Глава 25

В отсутствии Миши Туманов обдумывал, как поступить с внезапно открывшейся правдой. Мысленно, Лев Данилович вернулся к событиям недельной давности.

Мужчина прислушался к Фионе и решил проверить Беличенко. Как и девчонке, Туманову показалась странной заведомо проигрышная инвестиция. Несколько дней он следил за Беличенко, удивляясь находчивости лысого недотепы. Располагающая приветливая внешность Аркадия обезоруживала любого, напрочь лишая подозрений.

Туманов понимал, что козыри в этом деле остались у Беличенко, как у заместителя начальника экономического отдела. Милый тюфяк «Чичиков», как его прозвала Даша, наверняка нашёл сотню способов замаскировать движение денег под заказ или подряд.

Лев Данилович жаждал выяснить правду. Несколько дней подряд он парковался возле холдинга, чувствуя себя сыщиком, и следил за Аркадием.

Туманов терпеливо ехал за скромным автомобилем Беличенко, изучив дорогу до его дома и название любимого супермаркета недотепы по пути.

Аркаша не страдал пагубными привычками или увлечениями, никуда не ездил и не ходил, монотонно следуя по одному и тому же маршруту «работа-дом».

Терпение Льва подходило к концу, уступая место отчаянию, когда на третий день бесполезной слежки Беличенко поехал в другое место.

Он вышел из холдинга с кейсом и, оглядевшись, сунул его на пассажирское сиденье. Туманов в нетерпении сжимал руль, предвкушая удачу. А когда Беличенко перестроился в левый ряд, изменяя привычному маршруту, салон автомобиля Льва огласился победоносным «Есть!».

Простенький седан Аркаши остановился возле банка. Он вытащил кейс и направился к входу для вип-клиентов. Туманов метался по салону машины, решая как поступить: дождаться Аркадия или рвануть за ним следом?

Выбрав второй вариант, Лев Данилович накинул пиджак для солидности и поспешил за Беличенко.

На входе маячил охранник. Туманов поздоровался и, не вызывая подозрений, прошёл в зал. Аркашу ждали: улыбчивая длинноногая девушка в очках в золотой оправе пригласила его в комнату для переговоров, лишая Льва возможности подслушать разговор.

Туманов негодовал. Как ловко его сына провёл тот, кого он считал другом. Неудивительно, что Миша не верит в привязанности!

Процедив сквозь зубы проклятия, Лев ворвался в переговорный зал. Длинноногая девушка щебетала без умолку, выкладывая перед лысым очкариком бумаги для подписи.

Увидев Льва, Беличенко побледнел и прижал кейс к груди.

— Мерзавец! — воскликнул Туманов, грубо нависая над побледневшим Аркадием. Схватил его за грудки и приподнял с такой легкостью, будто перед ним был ребёнок, а не взрослый мужчина.

Беличенко уронил кейс на пол, подстреленной птицей трепыхаясь в руках Льва.

— Вызовите полицию. — Пропищал он, с мольбой взирая на очкастую сотрудницу. Та замерла, вжавшись от страха в кресло. — Что вы позволяете себе? Кто вы? — промолвил, переведя взгляд на Туманова.

— Я то знаю, кто я. А ты — вор и обманщик! — прошипел Лев, швырнув Аркадия в кресло. — Вызывайте полицию! — приказал он девушке.

В этот момент в переговорный зал ворвались два охранника. Бугаи набросились на Туманова, угрожая дубинками. Благоразумный Лев не собирался вступать в неравный бой.

— Я не причиню никому вреда, слышите? Мне нужен этот упырь! — сказал он твёрдо, смиренно поднимая руки.

Через несколько минут они оказались на улице: Туманов тащил бледного Аркашу по ступенькам к выходу, пока тот надрывно скулил:

— Не надо полицию… Я все расскажу…

Лев швырнул Аркадия на пассажирское сиденье своей машины, а сам сел за руль. Неужели он разгадал ребус с первой попытки? Несколько дней слежки, парочка устрашающих приемов к трусоватому «Чичикову» и… все?

— Я не буду спрашивать почему ты предал человека, который тебе доверял. — Сверля Аркадия взглядом, чеканил он. — Меня интересует, где деньги?

Аркаша напустил на себя благочестивый вид, оскорбленно поджал губы и промолвил чуть слышно:

— Я расскажу, все расскажу… Квартиру я продал незаконно, подкупив нотариуса. Никакого завещания не было, мы состряпали его после смерти бабушки.

Туманов удивленно вздернул бровь и выпалил:

— Что ты несёшь, олух? Какая ещё квартира и бабушка? Или ты мозгами двинулся?

— Вы кто? Родственник покойной Соболевой Капитолины Андреевны? — шептал Аркадий сдавленно, наблюдая за тем, как на лице Туманова гуляют желваки.

— Я отец Михаила Колосовского. Теперь улавливаешь?

— Да… И в чем собственно дело? — поправил очки Аркаша. — Не знал, что у Кая есть отец. Он ни разу не упоминал вас.

— И что с того? — теряя терпение, прошипел Лев. — Я заставлю тебя вернуть деньги, мерзавец! Тебе не удастся возложить ответственность за проигрыш на Мишу. Туманов схватил Аркадия за лацканы пиджака, не в силах справиться с охватившим его бешенством.

— Я действительно проиграл эти деньги, их нет… Мы вместе делали ставки, Кай мог отказаться, но не стал.

Лев Данилович понимал, что время упущено, а олух хитер и пронырлив. Заставить его признаться по-хорошему у Туманова не получилось, значит, единственный способ добиться правды — шантаж. Старый метод безотказно выбивал правду из лысых лгунов и заставлял холодных красавцев жениться против воли.

— Придётся тебя отпустить. — Разочарованно выдохнул Туманов.

Аркадий приободрился, поправил пиджак и протянул руку к дверной ручке, собираясь выйти из машины своего похитителя.

— Спасибо. Извините, что не смог помочь. Биржа — это игра фортуны, никогда не угадаешь…

— Можешь идти. А я свяжусь с родственниками покойной Капитолины Андреевны, общими усилиями мы найдём продажного нотариуса, составим заявление в суд, подключим к делу телевизионщиков, газеты… Так и вижу свежую прессу с пестрящими заголовками: «Аркадий Беличенко подкупил нотариуса, лишив бедных родственников законного наследства». — Впал в кураж Лев. — Или нет, так слишком скучно! Лучше так: «Возвращение чёрных риэлторов».

— Что-о-о вы хотите? — скулил Аркадий. Его рука соскользнула с дверной ручки.

— Ты вернёшь все! Долбанные двести кусков евро! И не говори мне, что биржа — это игра фортуны, мерзавец! Ты возглавлял брокерский отдел крупного банка и умеешь вкладывать с минимальным риском.

— Откуда вы узнали об этом? Эта информация конфиденциальная, я не свечу ею… — деловито промолвил Беличенко, обнимая кейс обеими руками.

— Я не выдаю своих информаторов. — Отрезал Туманов.

— Я понял… Это мерзкая зеленая тварь постаралась, да? Только она знала о проигрыше! Тва-а-а-арь…

Беличенко стряхнул с себя образ недотепы, возвращая истинное лицо: бледное, перекошенное от досады, злое.

— Ты вернёшь деньги в холдинг, ясно? Иначе я подниму со дна твои грешки, ославлю на весь город, найду родственников Капитолины Андреевны и тогда…

— Я понял! — рявкнул Аркаша. — Деньги будут… — процедил сквозь зубы и вновь потянулся к дверной ручке.

Туманов сунул ему на прощанье визитку и процедил:

— Не вздумай рассказывать о разговоре Мише.

Лев Данилович вскользь подумал о Капитолине Андреевне. Беличенко не гнушался ничем. Каким же подонком оказался этот тихий неприметный человечек.

Перед глазами всплывали обманутые родственники, лишившиеся наследства. Туманов выругался под нос, жалея о том, что узнал об этом.

Тишину салона пронзил телефонный звонок. «Легка на помине!» — подумал Туманов о Даше, взглянув на светящийся экран телефона.

— Привет, чертовка, — поздоровался он с Дарьей. — Мне есть, что рассказать тебе.

— Приезжайте в кафе. — Отозвалась девушка.

Льву Даниловичу не терпелось посмотреть на кафе невестки. То место, с которого началась цепочка судьбоносных событий в жизни Миши…

Туманов припарковался и вышел из машины, оглядевшись. Удивительно, почему Хризантемов выбрал для разговора это место? Вокруг полно ресторанов, бизнес-центров с сотнями кафе внутри. Наверное, его привлекла уютная терраса или необычное название кафе — «Фиона». Лев раздумывал над причиной, не решаясь зайти, когда увидел Дашу, широко распахнувшую тяжёлую дверь.

— Добрый день, Лев Данилович! Вы почему не заходите?

Косички девушки спадали тонкими зелёными змейками по плечам и спине, оттеняя яркий макияж в серо-чёрных тонах. Из карманов ее коричневого фартука торчали папки меню, ручки и всякая всячина, необходимая для обслуживания клиентов.

Туманов улыбнулся и зашёл внутрь. Даше не хотелось привлекать внимание посетителей к своему гостю и она пригласила Льва в злополучную «випку».

— Это та самая комната? — хитро улыбнулся он. — И наш разговор будешь записывать?

Даша помрачнела и отрицательно покачала головой, стряхивая воспоминания.

Лев изложил невестке события последних дней. То, как запугал Беличенко, так и не добившись от него признания, как узнал о Капитолине Андреевне и ее обманутых родственниках.

Дашка внимательно слушала, сверля его синими глазами, а потом промолвила:

— Аркадий никогда бы не согласился с вашими условиями, будь он абсолютно честен. Я успела составить мнение о нем за наше короткое знакомство. Только как узнать наверняка?

— Да уж, не хотелось бы затыкать финансовые дыры холдинга средствами от незаконной продажи квартиры Капитолины Андреевны. — воскликнул Туманов. — Иначе мы не лучше Беличенко.

— Мы и так не лучше… — вздохнула она, теребя завязки фартука. Повисла напряженная пауза, прерванная возгласом Дашки:

— Я придумала. — Хитро улыбнулась она. — Попрошу отца позвонить управляющему банка с просьбой принять на практику студентку финансового факультета Дарью Крылову. — Изучу банковскую базу клиентов…

— Стоп. — Оборвал Лев. — А если отец откажется? Ты говорила, что после всей этой истории отношения между вами натянутые. Дашка помрачнела, задетая за живое, но ответила твёрдо и уверенно:

— Не откажется, если скажу, что мечтаю практиковаться в этом банке. О настоящей причине промолчу.

Лев путался в череде дней. Слежка за Беличенко, Дашкина практика в банке сплелись в остросюжетный боевик, у героев которого главной миссией была помощь Колосовским. Помощь Мише — сыну, который не догадывался о существовании отца.

****

Сердце ныло или заходилось в бешеном стуке, впервые заявив о себе, но Туманов отмахивался от неприятных симптомов. Ждал новостей от зеленой, тощей девчонки, внедрённой Крыловым в банк под видом студентки-практикантки.

А когда она позвонила и шепотом, взволнованно выпалила Туманову правду о якобы проигранных деньгах, он едва удержал телефон в руках.

— Лев Данилович, на счету Беличенко огромная сумма денег. Думаю, он приезжал за ними в тот день, когда вы настигли его. Там… там гораздо большая сумма, чем я ожидала, уверена, Аркадий проворачивал аферы многократно.

— Дашенька, точно? Ничего не путаешь? — сгибаясь от боли в грудине, выдавил он.

— Все точно. Я сделала банковскую выписку для полиции, прокуратуры или других инстанций. Если Аркадий добровольно откажется возвращать долг, тогда…

— Не откажется, будь уверена. Мерзавец! Наплёл про Капитолину Андреевну… Она мне по ночам снилась, пока я не поднял весь город на уши, чтобы найти ее наследников. Туманов тяжело дышал, стараясь говорить как можно естественнее. Не хотелось смущать или пугать девчонку.

— Неужели, и это вам удалось? — воскликнула девушка.

— Родственники подали в суд на мошенников, Даша. Беличенко увяз в дерьме по самые уши и в его интересах вернуть деньги Колосовским.

Боль отступила, позволяя Льву закончить разговор. Он ласково поблагодарил Дашу за помощь Мише, собираясь попрощаться, когда невестка огорошила его новостью:

— Проблема Миши решилась. — Дрожащим голосом сказала она. — Я завтра же подам на развод. А съеду сегодня…

— Стой, стой, девочка… Не смей, прошу тебя, не делай этого… Ох… Грудную клетку сковало прутьями острой боли. Туманов со свистом выдохнул, держась за сердце рукой.

— Лев Данилович, вам плохо? Где вы?

— Черт… — выдохнул Лев. — Даша, пообещай, что не сделаешь этого. Обещай мне.

Девушка всхлипывала в трубку и повторяла одно лишь слово «да». Она настойчиво требовала у Туманова вызвать скорую, предлагала свою помощь, слушая его святящее дыхание в трубке.

— Я возле холдинга. — Выдохнул Лев. — Жду сына на парковке, не волнуйся, девочка, не умру… Не умру, пока не признаюсь.