Нет. Ничего такого. В самом деле.

Просто это МОЁ сокровище. И больше ничьё – вот такая она любовь некроманта.

Но и Анри… кажется у меня получается делать её счастливой, даже не желая от себя отпускать. Я все дела себя заставляю делать через силу, особенно когда она носится вокруг меня. Как не поймать вообще? Не поцеловать и не…

Но больше всего от меня ей счастья и пользы, когда она на мне испытывает свои сборы чайные, коими решила внезапно заняться и я первый кто вынужден их пробовать. Но и некромант же – точно не помру.

— Где твои дары? – поинтересовался я, вставая и оглядывая комнату в поисках положенной по традиции на свадьбах у Яглиси, корзины с дарами. От Анри что-то – цветочное и сушёное. — Шэт, хочешь, просто останься. Если что позовёшь, и я притащу тебе зелёного даргона, чтобы он спасал твою кошку. Договорились?

— О! Согласен, – его морду озарил весьма недобрый оскал. — Его драконья задница до сих пор не отдала мне долг за спасение триста восемьдесят шесть лет назад.

Что ж – кажется я тоже счастлив. А ещё… Анри пока не знает, но скоро узнает, обязательно, что у нас будет ребёнок. Это Шэт сказал, но мы держим это в секрете, потому что Анри и её предчувствие, мы просто не можем подвести её. Пока не заработает – мы ничего не знаем.

— Знаешь, Эйдан, мне кажется, что… что…

— Что?

А, нет, кажется заработало. Прекрасно!

— Я будто…

— Я люблю тебя, Анрика Гриз!

И… кажется, судя по её взгляду на меня, я всё же прокололся!

Конец