Часть 2 · Кровь ученого

Может ты снова, в тучах мохнатых

Вспышки орудий видишь вдали,

Или, как прежде, в чёрных бушлатах

Грозно шагают твои патрули?..

Спустя стандарт-месяц.

Рико припарковал свой модуль у здания прокуратуры. Опять заседание. Опять по поводу Иридины Видра-сё… всю душу уже вымотали, скоты… д-дерьмократы!!! НОПАШцы с-собачьи…

Ладно.

Пусть хотя бы Лерку не трогают… с-собачьи дети.

Он сам согласился отвечать и ходить на все заседания, но Калерия ВАйндграсс осталась вне зоны действия инферлистов… неужели еще один!?

Ну, все, гад! Ты попал!!!

Рико приготовился от души сорвать гнев на наглом акуленке пера, швырнув того куда подальше… лучше… есть тут колючие кусты? Нет?

Плохо… Но и по газону мордой — тоже сойдет. А что не великосветски — так мы люди простые, сначала во-зим, потом разбираемся…

Рико уже приготовился выхватить у инферика[7] микрофон и зашвырнуть в кусты, как вдруг…

— Господин Эстевис, разрешите мне поблагодарить вас, за то, что вы похоронили мою сестру.

От неожиданности Рико задохнулся. А в следующий миг вцепился пальцами в плечи девушки.

— О, черт!!!

Девушка, которая стояла перед ним в простых брюках и рубашке, была безумно похожа на погибшую На-кимора.

Чем?

Овал лица, скромная и в то же время очаровательная улыбка, прямые черные волосы, яркие глаза… Рико не знал, что обеим агентессам пластику делал один и тот же человек, ориентируясь на один и тот же тип ли-ца,… и девушки были сделаны сестрами.

Он просто впитывал знакомые черты…

И тонул в темных глазах…

— В-вы…

— Полковник, прошу вас, не надо привлекать внимания!!!

Рико еще раз чертыхнулся — и потащил девушку к своему модулю.

Х… с ним, с заседанием. Не подохнут! Юрист отбрешется!!!

***

В модуле было тихо и спокойно. Через тонированные стекла пробивался мягкий рассеянный свет.

— Вы…

— Мэйуми Накимора. Родители назвали сестренку Мисико, то есть правильнее произносить 'Мичико' — ты-сяча красот ребенка. Сестренка была очень красивая. А я — Мэйуми — в переводе на ваш язык — истинная по-глощенная красота.

— Вы правда красивая, — Рико и не подумал отрицать очевидное. — А почему вы не прилетели раньше?

— Не могла. Наша семья небогата. Пока до нас дошли вести о том, что Мисико нашлась, пока мы нашли деньги…

— а где вы живете, госпожа Накимора?

— На планете Хотэру, система Хоши.

— Кхон-Тао…

— Да.

— я почти ничего не знал о вашей сестре. Но должен сказать — она была потрясающей женщиной. Откуда она столько знала? И техника, и оружие…

— Полковник, это долгая история.

— Рико. Для вас — Рико.

Внутренне Тамара ухмыльнулась — клюнул?

— Тогда — Мэйуми. Или просто Мэй… Хорошо?

— Да.

— Рико, — Тамара положила ладонь на руку полковника — и тот не отдернул пальцев. — Расскажите мне про Мисико, прошу вас! Сестра не посрамила чести рода, я знаю! Я уверена!

— А если посрамила?

Рико словно ощетинился внутренне. Еще одно семейство Видрасё? Да где ж таких уродов выводят!? Бомбу под инкубатор!!! Мегатонную!!!

Но Мэйуми только пожала плечами.

— Мне все равно. Это моя сестра. И я ее люблю. Если случилось что-то, что порочит ее имя — я буду просить вас оставить это в тайне. Мисико заслужила, чтобы о ней хорошо помнили.

Рико перевел дух.

— а вы любили сестру?

— Очень.

Тамара не солгала. Аврора была ее второй половинкой, лучшей подругой, практически сестрой. Когда им сказали про задание — девушки даже не задумались. Важно, что они будут рядом. И будут работать вместе.

Они ведь и правда — сестры. Они давно смешали кровь и поклялись прикрывать друг другу спину. И не так уж важны лица.

Сейчас, когда названной сестры не стало — девушка ощущала тупую боль потери.

Ее нет.

И Аврора никогда не ворвется в комнату. Не повиснет у подруги на шее. Не потащит гулять с воплем: 'Хва-тит зубрить, надо и глазки строить учиться!!!'.

Ее нет, и больше никогда не будет.

Слезы хлынули потоком.

Рико несколько секунд смотрел на плачущую кхонку, а потом неловко погладил ее по волосам.

Как-то не довелось полковнику утешать плачущих женщин.

Вот сражаться насмерть — да, а утешать как-то нет… пробел в образовании…

— Поплачь, девочка… поплачь, так будет легче.

Тамара плакала — и чувствовала себя последней сукой.

Потому что в мозгу, несмотря ни на что, холодно и неотвратимо щелкали костяшки на невидимых счетах.

Я ему понравилась.

Он увлечется.

Будет доверять.

Легче приблизиться к Вайндграсс…

Задание будет выполнено в кратчайшие сроки.

Прости меня, Аврора. Рошка, сестренка, нас вырастили такими гадинами… все для Русины.

Род простит, Чернобог не осудит.

***

— Капитан Вайндграсс…

Калерия сверлила преданным взглядом сидящего перед ней генерала. Цельного генерала не пожалели — ее допрашивать…

Несмотря на все свои приключения, Калерия оставалась капитаном ВС НОПАШ. И обязанностей с нее никто не снимал.

Надо было отчитаться, а потом — уволиться. По инвалидности, по выслуге лет или как-то еще…. В идеале — по инвалидности, как ветеран боевых действий.

Калерию конечно мучил вопрос — признают ли чинуши ее плен у Сарна достаточным основанием для уволь-нения на почетную пенсию… но ее всегда можно квалифицировать, как военнопленную, разве нет?

— Капитан Калерия Вайндграсс по вашему приказанию прибыла, — отрапортовала женщина.

— Вольно, капитан.

Генерал с интересом разглядывал стоящую перед ним женщину.

А ведь красотка, ничего не скажешь.

Да, она далека от общепринятых стандартов. В ней нет мягкости, грациозности, плавности, присущей свет-ским львицам, отсутствуют лоск и холеность, но это сильное гибкое тело под грубой формой, эти шикарные волосы, заплетенные в косу, эти высокие скулы, а глаза… хороша, чертовка! И понимает, о чем он думает.

Наверняка!

Недаром Сарн на нее клюнул! Есть у пирата вкус… или точнее — был.

Калерия чуть расслабила левую ногу.

— а теперь рассказывайте.

— О чем?

Генерал нахмурился. Явно все поняла — и теперь старается укусить. Обращение в армии — тэр генерал. Так было бы правильно. Калерия же показывала, что хоть она и солдат, но уже вне зоны его досягаемости. Вро-де бы как она и почти гражданская.

Может, не отпускать ее?

Ага, попробуй не отпусти. Инферлисты такой визг поднимут, да еще этот Эстевис… вот уж в каждой помойке ворона! И что он только нашел в этой женщине… или то самое, что и Сарн?

Генерал нарочито похотливо оглядел женщину. Но Калерия осталась абсолютно спокойной.

С тем же успехом он мог пытаться произвести впечатление на железобетонную статую в парке.

Ему и в голову не пришло, что внутренне женщина была в бешенстве. Но дрессировка у Сарна не пропала даром. Внешне Калерия напоминала ледяную скульптуру. И казалось, что ее вовсе даже не трогает похоть, почти осязаемо сочащаяся и заплывших жиром глазок.

Внутренне же… на уже перебрала весь армейский лексикон и докатилась до пиратского.

— Как вы умудрились попасть в плен?

— Была ранена, потеряла сознание, все есть в рапорте.

И опять нет обращения. Ответ холодно и безразлично прошуршал по комнате.

— Читал я ваш рапорт. Что это такое? Меня освободила Мисико Накимора… она же убила Готтрана… Кале-рия вздохнула.

Где-то там за стенами здания ее ждала маленькая Аврора, временно доверенная одному из матросов коман-ды Рико. Да, малышка была накормлена обихожена и уложена спать. Но Лера все равно тревожилась.

Ребенок уже занял прочное место в ее сердце. И плевать — чей он!

Её!

Её, Авроры и Иридины. Всех троих. И останься девочки живы — они бы нянчили малышку втроем, Лера бы-ла более чем уверена…

Внутри словно пружинка лопнула.

— Тэр генерал, я предлагаю вам подписать мой рапорт и приказ об отставке. Увольте меня в запас, бухгалте-рия начислит пенсию, а кое-какие заслуги у меня есть. Квартиру мне уже обещали предоставить. Я просто хочу жить спокойно и воспитывать дочь. Что вам нужно? Я прошла всех психологов, я уже несколько раз беседовала с особистами… если это будет продолжаться и дальше…

— Вы угрожаете?

Калерия пожала плечами.

— Нет. Я — нет. Но полковник Эстевис явно не собирался ждать долго.

Словно подтверждая ее слова, дверь распахнулась. На пороге стоял Рико.

— Лерка! Ты скоро!? У меня потрясающая новость!

Калерия обернулась, подарила Рико улыбку.

За время полета они успели сблизиться. Или это произошло, когда Лера глотала слезы у гроба Авроры, а Рико застыл, глядя в стену так, что с нее едва краска не осыпалась… общее горе сблизило — и оказалось, что у них много общего. И в том числе — Аврора. Рико сам назначил себя дядюшкой девочки — и не собирался отказываться от этого титула. Он предлагал Калерии лететь в Россию… и надо было соглашаться! Уперлась, дура!

Как же! Гражданка НОПАШ!

— Вам кто разрешил сюда врываться!? — возмутился генерал.

Рико сделал шаг вперед.

— Оставь, Харви! Что, думаешь, я не знаю, как ты погоны получил!? Хочешь — сейчас пойду по штабу и по-говорю кое с кем? Живо, подпиши Лерке документы и не изображай из себя важную птицу! А то инферы получат вкусную косточку на тему армейского снаряжения и военных поставок…

— Ты… ты…

— Я. Уж сотню лет как я. Так что шевелись!

Калерия с интересом пронаблюдала за сменами оттенков красного на лице бюрократа.

Жалеть эту тварь она не собиралась.

Есть — боевые генералы. Есть — штатские. Которые плазмер при встрече не узнают. Зато в курсе кому, как и что лизнуть. Это был второй случай. И церемониться с такой тварью не стоит.

Рико действовал слишком резко, да. Но по-другому он и не умел.

А может и правильно. И легче всего с бюрократами договориться, когда дверь открываешь ногой. Потому что руки заняты. Одна — папкой с бумагами, вторая — плазмером.

Так что не прошло и двадцати стандарт-минут, как они с Калерией оказались у выхода.

Лера держала в руках свою свободу.

Она была уволена в запас, с сохранением выслуги лет, с хорошей пенсией, более того! Ей даже предостави-ли квартиру из трех комнат. В одном из… ну, не престижных, но весьма неплохом районов города. Там да-же зелень кое-где сохранилась.

— а что случилось?

— Нашлась сестра Мисико.

— Сестра!?

Калерия сильно подозревала, что это или проверка или подстава.

Ну, если Мисико — это псевдоним, то какие тут сестры? Подставные, верно же? Но как сказать об этом Ри-ко?

Я тут немного промолчала, чтобы память подруги не омрачать и загадки не плодить, а теперь должна сознаться?

Неубедительно.

Ну да ладно, выбора все равно нет.

За несколько шагов до модуля, Калерия все уже продумала.

Кто бы ни была эта женщина — она никогда не покажет, что знает больше необходимого. Ее подругу звали Мисико. И все тут.

И Рико она ничего не скажет.

Лучшая защита для него — неведение. И рано или поздно их оставят в покое.

А затем дверь модуля открылась и Лера вздрогнула. Сидящая внутри женщина была редкостно похожа на погибшую Аврору.

Те же черные гладкие волосы, те же слегка раскосые глаза, желтоватая кожа, упрямый маленький подборо-док… и даже улыбка как две капли воды.

Нет, они были слегка различны. Так похожи две очень близкие сестры. Но и только.

— Вы сестра Мисико?

— Калерия?

Женщины заговорили почти одновременно. Осеклись и впились друг в друга глазами. Рико впихнул Калерию в модуль на заднее сиденье, уселся за руль — и резко рванул с места.

— Едем ко мне на корабль. Там хоть инферов нету.

— И Аврора там, — вспомнила про ребенка Калерия.

Женщина, называвшая себя сестрой Мисико не вздрогнула. Но что-то такое появилось в ее глазах… Калерия больше не сомневалась, что это подстава. И поэтому улыбнулась.

— А как вас зовут?

— Мэйуми Накимора.

Ага, а я — Алина Словарева[8], съязвила мысленно Калерия. Но вслух она произнесла нечто совсем другое.

— Ваша сестра была чудесным человеком. То, что Мисико умерла — страшная трагедия.

— Для меня тоже. Когда Мисико похитили, я так тревожилась за нее. А потом, когда Сарн… подонок!!!

— Мисико убила его. А потом освободила меня.

Калерия почти не врала. Зачем? Достаточно просто не рассказывать все.

— Вы мне расскажете, как Мисико… я хотела бы знать все о последних днях жизни моей сестры, — кое-как справилась с эмоциями лже-Мэйуми.

Калерия внимательно смотрела на нее. В бою капитан Вайндграсс была сама собранность. Поэтому сейчас она поняла — кто бы ни была Мисико — этой женщине действительно больно. И тоскливо.

И сердце женщины дрогнуло.

— Я вам все расскажу. Обещаю. Но сначала — моя дочь.

— Аврора Иридина…

— Да. Аврора Иридина Вайндграсс.

***

Спустя два стандарт-месяца.

— Лера, она уже пытается садиться?! С ума сойти! Она такая умница!

Деточка вознаградила говорящую пристальным взглядом огромных черных глаз.

— а как смотрит! Будто бы все понимает!

Лера пожала плечами. К визитам Мэйуми Накимура она уже притерпелась. Тем более, что девушка не отли-пала от Рико. И полковник был счастлив. А за это Калерия готова была многое простить.

Сама она после плена смотрела на всех мужчин с отвращением. Но Рико — это же другое. Это очень хороший друг.

— а я ей погремушку принесла…

Мисико вытащила из пакета несколько ярких шариков на короткой ручке. Внутри тихо звенели колокольчи-ки.

— Натуральная! Произведена на Тамире[9].

— Мэй, это же бешеные деньги!

— Это от нас с Рико. Мы что — не можем побаловать племяшку?!

Мэйуми хитро прищурилась. Калерия фыркнула.

Мэй самовольно назначила себя тетушкой маленькой Авроры — и при встречах просто не спускала девочку с рук.

Что самое удивительное — ребенок с удовольствием шел к ней. Хотя Аврора признавала людей с большим разбором. Могла и скандал закатить часа на два.

Вот и сейчас девочка была извлечена из колыбельки.

— а ну-ка посмотри, что тут у нас есть? Что тут такое красивое… — заворковала Мэйуми… — Кто тут такой умный? Роша такая умная…

Калерия улыбнулась.

— Пойду, тархи[10] заварю. Будешь?

— Спрашиваешь! Помочь?

— Поиграй с Рошкой…

— Лер, я никогда не спрашивала, но… почему ты ее так назвала?

Тамара внутренне собралась, наблюдая реакцию собеседницы. Но ответ озадачил ее.

— Это по просьбе Мисико.

— Серьезно?!

— Ну да. Мы были в лаборатории у Гризмера. Дина рожала. Мисико взяла плазмер и сказала, что никого к нам не пропустит. Я сказала, что это самоубийство. И лучше запереться внутри и ждать. Тогда Мисико за-смеялась так странно и сказала, что смерти нет.

— А ты?

— Я сказала, что возможно, мы это скоро проверим. Дине стало плохо, Мисико посмотрела на нее — и по-просила, если родится девочка, а она не вернется — дать той имя Аврора.

— и ты…

— Не я. Дина.

— Вот даже как…

— Ну да. Мэй, мне безумно жалко, что Мисико погибла. Я бы девочку назвала ее именем, но раз уж она сама попросила… наверное, это что-то для нее значило?

— Да. Это еще давно, в древности, был на Земле Изначальной такой крейсер — Аврора.

— И что он сделал?

— Выстрелил в нужное время в нужном месте. Мисико обожала этот рассказ…

— Какой?

— Обещаю, расскажу. До отлета.

— Вы улетаете?

— Да, мы с Рико.

— Все-таки вместе?

— Рико сделал мне предложение. И я решила его принять.

— А ты его любишь?

— Да. Лера, почему ты не хочешь в Россию?

— А что я там забыла? Мне там неудобно. Да и пенсия…

— Рико смог бы…

— Ему и так тяжело…

— Да. Он гений, а его совершенно не ценят! Заставляют заниматься всякими глупостями! Сволочи!!!

Калерия только вздохнула.

Судьба военного гения в мирное время незавидна. Увы…

— Ладно. Главное — вам хорошо вместе. Вы же будете прилетать, правда?

— Клянусь!

Мэйуми не врала. И прилетать, и приглядывать за ребенком… она была почти уверена, что Лера ничего не знает. Но мало ли что… Русина для нее была всегда открыта.

***

Спустя стандарт-неделю Калерия провожала друзей. Рико пора было на службу. Мэйуми летела с ним, и ни-кто не сомневался, что дело завершится свадьбой.

На руках у Калерии спала маленькая Аврора.

Женщины обнялись. Рико похлопал Калерию по плечу.

— Мы обязательно прилетим.

Калерия кивнула. На самом деле ей так было лучше — без Мэйуми.

Не слишком-то она доверяла этой женщине. И решила держаться подальше от неизвестной.

НОПАШ?

Люди везде живут.

Хныкнула малышка на руках.

Калерия еще раз поцеловала друзей и заторопилась к выходу.

Домой, домой, пора домой…

Год спустя.

— А что это вы, мамочка, к нам не приходите?

Вопрос был задан через две минуты после того, как доктор перешагнула порог квартиры.

Калерия пожала плечами.

— Ребенок не болеет. Ей сделаны все обязательные прививки. Что еще нужно?

Докторица оглядывалась по сторонам. И Калерия знала, что она видит.

Скромную квартирку из трех комнат. Было бы меньше, но после разгрома базы Сарна поднялась такая шу-миха,… под это дело Калерии успели выдать неплохую квартиру и оформить полковничью пенсию. Работать в ВС она все равно больше не могла.

Но легко ли на одну пенсию с ребенком?

Очень тяжело.

Квартирка была идеально чистой, все вещи были разложены и расставлены в строгом порядке, детская обо-рудована по последнему слову. Аврора, одетая в красивый комбинезончик, ползала в специальном манежи-ке, что-то мурлыча на своем загадочном языке…

И медичка чуть успокоилась. Явно все нормально. А не посещать поликлинику Калерия имела веские осно-вания.

— Давайте тогда я посмотрю малышку. А чем это мы играем?

Калерия с недоверием посмотрела, как женщина подхватила ребенка. И не зря.

В следующий миг Аврора разразилась отчаянным истошным ревом.

— Ну-ка маленькая, не плачь, — заворковала докторша, но ничего не помогало. Аврора уже не ревела, а про-сто орала на одной ноте. Калерии пришлось прийти на помощь и перехватить девочку.

— Она не выносит резких искусственных запахов. Вы же пользовались духами…

Врач кивнула.

— Но это же утром…

— И что? У девочки очень острое обоняние. Мыло, гель, шампунь, присыпку — я все беру без запаха. Она нормально воспринимает все естественное, но… вы же, наверное, моетесь гелем с запахом…

Женщина покраснела. Калерия ухмыльнулась про себя.

Вообще-то Аврора просто ненавидела чужие руки. Но не признаваться же в этом? А в век развития парфю-мерной индустрии женщины моются гелем с одним запахом, пользуются лосьоном с другим, обсыпаются тальком с третьим, опрыскиваются дезодорантом с четвертым — и сверху обильно поливают эту композицию духами. Так что отмазка была существенной.

— Я не подумала. Но мне же надо ее осмотреть?

— Давайте я раздену ребенка…

— и послушать…

— у меня на руках — почему бы нет? Мой запах, когда я рядом сильнее вашего. Я бы предложила вам пройти в душ, но полагаю, вы не согласитесь…

Калерия била наверняка.

Малышка была выслушана, ощупана и измерена у нее на руках.

И вынесен вердикт — развитие в норме.

— Только зачем вы даете ребенку такие сложные игрушки?

Врач кивнула на манежик, где лежали три электронных питомца с разными функциями и несколько механических игрушек. Вообще-то они были предназначены для детей старше трех лет. А лучше — с пяти лет. Но…

— Ро — очень умная девочка. Она в жизни ничего не сломала.

— Но все равно рано.

— Пусть учится заранее.

Калерия подбавила в голос восторженных ноток!

— к тому же у меня такая умная девочка, вы не представляете! Она уже ходить может! Кушает сама!! Пять букв знает!!!

Медик явно расслабилась. Все было ясно. Обычная сумасшедшая мамаша. Таких — каждая вторая, не говоря уже о каждой первой. Да еще и первородка. И старовата. Чему удивляться?

Все они взахлеб рассказывают о своих детях такое — словно их из террикона делали. А на поверку там вовсе даже другой материал выходит…

— Может, вам ее отдать в ясли?

Калерия сделала вид, что задумалась. Ответ был ясен заранее, но… отдать Аврору в ясли Лера просто не могла. Пока девочка не достигнет сознательного возраста. Хотя и сейчас, в годик она была явно умнее мно-гих сверстников. Никогда не орала ночами. Отлично понимала, чего от нее хотят, просилась на горшок, экономя на подгузниках, вполне самостоятельно ходила и кушала, знала много слов, хотя с дикцией у нее все еще были проблемы.

Зато с моторикой — никаких. В этом плане девочка была более развита, чем множество ее сверстников. Спо-койно собирала сложные конструкторы и ни разу не сделала попытки сломать что-то или съесть… Калерия могла бы оставлять ее дома одну если бы не припадки.

Несколько раз на девочку… накатывало.

Аврора падала на пол, начинала биться и хрипеть, как при эпилепсии… первый раз Калерия настолько рас-терялась, что смогла только прижать ее к полу.

Помогла случайность. Калерия купила девочке несколько электронных игр, чтобы малышка развивала паль-чики и учила буквы. И одна из электронных игрушек попала под ручку девочке.

Припадок словно рукой сняло.

Аврора вцепилась в жалобно пискнувший пластиковый кружок — и прежде чем Калерия поняла, что проис-ходит — аппаратик просто вспыхнул в детских руках.

Словно у него разом замкнуло все цепи.

После этого припадок пошел на спад — и Калерия вздохнула с облегчением.

Но вскоре он повторился.

Припадки шли с периодичностью раз в три месяца. Но женщина сильно подозревала, что это не эпилепсия.

Это то, что сделал с малышкой Эрасмиус Гризмер. То, ради чего забрали Иридину.

И если ребенок попадет в руки каким-нибудь ученым, способным докопаться до правды… лучше не надо!!!

Лучше она пока не будет работать, но посидит с малышкой. Заодно и вся история забудется.

Потому что инферлисты как с цепи сорвались.

Пленница пирата, с ребенком на руках, да еще такая… ооооо за такой материал каждый из этих стервятни-ков заложил бы дьяволу остаток своей протухшей душонки!

Лицо Калерии почти стандарт-месяц не сходило с первых страниц таблоидов. В результате — даже продукты приходилось заказывать на дом. И не только продукты. Еще и парик, косметику для маскировки, одежду… выйти было просто невозможно!!!

В черную дыру всех, кто не имея своей жизни лезет в чужую!!!

И туда же всех медиков!!!

Но внешне на лице Калерии ничего не отразилось. Кроме упертой решимости.

— Нет. Лучше я с ней сама позанимаюсь. А то пойдут болезни, проблемы, компания опять же неподходящая, да и какая там воспитательница будет…

Это тоже было вполне знакомо. Да, обычно матери не могли сидеть с ребенком. И отдавали его в ясли. Но если была возможность — почему нет?

Калерия знала, что видит доктор.

Бедноватую, но чистую квартирку. Такую же хозяйку в простых брюках и рубашке. Ни грамма спиртного. Ни запаха табака или какого-нибудь другого стимулятора. Куча детских игрушек и книжек. Все для ребенка, все вокруг ребенка… — А чем кормите?

- 'Нутритек' покупаю. Пюре, каши…

Для ребенка Калерия и правда ничего не жалела. Пенсия была не слишком велика, но на Аврору хватало.

Самой Лере приходилось одеваться в магазине секонд-хэнд и питаться достаточно скромно. Но… она не зна-ла, какие последствия могут иметь опыты Гризмера! И старалась обеспечить ребенка всем натуральным. Максимально естественным питанием. Что вылетало в крупную копеечку.

Хорошо хоть время от времени приходили посылки от Рико. Мэй, словно знала, что нужно, килограммами присылала одежду для девочки и Леры и игрушки.

— Дорогая фирма. Что именно?

Калерия продемонстрировала холодильник с баночками, отметив, что сосиски опять закончились… надо бы купить. И вермишели добавить.

Вечером пойдет на тренировку — единственное, от чего Калерия не могла отказаться. Но зато нашла де-шевый частный зал — и качала там мышцы до изнеможения. Так, что даже тащить обратно домой ребенка было непосильным трудом. Главное, что владельцы зала разрешили ей брать с собой девочку. И даже присматривали за ней, пока Калерия издевалась над собой.

Но она восстановит форму.

Обязательно.

Зачем?

А, неважно! Потому что так нужно.

— Простите? — докторша что-то явно говорила.

— Возможно, вам стоит походить куда-то в клуб по интересам? Ребенок будет под вашим присмотром, пару часов в день пообщается с другими детьми, а вы с другими мамами?

Калерия задумалась.

— Дорого. У меня нет таких денег.

— Все равно — возьмите проспекты, посмотрите. Малышке это было бы полезно. Для детей ведь нам ничего не жалко… Калерия мысленно чертыхнулась, но все взяла. И сунула в мусорное ведро, стоило докторше уйти.

Подошла к манежу, в котором играла дочь Иридины Видрасё.

Хотя нет.

Её дочь. Гены в Авроре могут быть хоть чьими. А вот все остальное — ее. Калерии было плевать, какие у ре-бенка глаза, губы и уши. Она просто любила малышку. Любила с такой силой, что шкуру бы с себя сняла ради дочки. Медленно и тупым ножом.

Любила так, что не стала возвращаться в армию. Так, что в глазах темнело…

Погладила девочку по голове.

— Родная моя… малышка…

Аврора заулыбалась матери.

Черные глаза светились. Белые, словно молоко, волосы были заколоты смешными резинками в виде божьих коровок. А лицо…

Лицо с точеными чертами было копией лица Иридины.

Калерия знала, что подруга была красавицей. Но полагала, что это просто пластическая хирургия.

Ан, нет…

Это было именно что лицо Дины. И ничего от Сарна.

Высокий лоб, полные красивые губы, большие глаза, тонкие черные уже сейчас брови…

— Ты вырастешь красавицей, родная.

Чудо, что за ребенок.

Четыре года спустя

— Мам здесь так здорово!!!

Аврора счастливо улыбалась. Сегодня у нее день рождения. Ей пять лет. И мама подарила ей потрясающий подарок — целый день в парке аттракционов!!!

Калерия с умилением смотрела на дочку.

Красавица.

Аврора и правда была чудо как хороша в голубой маечке и простых шортах. Не слишком высокая для своих лет, но даже сейчас Калерия видела, что девочка сложена очень пропорционально. Маленькие руки и ноги, длинная шея, тонкая уже сейчас талия… в пять лет еще неясно, что получится из ребенка, но Аврора — это отдельный разговор.

Хотя… никто не называл девочку красавицей.

Слишком уж необычна была ее красота.

Лицо ее уже сейчас было потрясающе красивым. Но не кукольной красотой, о нет. Из Авроры росла краса-вица другого типа. Таких любят рисовать художники, но в реальной жизни — это чаще всего плод усилий гримеров и костюмеров.

Белые волосы падали девочке на плечи. Тонкие черные брови, густые ресницы и громадные черные глаза. Необычное даже сейчас сочетание.

Да такого можно добиться краской. Но — искусственного. А Аврора была полностью естественной.

Единственное, что беспокоило Калерию — матово-белая кожа девочки не загорала. Вообще. Сколько бы де-вочка ни загорала. Тонкая кожа, под которой просвечивали голубоватые ниточки вен, всегда оставалась мо-лочно-белой. Женщина была готова обратиться к врачу. Останавливала память об опытах Гризмера.

Страшная память.

До самой смерти она не забудет ту лабораторию.

И глаза Дины, умирающей у нее на руках.

И наполовину сожженную Аврору…

— МАМА!!! Ну мама же!!!

Девочка дернула Калерию за руку, возвращая в реальность.

— Что, малыш?

— А я еще на тот аттракцион хочу!!! Пойдем!?

— Пойдем…, - только вздохнула Калерия.

Полный билет на день давал девочке право кататься на любом аттракционе сколько ей хочется. И Аврора использовала его на всю катушку.

Горки, колеса, роботы, лабиринты… Калерия сдалась уже на третьем аттракционе. Показалось, что внут-ренности с мозгами перемешались.

Аврора же…

Словно у ребенка вовсе не было вестибулярного аппарата.

Женщина проследила за движением острого подбородка малышки.

— Робот? Мишка Дампи?

— Да!!!

Светлые звезды!!!

Мишка Дампи, любимый герой детских мультфильмов, сделанный под белоснежного медведя с планеты Земля. Земля изначальная.

И аттракцион был своеобразным.

Невероятно сложный робот в четыре человеческих роста хватал ребенка — и подбрасывал его к потолку. Ло-вил, опять подбрасывал… и так минут пять. Конечно страховка.

Конечно силовое поле, не дающее ребенку упасть. Но…

— Не испугаешься?

Черные глазенки Авроры загорелись таким искренним возмущением.

— Я!?

— вопрос снимается, как политически незрелый.

— Чего?

— Потом объясню.

— Как фрукт незрелый?

— Почти…

Мама с дочкой заняли очередь. И наблюдали, как подлетает к потолку радостно вопящий ребенок.

Один.

Второй.

Очередь перед ними уменьшалась.

А потом…

Дикий визг испуганного человека пронесся по залу.

Что случилось — Калерия так и не поняла. Но где-то видимо замкнуло цепи.

Запахло паленым.

Полетели разноцветные искры. Они обжигали людей, те начинали дергаться, матери рвались к своим детям, отпихивая всех с дороги…

Женщина покрепче прижала к себе дочку. Что такое паника среди гражданских — она отлично знала. Как бы не пришлось куда карабкаться. Или вообще пробиваться с боем.

Лера порадовалась, что восстановила форму.

Ради дочери — она готова была зубами любого порвать.

Раздался истошный крик ребенка, которого не успели поймать. И Калерия вдруг почувствовала рывок.

— Ро!!!

Аврора вывернулась так быстро, что женщина просто не успела ее задержать, Только и смогла, что бросить-ся следом.

К стене, на которой висел распределительный щит.

Калерия не знала, что сейчас происходит в разуме девочки.

А там звучал зуммером сигнал тревоги.

Неисправность!

Отключить питание!!

Немедленно!!!

И Аврора откуда-то знала, что и как нужно делать.

Сейчас весь парк аттракционов представлялся ей громадным живым организмов, вроде гигантских кальма-ров с Даримеи-3, о которых рассказывала мама. И ему было больно.

От Авроры требовалось совсем чуть-чуть…

Просто помочь ему… просто кальмар вдруг прищемил щупальце — и его надо освободить. А сначала — от-ключить, чтобы он не ощущал боли.

Ему ведь больно. И он кричит об этом. А никто не слышит.

Кроме нее… неслышный крик просто бил по разуму девочки… сейчас, вот уже сейчас…

Калерия с ужасом увидела, как Аврора кладет обе руки на распределительный щит. И тот вдруг перестает искрить. А потом один за другим отключаются все аттракционы в парке. Словно кто-то накрывает его поло-гом.

Один за другим.

Словно их человеческие руки отключали.

Но Калерия отлично видела, как напряжено бледное личико Авроры.

Как из-под ее пальцев тянется дымок, как распределительный щит перестает искрить…

Женщина загородила девочку своей спиной от всех любопытных взглядов и камер, но тронуть не решилась.

Мало ли что?

Крики людей затихали. Страшно — когда все кругом рябит, шипит и сверкает. Когда на тебя дождем сыплются и обжигают искры. А когда все отключается — ясно, что это работа спасателей. И скоро они будут здесь.

Хотя Лера была уверена, что спасатели не понадобятся.

Как-то разом припомнились припадки, которые прекратились, после допуска ребенка к электронике.

Что же подонок сделал с ее девочкой?

Калерия едва успела подхватить дочь на руки.

Оглядела щиток. Но все было чисто.

На всякий случай протерла подолом рубашки.

Так надежнее.

А теперь прочь отсюда!

Из парка их скоро вывели.

Калерии предложили полное обследование и лечение для ребенка, но женщина с ужасом отказалась. Ей бы-ло страшно даже предположить, что могут показать анализы.

***

Дома Лера напоила дочку успокоительным и уложила спать.

Надеялась уложить. Но куда там…

Аврора цеплялась за ее руку, плакала и повторяла, что ему было больно, мне тоже было больно,… я его успокоила…

Лера гладила ее по волосам и напряженно размышляла — что делать?

Отдать родного ребенка на опыты было немыслимо.

Но что же хотел Эрасмиус Гризмер? Лере казалось, что стоит это узнать — и все станет на свои места. Что же он хотел сделать из ребенка?!

Недостаток образования сказался.

Лера просто не знала, что человеческий мозг — это генератор волн.

Сложнейший. Невероятно мощный.

Раньше считалось, что человеческий мозг может излучать в диапазоне от 0,5 до 100 Гц.

Эрасмиус Гризмер сделал то, что казалось невероятным.

Да Люди научились летать между звездами. Построили корабли. Осваивают космос. Но свой собственный разум используют дай бог на те же убогие семь — десять процентов, что и в докосмическую эпоху.

Эрасмиус просто стимулировал ВСЕ участки мозга у своих пилотов.

Аврора еще не знала, как не знала и Калерия, но девочка была универсальна.

Ее мозг мог работать как приемник, так и как передатчик на любых частотах и с любыми типами сигналов. Ей не надо было касаться пальцами клавиатуры, она просто могла подумать — и любое слово набиралось бы само. Она могла сопрягаться с любым электронным устройством, которое работало на волновом принципе.

От микроволновой печи до суперкомпьютера.

Или — биокорабля.

Девочка просто начинала использовать свой разум на полную мощность.

Пока — вспышками. Неосознанно.

Потому и горела аппаратура. Потому и перемыкало технику.

Потому Аврора и услышала сбой в компьютерной системе парка и смогла его отключить.

Ей не нужно было переключать рубильники. Достаточно было просто отдать команду — и все пошло само собой.

Побочным эффектом, увы, могло стать безумие.

Девочка должна была использовать свой мозг на все сто процентов. Во всех диапазонах. А если нет…

Что ж. Если систему не загружать заданиями — она идет вразнос. Это и произойдет с ее разумом.

Этого Калерия не знала. И знать не могла.

Но выход она все-таки нашла.

И с раннего утра повела девочку в школу. Заниматься.

Решив, что спорт не оставит ей времени практически ни на что.

В чем-то Лера была права.

Спорт. Безусловно. И… кое-что еще.

***

Аврора набрела на этот клуб случайно. Совершенно случайно.

Лера в тот день задержалась дома. И не смогла сразу забрать девочку из спортзала.

Аврора честно посидела до закрытия, а потом вышла и решила подождать маму на скамейке.

Она отлично знала что мир — опасная штука. Знала про то, как крадут маленьких детей для нехороших це-лей. Знала, что опасно переходить улицу одной и там, где нет защиты. Знала многое…

Чего она предугадать не могла — это того, что ей захочется пить.

Ну, ведь ничего же не случится, если она дойдет до маленького магазинчика рядом? Карточка у нее с со-бой, она купит пакетик сока или стакан воды — и будет ждать маму у клуба. И заговаривать она ни с кем не будет. А если что — будет кричать и звать на помощь.

Но до магазина Аврора не дошла.

На ее разум просто обрушилась волна информации.

Смяла.

Закрутила.

Повлекла за собой.

Инфоклуб.

Раньше такие места назывались интернет-кафе. Сейчас же…

Галактическая сеть была очень дорогим удовольствием. У Калерии на нее просто не было денег. И Аврора не знала, как это выглядит. Куда там! В четыре-то года!

Для тех, кому сеть была не по карману, и открывались такие клубы. Ну и просто для сумасшедших люби-телей программирования. Чтобы эти чокнутые собирались со своими компами в одном месте, а не сидели у себя в берлогах. Так их хоть ловить легче…

Авроре достался второй вариант.

'Цифровая планета' была клубом для ненормальных хакеров. Там ни собирались, обменивались опытом, писали программы… использовали мощные компьютеры.

Аврора только пискнула, когда на измученный разум обрушились обрывки программ, кодов, приказов, команд… И едва не сползла по стеночке.

Там ее и обнаружила подбежавшая Калерия.

Девочка обтирала майкой заплеванную стену дома с совершенно пустым лицом. А в черных глазах словно бликовали тысячи стробоскопов, разбрасывая в разные стороны разноцветные огни.

Лера охнула, подхватила ребенка на руки и понесла домой.

Аврора пришла в себя уже в кровати.

Но сколько Лера не допытывалась, что произошло — девочка только мотала головой. Она и сама не пони-мала.

Лера подумала перевести ребенка в другой спортклуб, но потом отказалась от этой затеи. Здесь близко. Удобно. И Аврору все знают. Девочке здесь комфортно. Это самое важное.

И все повторялось, как и в парке. Калерия пыталась добиться от дочери внятного ответа… но что могла рассказать малышка?

Да, Аврора была отлично развита. По умственному развитию она соответствует ребенку лет семи. Она чи-тает, неплохо работает с компьютером, выполняет все тесты для ее возраста и даже для детей старше, но она ведь даже на свои четыре года не выглядит.

Ребенок!

Максимум, что смогла добиться Лера: 'Там было так много всего, что я просто потерялась в пото-ке…'.

И понимай, как пожелаешь.

Что за поток?

Где потерялась малышка?

В чем проблема?

Лера ограничилась тем, что взяла с дочери клятвенное слово — не ходить больше туда…

И успокоилась. А зря.

Аврора в первый раз солгала матери. Хотя и не полностью.

Она не ходила больше к самому клубу. Но если выпадала пара минут — она старалась посидеть рядом с окошком.

Послушать. И…

Что-то странное происходило с ней в эти минуты.

Авроре казалось, что она просто ныряет в громадный поток… чего!? Она не знала. Но ее влекло за собой, как пловца в горной речке, она ныряла — и растворялась в массиве информации.

Второй раз дался ей намного легче. Она уже не теряла контроль над собой. И смогла уйти самостоятель-но.

На третий — еще проще.

Четвертый, пятый… сто десятый… да разве важно — сколько?

Для Авроры важно было другое.

В первый раз она была в шоке.

А вот потом… она стала своей в этом потоке. Она могла управлять им.

Да, по-детски, как ребенок, которому говорят 'не суй палец в розетку', но ребенку все равно!

В первый раз Аврора была ошеломлена. Но дальше… дальше она стала своей. И поток уже не пугал. Он подхватывал и нес ее куда-то вдаль, слегка покачивая на ласковых руках.

Перед глазами мелькали странные, но красивые картинки, в голове вертелись обрывки фраз…

Она не знала, что в эпоху цифровых устройств — она просто перехватывала потоки инфосети.

Перехватывала, включалась в них, ловила обрывки информации, и — развивалась.

Неосознанно она нашла именно то, что было необходимо.

Эрасмиус мог бы сказать, что мозг Авроры рассчитан на стопроцентное использование. Иначе он будет идти вразнос.

Калерия могла загрузить дочь не больше чем на треть ее потенциала — отсюда и все припадки.

А вот инфосеть…

Уже спустя три стандарт-месяца Аврора чувствовала себя в ней, как рыба в воде.

Она спокойно приходила под окошко, садилась, открывалась потокам информации, выбирала себе самый интересный и изучала. Когда ей надоедало — она пробовала что-нибудь поправить или переходила в другой поток.

Надоедал второй?

Третий!

Пятый!

Сто пятидесятый!

Инфосеть — громадная свалка мусора. И Аврора постепенно начинала ориентироваться в его залежах.

Довольны были все.

Аврора получила маленькую тайну и возможность наслаждаться информацией. Не только наслаждаться, но и работать, вмешиваться, смотреть на результаты своих действий…

Калерия — спокойного и здорового ребенка без припадков.

Программеры, собирающиеся в кафешке, кучу интересных случаев. Скоро кафешка стала известна, как место, где программы могут заработать самым неожиданным образом. Что привлекло туда еще кучу чокну-тых программеров.

Хозяин кафешки — получил прибыль.

Никто не остался в накладе.

Хотя никто так и не понял — что происходит?

Два года спустя.

— Книжная крыса! Книжная крыса!!!

Девочка дернулась, как от удара и резко обернулась.

— Рошка — картошка! Рошка — дурешка! Рошка — противная книжная мошка! — издевались голоса.

Трое мальчишек стояли буквально в двух шагах, показывали на девочку пальцами и орали во весь голос. На школьном дворе было еще несколько детей, но те не проявляли никакого интереса к травле. А эти трое…

Ирнек Саларис, Вери Дигрен и Сарт Хенкерк были кошмаром Авроры вот уже два стандарт-месяца, с момента ее прихода в школу. Дети достаточно обеспеченных родителей, они просто не принимали Аврору в свой круг. И девочке доставалось за все. За внешность, за бедность, за то, что она жила только с матерью, за то, что в свидетельстве о рождении в графе 'отец' у нее стоял прочерк…

Казалось бы Ирнек мог и не трогать девочку, тем более, что сам не знал своего отца. А его мать чуть ли не каждый месяц меняла мужчин, жила то с одним, то с другим 'папочкой', требовала подарков и денег — и получала их.

Но мальчишка не унимался. Стоило ему узнать в первый же день, что Аврора живет только с матерью — и началась травля. Обиднее всего для девочки было другое. Ирнек ей сразу понравился. С первого дня прихода в школу. Мальчик был удивительно хорош собой. Копна светлых густых волос, большие голубые глаза, опушенные длинными ресницами, тонкие, почти эльфийские черты лица… копия своей матери.

И при этом — трусоватый, подловатый и откровенно жестокий характер. Именно Ирнек был зачинщиком всех гадостей и подлостей, которые происходили в школе-прим[11]. Но будучи, как и все подлые люди, достаточно хитрым, старался подставить вместо себя другого и не попадался. Учителя подозревали что-то, но поймать его за руку не могли.

Директор школы давно бы выгнал маленького подонка, но его мать исправно платила за обучение. А еще — не было никаких доказательств. Ирнек подбирал себе в жертвы самых слабых и ничего не позволял себе там, где стояли камеры наблюдения.

Девочка сжала кулаки.

— меня зовут Аврора, кретины!

— Аврора — спелодора![12] — тут же придумал Ирнек. — Аврора — дура! Аврора — дура! Опять книжки чита-ешь?

— Твое какое дело! — девочка едва сдерживала слезы. — Отвяжитесь, придурки!

— а мы сейчас посмотрим!

Вери Дигрен прыгнул к девочке и рванул у нее из рук старый планшетик.

— Отдай! — кинулась за ним Аврора. Но не с ее ростом было вырвать из рук у мальчишки нужную вещь. А потом его просто загородили друзья. И девочка напрасно пыталась протолкаться к мальчишке.

— И что у нас тут интересного? О! История покорения космоса! Мемуары Алии Росковой! Охота за пирата-ми Ирты Краснецкой! Рошка, тебе-то это зачем? Ты тоже хочешь в космос? Уборщицей, что ли?

— Нет, — паскудно улыбнулся Ирнек. — корабельной шлюхой!

— Ты по своей матери всех не ровняй! — выкрикнула девочка, краснея от ярости.

Мальчишка ухмыльнулся еще противнее — и вдруг толкнул девочку так, что она упала на землю. А сам вы-хватил у друга планшет.

— Ой! Уронил!

— Отдай! — Аврора взлетела, как подброшенная пружиной, но было поздно. Тонкий голоэкран хрупнул под каблуком мальчишки.

— я не хотел! Это случайно!

Глаза его издевательски блестели. Не случайно. Но что могла сделать эта соплюшка, одна, против тро-их… сейчас она разревется, а они еще поиздеваются над ней. Чтобы не смела и слова сказать о его матери. Тем более, что слово-то было чистой правдой.

Он даже не успел удивиться, когда девочка подняла голову. И — прыгнула. Только попытался оттолкнуть ее, но рука ушла в пустоту. А потом обрушилась БОЛЬ.

Аврора уже не контролировала себя. Сознание заволокло красным туманом. Такое с ней еще не происходи-ло. Казалось, что в теле девочки поселилось что-то злое, расчетливое, холодное. Словно кто-то чужой и равнодушный открыл глаза и холодно принялся просчитывать все в ее разуме.

Три противника. Победа возможна. Первое действие. Прыжок.

Первый слишком дорожит своим лицом. Это его уязвимое место.

Потом Аврора не могла вспомнить, о чем думала. Но рука ее коснулась застежки старого армейского рюк-зака на груди. Калерия сама перешила его для дочери. Но система застежек — осталась. Чем хороши армей-ские ранцы — их можно скинуть мгновенно, нажатием на центральную застежку на груди. Аврора ударила по кнопке рукой, перехватила рюкзачок за одну из лямок — и что есть силы врезала по ухмыляющемуся красивому лицу.

Ирнек даже не сразу понял, что произошло. Ранец был армейским. То есть — с заклепками, пряжками и острыми металлическими уголками-выступами. И им действительно можно было драться. Нанесенный с недетской силой удар пришелся по его лицу, сломав мальчишке нос и выбив два зуба. Боль взорвалась в разуме маленького мерзавца, отправляя его в милосердное забытье.

Второй опирается на правую ногу. Ботинки тяжелые.

В следующий миг Вери Дигрен, начинающий заносить руку, получил удар в колено. Аврора не высчитывала специально, не старалась, ее вела вперед чистая ярость, но удар пришелся в самую 'удачную' точку, вынеся мальчишке коленную чашечку. Вери покатился по земле, воя от боли, и выбыл из игры.

Третий широко расставил ноги и стоит лицом к тебе. Как раз можно достать…

Сарт Хенкерк даже ахнуть не успел, как два его приятеля покатились по школьному двору. Ирнек, правда, потерял сознание, но Вери старался за двоих. А Аврора сделала последний шаг — и что есть силы пнула мальчишку между ног.

Сарт взвыл так что заглушил даже Вери.

Аврора на автомате сделала еще шаг, подобрала свой планшет — и вдруг расплакалась.

Планшет был испорчен безвозвратно. Тонкое стекло раздавлено, пластиковая оболочка треснула, Аврора не сомневалась, что и электронная начинка вся испорчена.

Девочка вспомнила, скольких трудов маме стоило накопить денег на этот планшет, как она специально выбирала самый лучший из доступных им, чтобы девочка не попортила глаза, как они вместе покупали его, как выбирали первые книжки, которые закладывались туда, как она старалась к нему приспособиться… этот планшетик был частью ее самой. Даже если он иногда шалил и сбоил, даже если отказывался работать в чужих руках — это был её планшетик. Почти как часть тела. И ей сейчас было больно. Как от удара. Очень больно. Словно уничтожили часть ее самой.

И слезы хлынули еще сильнее.

— что здесь происходит!?

Аврора подняла голову. И увидела над собой тэра Лерта Вингересс. Директора школы-прим.

Но сейчас она просто не смогла бы объяснить ему, что происходит. И никому не смогла. Ее всю трясло, из глаз катились слезы, из груди вырывались всхлипы, похожие на крики… приступов у нее давно не было, но…

Аврора действительно чувствовала себя кошмарно. Вспышка не только забрала все силы — она почти ввергла девочку в шок. Аврора находилась практически на грани комы. Слишком много было потрачено — и пока не восполнено. Еще бы одно усилие — и выводить девочку из шока пришлось бы уже в реанимации. У человеческго организма есть предел сил.

Тэр Лерт нахмурился. Он был неплохим директором. В меру строгим, в меру справедливым. Но чтобы быть хоть каким-то, надо знать, что произошло. А замершая посреди двора со сломанным планшетом в ру-ке девочка явно не могла ничего объяснить.

Как бы ее еще не пришлось госпитализировать. Трое мальчишек, один из которых был без сознания, а двое других катались по земле и выли, тоже были плохими свидетелями.

Но кто тогда?

— Тэр директор, — раздался рядом с ним тихий голос, — Аврора не виновата.

Марта Шаверс видела все от начала до конца. Она задержалась в туалете после уроков, по очень важному и неотложному делу. А когда она вышла на крыльцо школы, Вери как раз выдирал планшетку у Авроры. Марта не стала бы вмешиваться. И если бы все обошлось, никто и не узнал бы. Но видела она все от начала и до конца. И решила заступиться за Аврору. Ирнек доставал и ее тоже, а Аврора была невредной, ко всем относилась по-доброму, и даже безропотно давала списывать домашние задания. Тем более, сейчас просто надо было рассказать правду. Только чуть… смягченную, представив Аврору невинной жертвой. Что Марта и сделала.

— Они Аврору постоянно дразнили, эти трое. А сегодня вырвали у нее из рук планшет, Ирнек бросил его на землю и раздавил. Нарочно. Я все видела. И Аврора на них бросилась. Ирнек ее толкнул, а она отмахнулась рюкзаком и попала ему по лицу. Второй, Вери, замахнулся, она увернулась и пнула его по ноге.

— А третий?

— А они втроем над ней издевались. И он тоже хотел ее ударить. Только Аврошка быстрее двигалась. Я и не думала, что она так умеет, тэр директор. Не наказывайте ее, она не виновата! Пожалуйста!

— Да уж какое наказание, — вздохнул тэр Лерт, понимая, что весь день придется потратить на разбиратель-ства с родителями. — Ты сможешь довести ее до медпункта?

— Да, тэр директор.

— Так бери и веди.

Марта подхватила подругу под руку.

И на миг ей показалось, что все мышцы девочки словно закаменели.

Она не знала, что в мозгу Авроры прозвучал тот же холодный голос:

Цель поражена. Противник уничтожен. Выход из боевого режима.

И Аврора почти мешком осела на руки подружке.

Да, теперь уже подружке.

В медпункте симпатичная сестричка долго хлопотала над девочкой. Напоила витаминным напитком, дала успокоительное и снотворное и уложила отдыхать на крохотную кушетку.

И принялась оказывать помощь трем маленьким негодяям.

Хотя им проще было вызвать скорую помощь.

Ей-ей…

Когда через двадцать минут в медпункт заглянул директор, получивший записи с камер наблюдения и по-звонивший всем родителям, медсестра только руками развела.

— Тэр директор, это просто невероятно. Она точно была одна?

— Да.

Медсестра с сомнением покосилась на девочку.

— У Ирнека сломан нос. Выбито два зуба. По лицу словно война прошлась. Это сможет исправить только дорогая пластика. Кровь я остановила, первичную склейку провела, теперь только больница. Вери надо менять коленную чашечку. У меня, конечно, рентгена нет, но судя по всему, Аврора просто ее в пыль раз-несла. Сарт нуждается в срочной трансплантации биоматериала. Иначе останется без детей. Там мошонка просто сплющена. Удары нанесены с недетской силой. Вы уверены, что это — она?

— Я просмотрел записи с камер. Все верно.

— тогда даже не знаю.

— я знаю. Девочку пытались обидеть. Она защищалась.

Директор и сам не мог понять — почему он защищает Аврору. Но вид плачущей над сломанным планшет-ником девочки что-то затронул в его душе.

Так плачут не над техникой.

Над любимым щенком или котенком.

Да и сказанные Авроре слова тоже требовали возмездия.

Для себя Лерт Вингересс уже решил, что троих малолетних негодяев он отчислит. А девочка пусть учится. Только надо будет объяснить всем, что дразнить Аврору себе дороже.

— Пусть спит. Я пришлю сюда ее мать.

— Это хорошо. Девочке сейчас необходима поддержка. Еще бы чуть-чуть — и пришлось бы реанимацию вызывать.

— она же вроде невредима?

— Физически. И то… словно все силы выплеснула. А психически — она вообще в истерике.

— но сейчас…

— сейчас с ней все будет в порядке. Я ей вколола успокоительное. Поспит часиков восемь — и нормально.

— Пусть спит. Учителей я предупрежу…

***

До приезда родителей Лерт успел поговорить с учительницей Авроры.

Милая тэри Аири Лискет вообще была в полном шоке. Да, Аврора учится у нее.

Очень умная и способная девочка. Очень развитая. Знает намного больше своих одноклассников, читает, пишет, считает, абсолютно спокойно обращается с любой техникой.

Ирнек?

Да я вообще удивлена. Он же ей очень нравится. Что могло такого произойти, чтобы Аврора… и драка!? Даже не представляю! Она всегда такая спокойная, что даже странно! Сидит себе в уголке, на планшетнике что-то делает. Или игрушки, или читает… да, она с ним не расстается. Сказала — мамин подарок.

А сам по себе?

Ирнек… он заводила. Знаете, если провести психологические тесты… мы их даем ближе к концу школы-прим вы же знаете, но даже сейчас видно, что он любит подзуживать других. А сам будет оставаться в сто-ронке.

Неприятная будет личность.

Выписку?

Без вопросов. Сейчас напишу и докладную записку, и мое личное мнение, и родителей приводите сюда! Я с удовольствием все это повторю где угодно и сколько угодно.

Аврора — очень милый и добрый ребенок.

Тэр Лерт вспомнил три окровавленных тела на школьном дворе, но… даже червяк взбеленится если ему на хвост наступить, нет?

Надо зайти снять записи с камер видеонаблюдения.

Этими камерами были оборудованы все школы. Для защиты от террористов. И рассчитывалось все так. Двенадцать часов прокрутки, потом новый слой информации начинал писаться поверх старого. Нужно — останови, скинь себе кусок записи — и вперед.

Удобно.

Запись тэр Лерт получил без вопросов. И просматривал сцену драки почти покадрово. И особенно внима-тельно — то, что происходило до драки.

М-да. Чистой воды провокация. Хорошо, что дети затеяли это в виду камер. Если бы нет — было бы хуже. А так — девочка невиновна. Разве что слишком сильный ответ на агрессию. Но это — нормально.

Он бы и сам за такое ноги вырвал.

***

Калерия успела первой. Еще бы. Школа была расположена в пятнадцати минутах ходьбы от ее дома. А стоило поступить звонку — Калерия пулей сорвалась с места. И прибыла — растрепанная, в домашних штанах и рубашке, в кроссовках на босу ногу… с этой одеждой совершенно не гармонировала элегантная сумка, но не плевать ли на такие мелочи?!

Главное, деньги и документы с собой.

А внешность!?

А не плевать ли на нее три раза!? Кого ей тут обольщать?

Впрочем, тэр Лерт увидел на пороге своего кабинета взволнованную мать. А вовсе не неряшливую домо-хозяйку. Детей он любил и считал, что хороших родителей слишком мало. Поэтому видя тревогу Калерии Вайндграсс за дочь — тут же почувствовал к ней симпатию.

— Тэра Калерия…[13]— Да. Что с моим ребенком!?

— все в порядке. Спит.

— Но мне позвонили…

— Да. Аврора устроила драку в школе.

— Моя дочь? Драку?

Вроде бы изумление было искренним. Но что-то под ним пряталось такое..

А Калерия методично отщелкивала в разуме:

— Опыты Гризмиера…

— Нестандартные реакции…

— Обследование?!

— Этого нельзя допускать…

— Присядьте. Девочке вкололи снотворное, она сейчас спит.

Калерия со вздохом облегчения уселась на стул.

— с ней точно все будет в порядке?

— Да. Хотя еще немного… я хочу предложить вам посмотреть запись с камер видеонаблюдения.

Калерия кивнула.

— Но Аврора точно в порядке?

— Если хотите — можем ее навестить. Или связаться с медкабинетом.

— Второе, — выбрала, уже чуть успокаиваясь, Калерия.

Тэр Лерт послушно набрал несколько цифр на внутришкольном коммутаторе. Экран видеотелефона засве-тился, предоставляя на обозрение медкабинет.

Медицинская сестре сидела за столом, на кушетке спала Аврора.

— Тэри Санна, что с Авророй?

— Спит. Сами посмотрите.

— За ней мать пришла.

— Девочку можно забрать в любой момент, но будить нежелательно. Подойдете — расскажу, что и как, — ме-дичка не отличалась любовью к длительным разговорам. Впрочем, Калерия тоже.

— Хорошо. Тэр Вингересс, вы хотели мне что-то показать?

— Тэр Лерт, с вашего позволения.

— Тогда — Калерия, — кивнула капитан Вайндграсс. — Итак?

— Смотрите.

Тэр Лерт запустил запись драки.

Калерия смотрела внимательно и серьезно. И…

Она не испытала ужаса, нет! После плена у Сарна ей вообще ничего страшно не было. Она ощущала гор-дость за своего ребенка.

Девочка не плакала. Не скулила. Она защищалась.

Да, жестоко.

Да, ответ был неравноценен нанесенному ущербу.

Но как это было проделано!

Восхитительно! Просто восхитительно!!!

Идеальное использование подручных средств, минимум усилий при максимуме результата! Просто пре-красно! Если бы она учила дочь — учила бы именно этому. Неужели в клубе нахваталась?

Надо будет расспросить малышку.

Или…

Вторую мысль Лера отогнала. Не время.

Но… неужели Сарн хотел получить идеального бойца?

Потом, подумаю об этом потом!

— Я учила ребенка самозащите, — негромко произнесла она. — Не такому, да. Но Роша знала куда ударить.

— У нее уже были драки?

— Нет. Она очень тихий ребенок. Ей кроме книг ничего не надо. Книги, техника, если бы эти сопляки ее не спровоцировали…

— Не сомневаюсь.

— Аврора так радовалась, когда я купила ей этот планшетник. Это был подарок на день рождения…

Тэр Лерт понимающе кивнул. Они успели и обсудить драку, и выпить по чашечке тархи, и даже обгово-рить меры наказания для Авроры — девочку планировалось записать на курсы к психологу, когда…

Дверь распахнулась — и в комнату вступила… ОНА!

Другого слова тут подобрать было нельзя.

Дама.

Хотя скорее — дама полусвета.

Шикарное платье, стоящее раз в десять дороже сломанного планшетника, невероятно высокие каблуки, маникюр, педикюр, укладка…

Калерия не впечатлилась.

На 'Звезде Америки' она и покруче видела. Намного. А рядом с той же Диной эта красотка смотрелась бы… убого.

Платье дорогое да. Но слишком яркое и вызывающее. Макияж избыточно броский для середины дня. А маникюр явно сделан вторым слоем.

— Что здесь происходит!? Где эта мерзавка!?

— Добрый день тэра, — спокойно ответил тэр Лерт.

— Тэра Лара Саларис. Я надеюсь девчонка, изуродовавшая моего сына, уже в полиции!?

Калерия сжала кулаки.

Ну погоди ж ты у меня!

— Тэра Саларис, я рад, что вы почтили нас своим присутствием, — тэр Лерт сдвинул брови. — Прошу вас са-диться.

Тэра топнула ножкой и Калерия с неожиданным злорадством проследила как с блестящей туфельки отва-ливается стразик.

— Еще чего! Вы уже наказали негодяйку!?

— Негодяи уже достаточно наказаны, — спокойно сообщил тэр Лерт. — Садитесь.

И столько властности было в его тоне, что женщина послушно села.

— А теперь посмотрите запись.

Калерия наблюдала за лицом женщины. Ярость, возмущение, гнев…

— Зачем!? Вы что — еще не арестовали мелкую дрянь!?

Все. Калерия больше сдерживаться не собиралась.

— Слушай ты, — она почти шипела от ярости. — Твой сын с дружками напал на мою дочь. И скажи спасибо, что я не подаю в суд! Но если твой гаденыш останется в этой школе — пощады не жди!

— А ты еще кто такая?!

— Калерия Вайндграсс. И если ты немедленно не успокоишься — я тебе все ногти вырву! Без наркоза! Живо села и смотришь молча!

Рявкать Калерия умела. Собственно, в армии вообще без этого нельзя. Лара рухнула в кресло, как под-кошенная. Платье жалобно треснуло.

А вот не надо такие супер-презервативы вместо платья носить, глядишь, и по шву бы не лопнуло.

Лара попыталась еще раз вскочить, когда Аврора нелестно отозвалась о ней. Но Калерия была наготове. Женщина споткнулась о вовремя выставленную ногу и рухнула обратно, щедро осыпав пол стразиками с туфель.

— Сидеть!

Впрочем, хватило внушения ненадолго. Только до конца съемки. Потом тэра таки вскочила и завереща-ла:

— Да вы что!!! Эта соплюшка моего сына покалечила, а ее даже не накажут!?

— Если бы твой сын ее не провоцировал, — Калерия почти рычала, медленно поднимаясь на ноги. — И ты ме-ня сейчас тоже спровоцируешь похлеще своего сопляка. Поняла!?

— Да я на тебя в суд подам!!!

— Подашь, — Калерия сделала шаг вперед. — Еще как подашь. Только морду тебе ни одна пластика не восста-новит…

Еще один шаг.

Лара взвизгнула и вылетела за дверь.

Калерия спокойно опустилась в кресло.

— не люблю таких дамочек.

Тэр Лерт поднял брови.

— Спектакль разыгрываете?

— Пусть перекипит, поговорит с юристом, перебесится. Что вы хотите делать с детьми?

— Выгоню этих троих из школы. Аврора пусть остается. А родители паршивцев в качестве компенсации купят ей новый планшетник взамен сломанного.

— Я не ожидала…

— Я не буду выгонять ребенка, который ни в чем не виноват. У меня на руках есть докладная учителя ра-порт охранника, показания свидетелей… так что могут визжать сколько влезет.

Калерия перевела дух.

— Спасибо. Мне не хотелось бы переводить ребенка в другую школу. Эта рядом с домом.

— я все понимаю. Вы побеседуете с родителями двух других детей?

— Наверное, не стоит?

— Тогда я вызову вам мобиль. И не спорьте. За счет школы. Ребенок получил серьезную травму. Пусть она проснется дома, на руках у мамы.

Калерия благодарно улыбнулась.

И после недолгого прощания отправилась в медпункт за дочерью.

А тэр Лерт еще раз вызвал на голоэкран все, что нашлось в сети о Калерии Вайндграсс.

Капитан ВС НОПАШ.

Плен у пиратов.

Почетная отставка. В настоящее время — тренерская работа в клубе. Дочь — Аврора. Отец — неизвестен. Но дочь она любит до безумия. И это — главное. Дети ведь не виноваты в том, что натворили их родители. Но как часто они за это расплачиваются…

***

Аврора открыла глаза поздним вечером в своей комнате.

Взгляд наткнулся на голоэкранчик на стене, на стол с моделями и деталями, на одежду аккуратно сло-женную на стуле… там же висел и рюкзачок.

Тот самый.

Аврора вспомнила все одним рывком.

Первый стоит близко. Его можно достать одним ударом…

И сильный точный удар. Рука словано сама по себе, без контроля разума хватает рюкзак — и наносит удар с самого оптимального расстояния.

Летят брызги крови, глаза мальчишки закатываются, он медленно падает, а Аврора уже видит второго противника. Резко, рывком, словно перевела прицел в игрушке.

Второй опирается на правую ногу. Ботинки тяжелые.

И удар. Жестокий и сильный. И дикий крик боли.

Третий широко расставил ноги …

Аврора делает шаг вперед и наносит последний удар.

Сильно, жестко, холодно…

Светлые звезды!!!

Девочку затрясло. И она даже не сразу поняла, что плачет.

Калерия влетела в комнату, как ведьма. Обхватила дочку за плечи — и Аврора уткнулась ей в грудь.

— Мама, мамочка…

Женщина гладила ребенка по растрепанным белым волосам и думала, что своими руками убила бы ма-леньких подонков! Но — нельзя.

Твари мелкие!!! Тараканы!!! Клопы помойные!!!

— Тише, маленькая, все хорошо, все уже закончилось, ты умничка, родная моя…

Калерии пришлось долго успокаивать ребенка, прежде чем Аврора смогла внятно разговаривать. И только потом она смогла выяснить, что произошло.

И серьезно задумалась.

Аврора ничего не скрывала от матери. Она ощущала себе… нереально. Как в компьютерной игрушке с искусственным интеллектом, который просчитывает все ходы на тысячу шагов вперед.

Только интеллектом была она.

Она твердо знала, как поступить, куда ударить, как причинить максимальный ущерб с минимальной за-тратой сил…

— Маленькая, тебе надо заниматься боевыми искусствами, — решила наконец Калерия.

Аврора посмотрела на мать.

— Мам, но мне это не нравится.

— Боюсь, малышка, что у нас нет выбора. Ты должна уметь это контролировать.

— мне это не нравится. Мам, почему я такая!? Почему!?

Калерия опустила глаза.

Как рассказать дочери правду?

Но компромисс она нашла.

— Малыш, я все расскажу тебе. Обещаю.

— Когда?

— В день твоего пятнадцатилетия.

— Но это же очень долго…

— Нет, ребенок. Время летит очень быстро.

***

Ирнек, Вери и Сарт были переведены в другую школу после выписки из больницы.

Тэр Лерт сдержал обещание. И через три дня Авроре доставили новый планшетник. Дорогой, в стальном корпусе и с небьющимся стеклом. Хоть танцуй на нем.

Аврора осталась учиться в своем классе. Только теперь у нее появилась подруга — Марта. И никто не ре-шался задевать девочку, помня о ее нестандартной реакции.

Надо сказать — это пошло ей только на пользу.

Калерия-таки нагрузила ребенка по полной программе боевыми искусствами, но — увы.

Аврора не проявляла никакого суперталанта. И Лера более-менее успокоилась.

***

— Аврора Вайндграсс… Аврора Иридина…

Человек листал отчет, небрежно пробегая глазами по строчкам.

— Учится, посещает спортзал, посещает компьютерный клуб. Никаких способностей, не соответствую-щих возрасту не проявляет. Агент Майская докладывает, что Калерия живет спокойно, никаких признаков того, что ей известно о Русине.

Что ж.

Мужчина положил перед собой планшетник.

Надо отписать агентессе. Пусть продолжает наблюдение. Тем более, что ей это удобно. Она вышла замуж за полковника Эстевиса, ездит с ним по всей России, вполне счастлива и довольна жизнью… а если что — эвакуация всегда возможна.

Русина готова принять хоть миллион человек.

Главное, чтобы никто не узнал о них раньше времени. Десять лет. Хотя бы еще десять лет…

А лучше — двадцать.

***

— Аврора!!! Ты идешь!?

Вопль разрезал сонную тишину школы-секонд словно ножом.

— Да иду я, иду, — из окна высунулась голова девушки.

Хотя все равно скорее девочки.

Растрепанные белые волосы падали ей на лицо. Она смахнула прядь в сторону — и помахала подруге ру-кой.

— Марта, подожди немножко! Сейчас я!

Голова исчезла. Марта Шаверс закинула сумку на плечо.

Да. Вот и закончена школа-секонд.

Сегодня вечером выпускной бал, а у них еще лось не валялся. Надо забрать платья для выпускного бала сделать прически, нарисовать лица, маникюр, педикюр… куча всего! А Рошка опять засела в инфозале! Со-вести у нее нет! Хоть сегодня могла бы и поторопиться!

Хотя Марта осознавала что не слишком справедлива к подруге.

Если бы не Аврора — ей бы пришлось намного сложнее. Чего уж там — способности Марты оставляли же-лать лучшего. Но всю школу-прим Аврора помогала ей, а школу-секонд фактически тянула на себе.

Марта списывала у нее любые задания, на самостоятельных работах Аврора умудрялась все прорешать за двоих… исключением были только устные ответы, но и с этим девочки справлялись, разработав свою сис-тему знаков.

И Марта отлично понимала — сама бы она школу-секонд не закончила.

Зато сейчас она может поступить в техникум на стилиста. Что и сделает.

А Аврора, наверное, останется в школе-терц.

С такими мозгами — ее на руках носить будут!

Все предметы давались девочке не просто легко. Казалось, она вспоминает нечто изученное прежде.

История?

Запомнить почти дословно несколько листов текста и выдать их у доски, для Авроры было пустяками.

Математика?

Любые уравнения, любые формулы… Аврору старались даже не вызывать, потому что математик твердо знал — урок будет сорван. Шестнадцать видов решения задачи — не хотите? От примитивного до самых сложных. Кончилось все дело тем, что математик стал назначать девочке дополнительные занятия, на кото-рых она, кажется, осваивали уже и институтскую программу.

Физика, химия, биология, языки — та же самая картина.

Физкультура… то же самое. Аврору мать таскала по спортзалам с детства — и девочка отлично выполняла все нормативы.

Казалось бы — умная, спортивная активная… Аврора должна была быть звездой школы. Ан нет.

Из подруг у нее была одна Марта. Из друзей — она вообще как-то настороженно относилась к людям, ста-раясь держаться от них подальше. И дети не спешили сокращать дистанцию.

Почему так?

Марта не задумывалась.

А Авроре просто был никто не нужен.

У нее были книги и тренировки. Она могла в огромных количествах погло䑉ать новые знания. В школе была инфосеть — и девочка старалась проводить там как можно больше времени.

Была Марта.

И больше ей был никто не нужен.

На самом деле она просто… не любила людей.

Люди были слишком шумными, лживыми, неприятно пахнущими, жестокими, ограниченными… список можно было продолжать до бесконечности. А может быть сказывалась наследственность Эрасмиуса Гризмера? Кто знает.

Но на титул школьной королевы претендовали другие. Другие собирали вокруг себя группки подчинен-ных, другие руководили, блистали, стравливали мальчишек между собой… Аврора просто училась и учила подругу.

И все.

Другую могли бы поколотить.

С Авророй никто не решался связываться. Слишком памятна была та драка в школе-прим.

Так что и ей, и Марте был обеспечен полный покой.

Марта вздохнула. Спору нет, Аврора отличная подруга. Но иногда… хотелось бы чтобы она была более женственной. А то ведь не поймешь — парень или девчонка.

— я здесь!

Аврора выпрыгнула из окна и стояла рядом с Мартой.

— Да это понятно, что ты здесь. Идем? Мне родители подарили абонемент на двоих в салон 'Златовласка'. Так что сегодня мы там до вечера. Я позвонила твоей маме — туда же привезут и платье.

— Марта, ты что! Это же дико дорого!

Марта улыбнулась.

— Рошка, ты хоть представляешь, как мои предки довольны? Ну да, я бестолковая, что поделать!? Без тебя я никогда не закончила бы школу с такими баллами! А сейчас меня на стилиста примут даже без вступи-тельных! Уже есть договоренность! Завтра только документы туда перевести! Так что они решили немного потратиться. Они-то думали, за меня всюду платить придется!

— М-да — образование дорогое удовольствие…

Аврора вздохнула.

Ее мама тоже откладывала каждый хом, чтобы дочка могла поступить куда пожелает. Да, Аврору возьмут без экзаменов в любой ВУЗ. Но туда же надо еще доехать! Надо там на что-то жить! Так что Калерия уже четыре года как ввела режим строгой экономии.

Кто знает, как жизнь сложится…

А Аврора откровенно не знала, чем хочет заниматься. Ей слишком легко все давалось. А хотелось… хоте-лось чего-то такого… невероятного… она и сама не знала чего.

— Пошли быстрее, а то на мобус опоздаем!

Марта цапнула подружку за руку и потащила за собой. Она отлично знала — если Аврора задумается — это надолго. Впадет в ступор и застынет, как соляной столп. Не-ет… их еще в салоне красоты ждут!!!

***

В 'Златовласке' было тихо и уютно. Тяжелые шторы, покрытие стен под старину, картины — настоящие, не голорамки…

Администратор приветливо смотрела на двух девочек.

— Что вам угодно, тэри?

Марта прошла к столику и положила две красивые карточки с несколькими степенями защиты.

— Мне родители подарили.

Администратор пробежала глазами.

— Да. Это абонемент на день красоты. Полный спектр услуг. Вы желаете…

— Я и моя подруга. У нас сегодня выпускной бал. И мы хотим быть красавицами!

— Это будет несложно сделать…

Администратор внимательно смотрела на девочек.

М-да. Встречаются же цветы на их планете.

Первая — ничего особенного. Крепенькая невысокая шатенка в ярком платьице. Карие глаза, веселая улыбка, явно болтушка и хохотушка. Симпатичная, но ее можно сделать красавицей. Таких на улице хватает.

А вот вторая…

Высокая тонкая фигура еще не оформилась. Но даже сейчас видна порода. Узкая кость, маленькие руки и длинные ноги. Брюки и рубашка навыпуск хорошо скрывают фигуру, но наметанный глаз администраторши легко определил, что девочка соответствует самым жестким стандартам красоты. Белые волосы растрепались и длиннющая (чуть ли не до колен, с ума сойти — натуральные волосы такой длины!!!) коса напоминает метелку. Черные глаза — натуральные! С длиннющими черными ресницами и тонкими черными бровями на матово-белом лице. Рождается же такое чудо!

— Как вас зовут тэри?

— Марта Шаверс и Аврора Вайндграсс.

Администратор взяла колокольчик и встряхнула, одновременно нажимая ногой педали под столом.

Вскоре появились две женщины.

— Тэри Марта, ваш куратор на сегодня — тэра Лирана. Тэри Аврора… тэри, вы меня слушаете?

— Слушает! — Марта крепко пнула подругу в бок. — Рошка. Очнись!

Девочка встряхнулась.

— А? Извини, задумалась. Я что-то пропустила?

— Посмотри на тэру…

— Тэра Тамара будет вашим куратором на сегодня. Пожалуйста, слушайте ее?

Аврора кивнула.

— Хорошо. Только если я задумаюсь, вы меня встряхивайте, ладно?

— И о чем может серьезно думать такая очаровательная девушка? — заворковала Тамара, подхватывая Авро-ру под локоток.

Девочка тут же высвободилась неуловимым движением — и администратор только завистливо вздохнула про себя. Как двигается! Какая грация!

— Извините. Я не люблю прикосновений посторонних людей.

— Рошка! Имей совесть!

— Я постараюсь потерпеть… извините.

После того, как девочек увели, администратор несколько минут сидела в задумчивости. А потом достала коммуникатор и вышла на улицу.

За такую красотку длинному Джонни заплатят не один десяток тысяч хомов. А ей наверняка перепадут проценты.

***

Аврора была довольна днем. Ее мазали, стригли, массировали, купали, что-то втирали… но неприятно ей не было. Она не любила чужих рук и резких запахов, но сейчас с ней обращались обезличенно. И это ус-покаивало. Просто — работа такая втирать масло в чужую кожу. Да и масло было без запаха, как и вся прочая косметика. Из равновесия ее слегка вывел парикмахер, принявшийся что-то трещать о 'жемчужно-молочном цвете' и 'невероятной шелковистости', но ненадолго. Видя, что клиентка начинает нервничать, он успокоился — и принялся делать свою работу молча. Аврора тоже успокоилась и расслабилась.

И принялась решать в уме интегралы, заданные на ближайшую стандарт-неделю. Ее бы воля — она вообще пошла бы на выпускной в брюках и рубашке. Но если уж так принято… девочка не только не знала что та-кое тщеславие. Она и интеллектуально во многом оставалась ребенком. Противоположный пол и возмож-ность быть привлекательной для мужчин ее не интересовали. Вообще.

Калерия приехала уже ближе к вечеру. Привезла платье для выпускного. И только ахнула, увидев дочь.

— Великие звезды!

Мастера взяли у нее платье и утащили в глубину салона. Мол — покажем все и сразу. И через десять минут вывели двух девочек.

Марта была очаровательна.

Мастера качественно поработали над ней. И она производила впечатление очаровательной юной женщины. Красное платье подчеркивало смуглость ее кожи, каштановые волосы были уложены в сложную прическу, искусно подкрашенные глаза казались большими и выразительными… она могла бы затмить любую.

Почти любую.

Но рядом стояла Аврора.

И Калерия в полном шоке смотрела на дочь.

Звезды, когда ее маленькая девочка успела вырасти и ТАК похорошеть!?

Аврора была абсолютно спокойна, как и всегда. И Лера знала — сейчас ее дочь страшно скучает. Но тер-пит, чтобы никого не расстроить. Ей было бы интереснее в лаборатории или в кафе с инфосетью. Но раз уж праздник…

Черное платье плотно облегало стройную фигурку.

Простое, из дешевого синтетического материала, без блесток или украшений — оно смотрелось так, что парней можно было только пожалеть. Полностью закрытое спереди, оно подчеркивало высокую неболь-шую грудь, тонкую талию, стройные бедра и падало мягкими волнами вниз, показывая только кончики туфелек.

Сзади — Лера знала, на платье был глубокий вырез почти до копчика, который закрывался тонкой черной сеткой. Хотя кто увидит ту сетку?

Белые волосы девочки были распущены из привычной косы и красивыми волнами падали чуть ли не до колен. Лицо — слегка подкрашено. Хотя такое лицо в краске не нуждается. Разве что слишком бледные губы тронули розовой помадой.

Аврора была не просто хороша. Она была прекрасна как богиня.

Калерия всхлипнула, вдруг вспомнив Дину Видрасё.

Как же малышка на нее похожа! Тот же тонкий нос с едва заметной горбинкой, те же огромные глаза, чис-тый лоб, высокие, резко очерченные скулы, единственное, что не от Дины — маленький упрямый подбо-родок и слишком тонкие и бледные губы. Но сейчас это незаметно.

— Девочки, какие вы красивые!!!

Аврора подняла брови. Марта захлопала в ладоши.

— правда!? Спорим, все мальчишки наши будут!?

— Даже спорить не стану! Давайте грузиться в мобиль, — решила Калерия. — а то еще украдут вас, таких оча-ровательных!

Аврора пожала плечами. Марта засмеялась. Администратор за стойкой слегка нахмурилась.

Оговорка?

Или…

На планете Калдан действительно пропадали девушки.

Иногда. Не очень много. Чтобы всплыть потом на Дамбо. Там всегда был хороший спрос на красивых ра-бынь.

***

Поздно вечером, точнее рано утром Аврора повела карточкой по кодовому замку квартиры.

— Можешь не прятаться, — Калерия не спала. Она сидела, листала журнал с голографиями оружия, пила тар-хи и ждала дочь.

— Мама, это было так скучно, — пожаловалась Аврора.

— Скучно!?

Калерия искренне удивилась. Хотя… чему бы? У нее очень оригинальная дочь, что поделать…

— Вы наверняка были там самыми красивыми.

— Да, но это такое занудство… сначала нас приглашали все мальчики, потом учителя, с ними приходилось танцевать, а некоторые так плохо пахнут…

Калерия искренне рассмеялась.

— Девочка моя, а тебе никто не понравился?

— Нет. А надо?

В голосе Авроры звучало такое искреннее недоумение… Калерия только головой покачала. Плевать на красивое платье и шикарную фигуру. Прическа, лицо — это просто маска. А суть все та же. И там внутри ее девочка, которая обожает горький шоколад с орехами и задачи из квантовой физики (сама Калерия в них понимала как бы ни одно слово из пяти). И готова часами сидеть с программами для своего планшетника или листать книжки с нечеловеческой скоростью.

Её маленький ребенок…

— Роша, — Калерия привлекла дочь к себе и крепко чмокнула в нос — когда ты повзрослеешь, парни будут драться за один твой взгляд.

Аврора пожала плечами и фыркнула.

— Пусть их, дураков. Мам я в душ — и спать, ладно?

— иди, мелкая.

***

Аврора шла в школу, когда к ней подошел этот человек.

— тэри Вайндграсс?

— Да. А вы кто?

Аврора не сбавляла шага. Мама вообще запрещала говорить с незнакомцами, но… здесь же оживленная улица! Что с ней могут сделать!?

— Меня зовут Калаш Данверс.

— Очень приятно.

— Я — продюсер. Ищу девушку для нового сериала. А у вас такое выразительное лицо… и эти волосы — это ведь ваш натуральный цвет?

Аврора пристально посмотрела на мужчину.

Чем-то он ей не нравился. Запахом? Видом?

— Это парик моей бабушки. А сериалы меня не интересуют. Извините.

— Вы уверены? Это слава, известность, вас будут узнавать на улице…

Аврора уже не слушала. Неинтересно.

Это слово было категорическим императивом ее существования.

Интересно — квантовая физика, высшая математика, электроника…

Неинтересно — танцы, мальчики, косметика, тряпки… человек, что-то бубнящий над ухом…

— Если вы не уйдете — позову полицию, — коротко сообщила она. И сделала широкий шаг.

— Жаль, что вы так настроены, — рука легла ей на плечо.

Аврора резко развернулась.

Да она не боец. И не справится со взрослым мужчиной. Но вынести ему пару пальцев из суставов — запро-сто!

Не успела.

Что-то кольнуло ее в плечо — и перед глазами все поплыло. Последнее, что она услышала — был возглас мужчины:

— Ребенку плохо!!! Пустите, я отвезу ее в больницу!!! Такси!!!

***

Ты не переборщил?

— Да ты что, Джонни! Минимальная доза, она уже должна бегать!

— А лежит.

— Не, все будет нормально. Пульс, дыхание, давление — все в норме. Ты погляди, какая красот-ка!

Голоса накатывают, бьются в мозгу, не дают соскользнуть в небытие, Аврора цепляется за них из послед-них сил, как за канат в спортзале. Все мутится, плывет, кружится, откуда-то накатывают обрывки разго-воров, картинки с голыми тетями и дядями, незнакомые голоса…

— Приходи в себя…

Сильные руки похлопывают ее по лицу. Потом на голову девочки льется что-то холодное.

Иголка больно вонзается в сгиб руки.

Пелена постепенно рассеивается и Аврора открывает глаза, чтобы наткнуться взглядом на незнакомое ли-цо.

— совсем вы … чуть девчонку не …

Слова напоминают Авроре мамины выражения. Если мама считает, что ее нет рядом, она может так и выразиться. И девочка пробует говорить:

— Вы кто?

— О! — радуется чему-то человек. — Умненькая девочка. Не орет, не пищит…

— И красивая. На Дамбо за такую много дадут, — из-за спины первого появляется второй. Авроре он напоми-нает большую противную крысу, и она непроизвольно морщится.

Сильная рука цепляет ее за подбородок.

— Ну-ка ответь — с мальчиками еще не тискалась?

Несколько секунд Аврора пребывает в ступоре. А потом по комнате разносится дикий вой.

Никто не ожидал, что девочка дернет головой, сбрасывая руку — и вцепится зубами. Да еще так быстро и жестоко.

Словно атакующий ящер-триз[14].

Первый мужчина хватает Аврору за волосы и буквально отрывает девочку от своего подельника. Аврора сплевывает на пол кусок мяса. По подбородку ее течет кровь. Она еще не поняла, что с ней сделали или собираются, сделать, но твердо знает одно.

Это — враги.

Убей врага… убей, убей, убей…

Что-то в голове мерно стучит, словно сердце.

Аврора еще не знает, что ей вкололи наркотик. Она не в курсе, что большинство лекарств действуют на нее не так, как на обычных людей. Вот и сейчас — вместо расслабления и полной аморфности наркотик вы-зывает у нее агрессию. Создание Эрасмиуса Гризмера готовится защищаться любой ценой.

Убей врага… убей, убей, убей…

Человек, которого она укусила, отскакивает:

— Ты, …, вот только попробуй проделать что-то подобное — и я на Дамбо продам тебя в бордель для из-вращенцев, ты поняла!?

Речь его обильно пересыпана ругательствами. Но главное машина, в которую медленно превращается Ав-рора, вычленяет.

— Вы похитили меня, чтобы продать на Дамбо?

— Да, — шипит укушенный. — Твое счастье, что товар портить нельзя. Но еще раз такое выкинешь — и я тебя прямо здесь разложу… …

С губ его срывается ругательство, и он шарахается назад.

Потому что Аврора подается вперед. И выглядит она сейчас вовсе не королевой красоты. Напротив — ее вид заставляет поверить в нечистую силу.

Белые волосы выбились из косы и падают на плечи неопрятными прядями.

Лицо такое же белое. Черные глаза расширились до нечеловеческих размеров и горят безумным огнем. По подбородку стекает кровь — и кажется, что сейчас за приоткрытыми губами блеснут длинные острые клы-ки…

Из горла девушки вырывается то ли свист, то ли вой. Низкий, хриплый, на пределе звука… клич атакующего хищника. Сейчас брошусссссь….

Мужчины шарахаются назад и вылетают из комнаты.

Щелкает замок.

Авроре полагается лежать, воя от тоски. Но то, что ей управляет, не дает своей марионетке времени на отчаяние.

Система повреждена. Нет времени на восстановление. Нет ресурсов. Необходимо сделать все возмож-ное до отключения.

Аврора отчетливо понимает, что скоро опять потеряет сознание. И — делает то, что может.

Ложится на койку и сосредотачивается.

Она никому не рассказывала о своих подвигах в инфосети. Но сама понимала, что это — необычно.

И — тренировалась.

Аврора и сама не знала, как и когда у нее стало получаться. Когда она поняла, что может свободно опе-рировать потоками инфосети? Наверное, очень давно. Она еще была маленькой. Но она стала пытаться. Один раз, второй… на своем планшетнике она даже клавиатуру никогда не вызвала — ей достаточно было подумать.

Текст печатался сам, программы она не писала — они просто взаимодействовали. Как с рукой или ногой. Когда девочка это поняла, она сначала немного испугалась. А потом… потом страх прошел.

Если бы она была постарше, или поумнее в это время, но какой ум можно ждать от пяти — семилетнего ребенка? Девочка просто стала ужасно собой гордиться. Сначала. А потом, лет в 12–13 поняла, что о таком лучше молчать. Если не хочешь очутиться в психушке или лаборатории. И молчала. Не знала даже мама — Аврора рассудила, что не стоит ее расстраивать. Ну и молчала.

А вот сейчас… сейчас ее способности могли сослужить ей добрую службу.

Аврора расслабилась, как она всегда это делала, готовясь окунуться в поток информации.

Она давно оценила, какие возможности ей дает ее маленький секрет.

Можно посмотреть любую передачу для взрослых, списать любую работу, передать ее подруге, мелко на-пакостить человеку, который тебе не понравился, потерев всю его информацию, можно многое…

В том числе…

Есть поток!!!

Аврора дернулась едва не сбив настройку.

Она ощутила сеть. Как громадный поток, который подхватил ее и привычно понес в какие-то дали… нет!!!

Вот этого — нельзя.

Не надо уходить отсюда!

Аврора знала, что может гулять по сети, сколько ей захочется. Но надо было не это. Надо было — поч-ту.

Надо было отправить весточку маме, позвонить в полицию, скачать всю информацию с компьютера зло-умышленников, совсем как суперкомп в 'приключениях Саймона'! И Аврора рванулась на штурм компью-терной памяти.

Где же она находится?

Поток неожиданно ощетинился капканом. Ага, щас! Ты всерьез думаешь, что такие мелочи могут меня остановить? Поставил пароль — и доволен?

Аврора скользнула мимо капкана и нырнула глубже.

Еще один капкан. И еще… да сколько же их тут! Надо быть осторожнее! А то засветишься! А этого никак нельзя!

Аврора чувствовала себя лихим суперагентом. Ну-ка, маленький, иди к мамочке… покажи, что ты хра-нишь в сундучке?

Конечно, это был не сундучок. Папка с файлами. Но сознание девочки предпочло интерпретировать ин-формацию именно так.

Аврора легко преодолела последние замки и принялась изучать доставшееся богатство.

Минуты три.

А потом поняла, что ничего не понимает.

И поступила как герои в любимых фильмах.

Информация потоком хлынула в местное управление полиции в ФСБ и — так на всякий случай — на сайты желтых газет.

ВСЯ информация.

Бухгалтерия торговцев живым товаром, электронные расписки, фотографии девушек, рейсы кораблей, заинтересованные капитаны…

Аврора в этом не разбиралась.

Она просто перекачивала информацию.

Если бы кто из торговцев и зашел к ней — ее бы все равно не заподозрили. Лежит девчонка и лежит. Тряп-кой. И что?

Может, вообще в обмороке. Не новости. Главное — дышит, а что не визжит — оно и к лучшему.

Белая коса свисала до пола. И казалось, что по ней иногда пробегают крохотные синеватые искры.

Единственное, чего не выносила Аврора — это стрижку волос. Разве что чуть-чуть. Даже челку ей подстри-гали только что не с боем.

***

Примерно в это же время…

— Где моя дочь!?

Тэр Лерт пожал плечами, глядя на Калерию

— Ушла домой.

Калерия осела в кресло. Ноги просто отказались ее держать.

— Дома она не появилась.

— Тэра что в этом страшного? Это же ребенок!

— Нет!!! — Калерия кое-как собралась. — Вы не понимаете. Во-первых, мы с Рошкой должны были идти за новым коммуникатором. Она бы это не пропустила. Во-вторых, обязательно предупредила бы, если что.

— и что вы предлагаете?

— Я прошу вас позвонить в полицию вместе со мной. Пожалуйста…

Тэр Лерт задумывается.

Вообще, Калерии и Авроре он симпатизирует. Еще с той истории… Почему бы нет?

От него не убудет. Так мало матерей, которые действительно заботятся о своих детях…

Но в полиции было не до них.

— У нас ребенок пропал!!! — не выдержал тэр Лерт, когда его в девятый раз попросили перезвонить попоз-же.

— Девочка? — вдруг заинтересовались в трубке?

— Да.

— Сколько лет?

— Пятнадцать лет, белые волосы, заплетенные в косу, черные глаза…

— Зовут Аврора Иридина Вайндграсс. Подъезжайте. Скоро привезут вашу потеряшку.

— Но — что!?

— вы зайдите на сайт 'Лимончика'. И посмотрите там. А потом подъезжайте к центральному управле-нию.

Тэр Лерт задумчиво почесал в затылке. Но просьбу передал Калерии.

Руки женщины залетали над клавиатурой.

Вообще такие издания как 'Лимончик' были настрого запрещены в школе. Но из кабинета директора можно было выйти на любые сайты.

Страница открылась.

И Лера ахнула.

Фотографии, документы, бумаги… самое главное — фото! Девочки. Все красавицы, как на подбор. Свет-ленькие и темные, высокие и низенькие… и одно фото — ее ребенка. И контракт рядом — на чем везти, как, когда, сколько, договор с аукционным домом на Дамбо…

— Звезды!!!

Тэр Лерт выразился бы витиеватее. Но в присутствии дамы…

Хотя дама, вспомнив армейское прошлое, выдала такое выражение, что, кажется, монитор покраснел.

И взлетела с кресла.

— Едем!!! Срочно!!!

Калерию вела одна мысль.

Найти своего ребенка!!!

Аврора, маленькая моя!!! Всех поубиваю, если хоть пальцем посмели дотронуться, с-собачьи дети!!!

***

Винни Шмайрс даже и не подозревал, что обрел мировую известность. Но — в комнату, где он бинтовал укушенную маленькой сучкой руку, влетел его подручный — Джонни тарантул.

— Шеф!!! Рвем когти!!!

— Ты что — ох…л?!

Ответом ему стал планшетник с включенным сайтом желтой газетенки.

А на сайте, словно в кошмарном сне, появлялось содержимое секретных папок компа Винни.

Но КАК!?

Он же даже не подключен к инфосети!!!

Да, ходили слухи, что можно влезть в любой подключенный комп! Но здесь-то! Он даже в розетку не подключался! Так, работал от автономки!

Винни быстро листнул свою папку — да нет! Ни следа взлома! Пароли на месте, файлы тоже… но каждую минуту появляется новый файл.

Да что же это такое!!!

Отключить заразу!!!

Хотя справедливости ради, последнюю мысль Винни додумывал уже на пути к дверям. Рука зарастет. На-много хуже, если придется воспользоваться услугами тюремного врача.

О пленницах никто и не вспоминал. Зачем?

Все равно их освободят. Свою бы шкуру спасти!

Но на выходе из здания (скромный маленький салон красоты всего в двенадцать этажей) их встретили дула плазмеров.

— Руки в гору!!!

— Стоять!!!

— Не двигаться!!!

Винни выматерился и поднял руки.

Рядом так же безнадежно ругался Джонни.

Но откуда же пошла утечка!?

***

Аврора выдохнула.

Вот так. Все документы теперь в сетях. А на всякий случай их надо переправить еще маме. Так, на всякий случай.

Девочка теперь даже знала, где она. В одной из бумаг был указан адрес. Надо было только не сопротив-ляться — и информация отложится в мозгу.

Аврора давно подметила эту свою особенность. В определенном состоянии, когда она была полностью расслаблена, она могла запомнить все, что угодно. А когда включалась в сеть — любую информацию из се-ти.

Марта восхищалась ее талантами!

Ха!!!

Воспроизвести несколько страниц текста!? Какая ерунда!

Аврора могла воспроизвести дословно целый учебник. Записать, воспроизвести, а потом просто прика-зать себе — и забыть его начисто.

Единственный недостаток метода — она вообще удаляла все данные таким способом. Даже обрывков не оставалось.

И приходилось потом вкладывать все заново.

А удаляла девочка многое. Историю, литературу, географию планеты, ботанику, зоологию — всякую ерунду, с ее точки зрения.

А вот все, что касалось математики — готова была глотать вагонами. Укладывать — и постепенно осмысли-вать, делая частью своего разума.

Настоящей частью.

Довольно!!!

И в голове опять звучит холодный четкий голос:

Система испытывает недопустимые перегрузки. Требуется привлечение внешних ресурсов. В против-ном случае необходимо отключение разума…

И Аврора понимает — ей надо встать и найти что-то важное.

Воду… обязательно…

Девочка открыла глаза.

Слабость.

Голова кружится. Все плывет, во рту неприятный солоновато-гнилостный привкус, кажется, в углу есть раковина!? Надо добраться туда!!!

И пить! Пить!!! ПИТЬ!!!

Несколько шагов дались ей с таким трудом, что ей-ей, штангу тягать легче было. Но Аврора почти полз-ком доползла до крана — и сунула под него руку.

Сенсор тут же откликнулся струей теплой воды. Но Авроре было плевать — какая она там. Теплая, холод-ная, да хоть какая!!!

Это — ВОДА!!!

Она пила и пила, потом ее начало рвать, а она все вливала в себя воду, надеясь, что внутри останется хоть что-то…

Так ее и нашли полицейские — на полу, в луже воды и блевотины, несчастную и обессиленную до преде-ла… никому и кончика мысли не пришло, что благодаря этой девочке… какое там!

При виде Авроры у всех появлялась только одна мысль.

Девчонку — в больницу!!!

Срочно!!!

***

Когда Калерия ворвалась в больницу, Аврора уже лежала под капельницей. Хотя ничего серьезного ей не делали. Врач бегло осмотрел девочку, констатировал отравление и сильное истощение — и перешел к другим освобожденным. Им-то досталось куда сильнее.

Наркотики, психостатики, изнасилования, физические травмы, шоки… на их фоне легкое отравление каза-лось просто пустяком.

Так что Аврору запихнули чуть ли не в угол дальней палаты — и она спокойно лежала под капельницей, ожидая своей очереди.

Калерия влетела вихрем и вцепилась в первую подвернувшуюся медсестру

— Где моя дочь!!!???

— Кто? — почти стоном вырвалось у несчастной медички?

— Аврора Вайндграсс!!!

Медичка скользнула взглядом по планшету.

— Пятая палата, третья койка. Да вы не волнуйтесь так, с ней…

Последние слова медичка даже не договорила. Калерия ринулась по коридору к пятой палате.

Аврора лежала на койке под капельницей. Тихая и бледная.

Глаза закрыты, пальцы сжаты в кулаки.

— Доченька!!!

Калерия рухнула на колени рядом с кроватью. Ноги не держали.

Аврора медленно открыла глаза. Угольно-черные. И на миг Калерии показалось, что в центре зрачков кру-тятся голубые колючие искорки.

— Мама. Я цела. Не волнуйся так.

— Цела!?

— да. Это просто нервное истощение. Мне поставили капельницу с глюкозой и еще что-то питательное… скоро должны выписать.

— Это врач сказал?

Аврора на миг замялась.

Вообще-то — врачи ей ничего не говорила. Девочка просто подключилась к компьютерной сети больницы. Но… говорить маме об этом? Здесь и сейчас?

— Да.

Калерия задумалась.

— тогда я поговорю с врачом. Может быть, тебе лучше долежать дома?

Аврора закивала.

Ей и самой не хотелось оставаться в больнице.

Шумно. Плохо пахнет. Кругом боль, страдания, людям плохо… Нет, девочке определенно не нравилось это место.

Калерия поднялась, чмокнула дочку в нос и вышла из палаты.

Аврора вздохнула.

Надо еще решить — говорить маме о своих способностях или нет?

Наверное, нет?

Или да?

Аврора откровенно не знала. С одной стороны секретов от мамы у нее не было. Почти никаких.

С другой,… она знала, что это — серьезное отклонение в развитии. Не случится ли так, что мама откажется от нее? Как в мультфильме про девочку-грозу. Ту-то мама выгнала из дома… испугалась…

Девочка кусала губы. Но ни к какому выводу так и не пришла, пока в дверях палаты не появилась Калерия с врачом.

— Так, а что у нас здесь? Испуг и истощение? И все?

Аврора кивнула. Действительно, работорговцы больше пострадали от нее, чем она от них. А сама девочка просто вымотала себя, прокачивая массив данных.

Так что уже через десять минут ситуация разрешилась ко всеобщему удовольствию. Калерия забрала дочь домой, пообещала звонить, если что, ставить капельницы и прийти через десять дней на проверку.

Аврора тоже была довольна. Врачи…

Про врачей и говорить не стоило.

Похищенные девушки, многие из которых были травмированы, полиция, инферлисты, просто любопыт-ные… врагу такого не пожелаешь.

***

Но десять дней Аврора не пролежала. На шестой день ее вызвали в полицию. Правда, со всем уважением, в присутствии Калерии и только как свидетеля.

Калерия пошипела с полчасика, а потом вздохнула — и принялась тоже собираться.

Аврора нацепила любимые штаны и рубашку, заплела косу — и сочла, что готова. Главное — не забыть план-шетник.

А в шестом кабинете их ждала миловидная девушка лет тридцати. Темноволосая, с уютной и доброй улыб-кой, при виде которой Аврора сразу ощутила… неправильность. Не может быть человек такой профессии настолько добрым. Это точно игра.

И девочка внутренне ощетинилась.

— Тэра Вайндграсс, тэри Вайндграсс, рада вас видеть, проходите, пожалуйста…

— Добрый день, — Аврора поздоровалась и уселась на стул. Калерия коротко кивнула и встала за стулом доч-ки.

— Меня зовут Мария Лайрем, я следователь, и мне поручено вести дело ваших похитителей. Тэри Вайнд-грасс…

— Аврора, — поправила девочка. Этот прием она знала. Кажись как можно более наивной, тогда если будешь кусаться — все будет неожиданно.

Мария расцвела улыбкой.

— Хорошо, Аврора, расскажите, пожалуйста, как все произошло?

— Я просто шла по улице, ко мне подошел мужчина…

— Вы можете его описать? Опознать?

Аврора кивнула.

— Даже подобрать голоробот, если понадобится.

— Отлично. Аврора, вы просто неоценимый свидетель!

Аврора говорила, отвечала на вопросы, помогала нарисовать голоробот — но часть ее мозга уже нырнула в инфосеть полицейского управления. И понеслась по компьютерам, перебирая папки и уворачиваясь от за-щит-капканов.

А вот и оно. Дело 305/2-бис-прим. код — красный.

Аврора мимоходом одолела пароль, придержала зловредный вирус, открыла папку и принялась перекачивать к себе в память компа все содержимое. Не глядя. Потом почитает.

Ей ведь ничего не скажут про тех подонков или навешают лапши на уши…

Интересно же!

Ей пришлось посидеть в комнате с экраном, опознать преступника, которого она укусила и его подручного, прочитать свои показания и расписаться…

Кстати, рука Винни так и не зажила, и медики не знали, что с ней делать. Боялись воспаления и собирались отрезать и заменить биопротезом.

Калерия все это время была рядом с дочерью. Но ей казалось, что мысли Авроры бродят где-то далеко. И она была права.

Дома девушка ушла в свою комнату. И принялась листать информацию из папки.

А через два часа Калерия нашла ее всю в слезах.

— Что случилось, маленькая?!

Аврора сидела на стуле и по щекам ее катились слезы. Услышав мамин голос, она ткнулась лицом в плечо Леры и разревелась еще громче.

— Мама, зачем!? За что!?

Аврора видела фотографии девушек. Избитых, изнасилованных, замученных, просто испуганных видела, для кого они предназначались и для чего… и иногда за словами скрывался кошмар.

Девочка жила в своем мире. Школа. Книги, программы, инфосеть, Марта… все тихо и мирно. А все о чем пишут в инфосети — да разве стоит этому верить? Оно все равно далеко и неправда, люди ведь на такое не способны.

Глупости!

А сейчас… сейчас она видела вживую, что делали с людьми, что сделали бы с ней самой… был заказ на де-вушек для борделя с экзотами…

Аврора вдруг осознала, что зло, настоящее, страшное и черное — оно рядом. Она еще может защититься. Но остальные!?

Фактически, она получила эмоциональный пробой. И сейчас, как когда-то Эрасмиус Гризмер, выстраивала модель поведения.

Есть опасность. С ней надо бороться. И это надо делать эффективно.

А для этого…

Аврора вытерла слезы. Улыбнулась маме. И заговорила слегка глуховатым голосом.

— Мам, я нормальная. Но… у меня есть способности, о которых никто не знает. Это ведь я сдала работор-говцев…

Аврора ничего не скрывала и не щадила себя. Она рассказывала о том, как впервые упала в инфосеть, как попробовала второй раз, третий, четвертый, как поняла, что делает, как решила молчать и учиться, как применяла свои способности,… и Калерии становилось страшно.

Она боялась за своего ребенка.

Ей было плевать на сверхспособности. Но… как ими могут воспользоваться?

Мир жесток. И подлецов в нем с избытком. Да, она хорошо воспитала дочь. И та может дать сдачи. Может постоять за себя. Но… ребенок же!

— я не хочу, чтобы так было, мама, я НЕ ХОЧУ!!!

И столько отчаянного желания звучало в голосе Авроры.

Калерия вздохнула.

А потом пригладила растрепанную белую челку.

— Малыш, если бы не такие подлецы, не было бы и тебя.

— Как!?

Лера и сама не поняла, что ее толкнуло рассказать все Авроре. Но — она выкладывала всю правду.

Про 'Звезду НОПАШ', Дину Видрасё, Аврору-Мисико, поддонка Сарна, плен, Эрасмиуса Гризмера…

Аврора слушала с ужасом. И глаза у нее становились огромными и черными.

Когда Калерия закончила рассказ, было уже совсем темно. Аврора сидела молча. Она не спрашивала, не пе-ребивала, даже почти не дышала. Но Калерия не останавливала историю.

Ребенок должен был знать правду.

Первый вопрос, который задала Аврора, поверг Калерию в шок.

— Мам, а кого из меня хотели сделать?

— Не знаю, малыш. Возможно — идеального воина? Сама понимаешь, я мало что могла узнать.

— Мне не нравится драться.

— Да. И у тебя это получается на очень среднем уровне. Я наблюдала за твоими тренировками. Если не счи-тать…

— Того случая в школе-прим?

— Да. В этот раз ничего подобного не…

— Нет. Даже отдаленно не было.

Калерия кивнула своим мыслям. Она помнила жестокую расправу со сверстниками Авроры. Если бы девочка дралась всерьез — два бандита не стали бы для нее преградой.

Этого не произошло. Почему?

Не было опасности? Или злости?

Чушь! Девочка рассказывала о своих ощущениях — любой боец стал бы драться.

— Значит, не воин, — произнесла Аврора, отвечая ее мыслям. — Мам, а кто еще нужен для пирата?

— Сложный вопрос, малыш. Убийцы?

— Зачем такие сложности? Нет, если я все правильно понимаю, этот доктор должен был предложить Сарну что-то очень выгодное, чтобы остаться в живых.

— Откуда такой вывод?

— Иначе Сарн просто сдал бы его за награду.

— Хммм… логично.

— что делают пираты?

— Ну, ты же играла в шакалов космоса?

Аврора сморщила нос. Сейчас, зная правду, игрушка казалась ей омерзительной.

— Да.

— И за кого?

— Пирата. Потом пилота. Навигатора… ой…

Калерия чертыхнулась. Кажется, ребенок сделал какие-то выводы.

— Мам, а правда! В пиратской ватаге навигаторы — ценнее золота! Маршрутизаторов им не выдают.

— А то они их недостаточно наворовали…

— Но тем не менее. Ты знаешь мои способности к математике. Ты знаешь мою реакцию…

— Ты полагаешь, что Эрасмиус растил для Сарна навигаторов?

— Да. Может даже три в одном — штурман, навигатор, пилот… почему нет?

Калерия пожала плечами.

— Вполне возможно. Другой вопрос — что ты хочешь сделать?

— пойти учиться на навигатора. Почему нет?

— Потому что гражданских навигаторов не существует.

Калерия сдвинула брови. Навигатор. Человек, способный рассчитать курс от одной звезды до другой. Редкая и ценная профессия, к которой предъявлялась куча требований. От несокрушимого психического и физического здоровья до невероятной памяти.

Пилот — это другое. Это человек, который может забить рассчитанные координаты из справочника в компь-ютер. Или провести корабль по гипермаячку. Это — не то. А вот навигатор, способный учесть тысячи пара-метров… и самое ужасное — Калерия понимала, что ее дочь — может.

Вполне может справиться. Особенно с ее способностью подключаться к любой сети.

Хуже было другое.

— Малыш, я не знаю, что с тобой сделал Гризмиер. Вполне может быть, что ты не пройдешь обследование.

— Почему? Ты полагаешь, что я генетически или физиологически не человек?

— Ты — моя дочь, — отрезала Калерия. — Но — да. Я не знаю, что покажут анализы. Ты ведь даже в поликлини-ке никогда не была. Помнишь?

Аврора кивнула.

— Мам, а если мне пройти обследование анонимно? А потом пробовать поступить, если все будет нормаль-но?

— А тесты?

— я могу считать правильные ответы из компьютера психолога. Разве нет?

— Наверное… Ро, давай посмотрим завтра сколько это стоит и что нужно для этого образования. И погово-рим, хорошо?

— да, мама…

— Спокойной ночи, малышка.

Аврора пожелала матери спокойной ночи и нырнула под одеяло. Но заснула далеко не сразу.

И под утро ей приснилось, что она ведет огромный космический корабль сквозь космос, к неведомой звезде.

***

— Мам, так ты подумала?

— А ты посмотрела? — парировала Калерия.

— Да, — Аврора пожала плечами. — Уже посмотрела. Навигатор — это слишком ценный ресурс, чтобы отдавать его кому попало. Поэтому все навигаторы в обязательном порядке, зачисляются на службу в ВС.

— Вот как?

— Да. После школы-терц.

— и ты будешь служить, ходить на построения терпеть хамство парней…

— парней?

— А ты думаешь, есть много женщин-навигаторов?

Аврора задумалась. А правда…

— я не слышала…

— Ни об одной. И это верно. Девочка моя, навигатор — это как белая змея с Календеи[15]. Нечто безумно редкое. Тебя просто будут жрать. Ты это понимаешь?

— Но почему?

— Потому что ты — женщина. И идешь в профессию, где не было ни одной женщины. Более того — тебе при-дется служить. Ты не представляешь, что тебя ждет.

— Но ты ведь служила?

— В обычных частях. Там, где женщин хватает. А тебя куда звезды несут?!

— Мам, давай я сначала пройду обследование? Может, этот разговор преждевременен?

Калерия фыркнула, давая понять, что раскусила хитрость ребенка. Но ругаться дальше не стала. Может ей и правда повезет?

Впервые за всю жизнь Калерия надеялась, что у ее ребенка будет какое-нибудь отклонение или заболевание — да хоть что!!! Лишь бы она не прошла в армию!!!

Увы…

Таких проколов Эрасмиус Гризмер не допускал.

Самые дорогие анализы, на которые Калерия загнала дочь, показывали только одно.

Абсолютная норма.

***

Аврора вышла на крыльцо и глубоко вдохнула свежий воздух.

Вот так-то. Она окончила школу-терц. И у нее диплом со звездой[16].

Вообще-то Аврора могла и раньше его получить. Года на три. Всю программу она знала в совершенстве. Но мама настояла на ровной учебе.

'Нам некуда спешить, малыш. Поверь, тебе придется очень сложно. Но так на твоей стороне бу-дет преимущество возраста и опыта. А опыт я постараюсь тебе передать'.

Аврора не стала спорить с матерью.

Да, с матерью!

Плевать, что родила ее Дина Видрасё. Мать у нее все равно — Калерия Вайндграсс. А она сама — Аврора Ири-дина Вайндграсс.

Нет, она уважала память тех женщин, она даже пообещала маме не делать гадостей сенатору Видрасё, хотя и могла бы. Например, пошарить в инфосети — и запустить ему пару вирусов. Или снять все деньги со счета — банковские системы для девушки тоже были открытыми книгами. Просто… деньги ее не интересовали. Важно ведь не много, а достаточно. А ей хватало.

А еще за эти несколько лет Аврора поняла, почему тревожилась мама.

Нет, она и раньше знала, что симпатичная. Что может нравиться мужчинам. Но как-то отстраненно. Ей-то никто не нравился. Почему-то вот так…

Стоило ей подойти к парню поближе, как в ноздри буквально ввинчивался неприятный запах, начинала кружиться голова, мутило, к горлу подкатывал комок…

К любому мужчине.

Калерия считала, что Аврора просто еще не повзрослела. А Аврора не знала, что и думать. В спарринге она ничего такого не ощущала. Но при одной мысли об интимных отношениях губы сами складывались в грима-су отвращения. Почему?

Звездам известно.

Но Калерия считала, что это к лучшему.

'Ты у меня девочка красивая. Поэтому запомни. Намертво запомни. Нельзя никому — нельзя никому. Можно одному — можно всем. Если не хочешь стать проституткой — не подпускай к себе парней, пока не станешь хотя бы капитаном.'

Аврора запомнила это.

А сейчас она стояла с дипломом. И улыбалась солнечному дню.

— Рошка!

— Мам!

Калерия выглядела ужасно довольной. Не каждый день твою дочь расхваливают так, что даже страшно ста-новится за такого гения.

— Ну, какие теперь планы?

— Рошка!!!

Марта с восторженным визгом повисла у подруги на шее. Девушки не теряли связи. И Аврора помогала подруге учиться. А Марта в благодарность тренировала на Авроре навыки стилиста. Когда девушка разрешала. Так что чаще доставалось Калерии.

Но сегодня Марта оторвалась по полной программе. Аврора была прекрасна, как принцесса.

— Арти! — Аврора расцеловала подругу. — Как ты?

— меня будем поздравлять в следующем году. А ты уже решила куда поступаешь?

— Да. Аврора выдохнула и кивнула. — В училище для навигаторов.

— ЧТО!?

Марта так вытаращила глаза, что косметика собралась в некрасивые складочки.

— Рошка, ты рехнулась!?

— Я хочу быть навигатором. У меня есть для этого все способности!

— И что!? Это почти армия! Первый два года — это муштра. Наработка физических кондиций. Приучение к порядку! А потом еще пять лет учебы — и ради чего?!

— Я хочу летать!

— Так иди в стюардессы!

— Марта!

Аврора сдвинула брови.

Действительно. Все было именно так. В военное училище принимали только после службы в армии. И нику-да от этого не денешься. Жить в казарме, ходить на построения, слушать чужую брань… Аврора знала, что ей будет неприятно, но собиралась все выдержать.

Она станет навигатором. И пилотом. И будет водить корабли через большой космос.

И если звезды будут к ней милостивы — она встретит Эрасмиуса Гризмера.

Авроре очень хотелось поговорить с мерзавцем о жизни. Недолго.

Но это потом. А сейчас…

— Мама, Арти, идемте гулять, а? Завтра документы подавать… давайте сегодня оторвемся по полной про-грамме!

Возражений ни у кого не было. Разве что Марта поворчала — мол, гулять с тобой, растрепой, хоть попри-личнее бы платье надела… сошлись на том, что Марта подкрасила подруге лицо и улыбнулась.

— Гуляем!!! До утра!!!

***

Ровно через день Аврора вошла в двери призывного пункта.

И робко огляделась по сторонам.

Большой полукруглый холл. Конторка, за которой сидит невысокая, крепко сбитая женщина. На стенах — голографии. Корабли, плывущие сквозь космос, солдаты, идущие в атаку, боевые роботы…

Аврора пожала плечами.

Надо — так надо.

— Тебе чего, девочка?

Аврора подошла к конторке. Пристально посмотрела на женщину.

— Аврора Иридина Вайндграсс. Хочу вступить в ряды ВС НОПАШ.

Женщина соизволила поднять глаза от монитора, на котором увлеченно расстреливала пиратов.

— Зачем?

Девушка хлопнула глазами. Вот подобного вопроса она не ожидала. Как — зачем!? Надо!

— Хочу стать навигатором. А если я не отслужу два года…

— Навигатором? Да ты хоть школу-секонд закончила?

На гладкий пластик мягко улегся диплом со звездой. Женщина удивленно приподняла брови.

— Вот как? Отличница. И на кой черт тебе армия?

— Хочу стать навигатором.

— А ты уверена, что потянешь? — игрушка была забыта и женщина смотрела жестко и строго, сильно напо-миная Авроре родную мать. — Тебе придется год жить в казарме, ходить на построения, выдерживать муш-тру…

— Два года.

— Не перебивай. Год. Через год ты сможешь подать документы на поступление, и если пройдешь все экзаме-ны — тебя возьмут. А можешь и не пройти.

— Я пройду.

— Девочка, ты не понимаешь, на что нарываешься. Тебе не будет никакой пощады. Ты привыкла жить дома, с мамой-папой, получать все на блюдечке, а тут… мне придется направить тебя в авиационку…

— Я читала про порядки в армии. Но у меня нет выбора. — Аврора вспомнила инструкции Марты. Про-ще всего получить желаемое, если ты наивно хлопаешь ресницами и умоляюще смотришь на собеседника. Только вы можете мне помочь…' И девушка решила попробовать. Лицо ее стало растерянным. — По-нимаете, я действительно могу стать навигатором. Но без армии меня в училище не возьмут, даже и надеять-ся не на что, правда? Женщина, без опыта военной службы, без денег, без связей… шансов ноль. А вот если я на военной службе…

Младший лейтенант Трейси Арадо пристально посмотрела на стоящую перед ней девушку.

Смущается. Мямлит. Но видно же, что уперлась наглухо. Не сдвинешь.

Но и гнать ее… в армию не так часто идут подобные кадры. Открыла диплом, бросила взгляд… м-да. А ведь девчонка и правда может потянуть. Сплошь высшие баллы. Мало того, дополнительные курсы по навигации, астрофизике, гиперфизике, физике полей, космогонии… как она только успела…

И в то же время…

Стоит такая тростинка. Простые штаны, рубашка, волосы заплетены в косу, но при этом — изящные руки, точеная фигурка, удивительно красивое лицо… просто аристократка!

Черт ее знает. Пусти такую в казарму — война начнется.

Но как не помочь девчонке?

— Аврора Иридина Вайндграсс. Родители местные?

— только мать.

— А отец?

— Неизвестен истории.

— ага. Аврора… не возражаешь?

— Нет.

— Давай мы с тобой попробуем сделать так. Что такое служба по контракту — знаешь?

— Да.

— Я оформлю на тебя контракт на год. В авиационную часть. Космическую авиацию.

— Правда!?

— Да. Постараюсь, чтобы ты туда попала. У меня там есть знакомые. Кем тебя возьмут — не знаю…

— у меня есть дополнительное образование…

— Вот как?

— Я неплохой компьютерщик.

На стойку лег еще один сертификат, просмотренный Трейси с большим интересом.

— Программист? Можешь работать администратором компьютерных сетей? Вот как?

— Мне это легко дается. Поэтому и решила, пока было время.

Трейси потерла руки.

— Отлично. А тренажеры настроить можешь?

— Не пробовала. Надо посмотреть, попробовать разобраться.

— Звезды сходятся… Смотри у меня есть знакомый в пятом авиационном. И им нужны сетевики. Сама пони-маешь, много в армии не платят, а работы — завались. Годик у них отработаешь — тебе рекомендацию дадут. Да и полетные часы будут. И кое-какие знакомства…

Аврора пожала плечами.

— Согласна.

— А раз так — давай заполнять стандартную форму. Медкомиссию проходила?

Аврора молча выложила на стол папку с результатами анализов.

— Отлично.

Папку Трейси придвинула поближе к себе и принялась просматривать. А девочке подвинула ручку и лист бумаги. Давно надо бы перевести все это в электронную форму, но господа бюрократы требовали бумагу. Вот и приходилось.

— и давай сюда все документы. Биометрику, свидетельство о рождении, личный код, карточку…

Аврора положила на стойку вторую папку и принялась заполнять стандартный контракт сроком на один год. Я, Аврора Иридина Вайндграсс…

***

На следующее утро Аврора подходила к воротам летной части. Не без трепета нет. Но достаточно спокойно.

Калерия осталась дома. Ей очень хотелось проводить дочь, но ехать было слишком далеко — почти четыре часа. И к тому же… если родители не могут отпустить своих детей — это неправильно. Аврора взрослая. И стоит дать ей самостоятельности.

Летная часть не произвела впечатления на девушку.

То есть забор. Обычный, пластибетонный, серый, слегка грязноватый, с проволокой и сигнализацией на-верху… Неприятно, но не более того.

Контрольно-пропускной пункт и вообще никаких эмоций не вызвал. Что-то вроде будочки, в ней два парня с плазмерами… кстати — незаряженными. Аврора чуть скривила губы.

— Стой, кто идет?

Девушка пожала плечами и протянула ребятам свою карточку.

— Аврора Иридина Вайндграсс. К командиру части.

И поморщилась от откровенно оценивающих взглядов. Неприятно.

— Цель посещения?

— Ему должны были сообщить из военкомата.

Парень кивнул и исчез внутри. Докладывать, надо полагать. Что там — видеофон?

Аврора вспомнила, как лет четыреста назад проходил период автоматизации. Тогда на посту ее встретила бы пропускная компьютерная система… потом — поумнели.

Системы — дороги. Люди — дешевле. Системы ломаются, сбоят, выходят из строя, их можно обмануть… к людям это тоже относится, но все равно — люди дешевле и удобнее в употреблении. Так что сейчас компью-терные сети на территории части были, но далеко не везде. Там, где было не обойтись.

Второй парень вышел из будки.

— Ждут. Приказано проводить.

— я провожу, — тут же нашелся первый.

— Перетопчешься. Пошли?

Аврора пожала плечами. И вступила на территорию части.

Первым впечатлением было — казарма. Просто расширенная. Вторым — серость.

Серость и мрачность. Несмотря на зелень газонов и немногочисленных деревцев.

Серая форма, серые дорожки, серые здания… все серое… да, парадная форма солдат НОПАШ — синяя но повседневная — серая, словно пыль.

Аврора поморщилась. С другой стороны — она сама этого хотела.

— А ты вообще кто? — нарушил молчание парень.

— Аврора Иридина Вайндграсс.

— Да это я понял. А сюда ты зачем?

— Служить.

Сопровождающий Авроре не нравился, поэтому она отвечала только на заданный вопрос. Коротко и холод-но. Но юношу это не останавливало.

— Серьезно? А кем? Секретаршей? Гы-гы…

— Компьютерщиком. По контракту. Что интересного находится на территории части?

— Много чего. А меня зовут Рейг Ирвер. Рейг Арналдо Ирвер. Хочешь я потом тебе все покажу?

— Не хочу.

— Ну и зря.

Аврора пожала плечами.

— Нам еще далеко?

— Нет. Вот и штаб.

Серое трехэтажное здание тоже не вдохновляло. Квадрат обыкновенный. А архитектор — бездарь.

Даже лифта нет. Обычная дверь, обитая чем-то вроде черной винилкожи.

Скромная темная табличка. Командир части — генерал Тайнри. Провожатый замер перед дверью. Аврора уве-ренно нажала ручку вниз — и вошла.

Небольшой кабинет, куча техники секретарь, сидящий за столом — Аврора неплохо разбиралась в званиях и лейтенантские погоны отличить могла.

— Вы…

— Аврора Вайндграсс, — Аврора решила, что представляться полным именем не стоит.

— Ага, командир сказал пустить. Лейтенант нажал кнопку на коммуникаторе, но из динамика вырвался только хрип и свист.

— Опять сломалась. Вот с-собака…

Аврора сдвинула брови.

— Пустите посмотреть?

— А ты разбираешься?

— Немного.

Аврора позволила себе короткую усмешку. Любое устройство, к которому можно было подключиться, на каких бы частотах оно не работало… да что там! Она даже микроволновку могла наладить! И селектор не был исключением. Она видела, что он старенький, что очень устал, что кое-где его надо почистить… а так он еще сто лет проработает.

— Ладно. Сначала я доложу командиру, а потом, после собеседования, посмотришь. Договорились?

Аврора кивнула. Парень постучал в дверь.

— Командир, к вам Аврора Вайндграсс.

— Опять селектор сдох?

— Так точно.

Слова которые донеслись из-за двери, живо напомнили Авроре родную маму. Та обычно поминала звезды в своеобразных сочетаниях, если что-то не ладилось дома…

— Ладно. Пусть войдет. А ты мастеров вызвони.

— Так точно.

Аврора послушно вошла в приоткрытую дверь — и та мягко захлопнулась за ее спиной.

Вот в этом кабинете было чуть поинтереснее. Но в целом он напомнила кабинет тэра Лерта. Большой стол, заваленный бумагами, селектор, квадратный прибор непонятного пока назначения, мощный комп на отдельном столе, портреты на стенах — из интересного были изрядно посеченный защитный скафандр в углу и прибитая над ним голография боя одного истребителя с пятью другими.

Но долго рассматривать все это Аврора не стала. Внимание привлек к себе хозяин кабинета. Мощный мужчина. Лет ста двадцати на вид, с генеральскими погонами и заметной сединой в песочных волосах.

— Аврора Иридина Вайндграсс.

— Так точно.

— Ну, садись. И рассказывай.

— О чем? — удивилась Аврора, присаживаясь на стул.

— Если собираешься служить, правильно будет так — о чем, тэр командир. Или тэр генерал.

— Хорошо.

— Так…

— Так точно, тэр генерал.

— Уже лучше. А теперь расскажи — с чего тебя служить понесло? Мне вчера переслали твои документы. Диплом со звездой, грамоты, награды… и вдруг армия? Да еще с такой внешностью?

— Тэр генерал, я хочу стать навигатором.

Джек Тайнри, генерал и начальник части, только брови сдвинул.

— Интересно. А с чего ты взяла, что сможешь стать навигатором?

— Вы видели мой аттестат,… тэр генерал.

— Видел. Но это еще далеко не все.

— Физическая подготовка у меня соответствует. Но без службы в армии меня не возьмут, тэр генерал.

— Есть вариант, что тебя и так не возьмут.

— Я должна сделать все, что в моих силах, тэр генерал.

— Значит, год ты хочешь отслужить. А потом пробовать свои силы. И естественно, с моей рекомендацией.

— Если вы останетесь довольны моей службой, тэр генерал.

— А ты понимаешь, во что ввязываешься?

Аврора не опустила глаз.

— Я понимаю, что мне придутся ОЧЕНЬ трудно.

— Здесь — часть. Прорва молодых голодных мужиков.

— Так уж голодных?

Аврора глаз не отвела. Она отлично знала от матери и о самоволках, и о 'вспомогательных частях', и о неуставных отношениях — Калерия не жалела красок, рассказывая ребенку, с чем она может столкнуться.

— Не так. Но ты девочка привлекательная. Даже слишком. Зачем тебе эта морока?

— Хочу стать штурманом, тэр генерал.

Джек потер левую бровь.

— Ладно. На год я тебя возьму. А если наладишь сети — даже рекомендацию дам. В казарме ты жить не будешь.

— Тэр генерал?

— А ты как себе это представляешь? Полсотни мужиков в казарме и ты с ними? Не отобьешься.

Аврора молча кивнула. И тут же исправилась.

— Так точно, тэр генерал. Не отобьюсь.

— поэтому ты и на контракте. Жить будешь в общежитии на территории части. Есть у нас тут такое. Не бог весть что, но комнатку найдем.

— Спасибо, тэр генерал.

Джек вздохнул.

— Ладно. Сейчас дам поручение секретарю — пусть вызовет кого-нибудь. Тебя проводят, покажут что и где, коменданту в общежитии я сам позвоню. Руку давай сюда. И карточку.

Аврора кивнула, глядя на аппарат на столе.

Наручник.

Так его обозвала мама.

Небольшой квадратный ящик со сложной начинкой внутри.

Два отверстия. Одно — для руки. Второе — для карточки, на которую вчера в военкомате внесли все биометрические параметры.

Аврора послушно просунула руку в отверстие и ощутила что-то холодное, сомкнувшееся на запястье.

Генерал лично сунул карточку в приемник и кивнул.

— Ладно. Будем ждать.

— Почему, тэр генерал?

— Аврора искренне удивилась. Вроде бы это все должно происходить почти мгновенно.

Считка информации, ее подтверждение — и браслет.

Тоненькая такая полоска из пластика на запястье. Незаметная, плотно прилегающая, телесного цвета, с чипом внутри. Чтобы командир всегда знал, где его солдаты.

Снять — невозможно. Только с помощью того же аппарата.

Заглушить… есть умельцы. Аврора смогла бы. Обычным людям приходилось собирать глушилки. А девушка точно знала, что может перебить сигнал и так. Ничего сложного.

— Да старый он просто. Пока все считает — минут десять пройдет.

— Странно…

Аврора ощущала себя… спокойно.

Ей не хотят зла. А сейчас… словно ее руку обнюхивает большая добрая собака. Не укусит, нет. Но потрется ушами — мол, почеши меня?

Эрасмиус Гризмер вдохновенно ваял свое творение для космических кораблей. Но что такое сложное устройство?

Это собрание множества более простых. И Аврора ощущала любой компьютер, любую электронику. Нет, не частью себя. Но старый компьютер и старый кот ее подруги Марты были для нее примерно равнозначны. Она ласкались, оба слушались… хотя кот все-таки меньше. Глупее все-таки.

И неосознанно Аврора опять потянулась к электронной начинке.

Ну-ка, лапочка, покажи подружке, что у тебя не так?

Ага, вот вижу… вот эта цепочка старенькая, с нагрузкой уже не справляется, надо бы поменять плату. И вот здесь затруднения… сделаем. А пока — давай сюда браслетик. Вот так, умничка…

Прибор зашуршал, слегка зашипел — и Аврора спокойно вытащила руку.

С полоской телесного цвета на запястье.

— Вот так. Только его перебирать надо, тэр генерал. И запчасти заказать.

— А ты знаешь какие?

Аврора хотела уже перечислить, но потом опомнилась и опустила глаза.

— Примерно догадываюсь. Посмотреть надо.

— Ага. Может, от тебя толк и будет.

— Обязательно будет, тэр генерал!

Джек только головой покачал.

Понесло ж тебя в армию, ребенок! Тебе бы дома сидеть, с техникой… ну да ладно.

Посмотрим, как ты в ней разбираешься, посмотрим на твой уровень подготовки. А потом и решим, куда тебя направлять и давать ли тебе рекомендацию. А может ты и сама этим всем переболеешь. Поглядишь на армейские порядки и сбежишь быстрее газели?

Тоже неплохой вариант.

И волки сыты, и овцы целы…

— Ладно. Сейчас скажу секретарю — пусть тебе сопровождающего выделит. Покажут часть, помогут получить обмундирование… в общагу я сам позвоню.

— Тэр генерал, а можно я сначала селектор сделаю?

— А ты и это умеешь?

— Умею, тэр генерал.

— Ну попробуй. Будет твое первое задание. Справишься — доверю наручник.

— Справлюсь, тэр генерал.

— Ладно. Иди, работай.

Аврора вскочила, отдала честь как учила Калерия и вылетела в приемную. Джек прислушался. Дверь закрылась неплотно. И Аврора тут же атаковала его секретаря.

— Меня Аврора зовут. Тэр генерал разрешил посмотреть селектор. Отвертка есть?

Лейтенант Шанти настолько растерялся, что коротко ответил одним словом:

— Есть.

— Можно?

— Да, вот, держи…

— Звезды! Ну вы даете! Хорошо, что я свои взяла!

Судя по грохоту — на пол что-то высыпалось. Потом грохнуло еще раз. Чуть послабее. И все сменилось тихим металлическим шелестом, говорящим — за стеной что-то делают с техникой. То ли чинят, то ли доламывают…

Джек не выдержал.

Потихоньку подошел и чуть приоткрыл дверь.

Увиденное повергло его в шок.

Что носят в рюкзачках симпатичные девочки?

Килограмм косметики? Глянцевый журнал? Коробку конфет?

На столе его лейтенанта красовалась не слишком опрятная груда всяких железок и чипов. Девушка увлеченно терзала селектор, даже не обернувшись на его шаги и легкий скрип двери.

Рядом лежали видимо отвергнутые отвертки.

Джек вздохнул, вернулся в кресло и набрал номер военкомата.

— Лейтенанта Трейси Арадо.

Прошла пара минут, прежде чем в трубке раздался звонкий голос:

— Младший лейтенант Арадо на связи?

— Трейс, это что за чудо природы?

— Джек? Рада слышать! Аврора и до тебя добралась?

— Не до меня. Сейчас твоя протеже курочит селектор. А потом обещала взяться за наручник.

— Так разреши ей это сделать.

Джек почесал затылок. Младшего лейтенанта он знал уже лет десять. И знал с лучшей стороны.

— Что это вообще за девчонка? Откуда она взялась?

— Аврора Иридина Вайндграсс. Ты ее дело не читал?

— Оно у зама. А что там?

— Джек, теряешь хватку. Такое прозевать… Девочка вообще прославилась с первых дней жизни.

— Чем?

— Ее мать — Калерия Вайндграсс. Не припоминаешь?

Джек задумался…

— Вроде что-то было… давно, лет двадцать назад?

— Ага. Почти. Разгром банды Сарна. Бешеного Варга.

— Помню. Тогда такой шум… погоди! Так ее мать…

— Была в числе спасенных. Родила ребенка от пирата. Ну и любви, понятное дело, к пиратам ни у матери, ни у дочери.

— И что с того?

— Я ее аттестаты просмотрела. Джек, тебе сокровище досталось. Увидишь — поймешь. Девчока вообще талант с любой техникой. Она нам за день сетку наладила.

— Да у вас там сетки — пять компов…

Джек фыркнул, но слушал внимательно. Действительно хороших электронщиков, чтобы и программы, и технику, и все, что угодно — в армии было мало. Частные компании таким платили в несколько десятков раз больше. Вот и…

— Да уж сколько есть! Сам знаешь, то один вылетит, то другой, то результаты потеряются, с накопителями бегали постоянно… Наш админ только репу чесал. А эта как пошла колдовать… знаешь, даже жутко стало. Сидит, смотрит на монитор не отрываясь, пальцы по клавиатуре бегают так, что только треск стоит, строчки летят… я даже читать не успевала. Пока мы на нее дело оформляли — ну ты ж знаешь, без бумаги никуда — она все отладила, короче сегодня мы ходим довольные… второй день — ни одного зависания, все компы видят друг друга… Джек — ржать будешь! Она так на нашего админа наехала! Сказала, что ему даже стадо свиней доверять нельзя — грязью зарастут. Открывает сервер — а там только что пауки не ползают — и шипит, мол, неудивительно, что ничего не работает…

— Так, я понял.

— А раз понял — не упускай девочку. У тебя куча всякой техники. Вот и пусть она годик с ней повозится. А потом дашь ей направление в академию.

— Думаешь?

— Даже если она не пройдет — то по своей вине. А девочка хорошая…

— А у меня тут чертова прорва мужиков без баб!

— А ты пригляди за ней. Сам понимашеь, такие кадры беречь надо. Джек, я тебе серьезно говорю — за девчонку любая компания золотом по весу бы заплатила. Она — гений электроники.

— Странно это как-то…

— Да ничего странного. У девчонки мать — военная. Пиратов ненавидит всей душой.

— Мало ли кто кого…

— А самой девчонке лет пятнадцать было… примерно четыре года назад помнишь — работорговцев взяли? Всю инфу в сеть слили…

— Такое не забывается…

Джек фыркнул. Да уж. Открываешь инфосеть — а там полные данные по торговле людьми. Что, где, когда, кому, сколько… дня три висело, как ни удаляли.

— Аврора была одной из тех девчонок…

Фраза, выданная Джеком, запечатлению на бумаге не поддавалась. Но Трейси это не смутило. Видели мы генералов. И ругающимися, и даже без штанов…

— Так что девочку побереги.

— Трейс, ты же сама понимаешь — у нее нет шансов…

— Джек, это у меня нет шансов подняться выше майора. А у этой малышки — есть. Потому что ей ничего не нужно, кроме программ и железяк. Вот увидишь, она еще станет навигатором. Первого разряда.

— Ты не заговаривайся. Их на флоте не больше тридцати штук…

— А я уверена. Спорим?

— Не буду я с тобой спорить.

В дверь просунулась растрепанная головка.

— Тэр генерал, селектор готов.

Джек обозрел Аврору. Стоящую дыбом белую челку, горящие глаза, веселую улыбку…

— Ладно. Пойду принимать работу. Вечером маякну?

— Буду ждать, тэр генерал, — мурлыкнула Трейси. И отключилась.

Джек посмотрел на девушку.

— Ну?

Селектор в его кабинете щелкнул. И выдал неожиданно приятным тембром:

— Тэр генерал, проверка связи.

Джек нажал клавишу.

— прием?

— Отлично слышно.

Ни шипения, ни хрипения, ни побочных явлений…

— В чем была проблема?

— Надо было кое-что почистить. Хотя вот эти детали все равно лучше заменить…, тэр генерал.

Аврора кивнула в приемную.

— Список у секретаря. Ну и хорошо бы…

— Тебе хорошо бы сегодня освоиться… это все твои вещи?

— Лейтенант Арадо сказала, что сначала надо с собой брать только самое необходимое. А если чего-то не хватит — я попрошу маму привезти и передать через дежурного, тэр генерал.

Джек вздохнул.

— Хорошо. Шанти!

— Слушаю, тэр генерал? — отозвался селектор.

Звезды!

Джек и забыл, что он включен и даже работает. Вот и рявкнул по привычке.

— Найди девочке провожатого, чтобы часть показал на первое время… и зама ко мне.

— Вы его можете вызывать по селектору, — тихо подсказала Аврора. — Тэр генерал, раньше ваш селектор был замкнул только на секретарский, а у него намного больше функций, если я все настрою — вы можете кого хотите вызвать… вам просто неправильно все подключили…

Джек только вздохнул.

Кажется, Трейси была права. Фанатка электроники. Ладно!

— Шанти, ты понял? Найди девочке сопровождающего. Надо же ей часть показать…

— Так вы меня берете, тэр генерал? Точно!?

— Точно, точно. Брысь. Посиди в приемной.

— А можно…

— Пока — нельзя. Вот оформим все бумаги, станешь сержантом, подпишешь приказ о неразглашении — тогда можно будет копаться в компах. Поняла?

Аврора кивнула.

— Так точно, тэр генерал. И исчезла из проема. Дверь захлопнулась. Аврора сгребла все свое добро обратно в сумку и присела на диванчик. Лейтенант косился на нее с искренним любопытством. Интересно, почему? Вот в школе никто ей так не удивлялся…

Аврора, несмотря на весь свой ум, плоховато понимала людей. В школе к ней уже привыкли за столько лет, да и тэр Лерт покровительствовал девочке. А вот в части… что ж. Тем хуже для части.

***

Примерно через двадцать минут Аврора шла по территории и вовсю вертела головой. А симпатичный сержант рассказывал девушке об ее устройстве.

— Наша часть одна из самых больших на планете. У нас тут планетная авиация. Смотри, вон там, видишь виднеются корабли? И взлетное поле.

— А разве они не на орбите?

— Часть — да. Но делать профилактику в космосе неудобно. В боевых условиях — вопрос другой. А в мирное время…

— Поняла. А как же загрязнение атмосферы?

— Нет, ну линкоры и крейсеры — это другой вопрос. А у нас корветы, эсминцы, истребители, матку вон опустили…

— А на орбиту как?

— Тягачами поднимем, а за пределами атмосферы дадим разгон, чтобы планету не загрязнять, сама понимаешь.

— Понимаю. А что у вас еще интересного?

— А что тебе интересно? Там вот командный пункт. Видишь? Антенн куча? Неподалеку от взлетного поля — ангары. Техника, топливо, всякая фигня для обслуживания.

— Интересно будет там покопаться…

— Ты же вроде электронщик?

— А хочу быть штурманом.

— Брешешь!

— И буду!

— Брехать?

— Штурманом, — обиделась Аврора.

— Ладно, не шипи, — сержант Спарск подмигнул девушке. Он уже оценил ее внешность и был бы не против романа. Но Аврора явно осталась равнодушна.

— А там что?

— Там обслуживающая территория части. Автопарк — всякие машины, сама понимаешь, если по части ножками… тут рехнешься. Ты себе скутер попроси, что ли?

— Ага, так мне и дадут.

— Не, генерал товарищ хороший. Вот зам у него — редкая гнида. Так что вызовут тебя к Дику Чейни — будь осторожнее. Без мыла влезет куда не надо.

— Буду. Спасибо.

— Ага. И посмотри налево. Там у нас метеослужба. Такие козлы! Знаешь — им бы конец галактики предсказывать — точно бы не наступил. Ни черта не умеют…

— Может, аппаратура неисправна?

— Мозги у них неисправны. А вот там казармы. Но там ты жить не будешь. Сама понимаешь…

Аврора осмотрела ряд серых приземистых зданий.

Не будет? И не надо! Тоже мне — радости…

— Генерал говорил — общага?

— Да. Сама понимаешь, мы черти где расположены. Не наездишься. А тел… женщины у нас по контракту работают. Медички, связистки, офицерские семьи, еще кое-кто… живут там, чтобы не ездить.

Аврора кивнула.

— А вон там что за поле?

— Плац. Спортплощадка. Рядом с ними столовая — их вообще несколько, так что разберешься. Для рядового состава, летчиков, офицеров… ну поймешь по ходу. Вон там, далеко — на окраине склады, вещевой, продовольственный, оружейка…

— А разве оружейка не в казарме?

— И там тоже. Но и склад оружия тоже есть. Там охрана круглосуточно, допуск, стреляют без предупреждения…

— Туда мне не надо.

— Это как командир скажет. Ну что у нас еще интересного? Тренажерная, санчасть, клуб… если что еще рассказать — расскажу по ходу дела. А пока топаем до склада.

Аврора только вздохнула.

***

Вечером она сидела в маленькой комнатке в общаге.

И горестно оглядывала стены, окрашенные краской цвета детской неожиданности. Комнатка была — кошке тесно.

В ней с трудом помещались — кровать — одна.

Стол — один.

Шкаф — один. Все. В крохотный предбанничек были втиснуты еще один стол, с небольшой панелью — чтобы готовить здесь же. Маленький холодильник был встроен в стену. Раковина. Все. Душ и туалет в коридоре. Общие на четыре комнаты. Рядом такая же общая кухня. Экономия места и ресурсов…

С соседками Аврора еще не познакомилась.

Но уже искренне недоумевала — как здесь люди живут?!

Как это не похоже на ее уютную комнату, с ковром, с веселыми занавесками и панелью на стене…

С другой стороны — а кто ей мешает?

Ковер и занавески вопрос времени. Стол есть, где расположиться тоже, ест она мало, готовить не надо — столовая имеется — ну и чего еще?

Аврора решительно достала планшетник — и принялась писать маме.

Она наверняка волнуется…

***

Аврора сидела в библиотеке и читала книгу. В свободное время — можно. И нужно. Что поделать — если хочешь поступить в военное училище по окончании срока службы в армии, изволь знать много дисциплин. И история — одна из них.

Особенно девочку это не интересовало. Вот математика — да. Но история покорения космоса была похожа на потрясающий роман.

История освоения космоса началась еще в 21-м веке. В самом его начале. Аврора знала — планета тогда была разобщена. Смешно звучит сейчас — планета с несколькими государствами. Сейчас правильно говорить 'государство из нескольких планет'. Но тогда…

Планета была разобщена. Было создано оружие массового поражения. И строго говоря, если бы не случилось чуда, планета распалась бы на составляющие во время следующей войны.

Но чудо случилось. И послужили им двое людей. Алина Словарева. И Олег Введенский.

Первая была ученой. Второй — бухгалтером по образованию. Вроде бы обычный союз. В каждом институте есть бухгалтерия. И мировых открытий от этого не происходит. И планета не переворачивается.

Но!

Судя по мемуарам, сама Словарева себя не считала даже посредственной ученой. Так, дилетантка, которой посчастливилось наткнуться на новое направление в науке. Смешное такое. Кто знает процесс синтеза белка?

А Словарева наткнулась на процесс, который позволял синтезировать яичный белок. Искусственно. Но дешево и в больших масштабах, беря сырье чуть ли не из воздуха….

Ей повезло — чистая случайность. Но женщина смогла понять, на что она наткнулась. И самое главное — она промолчала о своем открытии.

Она отлично понимала, что за такое дают докторские диссертации. И профессорские звания. Только вот еще она понимала, что ей с открытия перепадут копейки. В лучшем случае. В худшем ее вообще убьют. А открытием воспользуется какой-нибудь олигарх. Ненадолго. До следующей мировой войны.

Поэтому женщина подумала. И сделала ход конем.

Так получилось, что у нее был один знакомый финансист. На этом месте мемуаров Аврора непочтительно фыркнула. Тоже мне — знакомый! От знакомств детей не рождается. А все трое детей Словаревой были именно от Введенского. Что интересно, родила их она уже после своего открытия. Хотя и в довольно молодом возрасте. Ей еще даже сорока не было.

Да и финансист… если тогда это было то же, что и сейчас — с голодным марсианским шершнем спать как-то безопаснее. Он хоть убивает безболезненно. А эти…

Нет такого преступления, на которое не пошел бы капитал ради трехсот процентов прибыли. А тут Введенскому светили не триста, а триста миллионов процентов. Дурак он был бы, упустив такой шанс. Он и не упустил. На пять лет супруги затаились. А потом по всему миру начали открываться 'плавучие заводики'. За это время Словаревой удалось минимизировать свою технику и отладить технологию. Правда, работала она не одна, а еще с двумя друзьями. Но честь открытия принадлежала ей.

Заводики втягивали воздух. Поглощали из него углекислоту, азот и давали на выходе белок. Места на земле они также не занимали, располагаясь на плавучих платформах. Рабочих также не требовали. Ничего не требовали, кроме одного человека, который должен был раз в сутки засыпать катализатор и снять контейнер с белком.

Абсолютно чистым химически.

Полученное соединение исследовали со всех сторон. Словаревой дали все возможные премии. Она оформила патент на свое изобретение. Деньги слава, мировая известность…

И вот тут сказалась акулья хватка финансиста. Всего за пять лет он выстроил настоящую империю белка. Как? История умалчивает. Но надо полагать, он не цветы конкурентам дарил.

Что интересно, он не стал тупо сидеть и ждать денег от природы. Вместо этого он зарегистрировал фонд Верстовского и занялся тем, чем стоило бы заниматься государству. Финансированием действительно необычных проектов.

Ни для кого не секрет, что во все времена существуют талантливые ученые. Но… где бы раскрыться их таланту!?

В институтах?

Три ха-ха!

Если кто не знает — любой институт — это гадюшник. Более того, приличная кобра там отравится через три дня. Сама.

Среди 'ученых' постоянно идут склоки за… да за все! За место на кафедре! За ученую степень! За ставку! За лишние часы! За жизнь!

За все и сразу. И чтобы никто не ушел обиженным. И вообще на своих ногах не ушел. А уж если затронуты чьи-то личные интересы — тут просто держись. Остается только прятаться под парту и молиться, чтобы взрывом не накрыло. В ход идут самые подлые методы. От сплетен до анонимок и подстав. Как ни печально.

А уж если в дело вмешиваются простые человеческие чувства, такие, как зависть к более умному, удачливому, талантливому и яркому коллеге…

Человеческая плесень не умеет совершать открытий. Но она прекрасно умеет разъедать чужие жизни. Просто шикарно убивая в людях искры божьего огня. Кстати, сама Словарева писала об этом очень вдохновенно. Видимо, получила в свое время по ушам.

И в итоге… когда ж тут заниматься наукой? Выжить надо!

Фонд Верстовского сделал проще. Они купили несколько зданий, оснастили их современной аппаратурой — и открыли свой сайт в интернете. На сайте были выставлены приглашения на работу всем ученым, которые чувствуют себя не в своей тарелке в институтах. Которые хотят работать, а работать им не дают. Которые хотят попробовать реализовать свои идеи,… а денег на это у государства нету.

А еще была куча почтовых ящиков, куда можно было отправить сообщение и получить приглашение на собеседование. И куча ящиков, куда можно было послать письмо, рассказав о талантливом ученом. Часто ведь со стороны виднее…

Понятное дело, что в фонд хлынула волна псевдоученых. И куча денег была потрачена на заведомо гиблые проекты. Но денег было не жалко. Все равно делались они, в буквальном смысле слова, из воздуха.

И тут появлялись еще три имени. Андрей Ростовский, Юлия Яковлева и Сергей Дереди. Ученые, которые смогли сконструировать первый двигатель, работающий на воде. В бензобак, который таким, собственно, уже и не являлся, заливалась вода. За счет какой-то сложной реакции на ионном уровне, высвобождалось большое количество энергии. И эта энергия шла в дело. А на выходе получались водород и кислород. Та самая смесь, которая называлась гремучим газом. И эта смесь использовалась в двигателе внутреннего сгорания принципиально новой конструкции.

Введенский подумал — и приобрел завод по производству автомобилей. Чтобы еще через три года весь мир перешел с бензиновых двигателей на двигатели Деяро — простые, экологически чистые и намного более удобные в быту.

За это время случилось многое. Основателей фонда пытались убить. Пытались похитить их детей или родных. Пытались уничтожить сам фонд. А про такие мелочи, как саботажники и шпионы и говорить не приходилось. Но каким-то чудом… или эти двое — Словарева и Введенский сами были чудом, все обходилось. Из мемуаров Словаревой становилось ясно — Словарева была избыточно осторожна, а Введенский предпочитал экстрим во всем. Как они уживались — бог весть. Хотя судя по мемуарам — неплохо. А судя по династии Введенских, которая до сих пор процветала на старой Земле, детей они тоже сумели воспитать достойно. А еще через год и было совершено под патронажем фонда Верстовского решающее открытие. А именно — открытие гиперпространства. И фонд начал его разрабатывать. Шаг, другой… и оказалось, что до Проксимы Центавра лететь всего два месяца. Это если в гиперпространстве, в верхнем его слое. А ведь этих слоев — бесконечное множество.

И началось расселение людей по планетам. Сначала солнечной системы. Потом — ближайших галактик. А потом и дальнейших. Контакты с внеземными разумами.

И начало этому положил фонд Верстовского. Что самое важное, туда по-прежнему приходили ученые. Талантливые ученые. И до сих пор фонд Верстовского работал на Земле Изначальной. До сих пор им управляли Введенские, открывшие филиалы фонда на каждой десятой планете, принадлежащей людям.

Аврора пролистнула несколько страниц — и залюбовалась Словаревой и Введенским. Их фотография была размещена в самом конце книги. И они там были такие…

Яркие, молодые, веселые и счастливые. Аврора знала, что они умрут в 2054-ом году. Сначала она, а потом, через полгода и он. Успеют слетать на Марс, побывать на Юпитере и посмотреть на кольца Сатурна. Эпилог был дописан уже не Словаревой. Даже два эпилога. Первый был дописан Введенским. И искренне поразил девушку. Она-то считала, что между этими двумя было теплое чувство привязанности и благодарности с ее стороны и холодный расчет с его стороны. Ан нет. Словарева писала о своем муже так, что строчки были пронизаны теплом. А он о ней…

'Единственная женщина, которая могла понять меня'… 'Самая очаровательная и изменчивая'… 'Женщина, которая жила только ради меня и наших детей'… 'Женщина, которая безумно любила и меня, и наших детей и весь мир… она умирала счастливой, зная, что с нами все будет хорошо'…

И заключительный аккорд.

'Я жду нашей встречи и не боюсь смерти. Она обещала дождаться меня за порогом. Она всегда старалась выполнить свои обещания. И я верю — мы с ней обязательно встретимся. Только бы поскорее. Жить без нее почему-то совсем не получается. Алюшка, мой свет, моя любовь, моя жизнь, навеки. '

Второй эпилог был приписан их младшей дочерью. Алиной, названной в честь матери. Совсем коротенький. С подписями всех троих детей.

'Сегодня, 28.11.2054 г. умер наш отец. Он ушел спокойно. Ушел к нашей маме, надеясь, что она ждет его там за чертой. И зная, что может надеяться на нас. Папа, мама, мы обещаем, что не посрамим вашей памяти. Мы сделаем все, чтобы вы смогли нами гордиться. И будем продолжать ваше дело. Спите спокойно, родные и любимые. Мы вас не забудем. Никогда. '

Аврора вытерла слезы и свернула книжку. Еще не хватало, чтобы ее видели такой. Потом от насмешников не отмахаешься.

А отмахиваться приходилось.

Шла третья стандарт-неделя ее службы.

Хотя служба — это было громко сказано.

Армейские порядки ее не напрягали. Совершенно. Распорядок дня — тоже. Ничего принципиально нового Аврора в нем не находила. Шесть утра. Подъем. Через десять минут надо быть на зарядке, от которой Аврору никто не освобождал. Это на полчаса. Потом ей час на свободное время — официально утренний туалет и уборка комнаты — и завтрак. Небогатый. Каша с тушенкой. Хлеб с маслом. Чай.

Впрочем, Авроре хватало. Разносолов ей не требовалось. Пища была простая питательная, помогала поддерживать тело в рабочем режиме… а всякие деликатесы — это излишество.

Дальше у солдат шли политинформация, развод, занятия, самоподготовка, а Аврора, поприсутствовав на политинформации, брала свой рюкзак с техникой — и отправлялась работать.

Кому что — а ей сети и техника.

Компьютеров в части было много. Очень много. И сетей — тоже. А вот работало это хозяйство из рук вон плохо. Никакой согласованности. Никакой толковой связи. Ни-че-го!

Аврора сильно подозревала, что тут и года не хватит, чтобы весь этот бардак разгрести.

Потом обед. У солдат шла самоподготовка. У Авроры — опять работа. До ужина. Потом — свободное время, вечерняя прогулка и отбой.

Выходные для девушки не отличались от будней.

Она попробовала побездельничать в воскресенье, в свободное время, но ее тут же припахала комендант общежития.

По результатам работы Аврора переехала в более уютную и удобную комнату. Но недоделанных дел было много. И девушку буквально рвали на части.

Штаб.

Техники.

Бытовики.

Опять штаб…

Калерия, увидев своего ребенка, только головой покачала. Вообще-то это не поощрялось, но когда Лера привезла дочери вещи, Джек решил посмотреть на нее лично.

Лера тоже поглядела на генерала — и решила, что ему ребенка доверить можно. Так что они с Авророй ежедневно созванивались, переписывались — и чувствовали себя спокойно.

Кто беспокоился?

Дик Чейни.

Да, был и такой червяк в яблоке.

Зам командира части по воспитательной работе.

Редкая сволочь.

С Авророй он познакомился на второй день работы. Просто вызвал девушку к себе.

Аврора, как раз чинившая комп в штабе, только раздраженно зашипела. Ну что за жизнь?! Разложилась, устроилась, хорошо устроилась… а вот иди!

Блин! Как не ко времени!

Но выбора не было.

Пришлось отряхнуть комбез, попросить ничего не трогать — и отправляться.

— Сержант Вайндграсс по вашему приказанию прибыла.

Да, сержант. Джек решил, что так будет лучше. А вот Дику, то есть Рикарду это очень не понравилось. Он вообще считал, что место женщины — на кухне. Ну, в медицине. Но никак не с электроникой.

Авроре было глубоко плевать на его неодобрительный взгляд. Она вообще в этот момент обдумывала схему взаимодействия несколькими потоками. Вот если проложить пару кабелей, чтобы разгрузить…

— Вольно, рядовой.

Аврора чуть расслабила правую ногу.

— И что вы мне скажете?

— Тэр полковник? — Аврора хлопнула ресницами. Сказать можно было многое. Но вопроса же ей не задали…

— Зачем вы пошли в армию?

— Хочу стать штурманом, тэр полковник.

— а что вас заставляет думать, что вы справитесь?

— У меня хорошее образование, тэр полковник.

— Аврора… могу я вас так называть?

— Так точно, тэр полковник.

— Хорошо. Присаживайтесь…

Аврора послушно опустилась на краешек стула.

— Благодарю, тэр полковник.

— А вы меня называйте Ричард. Хорошо?

— Так точно, Ричард.

Дик поморщился. Почему-то 'Ричард' в устах девчонки прозвучало еще более официально. По комнате словно бы холодком потянуло.

— Вы, молодая красивая девушка… зачем вам эта армия? Вам надо замуж выходить, детей рожать… а вы с какими-то железками возитесь? Зачем?

— Мне нравится, Ричард, — Аврора пожала плечами. — Не испытываю склонности к созданию семьи, Ричард…

Дик сдвинул брови. Издевается?

— Как и ваша мать?

— Так точно, Ричард.

Аврора была абсолютно спокойна. Хотя внутри нее и нарастало легкое раздражение. Ладно! Если этот одутловатый тип ее доведет — она ему все данные из компа почистит! Да так, что никто жесткий диск не восстановит! Из личного планшетника!

— Я слышал про Калерию Вайндграсс. Хотя все пираты, издевавшиеся над ней, почили в космосе. Вы ведь не хотите отомстить?

— Кому? Они мертвы. Я просто хочу водить космические корабли, Ричард.

— Для этого можно получить лицензию пилота.

— Можно. Но я способна на большее, Ричард.

— Скромность украшает женщину.

— Так точно, Ричард.

Полковник только головой покачал. Не пробить.

Броня такая, что страшно становится. Спокойствие, холод, самоуверенность…

Он просто не понимал, что Авроре все безразлично. У нее была цель — стать навигатором.

Все.

Остальное либо помогало ей, либо мешало… что помогает — надо сохранять, что мешает — устранять.

Люди?

Людей, как и Эрасмиус когда-то, она просто не видела.

Не замечала. Хотя и принимала в расчет человеческий фактор.

И Дик уверенно попадал под категорию 'может помешать'. Аврора смотрела на него и думала, что стоит контролировать его переписку и переговоры. В том, что касается ее перспектив. Благо — несложно для специалиста ее уровня. Надо просто подселиться в его планшет. И коммуникатор тоже.

Она может.

Мать предупреждала, что есть люди опасные. В силу своей упертости, ограниченности или просто злобности. Что именно здесь?

Неважно!

Важно другое.

Если Дик ей помешает — она от него избавится.

— Аврора, я вам не враг. Наоборот если я буду уверен, что из вас получится хороший навигатор — я помогу вам.

— я буду стараться, Ричард.

Нет, бесполезно.

— Я вас, наверное, вызову через пару-тройку дней. У меня что-то комп барахлит.

— Никак нет, Ричард.

— То есть?

— Это не ваш комп барахлит, это сеть. Хотя и ваш комп надо бы почистить переустановить…, заменить…

Аврора пустилась в рассуждения. Дик слушал — и у него ум за разум заходил. Какие-то чипы платы, напряжения, токи, сетки, операционные системы, установочные файлы… да будь они трижды неладны!!!

Он и половины не понимал. И — что самое ужасное, над ним не издевались. Ему спокойно пытались объяснить что-то такое, что эта девчонка знает уже давно и даже не считает сложным. Так пустяки, в которых должен разбираться каждый.

И он — в том числе.

Дик чувствовал себя просто идиотом. И ему это резко не нравилось.

— Хорошо. Аврора, я вас отпускаю. Я так понимаю, у вас еще дела?

— Так точно, Ричард.

Дик только головой покачал, видя, как девушка взлетела со стула отдала честь и умчалась из кабинета. Мелькнул в дверях кончик роскошной белой косы, стянутой каким-то старым ремешком. И о визите Авроры напоминал лишь слабый запах… что-то такое, едва уловимое… универсальная смазка.

Точно, это она.

И что за бабы пошли?

Дик подумал — и решил пока ничего не предпринимать. Понаблюдаем за девицей, а там видно будет. У каждого человека есть скелет в шкафу. И каждым можно управлять, дергая за дверцу шкафа.

А если вы так не думаете… тогда управлять вами будут другие.

Такие, как Дик…

***

Аврора искренне надеялась, что неприятностей у нее не будет.

Она успела подружиться с несколькими парнями — с тем же сержантом Спарксом. На проверку Колин оказался симпатичным парнем, неплохо секущим в железках. Аврору он просто опекал, как ребенка. И девушка это оценила. Никаких чувств, кроме братских.

Заодно девушку взялась опекать комендант общежития — семипудовая дама по имени Розалия. Дама обожала слезливые сериалы и желтую прессу. А вот с их оплатой и доступом было хуже. И зарплата не такая большая, и сеть плохая, постоянные обрывы на самом интересном месте — исправить это для Авроры это труда не составило. Розалия получила доступ на несколько сайтов. Старый компьютер был перебран вручную, почищен и подвергнут замене некоторых деталей. После чего Розалия могла наслаждаться даже трехмерным изображением — голоочки Аврора подключила.

По результатам работы девушку переселили в свободную комнату, где нашлось место и для собственноручно собранной панели, и для компа, и для рабочего стола с кучей железок… а еще все общежитие узнало — хочешь что-то отремонтировать — обратись к Авроре.

И ей потащили компы, планшеты, коммуникаторы…

Аврора никому не отказывала. Но денег не брала ни копейки. Тогда дамы принялись расплачиваться с ней кулинарными шедеврами и взаимопомощью. Приглядеть за стиркой. Помочь с уборкой или готовкой.

Предупредить, мол, этот парень на тебя глаз положил, ты от него держись подальше…

Хотя таких случаев почти не было.

Да, красивая. Но…

Красоту тоже показывать нужно. Подчеркивать. Да просто… должен быть призыв!

Иногда бывает так — красотка не пользуется спросом. А не слишком симпатичная девушка не успевает отмахиваться от кавалеров. Почему?

Потому что это как радиоволны. Как феромоны.

Если женщина готова к отношениям, желает их… это отражается во всем. В движениях, походке улыбке, голосе… и мужчины реагируют.

А если призыва нет…

Его просто НЕТ.

Мужчины и не реагируют на таких женщин. Есть озабоченные исключения. Но их мало.

Вот одно из таких озабоченных исключений и подсело к столу в библиотеке.

Рейг Арналдо Ирвер.

Аврора не знала, что парень еще в первый вечер после ее прихода в часть поспорил на нее в казарме — мол, она мне даст. Не знала, что ставкой на кону было мытье туалетов в течение месяца. А если бы узнала — ей было откровенно наплевать.

Она знала, что Рейг мешает ей жить спокойно.

Появляется. Пристает. Пытается дарить какие-то чахлые цветы (выброшены в окно) или приглашает в клуб (в переводе — потискаться в сумраке).

Тратит ее бесценное время.

Раздражает и мешает. Хотя она уже раз десять объяснила, что он ей не нравится.

Но видимо, до некоторых так быстро не доходит.

— расслабляешься? Что читаешь?

— Историю.

— Да брось ты! Кому эта чушь нужна!

— мне. Мне еще поступать надо.

Рейг фыркнул.

— Ро, пошли, погуляем?

— Меня зовут Аврора. Для вас, рядовой — сержант Вайндграсс. Будьте так любезны запомнить.

Аврора говорила сухо и холодно.

Скандал затевать нельзя. Ругаться тоже.

В библиотеке полно народу. Но отшивать таких надо резко.

И Рейг это тоже понимал. Пальцы вцепились в толстую белую косу… намотать бы ее на руку…

— Не выкобенивайся, стерва. А то знаешь, что будет…

— Знаю, — Аврора усмехнулась. — Руку убери.

— Пошли, а то я тебя…

— Да пошел ты…

Аврора умела ругаться не хуже прапорщиков. Калерия, хоть и следила за своей речью, но иногда словечки прорывались…

Рейг вспыхнул. Но нарываться не стал.

Молча встал и вышел.

Аврора покачала головой.

Не успокоится. Рано или поздно случится конфликт.

Надо подготовиться.

***

Конфликт случился раньше, чем она думала.

В коридоре библиотеки ее резко цапнули за плечо — и рванули назад. Аврора потеряла равновесие, пошатнулась — и оказалась в небольшой полутемной каморке.

Нос к носу с разозленным Рейгом.

— Ну что, сучка, думала меня продинамить? Не вышло?

Аврора пожала плечами.

— я вообще о тебе не думала. Кому ты нужен — сопляк с претензиями.

А в голове жестко и холодно шел отсчет.

Сейчас сорвется. Наделает глупостей.

И Рейг оправдал ее ожидания. Вцепился девушке в волосы.

— Сейчас ты, … и …, будешь у меня … и …! И только … хоть …, я тебе … и ….

Аврора выслушала это с абсолютным спокойствием. Особенно когда Рейг рванул ее, опуская на колени. Но сумрак скрывал ее лицо. А голос был таким, какой и нужен — хрипловатым, слегка срывающимся (от ярости, но может и от страха так ведь?) и тихим.

— я все сделаю… не надо…

Рейг осклабился — и Аврора ощутила, как напряжение спадает. Он добился своего, сломал заносчивую сучку — и мог наслаждаться плодами победы.

То есть он так думал.

У Авроры было другое мнение.

Удар был быстрым и страшным.

Кулаком. Снизу вверх. По половым органам.

Аврора вся выложилась в этот удар, словно пружина.

И холодный голос в мозгу подтвердил: идеально.

Рейг согнулся в три погибели и начал оседать. Сквозь сдавленное от боли горло попытался вырваться какой-то звук, но Аврора не дала. Подхватила первое что попалось — кажется, половая тряпка — и запихала парню в рот.

Незачем ему орать, пока она тут.

Уложила на пол.

Пробежалась ладонями по форме.

Вроде как все на месте. Ничего не сдвинуто, не расстегнуто… волосы мыть надо. Этот хорек к ним руками прикасался… девушку аж передернуло.

Захотелось добавить парню посильнее. Но при взгляде на скорченную тушку это желание исчезло, как и не было. Прикасаться к ЭТОМУ!? Еще раз!? И так — достаточно.

Девушка приоткрыла дверь, огляделась и вышла из кладовки.

Никто ее тут не видел. Вывод?

Ее здесь и не было.

А Рейг… а пусть он сначала объяснит запись на ее планшете. Полную запись его монолога. Но что-то подсказывало Авроре, что он будет молчать.

Она тоже смолчала.

Молчала, когда симпатичная медичка Натали рассказывала 'бедный мальчик, так неудачно упражнение выполнил, гениталии чуть ли не в лепешку… '.

Молчала, когда ее вызвал к себе Дик Чейни и долго расспрашивал, не было ли с кем конфликтов — ага, нашел дуру признаваться.

Молчала, когда Калерия спрашивала то же самое.

Конфликт был. Но он улажен. О чем тут еще говорить?

К ней же больше никто не проявляет подобного интереса? Вот и отлично!

Тем более, что через стандарт-месяц Аврору допустили к компьютерам истребителей. И началась летная подготовка.

Тренажеры, симуляторы, теория…

Это оказалось настолько интересно, что девушка забыла обо всем на свете.

Рейг все еще поливал ее ненавидящими взглядами. Но — издали, исключительно издали. А так — чего его бояться?

У него и так дел хватает. Все туалеты в казарме на месяц — его.

***

— Аврора Иридина Вайндграсс.

Пожилой мужчина взял планшет, пощелкал по голографиям.

— а ведь красотка выросла?

— в мать, — отозвался агент, сидящий напротив.

— Говоришь, армия?

— мечтает стать навигатором.

— Вот как? А у нас там кто есть?

— Есть. Один из наших ребят поступил туда на первый курс…

— Навигатор?

— Если получится. Возможно, пилот. Или гражданский навигатор…

— ага. Дайте ему задание. Когда Аврора поступит туда, он должен сблизиться с ней.

— Думаете, поступит?

— Уверен. И надо, чтобы кто-то был с ней рядом.

— Шеф, зачем вам эта девочка?

— Не знаю. Но мне она нужна. Калерия никак не проявляла своих знаний?

— Да не знает она о нас ничего! Иначе давно бы.

— Тем лучше. Пусть пока молчит. Но рядом с ней тоже должен быть кто-то из наших. На случай эвакуации.

— Шеф?

— специалист такого уровня пригодится Русине. Сам подумай — у девочки высшая школа, несколько дополнительных дипломов, она гений компьютера — и ей еще двадцати нет. Соплячка.

— но гениальная. И поэтому вы ее мать…

— Да. Одна она откажется. Я уверен. Но если Калерия согласится…

— А она согласится?

— А почему она должна отказаться? Что ей дали в НОПАШ? Убогую квартирку и пенсию по инвалидности? Очень много!

— Ну да. Агент Накимора докладывает, что Эстевис морально готов…

Шеф кивнул.

— Если готов — можете приступать к эвакуации. Сколько Тамара уже там? Лет двадцать?

— Побольше. Хотя она не жалуется. Эстевис свою жену готов на руках носить.

— И если мы правильно составили его психопрофиль — он и Русине будет служить с радостью.

— Будем надеяться. Сам понимаешь, раскрываться мы пока не имеем права. Еще бы нам лет десять. А лучше двадцать…

— Не дадут.

— Шеф…

— Ж…й чую — не дадут. Нет у нас столько времени, счет уже на месяцы идет. Мы хоть и крутим, но долго не продержимся.

— Если вы уверены.

— и военный гений уровня Эстевиса нам необходим как воздух.

— А то своих мало…

— Достаточно. Но у него естьреальныйбоевой опыт.

Крыть было нечем. Да, были ребята и в армии Русины, которые с честью выходили из всех схваток на имитаторах. Но это — суррогат. Пока они не бывали под пулями реально, пока не теряли своих товарищей, пока не видели, как взрывается крейсер, превращаясь в огромный клубок адского огня…

Дети.

Пока еще необкатанные войной дети.

Мужчины надеялись, что им удастся обойтись без схваток. Хотя бы без больших войн. И отлично понимали — это нереально.

Чтобы с тобой считались — надо показать зубы. Или даже порвать кого-нибудь в клочья. Тогда — отступят.

***

Аврора навсегда запомнила тот день, когда впервые прикоснулась к истребителю.

Не на тренировке, нет. Не на занятиях.

Просто ее вызвали по коммуникатору.

— Ро, зайди в пятый ангар. Там чего-то у техников не складывается…

Аврора, которую уверенно сокращали в армии до 'Ро', кивнула, рявкнула 'Так точно ' — и сорвалась к ангару.

На скутере.

Генерал выделил. От сердца оторвал. Аккурат после того, как Аврора предстала перед его глазами запыхавшаяся и заляпанная грязью. И через час после вызова.

Но ругаться?

Если она чуть ли не на другом конце части? В общежитии? В сим-зале, в тренажерной… короче генерал распорядился выдать ей скутер.

Джек Тайнри вообще готов был носить девчонку на руках.

Всего пара стандарт-месяцев, как она появилась в части — а порядка намного больше. Гений компьютера, что тут еще скажешь? Кажется, ей достаточно просто постоять рядом с компом, чтобы тот заработал нормально.

Сети не виснут, все ИИшки[17] осмотрены и чинятся в порядке очереди — их же разбирать надо, кое-что заказывать…

Не девочка, а клад. При этом всегда абсолютно спокойна, к парням ноль интереса, а с некоторыми разобралась довольно жестко. Джек догадывался, где Рейг получил свою травму. Ага, на турнике, яйцами об перекладину… кому другому расскажите.

Вообще, Джек незаметно для себя принялся опекать девчонку. Не давать в обиду, одергивать Дика, даже поговорил с офицерами — мол, ребенок еще. Вы ее нагружайте, да. Но приглядывайте. Все ж таки часть. Один раз отбилась, второй может и не повезти. Если кому трупы нужны…

И видя такое отношение к девушке, остальные тоже опасались ее задирать.

А уж техники Авроре были рады всегда.

Девушка влетела в ангар и помахала рукой.

— Сержант Вайндграсс по вашему приказанию…

— Вольно. Без чинов.

— Так точно тэр лейтенант, — Аврора широко улыбнулась. Младший лейтенант Романо Ативис ей нравился. Не как мужчина, нет. Но как человек. Она жила рядом с его семьей, настраивала ему комп после того, как туда влез младший сын лейтенанта и нащелкал по разным нехорошим ссылкам, чистила коммуникатор его жене, симпатичной блондинке с ямочками на щеках и легким акцентом, забегала вечером на чашку тархи… короче соседские отношения.

— Ро, посмотри комп в истребителе?

— Я в них еще ни разу не копалась…

— Когда тебя это останавливало?

Аврора пожала плечами.

Никогда.

Да, комп истребителя должен быть построен по другому принципу, нежели гражданские, но… разве это имеет значение?

Любой комп она ощущает частью себя.

Гений техники и программ? Гений компьютера?

Нет. Просто… если что-то болит у вас, рука там или нога — вы же можете сказать об этом. И полечить себя можете. А если врач — то и профессионально.

Тот же случай.

Аврора перекинула рюкзак поудобнее и скользнула в истребитель.

Опустилась в кресло. Дверь автоматически защелкнулась за ней.

Истребитель.

Одноместная маленькая машинка. Пилот, он же стрелок.

Максимум скорости и максимум оружия. Все. Остальное значения не имеет. Но чтобы это сопрягать и работать, нужен бортовой компьютер.

У пилота перед глазами космос, а в руках штурвал.

Наведение на цель — стрельба. Рычаги рядом. Штурвал устроен так, что его можно удержать одной рукой.

Педали под ногами.

И несколько кнопок — для ракет разного типа.

Аврора сняла рюкзак, скользнула в кресло — и активировала бортовой компьютер.

Истребитель мягко заурчал двигателем. А девушка…

На Аврору нахлынуло что-то невероятно мощное.

Знакомое — и неожиданно властное. Сквозь все тело пронесся поток. И Аврора поняла — она — и есть истребитель.

Не было ни ее, ни машины, ни рук, ни ног, ни маневровых дюз, ни оружия, ни барахлившего компа.

Не было НИЧЕГО.

Только одно живое существо.

Человек-корабль.

И существо было счастливо.

Ему хотелось петь и летать между звездами. Оно нашло, для чего создано.

Наконец-то…

Если бы кто-то сейчас видел Аврору — испугался бы. Но слава звездам — истребитель закрывался герметично. Никто не видел, что в кабине, откинувшись на спинку кресла сидит… человек ли?

Сейчас Аврора сама была похожа на звезду.

Голубоватые искорки сбегали по белым волосам, под закрытыми веками зрачки светились холодной синевой компьютерного экрана, руки двигались медленно и неуверенно… они не прикасались к оборудованию, не отвинчивали крышку, чтобы посмотреть бортовой компьютер, они не делали НИЧЕГО.

Но на маленьких экранах одна информация сменялась другой.

Аврора была частью истребителя. И всем телом ощущала, что с ним не так. Знала, где разладились цепи, что с ними надо сделать, как соединить, как переписать программу… она еще исправит компьютер, вытащит сгоревшие детали, поставит новые…

Все потом.

Сейчас же…

Аврора наслаждалась слиянием с мощной машиной.

Ей казалось, что прошли годы. Хотя на самом деле — и минуты еще не прошло.

Этого Эрасмиус Гризмер не предусмотрел.

Он вырастил идеального пилота, да. Но не успел соединить его с зародышем корабля. И Аврора была фактически неполноценна.

Если бы она не пыталась найти себя, если бы не оказалась в кабине истребителя — рано или поздно она сошла бы с ума. Человек не может функционировать так, как она. Но сейчас…

Мозг человека — это тоже машина. Это тоже приемник — и одновременно передатчик.

Компьютер истребителя воспринимал Аврору как более мощное устройство — всего лишь. Она была не пилотом. Она была для машины частью ИИ.

Да, нужная масса в кабине, да, можно закрыть борт, можно летать, атаковать, можно — все.

Но пилотом Аврора не было.

Частью машины.

Впрочем, ненадолго.

Создание Эрасмиуса Гризмера было слишком хорошо сделано.

Что за толк от пилота, который просто наслаждается полетом? Он должен слушаться, выполнять приказы, быть идеальным воином…

Аврора открыла глаза и улыбнулась.

Сейчас ее разум напоминал клинок.

Острый. Холодный. Идеально сбалансированный.

Она знала эту машину как часть себя. Знала все ее достоинства и недостатки. Могла выжать столько, что никому и не снилось. Она могла творить на истребителе чудеса.

Ее можно было выпустить против крейсера — она бы победила. Она бы смогла.

Но — не сейчас…

Сейчас ее задача — исправить неполадки.

А летать…

Она еще полетает. Всему свое время. Пока довольно и этого.

Сейчас нельзя привлекать к себе внимания. Надо исправить поломку и вылезать отсюда.

Аврора спокойно отвинтила крышку, под которой помещался центральный процессор — и взялась за дело. Работать. Она знает где, знает как … Она должна это сделать.

И тогда можно просить, чтобы ей разрешили летать пораньше.

Странно, почему на симуляторе ни разу такого не было? Может быть, подсознательно она знала, что это суррогат — вот ничего и не происходило?

И кто же она?

Пилот?

Навигатор?

Или и то и другое?

Неясно. Но кое-что новое о себе Аврора все-таки узнала.

Она зубами прогрызет себе дорогу, сделает что угодно, убьет, украдет — но попадет в академию.

Она не сможет жить без этого ощущения.

Это хуже наркотика, сильнее всего, что с ней было… она должна летать!!!

***

Когда она выбралась из истребителя (с неохотой, почти вытащила себя за шиворот) ее встретили улыбками.

— Разобралась?

— А то ж! Тут предохранитель перегорел и цепочка замкнулась. Вот это поменяете — и все заработает.

Техники переглядывались. М-да.

Железо по их части. Но эта девчонка словно нюхом все чуяла. И сердиться на нее не было никакой возможности. Она не задирается, не афиширует свое превосходство, не глядит свысока — она просто делает свою работу. И все.

— А можно будет потом полетать?

На лицах мужчин появились улыбки. Вот сейчас перед ними стоял даже не профессионал. Стояла обычная соплюшка, которой хотелось в небо. И это было нормально.

— Ладно, — Романо хлопнул девочку по плечу. — Поговорю с командиром… ты на симуляторах программу выполняешь?

— Да!

— Если сдашь на пилотское удостоверение хотя бы атмосферника для начала…

— Сдам!!!

Аврора даже не сомневалась в своих способностях.

Просто ее не допускали к реальным машинам. Но если она будет испытывать что-то подобное в любом корабле… да ей плевать на чем и как сдавать!

Она и на старом тягаче сможет бочку сделать! Она — сможет!!!

Небо, космос, звезды…

Они манят, зовут и поют.

Они тянут к себе.

И ночью девочке в первый раз снится, что она — громадный корабль, который идет через глубокую черноту космоса.

Ныряет в гипер, на самые глубокие слои, наслаждается переливами красок — и опять выпрыгивает на поверхность, как веселящаяся рыбка из воды.

Приятно щекочет кожу-обшивку ледяной холод пространства, проносятся мимо метеориты, сияют лучи далеких звезд… ей просто хорошо.

Она счастлива.

***

Стоит ли говорить, что Аврора сдала всю теорию с первого раза?

И практику на симуляторах.

И настало самое счастливое для девушки время.

Время практики на реальных кораблях.

Сначала — атмосферники.

Но в них Авроре было… скучно. Вроде как взрослому человеку в бассейне для детей. Она спокойно водила любую машину — и инструкторы не могли на нее нахвалиться. Но такого ощущения, как в кабине истребителя, пока еще ни разу не испытывала. А офицеры хвалили ее.

Джек только хмыкал, читая ложащиеся ему на стол рапорты.

'Потрясающая интуиция…'

'Талант пилота…'

'Чувство воздуха и машины…'

'Глазомер от Бога…'

Аврора действительно идеально ощущала машину. То, что составляло немалые трудности для начинающих пилотов — поднять, посадить, попасть на полосу, рассчитать расстояние — она делала интуитивно. Вы же, сидя в детском бассейне, не будете прикидывать, что надо сделать, чтобы взять смешную желтую уточку?

Нет, вы просто протянете руку и возьмете ее. Так же и Аврора.

Атмосферники не становились ее частью.

Полного слияния, когда на пару минут забываешь себя и отдаешься полету — не было. Слишком мало простора, неба, слияния… Слишком мало всего.

Но она становилась частью кораблей.

Она была хозяйкой. Она повелевала. Приказывала. Вела. И знала — любая машина выполнит любой ее приказ.

И не замечала, что за ней наблюдает пара злых глаз.

Рейг Ирвер мечтал отомстить. Но такой возможности у него не было. И от этого становилось еще хуже.

Почти год спустя

— Ну что, ты еще не передумала?

Джек Тайнри смотрел на девушку. Аврора за этот год не сильно изменилась. Армейская форма была ей к лицу. Белая коса была завязана чем-то вроде проводка — опять наверное перемотала чем под руку подвернется, лишь бы не распустилась.

— Никак нет, тэр командир.

— Без чинов. Вольно.

Аврора кивнула.

— Так точно, без чинов.

— Я написал рекомендацию. К тому же у тебя сданы все полетные нормативы. Получены удостоверения атмосферного пилота. А на истребителях ты по-моему налетала больше тысячи часов.

— Так точно.

— Аврора, ты уверена? Это ведь армейская каторга на несколько десятков лет.

— Но это космос! Звезды!! Корабли!!!

— А армией тебя не напугаешь. Ладно. Завтра отправим тебя в штурманскую академию. На Календею.

— На Календею!?

Аврора даже слегка растерялась. На другую планету ей лететь не слишком хотелось. Все-таки здесь дом, мама рядом… а там…

— Аврора, может ты все-таки передумаешь?

Девушка вспомнила ощущения, которые испытывала за штурвалом истребителя — и покачала головой.

— Нет. Не передумаю.

— Ладно. Смотри сюда.

Джек выложил на стол тоненькую папку.

— Здесь все бумаги. Карточка, диск с письмами, твои дипломы, включая те, что ты получила у нас, удостоверение, билет до Календеи, карточка с зарплатой — и зайдешь сейчас в бухгалтерию. Там на тебя оформят матпомощь.

— Зачем!?

— Деньги лишними не бывают.

— Но…

— Аврора, если ты поступишь — там да. Полный пансион. На время вступительных тебе предоставят общежитие. Но мало ли что случится. Деньги лишними не бывают.

— Но…

— Часть может себе это позволить. Ты нас сэкономила громадную сумму.

— когда!?

— Детка, я навел справки. Услуги специалиста твоего уровня обошлись бы в сумму, равную моей годовой зарплате. А ты год пахала на всю часть. Думаешь, я не знаю?

Аврора пожала плечами. Справедливости ради надо сказать, что пахала она не год, а примерно месяцев восемь. Потом все что надо было заменено, и ей остались минимальные работы. Поддерживать сеть и ликвидировать форс-мажоры, которые неизбежно возникали. Но первые восемь стандарт-месяцев она выкладывалась, да…

— Так что бери деньги и не фыркай.

— Есть не фыркать, тэр командир, — слегка надулась Аврора.

Джек покачал головой.

— Неисправима. Роша, когда ты повзрослеешь?

— Лет через семьдесят. Вынужденно.

Генерал невольно улыбнулся.

— Свободна. Завтра в восемь — быть в ангаре.

— В ангаре?

— Ребята тебя подкинут до космодрома. Билет сама посмотришь. Брысь, а то гневаться буду!

Аврора подскочила, картинно отдала честь и улетучилась.

И помчалась собирать вещи.

М-да. Обросла она за год.

Кое-что можно было и оставить. Но куча железок…

Положение спасла комендант общежития.

— Уезжаешь?

— Вы же знаете — хочу стать навигатором…

— Знаю. Как ты все это потащишь?

— Этого я не знаю.

— И где там разместишься?

— Тоже не знаю.

— Тогда так. Собираешь сумки. Я поставлю все в кладовку. Если что — свистнешь. Отправлю или тебе или матери. А если что — возвращайся? Джек тебя обратно примет…

Аврора вздохнула.

— Если что — вернусь.

А сама точно знала — без космоса ей жизни не будет.

Она все сделает, чтобы стать пилотом. Все.

Украдет, убьет, ляжет в постель с разумным осьминогом… все.

Иначе все равно — смерть.

***

Первый пилот шикарного лайнера 'Ночные огни' Армандо Тарвес смотрел в окно. Пассажиры набивались внутрь. Они шли и шли, кого-то везли, кто-то шел сам, за кем-то несли чемоданы, за кем-то чемоданы ехали сами, снабженные дистанционным управлением…

Твою ж!!!

А ЭТО что такое?

В воздухе мелькнула серебристая молния.

Истребитель. Атмосферник, класса 'Стрела-11'. Старый такой. И так носиться?

Пилот что полный недоумок?

Неизвестный, словно отвечая мыслям Армандо, заложил крутой вираж — и приземлился практически под нос лайнеру. Люк открылся — и оттуда выбрались двое. Невысокая девушка в черном комбинезоне с большой сумкой за плечами. И мужчина лет сорока.

Он обнял девушку, хлопнул по плечу — и та вприпрыжку поскакала к истребителю, даже не оглядываясь. Пилот погрузился в машину — и истребитель осторожно полетел назад, теперь уже не закладывая виражи.

Что это за девица такая?

Надо потом поинтересоваться у подружки-администратора.

***

На лайнере Аврора просто наслаждалась комфортом. Пару дней полета до Календеи ей было решительно нечего делать. К пилотам не пустили. Общаться с людьми — неинтересно. Оставалось только в сотый раз повторять давно заученные билеты — и ждать.

Скоро она окажется в знаменитой Лунной академии Календеи. Лунной — потому что жилой комплекс располагается на поверхности одного из спутников — Терапсы. А корабли, причал матки — все это рядом. В космосе…

Они будут жить под куполом, в казармах. Академия вообще невелика. Казармы, учебный блок, сектора техобслуживания — а остальное занимают корабли. Там не признают имитаторов, кроме боевых. Только реальные полеты. Там преподают самые лучшие учителя. Академия Календеи — единственная на весь НОПАШ.

Там и только там готовят штурманов.

А на космодроме ее будет ждать челнок. Который и доставит ее и еще десять человек желающих сдать экзамены в академию.

Звезды манили и ждали.

Аврора смотрела в голоэкран, на котором ей навстречу мчались миллионы звезд и мечтала.

Она обязательно станет штурманом. И пилотом. И будет водить корабли через гиперпространство.

Может быть, ей удастся нырнуть и в более глубокие слои гипера? Почему нет?

Как же прекрасен космос…

***

На космодроме ее ждал первый неприятный сюрприз. Когда она спросила у диспетчера — где ожидают челнок до Академии, на нее покосились с удивлением, а потом кивнули на комнату отдыха.

Туда девушка и отправилась. Билет уже лежал в кармане — генерал Тайнри позаботился обо всем. Или Ричард Чейни?

Не суть важно. Главное — другое. Она не опаздывает…

Аврора переступила порог комнаты — и в нее воткнулись несколько десятков удивленных взглядов.

Но на взгляды ей было наплевать. Она спокойно огляделась, выбрала себе кресло поудобнее — и плюхнулась в него. Достала планшетник и принялась читать.

Недолго.

— Эй, киска, ты ничего не перепутала?

— Киски на помойке мяукают, — Аврора даже головы не подняла. Еще не хватало.

Слова — ветер. Дела — камень. Но рукоприкладство под прицелом нескольких десятков камер?

Ну-ну…

По залу пронеслись смешки.

— Ты комнатой ошиблась. Здесь те, кто летят в Академию…

— …звездной навигации. Она же Лунная академия Календеи. Я знаю. Я там буду учиться.

Молчание было почти ощутимым. Авроре даже стало интересно — чем оно прорвется. Она подняла голову, обвела всех веселыми глазами.

Лица, лица… незнакомые, удивленные, ошарашенные, недовольные… отличаются только два человека. Один — крепкий коротко стриженный светловолосый парень — судя по зеленоватом загару — с Деметры-3. Этому все равно, что она говорит. У парня просто жесткий спермотоксикоз, судя по голодному взгляду.

Второй… ярко-синие глаза под густой темной челкой. Добрая улыбка… он и нарушил молчание. Встал с дивана сделал пару шагов — звезды, в нем роста метра под два! И опустился на одно колено рядом с ее креслом. Так, что их глаза оказались на одном уровне.

— Девочка, а тебя приняли?

— У меня направление на вступительные, — Аврора не отводила взгляда. Холодного и равнодушного. Только глубоко внутри тлели угольки интереса… симпатичный все же парень…

— Ага. То есть ты поступаешь.

— Да.

— Тогда давай знакомиться. Рон Сарро.

Аврора взглянула на протянутую лапищу, в которой ее рука утонула бы без остатка.

Хотя… лапищу?

Пальцы длинные, ладонь узкая, просто — большая.

Девушка решительно сжала его ладонь.

— Аврора Иридина Вайндграсс. Очень приятно.

Кажется, так мама учила знакомиться?

Рон фыркнул. Перевернул ее руку ладонью вверх, посмотрел…

— Ты откуда такая?

— Калдан, система Ри-Тау. А ты?

— Омега-6. Система Сатаны.

— Там что-то добывали…

— Да. А кем ты работала?

Аврора усмехнулась. Вот зачем разглядывали ее руку. Не руки знатной дамы, точно. Ногти обломаны, на ладошках мозоли, на пальцах шрамики…

— Я компьютерный гений.

— А скромная…, - протянул кто-то с издевкой. Тот самый блондин.

— Да. Я очень скромная.

А чего правду отрицать?

— А если не возьмут?

Аврора так и не поняла, кто это сказал. Но пожала плечами.

— Меня — возьмут.

Рон фыркнул.

— А ты мне нравишься. Ты хоть за штурвалом сидела?

— у меня удостоверение атмосферного пилота и более тысячи часов налета на истребителях.

По комнате словно листва зашуршала.

— а еще какие козыри?

Девушка молча вывела список своих достижений на экран планшетника и протянула Рону. Пусть смотрит. Так быстрее, чем рассказывать.

Рон смотрел минуты две. Потом кивнул на остальных.

— я дам почитать?

— Мне не жалко.

Аврора отняла свою руку и поудобнее устроилась в кресле. Предстояло ждать еще минут сорок. Или даже больше.

Скучно…

Хотя Рон не оставил ее в покое.

За последующие сорок минут Аврора узнала кучу анекдотов кое-что об Академии, о вступительных экзаменах, о порядках и нравах, о самом Роне… парень устроился в соседнем кресле — и вовсю болтал с ней. Аврора не возражала и не злилась. Из его слов можно было извлечь полезную информацию. А сам парень не питал к ней неприязни. Наоборот — лучился дружелюбием. Но не кобелиным, нет. Просто человек хорошо относился к ней, улыбался… может, у него тоже младшая сестра есть?

Блондин поливал ее странными взглядами но лезть не решался. Рон определенно пользовался здесь авторитетом.

Только потом Аврора поняла, ЧТО сделал для нее Рон.

Не будь его рядом — ее бы обязательно попытались расспросить, спровоцировать на драку или скандал, может быть даже не пустить в челнок.

Но Рон был рядом.

А связываться со скромным двухметровым громилой желающих было мало.

***

Сам перелет впечатления не произвел. Подумаешь челнок. Аврора и сама могла на таких летать. Хотя ощущения были… как на черепахе ездить. Медленно и спать охота. То ли дело истребитель. Или разведчик. А вот если бы дали крейсер поводить или эсминец…

Но вот перелет окончился — и их выгрузили в длинную кишку-коридор.

Рон хотел было подхватить ее сумку, но Аврора не дала. Чай, не леди. Нечего за ней вещи таскать. Сама донесет.

А на выходе из коридора их встретил грозный рев.

— а ну шевелись, черепахи беременные!!!

Аврора даже ухмыльнулась. Так это было знакомо.

— Курсанты налево. Поступающие — направо, в комнату с синей дверью.

Аврора подмигнула Рону — и помчалась в указанном направлении. Экзамены она сдаст. Но вот если придерутся к дисциплине или еще к чему…

На плечо опустилась рука.

— а ты куда?! Кто пустил бабу…

Аврора развернулась.

— Сержант Аврора Вайндграсс. Прибыла по направлению для сдачи экзаменов.

А теперь отдать честь и щелкнуть каблуками.

Лицо мужчины остановившего ее, вытянулось.

— Сержант?

— Так точно, тэр лейтенант. Разрешите отправляться в комнату для абитуриентов?

Растерянность парня длилась недолго.

— Направление покажи… те… сержант.

Аврора выхватила из папки листок пластика с ярко светящимися печатями штаба. Такое не подделаешь.

Мужчина пробежал текст глазами и как-то замедленно кивнул.

— Идите… сержант.

Аврора выверенным движением стряхнула безвольную руку со своего плеча — и помчалась по коридору, следуя указаниям.

В комнате было уже человек пятнадцать. Блондины, брюнеты, даже один рыженький… одинаковым было только баранье выражение глаз. 'ЭТО ЧТО!? '

Аврора независимо плюхнулась в ближайшее кресло и принялась листать страницы в планшетнике. Здесь ей было хорошо. Ее место. Просто — ее.

Она знала, что всего в нескольких метрах от нее, отделенный только хрупкой скорлупой, простирается необъятный ледяной космос. Но ей было не страшно.

Наоборот — хорошо.

Почти как дома…

— А ты чего здесь делаешь?

Один из парей все-таки решился подкатиться поближе.

— Поступать буду.

— Баба?

— Во-первых, не баба, а сержант Вайндграсс. Во-вторых, что тебя удивляет? У тебя коэффициент интеллекта наверняка ниже, чем у меня.

— Это еще почему?

— Проверим? Ты тест Джет-семь[18] проходил?

— Его здесь все проходили. И сколько ты набрала?

— Максимальный балл, — спокойно ответила Аврора. — Двести баллов.

— СКОЛЬКО!?

— Двести. Что тебя удивляет. У тебя сколько?

— Сто семьдесят шесть.

— Так что отвяжись. Почему с такими результатами я должна учиться стричь гламурных овец? Или еще что-то в том же духе?

Парень захлопал глазами. Неизвестно, что бы он сказал, но тут ожил динамик на стене.

— Курсанты! Равняйсь! СМиррррна!

Аврора вылетела из кресла и вытянулась строго по уставу.

— Я называю фамилии — и вы проходите на тесты. Курсант Альдей! Курсант Арейг! Курсант Вайндграсс! Вещи берете с собой.

Аврора послушно подхватила рюкзак и отправилась за двумя парнями.

А дальше…

Тесты.

Тест Шальда, тест, Джет-семь, тест Грорха, Мара, Анджей-Гиббса…

К концу дня Аврора казалась самой себе очумелым компьютером. И это гоняли не только ее. Всех курсантов. Каково приходилось им — Аврора даже не представляла. Ей, с ее абсолютной памятью, приходилось тяжко. А у парней был абсолютно ошалелый вид.

Списать?

Подсказать?

Без шансов. Все сидят на расстоянии двух метров друг от друга, все под камерами… Аврора отвечала на все вопросы как автомат.

Вообще, она могла бы подключиться к компьютеру — и заставить его пройти тесты. Но… зачем рисковать?

На такие мелочи хватит и тех данных, которые хранятся у нее в памяти. Вот если будет что-то неожиданное…

***

Командир Летной академии Календеи тэр Алексис Верет смотрел на экраны.

На одном из них отражалось что-то непонятное.

Белобрысая девчонка с растрепанной челкой.

Симпатичная, серьезная, абсолютно сосредоточенная на экране. Пальцы летали над сенсорной клавиатурой с умопомрачительной скоростью. Тест включал задания на скорость реакции. Не успеешь выполнить задание за пять секунд — все, балл потерян. Но судя по тому, что показывала камера — компьютер не успевал за ней. Задание. Секунда. Пальцы пролетают по клавиатуре с легким треском. Или это только в его воображении?

Вторая секунда. Пальцы замирают над кнопкой ввода.

Третья секунда. Ввод нажат — и на экране появляется следующее задание.

Быстро. Уверено. Очень четко.

Чувствуется в ее движениях что-то такое… почти машинное…

— Аврора Иридина Вайндграсс. Сержант. Год проработала по контракту в летной части Б-7219-прим-ат на Калдане, система Ри-тау. Получила направление к нам. Родные — мать. Калерия Вайндграсс. Живет на Калдане. Кроме направления тут еще куча дипломов… судя по всему — девчонка гений?

— Возможно, — пожал плечами первый зам. — Проверим по результатам тестов.

— А что? Еще не видно? Есть первые результаты?

— Да, по всем…

— Выведи на экран. По максимальному числу баллов.

Заместитель, Джон Смит-Стейси повиновался.

— Что я говорил?

Аврора Иридина Вайндграсс уверено занимала все первые строчки. Не просто так.

С максимальным результатом теста. Максимально возможным. И Алексис сильно подозревал, что если бы это было возможно — она набрала бы и больше.

Но…

— Баба… штурман? — озвучил его сомнения Джон.

— Зато какой материал! А вообще — надо связаться с командиром той части. И поговорить. Сделаешь?

— Сейчас.

Мужчины переглянулись. Лучше не поручать это секретарше. Бабы — они болтливые. Даже если в чине младшего лейтенанта… только глухой не знал, что секретаря командира Медею Эстершанзи взяли на это место не за выдающиеся интеллектуальные способности.

А за ненасытность в сексе и пятый размер груди.

Так что важные дела ей Алексис не доверял. Хватит и важной части своего тела…

Джон тоже пользовался ее услугами… так что отлично понимал командира.

***

Найти командира части и связаться с ним… на это ушел почти стандарт-час. Но наконец Джек Тайнри, генерал Тайнри таки отозвался. Межзвездная связь — дорогое удовольствие, поэтому видео было отключено. Поговорить и голоса хватит.

— Генерал Тайнри слушает?

— Генерал Верет.

— А, директор Академии? Добралась наша девочка?

Алексис настолько ошалел, что сначала кивнул, а потом уже отозвался.

— Добралась. А…

— Ну да, — продолжал веселиться Джек Тайнри. — Это я ее к вам направил.

— И?

— генерал…

— Алексис.

— Хорошо. Тогда — Джек. Так вот. Девчонка — компьютерный гений. Такаого уровня, что на нашей планетке за нее все корпорации передрались бы. Серьезно.

— Даже так?

— Она за год работы в части починила все компы, до которых добралась, настроила сети, привела в порядок все ИИшки… она в программах и железках как рыба в воде.

— Но навигатор?

— у нее мозг компьютера. Серьезно. Ты ее лучше воспринимай не как женщину, а как ИИшку.

— Ты бредишь?

— Алексис, я серьезно. По психологическим тестам она выдает отличные результаты. Она абсолютно нормальна. Но при этом… ее не интересуют мужики, тряпки, висюльки… в ней вообще нет ничего бабского. Она за год — вообще ни с кем. Посмотри по обследованиям — она до сих пор девочка.

— Это ненормально.

— Это более чем нормально. Если вспомнить, какой скандал был связан с ее матерью…

— Ее матерью?

— Калерия Вайндграсс. А Аврора ИРИДИНА Вайндграсс. В честь Иридины Видрасё. Двадцать лет назад. Разгром банды Сарна… помнишь?

— Твою мать!!

Еще бы Алексис не помнил. Джон даже участвовал в нем, хотя и на ранних стадиях — когда еще искали 'Звезду НОПАШ'… На него тогда произвели неизгладимое впечатление методы работы полковника Эстевиса…

— Мля… а отец — кто?

— Кто-то из пиратов… Калерия молчит. Но сам понимаешь — при таком раскладе девочка не прониклась любовью к мужчинам. Она нестандартна, но… у нее есть цель — и она к ней идет. Она как-то со мной пооткровенничала. Калерия тоже служила — и объяснила ребенку, что если можно одному — можно всем. И отношение будет соответствующее… ты понял?

Алексис кивнул еще раз. И уже спустя минуту, вспомнив, что его не видят, отозвался:

— Понял. Джек, а как она в воздухе? По тестам — тут уже все ясно.

— Она — первая?

— Максимально возможные баллы.

— Так-то… даром, что девчонка. А в воздухе… у нее огромный налет и на симуляторах, и на атмосферниках, и на истребителях, короче — она летает на всем, что может летать. Сам проверь.

— проверю.

— и она не просто пилот. С такими способностями — Алексис — она гениальный навигатор.

— Ты же знаешь, женщин-навигаторов…

— Не бывает. Официальный запрет есть?

— Нет.

— Тогда бери и учи. Не пожалеешь.

— Посмотрю.

Алексис попрощался и отключился. Посмотрел на экран. На нем Аврора скучающе разглядывала потолок. Она уже ответила на все тесты и теперь ждала распоряжений.

— Черт знает что…

Джон был полностью согласен с командиром.

***

Аврора с трудом помнила, как доползла до койки в общежитии, которую ей выделили. Мозг отказывался работать. Она скорее напоминала себе зомби. Кажется, по дороге она еще видела Рона но сильно это не запечатлелось. Так, слегка.

Она упала на койку, не раздеваясь — и провалилась в глубокий сон.

Чтобы на следующий день вскочить в шесть утра — и отправиться на тестирование.

Первый день — тесты на интеллект. Второй — психология. Третий — физические.

И ей надо везде набрать высшие баллы.

Кроме психологии, конечно.

Вот тут Аврора откровенно воспользовалась своим дипломом.

Да-да.

В школе-терц год она посвятила тому, чтобы пройти курс психологи. Почти институтского формата. Теперь она знала, чего от нее ждут. И могла дать правильный ответ на любой вопрос.

Не хороший. Не плохой…

Правильный.

Ее не волновало, что скажут или сделают остальные курсанты.

Неважно.

Ее обязаны допустить к занятиям. Знания — такое же оружие, как и плазмер. И пользоваться она будет и тем, и другим.

Точка.

Стоит ли говорить, что психологические тесты были пройдены с блеском и показали идеальную профпригодность к выбранной профессии?

Создание Эрасмиуса Гризмера уверенно двигалось к своей цели.

Своему предназначению…

***

Впрочем, в третий день Аврора прокляла все.

Завтрака не было. С раннего утра всех поступающих загнали на тренажеры. И — пошло…

Ее вертели, крутили, гоняли по симуляторам, проверяли на скорость, точность, быстроту реакции, вестибулярный аппарат…

Как девочка это вытерпела?

Она сама не знала.

В память врезались только два момента.

Вот она, вся зеленая, выползает из 'шайтан-машины'. Прислоняется к ее боку, глубоко вдыхает и выдыхает,… запах рвоты был просто непереносим. К ней подходит инструктор.

— Не наблевала? А то сейчас драить заставлю!

И Аврора не выдерживает!

— Заставляйте драить тщательнее! Тошнит от запаха блевотины! Хоть дезинфектант бы лили!

Мужчина смотрит на нее с удивлением, заглядывает внутрь, а потом вдруг хлопает ее по плечу.

— Молодец, девочка.

— Я что — первая, кто не блеванул?

— Да. Потому и дезинфектантом будем обрабатывать в конце дня. А то не напасешься.

Аврора гордо отлепляется от блестящего бока тренажера.

— Жлобы. И жадины. Что у меня следующее?

— Самолетик. Так что готовься, сейчас парень вылезет, и ты пойдешь.

Аврора кивает.

— Так точно.

Второй момент…

Она идет по коридору. Кое-как. Едва держась на ногах. И чуть не утыкается носом в могучую грудную клетку…

Поднимает глаза.

— Рон!?

Рон шутливо отдает честь.

— Ты как тут?

— Не спрашивай.

Мужчина приглядывается — и вдруг подхватывает ее на руки. Перебрасывает через плечо.

— Виси. Донесу до комнаты, а то ты в обморок грохнешься.

— а так я на тебя блевану. Я после 'бочки' и 'миксера'!!!

Рон быстро опускает ее на пол.

— Ладно. Возьми меня тогда под руку. Опирайся.

Аврора вздохнула и повиновалась. Не время спорить.

Доползти бы до кровати.

***

Эрасмиус Гризмер оторвался от микроскопа и потер глаза.

М-да. Это не любимая лаборатория в астероидном поясе. Но иногда хочется пожить как обыкновенный человек.

Тем более — на Дамбо для этого есть все возможности. Шикарный дом. И даже место в одной из клиник, принадлежащих синдикату Да Кальмо.

Там ему всегда рады.

Впрочем, везде есть свои минусы.

Синдикаты Дамбо кое в чем не уступали Сарну Готтрану, а то и превосходили его. По безжалостности, жестокости, финансовым возможностям… а Эрасмиус предпочитал быть хозяином своим планам и делам.

Сколько же лет прошло с момента уничтожения Сарна?

Да, уже двадцать лет… время летит.

Что ж. Сарн сам виноват в своих проблемах. И его даже не слишком жалко. Но загубить такой проект…

Биокораблей и пилотов… уцелел только один образец пилота — и тот пока вне досягаемости.

Но вроде бы девочка растет и развивается нормально.

Эрасмиус вызвал на экран фото Авроры Иридины Вайндграсс.

Если бы идиоты-работорговцы справились со своим заданием — Аврора попала бы на Дамбо намного раньше. И к нему в лабораторию.

Можно было бы поставить эксперимент, провести ее слияние с кораблем — он ведь растет, как и остальные корабли, на орбите… надо бы слетать туда завтра. Посмотреть, как они растут, подкорректировать если необходимо…

После разгрома банды Сарна Эрасмиус даже и не подумал скрываться.

Он просто отправился на Дамбо, проплатил синдикату Да Калмо — и принялся за работу.

Матки болтались на орбите вокруг планеты. Никто их не трогал, никого они не интересовали.

А и доберутся… кто бы понял, что это такое?

Астероиды и астероиды.

Чтобы разобраться, надо провести исследования. Или попасть внутрь. А с этим…

Может и разберетесь.

Да кто ж вам даст?

Матки — они голодные. И с удовольствием пообедают слишком любопытными тварями…

Нет, ну как жалко, что нельзя пока довести до конца первый эксперимент!

Следующих пилотов Эрасмиус выращивал прямо в матках, но им до готовности еще лет пять. В самом лучшем случае — три года.

МНОГО!!!

Так долго ждать!!!

Интересно, поступит ли его создание в академию на Календею?

Хотелось бы.

Эрасмиус не был злым. И искренне считал, что разум Авроры надо развивать. Тогда она будет работать еще лучше.

Примерно как надо чистить, разбирать, смазывать сложный механизм…

Он не думал, что это живая женщина. Что у нее могут быть свои мечты, желания чувства… вырасти Аврора под его контролем, их бы и не было.

Но сейчас…

Эрасмиус не знал, что в это же время Аврора смотрела на листок пластика — и по ее лицу текли слезы счастья.

Зачислена.

Зачислена!!!

ЗАЧИСЛЕНА!!!!!!!!!!

***

— Только несколько минут

Только несколько минут

Между нами длилась та беседа.

Как скажи, тебя зовут? Как, скажи, тебя зовут?

И она ответила — Победа!

Аврора развернулась.

— Что?

Рон даже и не подумал смущаться.

— Это очень старый композитор. Матусовский.

Аврора пожала плечами.

— И что?

— Ничего. Ты не любишь музыку?

Аврора пожала плечами.

Люблю, не люблю… музыка не несет никакой смысловой нагрузки, она вообще малоинтересна. Что в ней может быть хорошего?

Скучно.

То ли дело квантовая физика или теория гиперполя…

Но говорить об этом нельзя. Могут посчитать странной.

— Хорошую музыку люблю.

Стандартный ответ.

— Хочешь дам диск послушать?

— А у меня будет время?

— На первом курсе — точно не будет. Я-то знаю…

— а на каком ты курсе?

— На втором.

— Навигатор?

— Нет. Пилот. Штурман. Способности мне не позволяют… я не гений.

— А много вообще навигаторов?

— Человек двадцать на всю академию.

— Всего!?

— Останется еще меньше.

— Куда уж меньше…

— Ну ты же сама только из 'давилки'…

— Давилки?

— Мы так называем вступительные экзамены.

— И что?

— Если бы ты не выдержала — там, блеванула на тренажерах, или не подошла по тестам — тебя бы зачислили на пилотский. Или штурманский, как меня. Но ты зачислена на навигаторский.

— А еще…

— Ты и еще двое. Грей Винсент и Рой Арни Трасон.

— Всего три человека?

— Это очень много. Ро, давай дружить?

— Аврора.

— Я и говорю, Ро.

Аврора невольно улыбнулась. Рон выглядел таким обаятельным — с его плутовской улыбкой и растрепанными темными волосами. Но…

— Рон, я сексом ни с кем заниматься не буду.

— А я тебе предлагал?!

— Дружба между мужчиной и женщиной часто кончается беременностью.

— Если ты меня ночью не изнасилуешь — бояться тебе нечего.

— Обещаешь?

— Клянусь самым ценным, что у меня есть! Конспектами по теории гиперпространства!

Аврора только головой покачала.

Нахал. Но обаятельный.

Интересно, что ему надо?

***

Алексис посмотрел на зама.

— Как ты думаешь, мы не совершаем ошибку?

— Не знаю.

Джон был беспощадно честен с другом.

— с одной стороны — она действительно гений. И создана для этой профессии. С другой… ей не простят, что она — женщина.

— И возможны разные проблемы.

— В академии мы их можем не допустить. Но на флоте…

— Направить ее на усиленную боевую подготовку?

— Обязательно.

— Так и сделаем. Только чуть позже. Не на первом курсе. Ей сейчас и так солоно придется. И распорядись выделить ей отдельную комнату. Не в общагу же с мужиками ее селить?

— Ее еще больше невзлюбят.

— Зато сразу не изнасилуют. Тем более — девчонка действительно гений.

— Ладно. Посмотрим, что там как дальше будет.

— Посмотрим.

Мужчины переглянулись. И Джон принялся набирать номер на коммуникаторе.

Лучше и правда взять девчонку под опеку. По результатам тестов — она гений. Посмотрим, что будет в жизни.

***

Аврора не знала об этом разговоре. Да и знала бы…

Ей было все равно. Она дико уставала. Не просто дико — до истерики.

Теория. Практика. Повторение. Сон.

Теория. Практика. Повторение. Сон.

Боль в мышцах.

Головная боль.

Дикая усталость.

У Авроры едва хватало сил отправить сообщение Калерии — и она падала в кровать. Ее ничего не волновало, кроме громадного объема информации, который им давали каждый день — и спрашивали каждый день. Она не жила, не дышала, не думала… она просто поглощала этот объем и старалась сделать его частью своего мозга.

Свободное время?

Очень смешно.

Аврора не знала, как успевают остальные. Она укладывалась в нормативы только благодаря своей способности работать с компьютером напрямую.

Но и так ей пришлось бы сложно, если бы не Рон.

Парень, казалось, решил стать ее тенью.

Распорядок стандарт-суток был одинаков для всех курсов. Только занятия разные.

Подъем. Шесть утра. Всех выгоняют на зарядку.

Шесть сорок. Время привести себя в порядок.

Семь утра. Завтрак.

Семь тридцать. Учеба. Высшая математика, теория поля, физика, программирование, электроника… всего не перечислить.

Одиннадцать тридцать. Тренировки.

Тринадцать тридцать. Привести себя в порядок.

Четырнадцать. Обед.

Четырнадцать тридцать. Отдых. Аврора использует его для повторения материала. Через силу заставляет мозг работать.

Шестнадцать тридцать. Тренировка.

Семнадцать тридцать. Занятия.

Двадцать один час. Ужин.

Двадцать два. Отбой.

Рон был рядом.

Во время отдыха. На завтраке. Обеде. Ужине…

Аврора не знала, что парень заявил на нее свои права. Что он несколько раз дрался. Что ему сильно доставалось. Что кое-кто все равно не принимал его всерьез.

Ее все это не касалось.

Она жила в своем мире.

Учеба — тренировки. Учеба — тренировки. Учеба — тренировки. И так до бесконечности.

Как водится — в эту схему вмешались извне.

***

— Баба она и есть баба!

— Ты пасть закрой и руки к ней не тяни. Ноги вырву.

— Рон, ты собака на сене. Сам не жрешь и другим не даешь.

— Если не хочешь быть собакой безногой — не протягивай к ней культяпки. Усек?

Рон дождался согласного кивка и вышел из комнаты, которую делил с тремя парнями. Шандор Крейн, с которым он только что выяснял отношения, обвел друзей взглядом.

— Зря он это… вы со мной?

— А что ты хочешь сделать? — поинтересовался Серес Верт. Девушки на территорию академии не допускались. Поэтому проблема спермотоксикоза стояла… в общем — стояла. А у Сереса — особенно остро. Прыщами, угрями, сальными волосами и мерзким запахом изо рта. Да и вообще — после года без баб — на кого угодно кинешься. А тут такое искушение…

Аврора хоть и плевать хотела на всю привлекательность, хоть и ходила в мешковатой форме, но… тренировки. Там фигуру было не скрыть. И парни только что не кончали прямо на площадке. Да и личико…

Аврора была красива.

Предполагалось, что нерастраченная сексуальная энергия парней сублимируется в умственную и физическую активность. Но увы — далеко не для всех.

— Что хочу? Эта сучка после ужина идет в душ. В хозблоке. Ей разрешили. В общаге-то душевая общая. Нас трое. Поговорить еще с Дожином — и заблокировать ее там. Рот завязать, чтобы не орала. Потом еще сама добавки попросит. Вы со мной?

Серес кивнул.

— а Рон? — поинтересовался Варс Антар.

— а вы ему доложите?

Докладывать никто не собирался.

— Когда?

— Сейчас поговорю с Дожином. Завтра?

Парни переглянулись.

Человеческого в их взглядах было мало. Но… сказать им об этом было некому.

***

Аврора скользнула в душ. Закрыла дверь и вздохнула.

Как же хорошо.

Пара минут, когда она может побыть в одиночестве. Нет, в комнате она тоже одна. Но вот эти десять минут под струями воды — это ЕЁ. Чистое удовольствие.

Форма аккуратно повисла на крючке. Туда же отправилось белье.

А Аврора скользнула в кабинку и вытянулась во весь рост. Горячие струи били ее по спине, по лицу…

За шумом воды она не услышала, как пискнул кодовый замок на двери.

Сломать код?

Сложно, да. Но не для курсанта третьего года.

А дальше — просто. Скользнуть внутрь четырьмя тенями, отдернуть занавеску и ласковым тоном поинтересоваться:

— не ждала, сучка?

Аврора побледнела как мел. Подкараулили-таки…

Какие шансы у одной девчонки-курсантки первого года против четырех парней второго и третьего года?

Минимальные.

Даже если она будет вооружена.

Этого нет. Она — в душе. Из оружия только гель. До одежды не дотянуться. А эти четверо… даже один легко скрутит ее в бараний рог. Вырубит и поимеет. Любой. На выбор.

В ушах зазвенел мамин голос: 'Доченька, ты намного красивее меня. Тебе будет очень сложно. Тебе нельзя будет ни с кем спать. Вообще. Иначе станешь подстилкой. Неважно — добровольно это будет — или по принуждению. Можно одному — можно всем. Нельзя никому — так и никому. Никогда и никому не давай поблажек. Но если уж так случится, что на тебя нападут человек пять… У тебя будет только один шанс. Дерись до последнего. Так, чтобы им досталось уже твое бессознательное тело. Так чтобы тебя начали убивать. Чтобы все знали — ты лучше сдохнешь. Дерись — или умрешь… '

Аврора резко выдохнула.

Я лучше умру, мама…

И что-то глубоко внутри нее отозвалось рассудочным — четыре шага к смерти.

Парни ждали. И наслаждались. Вот именно этими минутами — когда все в их власти. Она будет сопротивляться? Вряд ли. Кричать? Умолять о пощаде? Почему бы и нет. Это так возбуждает…

Пусть попробует.

— Поиграем? — насмешливо протянул Шандор.

— Выходи из душа. Мы тебе покажем интересные игрушки, — поддержал Дожин.

Аврора выдохнула.

Шандор Крейн увидел, как в глубине ее зрачков загораются маленькие голубые точки. Сначала они сжались в булавочное острие, а потом вдруг расширились, полыхнув голубым на всю радужку. И девушка сделала шаг вперед.

— Поиграем, говоришь… — Голос ее сделался низким и мурлыкающим. Словно бархатом скользнул по душевой. — Поигрррраем… муррррр…

— Первым — Шандора, — подсказал ледяной голос. — Он ближе всех и не ждет нападения. Он ждет только, когда сможет схватить тебя за сиськи…

Аврора прижалась к парню всем телом — и ощутила его возбуждение.

— Это и есть та игрушка, которую вы хотите мне показать? — пела она, усыпляя бдительность. — Какая аппетитная… дай я потрогаю…

И в следующий миг ручка девушки сжалась вокруг самого уязвимого мужского органа.

Хорошая вещь — гироскопический силовой тренажер. Особенно если не сачковать, а заниматься на совесть.

Тонкая ручка вдруг сжалась, перекрутила и рванула вниз. Быстро. Безумно быстро, меньше, чем за долю секунды. Приложенное ей усилие было даже избыточным. Но результат оказался вполне хорош. Боль, пронзившая его, была настолько страшной, что парень отключился, не успев даже заорать. А Ро выскользнула из тесной кабинки.

Ближе всех — Варс. И как удачно он стоит…

Аврора ухватилась руками за стенки кабинки. Поджала ноги. И чуть оттолкнулась. Ноги ее, распрямляясь, ударили в грудь Варса, проламывая ребра и сокрушая легкие. Сила удара была такова, что курсант отлетел к стене душевой и сполз по ней. А Аврора уже упала на пол, подсекая ноги третьего парня. И в падении, оказавшись на его теле каким-то неуловимо змеиным движением, что есть сил ударила его ладонью по горлу, круша хрящи гортани…

Все это произошло настолько стремительно, что четвертый насильник даже не успел опомниться — и осознать, что остался один на один с разъяренной женщиной.

Не просто разъяренной.

С женщиной, которая уже не жалела себя, работая на пределе сил.

Выложиться — и сдохнуть. Но сначала зарыть своих врагов.

Аврора сделала шаг к четвертому подонку. Второй. Третий.

Ей казалось, что она слишком медлит, почти плывет в сгустившемся воздухе, но человеческий глаз не был способен даже уследить за ее движениями. Серес Верт увидел только как отлетает к стене Варс, как падает Дожин Герт, а потом к нему скользнула матово-белая тень. Что-то взорвалось в его голове. И наступила — БОЛЬ.

Аврора брезгливо отряхнула руки и ноги. Четвертого она уложила прямым ударом ноги в шею. Перелом позвонков обеспечен.

И вдруг состояние холодного гнева и отстраненности прошло. Ее начало дико трясти. Все тело скрутили судороги. Девушка рухнула на колени, прижимая руки к животу — и ее начало жестоко рвать.

Она — убила!?

Это вообще была — ОНА!?

Великий Космос!!!

Так ее и нашли — на полу, блюющей в окружении четырех полудохлых тел. Хорошо хоть у сержанта хватило совести дать ей одеться, а потом уже отправить в карцер.

Там Аврора просидела около трех часов. Пока сняли записи с камер слежения, пока допросили тех, кто мог говорить, хотя и так все было ясно.

Попытка изнасилования. Обычно о таком молчат, но в этот раз вряд ли получится. Слишком жестокий был дан отпор. Слишком действенный.

А потом Аврору вызвали к командиру школы.

Алексис был в шоке. Просмотрев записи — он вообще ничего не мог понять. На тренировках она и четверти такого потенциала не показывала.

Но… там она сражалась.

Здесь — убивала.

Девушка уже более-менее оправившаяся от потрясения постучала в дверь, дождалась разрешения войти и шагнула в комнату.

Четыре уставных шага. Отдать честь и замереть по стойке 'смирно'.

— Курсант Вайндграсс по вашему приказанию прибыла.

— Вольно, курсант.

Аврора чуть расслабила левую ногу. Вольно — это вовсе не значит, что можно развалиться, как задница в кресле. Это просто чуть большая вольность в стойке 'смирно'.

Генерала она видела всего пару раз. Издали. И сейчас рассматривала с интересом. Старый уже вояка. Лет 80-ти не меньше. Седина в рыжеватых волосах, шрамы на левой щеке, как от когтей, мускулистое тело, чуть погрузневшее за время кабинетной работы…

— а теперь курсант, расскажите, что произошло в душе.

Аврора глубоко вдохнула. Выдохнула. И отрапортовала.

— Курсанты хотели вступить со мной в неуставные отношения против моего желания. Я сопротивлялась, тэр генерал.

— Хорошо сопротивлялась. Раздавленная мошонка и почти оторванный член у одного, сломанный позвоночник у второго, у третьего разбита гортань, у четвертого сплющены легкие. Все они проведут не меньше стандарт-месяца в регенераторе. Защищалась, говоришь?

— так точно, тэр генерал.

— Тогда объясни, как соплюха без боевого опыта могла уделать мало не насмерть четырех матерых парней. Я смотрел твои записи с тренировок. Там ты так не дерешься. Халтуришь?

— Никак нет, тэр генерал. Не халтурю. Я и сама не знаю, как такое получилось. Испугалась очень, тэр генерал.

— Вот как? И ничего не помнишь?

Аврора выпрямилась еще сильнее.

— Никак нет, тэр генерал. Помню, что резко заболела голова. А потом мне казалось, что я очень медленно двигаюсь. И все.

— Медленно? Да ты их размазала за десять секунд!

— Не могу знать, тэр генерал.

— Ясно. Твое счастье, курсант. Эти уроды пытались заблокировать запись в душевой, но даже этого сделать не смогли. На пленке все отчетливо видно. И их предложения, и угрозы. Так что останешься учиться. И надеюсь, что такое больше не повторится?

— Никак нет, тэр генерал.

— То есть?

— Я не нанесу удара первая, тэр генерал. Но если на меня опять нападут — буду защищаться. Меня так мать учила.

— Мать… Лерка Вайндграсс — твоя мать?

— Так точно, тэр генерал. Калерия Вайндграсс.

— тогда понятно. Крутая была баба. Одна могла троих размазать. Когда у тебя увольнение?

— Через три стандарт-месяца, тэр генерал. Если меня его не лишат.

— Не лишат. Передашь ей мой привет.

— Так точно, тэр генерал.

— А тебе — четыре наряда вне очереди. За каждого покалеченного по наряду — недорого.

— Так точно, тэр генерал.

— Свободна.

— Разрешите идти, тэр генерал?

— Разрешаю.

Аврора развернулась на каблуках и направилась к выходу. Внутри нее все пело и танцевало. Она — свободна! Ее не выгонят! Слава Великому Космосу!!!

Генерал проводил девушку взглядом. Джон вышел из-за ширмы где слушал весь разговор.

— М-да. Если бы не видеозапись… надо будет показать ее всем курсантам. И сказать, что если еще хоть раз хоть одна сволочь… всю сволочь выцепить не удастся, это так. Но может хотя бы затаятся.

— Думаешь? Ну можем попробовать. А Аврору надо направить на дополнительные тренировки к Кугуару. Пусть погоняет девчонку. Задатки-то у нее есть. И замечательные.

Генерал с другом еще раз проглядели десять секунд записи боя — и переглянулись. На их лицах цвели одинаково довольные улыбки.

Поделом.

Они очень не любили насильников.

***

Не успела Аврора выйти из кабинета, как буквально за следующим же углом на нее налетело что-то живое и объемное. Подхватило, завертело, ощупало…

— Ты в порядке?!

Каким чудом Рон не получил от нее ни одного удара?

Скорее всего, потому, что опасности не было. Было беспокойство за нее. Страх, тревога,… а вот желания обидеть, напасть, причинить вред — не было.

— Они тебе ничего не повредили?

Аврора кое-как выдохнула.

— Пусти! Ты мне скорее ребра переломаешь!

— Ребра я этим четверым сурапсам[19] переломаю!!! — змеей прошипел Рон. — Вот пусть только выйдут…, … и …

— Под трибунал захотел!? — Аврора дернула приятеля за руку. — Здесь же везде камеры!

— А ты думаешь, остальные им это простят?!

— Что простят? Что они пытались — или что не удалось?

Рон замер, словно налетев на стену. Аврора выскользнула из его рук и направилась по коридору. подальше от административной зоны. А то наговорят сейчас… а лезть потом в сеть, чистить записи… Только не в таком состоянии.

Рон догнал ее уже во дворе.

— Аврора, подожди, пожалуйста.

— Жду.

Сейчас они были у всех на виду. Но говорили очень тихо.

— Ты и обо мне так думаешь?

Аврора посмотрела на него с удивлением.

— Тебя это волнует?

— Да. Ответь, пожалуйста.

Девушка помолчала. Вообще-то да. Рон вел себя странно. С самого начала учебы Аврора ловила на себе вполне определенные взгляды. И анализировала их не хуже компьютера.

Тип первый: 'шлюха на пару раз…'

Тип второй 'баба — здесь!?' плавно переходящий в тип первый.

Тип третий 'уберите ЭТО, а то я сам уберу'.

Рон же…

— Твое поведение не вписывается в общие рамки, — наконец сформулировала девушка. Причин этому я не знаю, соответственно, могу предположить до тридцати разных вариантов исходных предпосылок. В зависимости от этого надо формировать и последующее мнение.

— Линейное мышление? — попытался пошутить мужчина.

Шутку не приняли.

— Многовариантное. Если ты играл в трехмерные шахматы.

— Могу и с тобой сыграть.

— Проиграешь.

— Может быть. Аврора, ты и правда обо мне так плохо думаешь? Что я такой же, как они?

Аврора закатила глаза.

— Рон, я же сказала — в зависимости от…

— Нет, а просто, по-человечески, то, что ты чувствуешь?

Девушка чуть не плюнула. Вот ведь ловушка. Как ни скажи — все попадешь. Хотя…

— А я могу позволить себе такую роскошь, как чувства?

Синие глаза погрустнели.

— Но хотя бы разговаривать с тобой я могу?

— Ты со мной разговариваешь.

— Как друг…

— Ну да. Разве нет?

— Иногда мне кажется, что ты меня не понимаешь. Иногда, что не хочешь понимать.

— Рон, что ты от меня хочешь?

Вопрос прозвучал так, словно его задал какой-нибудь доисторический компьютер с оперативкой в двести мег.

Девушке было не слишком хорошо. Стресс, тюрьма, лазарет — такое кого угодно подкосит. А тут еще разбирайся в тонкостях человеческой психологии?

Да пропади вы все пропадом!!!

Кажется, Рон это почувствовал.

— Давай мы с тобой потом поговорим. Тебя проводить?

— Нет.

Аврора развернулась и пошла к общежитию. Чего ей стоило держать спину прямо и идти четко, игнорируя злобные, удивленные, восхищенные взгляды…

Хотя последних тоже было немало.

Аврора знала от матери — тебя уважают и боятся, когда ты сильная. Прояви слабость — и тебя сожрут. Поэтому она выглядела так, словно каждый день размазывала по полу десяток парней. А что блевала… ну может она перед этим скушала что-то несвежее? Пайки-то с десятилетним сроком годности! Там концентратов — банка лопается.

И только в своей комнате Аврора позволила себе упасть на кровать прямо в форме. И — отключиться. Сегодня она может не участвовать в общей жизни. Завтра — на построение. А пока — отключка.

Система выгружалась. Для восстановления нужен полный покой.

***

Аврора не знала, что после ужина генерал объявил полное построение. Всех. Курсантов. Преподавателей. Обслуги. Даже секретарей! Впрочем, НЕвоеннообязанных на базе просто не было.

— Здравия желаю, курсанты, — начал он. — Что ж вы так?

Изумления на лицах не отразилось. Про историю с Авророй за это время не узнали только кухонные комбайны.

— Охотимся на беспомощных девчонок в душе. Да еще с таким потрясающим результатом.

Алексис кивнул помощнику. И на большом голоэкране за его спиной загорелось изображение драки. По его просьбе техники потерли самые впечатляющие детали голой Авроры — и выходило, что девушка в чем-то вроде купальника.

Зато сама драка сохранилась в полном объеме.

А смотрели ее — расширенными от ужаса глазами.

Соплячка с первого курса на глазах превращалась в хищную опасную гадину. Которая может одна уделать четверых. И это не монтаж. Больше-то из душевой никого не вынесли, да и травм было бы больше.

Мужчины дрались бы. А она просто убивала. С максимальной жестокостью. Не добила сразу просто потому, что с такими повреждениями и без вовремя оказанной помощи — на базе образовалось бы четыре трупа.

Сцену блевания генерал также обрезал. Лично. Но… что бы она изменила?

Девушку УЖЕ боялись. А судя по взглядам…

— Если кто-то рискнет еще раз — я его в лазарет класть не буду. А кто из вас станет жертвой, решайте сами. Девушка за себя постоит — и останется безнаказанной. У половины из вас и десятой части ее способностей нет. Она слишком ценный кадр. Уяснили?

Молчание было гробовым. Настолько, что стал слышен щелчок, с которым отключился голоэкран.

— Не слышу!

— Так точно, тэр генерал!!!

Вот теперь дрогнул весь купол базы.

Алексис обвел взглядом строй.

— Р-разошлись!

Строй дрогнул. Рон прикусил губу изнутри.

Твою мать!!!

Вот эта девочка. Этот ребенок… который и девушкой-то не выглядит в своей форме, так подросток — и ТАКОЕ!?

Он был готов поверить во многое, но этот вкрадчивый голос, в котором читалось желание УБИТЬ!

Хотя нет. Не это напугало парня, который в своей жизни уже знал многое и видел смерти людей и инопланетян. Желание убить — не так страшно. Страшно желание сдохнуть самой — но сделать это, сомкнув клыки на глотке врага. Вот это — было. Пусть я умру. Но с собой я заберу, сколько смогу.

— Ты видел? Охренеть!

— Хреней, — разрешил Рон Тарпену. Приятель не вызывал у него сильных положительных эмоций, но с ним было проще, чем без него. Этакий центр сплетен. Только слушай и поддакивай.

— Ты видел, как она их! Я бы так не смог!! А она!!!

— Да что она! Едва-едва…

— Придурок, что ли? Нам же крутили с замедлением в десятку. Ты слова слышал как тянулись? Там в углу экрана индексы были! Хоть глаза бы протер, — напустился Тарпен на неосторожно ляпнувшего.

— Да уж не просто так девочка в армии отпахала, — ухмыльнулся Рон. — А вообще, генерал прав. Я бы тоже придурков лечить не стал.

— И ребят? — один из подпевал изувеченной четверки, Сарти Верней, видимо, сам втайне надеялся полакомиться остатками добычи. И теперь картинно негодовал над жестокостью Рона. Ну тут все было ясно.

— Ребят?! Насильников. Ты же сам слышал, — прошипел Рон.

— да ладно, что бы с ней случилось!? Бабы — они ж для того и суще…

Рон сам не понял, откуда возникла эта бешеная вспышка ярости. С его ростом это было несложно. Два шага — и Сарти заболтался в его руке, крепко ухваченный за глотку.

— Знаешь, а вот у меня возникли гомосексуальные наклонности, — прошипел парень. — И я уверен — ты сегодня их со мной разделишь, куколка.

Синие глаза были настолько выразительными, что Сарти взвизгнул.

— Пусти! Ты что — рехнулся!?

— а мне кажется — нет, — прогудел сзади тихий голос.

Сарти дернулся и обвис. По штанам начало расплываться мокрое пятно. Рон скривился.

— Засранец.

— Дерьмо. Выкинь это.

Рон отшвырнул от себя подонка.

— Скажите, тэр полковник, а вы будете тренировать Аврору.

— Буду. Лично. Девочка мне понравилась.

Рон довольно улыбнулся.

Полковник Дарми Кугуар был одним из лучших рукопашников армии несколько лет. Если он займется девочкой…

— И после моих занятий надеюсь, она раскроется. Кстати, Сарро, завтра тоже на занятия.

— Так точно, тэр полковник, — вытянулся Рон.

— Не тянись. Учти, если хочешь защищать женщину — надо делать это более эффективно. Есть как минимум двенадцать точек, при ударе по которым любая скотина сдохнет. Неотвратимо. Через пару дней.

Рон улыбнулся.

— Полагаю, это очень нужное знание, тэр полковник?

Кугуар оскалился.

И стало понятно, что фамилия, характер и прозвище полностью соответствовали друг другу.

— Завтра на рукопашку ко мне. Свободен.

И исчез, не дожидаясь уставного 'так точно, тэр полковник'.

Намек был более чем понятен. Жить хотелось всем.

Аврора могла жить спокойно. Взглядами раздевать ее не прекратили. Но подходить опасались.

А полковник с говорящей фамилией разводил руками.

— Алекс, она двигается, как машина.

— В смысле?

— идеально точно. Выверено. Если я ей говорю — шаг на тридцать и две десятых сантиметра, или на два градуса влево — она выполнит идеально. Но в ней нету… того, что было в душевой, я в ней не вижу.

— Так ты ж ее и не насилуешь, — фыркал генерал.

— Еще мне сопливых девчонок не хватало.

— А выкладывается?

— По полной. Пару раз вообще падала. Сам знаешь, в лазарете откачивали. Девчонка молодец. Идеальная точность, скорость, самоконтроль… но огня битвы в ней нет.

— А ты из нее валькирию[20] хотел слепить?

— Да куда там! Не возьмут ее туда.

— Не понял. Ты же говоришь — старается.

— Да. Но те — живут в бою. А она — работает. Просто работает. Нет, рукопашка — это не ее.

— Да уж. С такими способностями — и на бои?

— Вот-вот. Потому в ней азарта и нет. Голая математика!

— А если серьезно? Она сильно предсказуема?

— Я бы не сказал. Иногда она вообще крутит совершенно нестандартные комбинации.

— Ну тогда и не жалуйся.

Кугуар плеснул себе еще на пару пальцев сока. Спиртное на станции допускалось очень редко. И за нарушение можно было нарваться даже на трибунал.

— Буду жаловаться. У малышки есть все. Скорость. Расчет. Координация. Она гений. Но… ей это просто не нужно. Она связана со штурвалом корабля. Разве это не обидно?

— Ей — нет.

— А мне — да.

***

Калерия смотрела новости. Это было единственное, что она вообще смотрела в инфосети. Местные и общегалактические.

Вообще инфосеть ей не нравилась. Это дочка была там, как рыба в воде, а Калерия…

Пользователь.

Уверенный, хороший, умный. Но — пользователь.

Дочка-дочка…

Ребенка Калерия обожала. И разлуку переносила ужасно тяжело. Но если любишь — отпустишь. Дочь писала каждый вечер сообщения, Калерия читала их — и понимала, девочка счастлива.

Она поступила в Академию (еще бы не поступить — с такими талантами!), сдала пару сессий, домой пока не обещала, но это и понятно — военный режим. Даже если и дадут увольнительную — лететь до Калдана пару стандарт-недель. Если только Калерии самой слетать туда?

Но… не хотелось.

Калерия не признавалась даже себе, но космос она после того случая с пиратами любить перестала. Напрочь. И при виде космических кораблей — от транспортника до эсминца испытывала недоверие.

Тогда, на 'Звезде Америки' они оказались беззащитны. Кто поручится, что это не случится снова?

Это была работа для квалифицированного психолога. Но психологов Калерия не любила еще больше, чем развлекательные голопостановки.

… Эстевис…

Калерия насторожилась и пригляделась к экрану. Так и есть — Рико Эстевис.

Ткнула пальцем в иконку новостной ленты.

А через три минуты сидела на полу и ревела как девчонка.

Сообщение было коротким и ясным.

Полковник Эстевис на своей личной яхте, вместе с женой решил слетать на курорт, отдохнуть — и яхта не вышла в расчетную точку в назначенное время.

Что, как…

Причины выясняются.

А если по-простому — никто и никогда не узнает. В космосе хватает тайн и загадок.

Калерия вытирала слезы рукавами — и думала, что космос отобрал у нее еще одного друга.

Она осталась одна. Совсем одна.

***

Звезды.

Родные.

Ясные и теплые.

И космос тоже теплый. Кто сказал, что это ледяная бесконечная бездна?

Смешные люди.

Смешные, глупые, непонятливые…

Космос — это стихия, сила, жизнь, бесконечность… это чудо.

Даже если ты умрешь — ты будешь лететь бесконечно. И это прекрасно. Есть ли что-то лучше вечного полета?

Когда ты то ныряешь в гипер, то выходишь из него, покалывают глаза лучики далеких звезд, а близкие словно машут тебе руками.

Тебя рады видеть.

Ты дома.

— Курсант Вайндграсс!

Аврора вздохнула. Голос, раздавшийся, казалось, прямо в мозгу, вырвал ее из состояния эйфории.

— Задание выполнено. Возвращаюсь на базу.

Истребитель, повинуясь разуму девушки, рванулся к пристани. С ювелирной точностью опустился между двумя другими истребителями и замер.

Аврора вздохнула.

Сняла летный шлем, погладила панель управления.

— Я еще вернусь, обещаю…

И получила в ответ словно бы щенячье поскуливание. Хозяйка уходит.

Да-да, хозяйка.

Любой корабль она воспринимала, как послушного и ласкового звереныша. Вот он — ластится, трется об ноги, смотрит умильными глазами. Его надо кормить, гладить, ухаживать, о нем надо заботиться и любить.

Чем не домашний питомец?

Только корабли намного умнее, они могут объяснить, что с ними не так, на них всегда можно рассчитывать, они — замечательные!

Главное — понимать их.

А Аврора понимала. И у нее даже образовались свои любимчики. Несколько истребителей и два симпатичных корвета. На них она была голова и в разведку, и куда угодно.

А что такое курсант за штурвалом?

А что такое мартышка за тем же штурвалом?

Либо он боится корабля, как будто тот его за попу кусает, либо старается показать себя самым крутым, либо вообще каменеет и выполняет все как робот-автомат.

Во всех трех случаях результат один.

Авария.

Есть небольшой процент курсантов, которые могут летать нормально. Они ничего из себя не строят, не боятся, не дергаются, не…, не…, не… список продолжаем до бесконечности.

Небольшой. Примерно процентов пять.

А остальные постоянно устраивают базе встряски.

Полеты, тренировки, учения — и лазарет пополняется курсантами.

А про взлет и посадку лучше умолчим.

Первое время курсантов отпускают в полет только на специально переоборудованных истребителях — пока размер корабля чувствовать не научатся.

Может быть космос и бесконечен, но база — весьма конечна.

Не говоря уже про ангары. Сколько раз безголовые курсанты врезаются в стены, в диафрагму, в другие корабли…

Да сколько хотят, столько и врезаются. В среднем на одного хорошо выученного пилота приходится по четыре-пять таких бытовых катастроф. Это уже заложено в стоимость обучения. Постоянно ведутся дебаты, вносятся предложения, как от этого избавиться, но — бесполезно.

Самое лучшее обучение — на реальной машине.

Чтобы быть боеспособным флот должен иметь машины современные. А старые списываются в школы. Где курсанты и добивают их лет за десять-пятнадцать. Потом — на запчасти.

Аврора выгодно отличалась от всех курсантов. Она изначально ощущала габариты корабля — и задеть им обо что-то для нее было, как лбом об дверь. Или локтем об стол. Непонятно.

Видно же все!

Кстати, техники только что на девушку не молились. После ее полетов корабль можно было не ремонтировать. А если что нужно — Аврора сама скажет. И даже назовет, что надо сделать лучше любой диагност-программы.

Так что техники даже ее немного эксплуатировали. Подсовывали ей кораблики похуже и ждали, что она скажет по результатам облета.

Потом об этом узнал генерал и приказал не зарываться. Чтобы девчонку не угробить.

Техники подумали, выбрали представителя и поговорили с Авророй. После этого все встало на свои места.

Девушка получила возможность проводить свои увольнительные в ангарах, где ее нежно любили и опекали. А заодно неограниченный доступ к кораблям. И даже неучтенные часы полета — для хорошего человека, который никогда ничего не ломает, а только чинит — не жалко. Техники получили на руки специалиста высочайшего класса, который вообще ничего не видел, кроме любимых кораблей. Генерал перестал волноваться за девчонку — любого, кто ее хоть пальцем тронул бы, ждало 'случайное выпадение в открытый космос '. Рон — и тот был доволен. Все-таки он тоже волновался за девушку.

По законам статистики — если на сто человек и не будет ни одного урода, то на десять тысяч — один точно найдется. А то и больше.

Но когда урод знает, что ему ТОЧНО не выжить — перевоспитание наступает намного быстрее.

***

— Привет!

— привет.

Аврора почти искренне улыбнулась Рону. Она была рада видеть парня.

Странно, но за последний год девушка как-то привыкла к нему, привязалась… чувствовала себя уютнее, когда он был рядом.

Это не была влюбленность, нет.

Эрасмиус Гризмер предусмотрел многое. В том числе полную уравновешенность своего создания. Аврора вообще не понимала, что такое любовь. Реакция организма? Гормоны?

Если бы ее спросили — любит ли она Калерию, девушка ответила бы — нет. Это была не любовь. Калерия была просто ее частью. Как рука, нога, голова — часть, без которой Аврора не смогла бы существовать. Или ощущала бы себя калекой.

Марта?

Часть менее значительная. Как зуб. Жить без него можно. И даже можно заменить. Но лучше пусть будет?

Вот и все.

Рон сюда не вписывался.

Он настойчиво влезал в ее жизнь, опекал ее, требовал внимания, разговаривал, навязывался в попутчики…

Сексуального интереса Аврора в нем не вызывала. Это она бы заметила в первую очередь. Это Калерия ей объясняла. Но что было нужно Рону?

Прямой вопрос: 'Что тебе надо? ' наталкивается на прямой ответ 'хочу быть твоим другом '.

'Зачем? '

'Просто так '.

Оставалось только хлопать глазами. Рон просто вызывал у девушки невроз. И никуда не собирался исчезать. Он — был. Он — раздражал. Он путал картину мира, в которой все было привычно и понятно. Цель, пути достижения, враги, бесполезные, ступеньки…

Звезды знают что такое!

В конце концов девушка просто решила принять его правила. Но быть всегда настороже. Не доверять и не подпускать близко к себе. А там посмотрим. Любопытные случаи должны изучаться. Разве нет? Рон обижался, но ей было безразлично. И парень уступил.

А сейчас ждал ее на выходе из ангара.

— говорят, у тебя увольнительная?

— У нас слишком много говорят. Стандарт-неделя. Вот зачем она мне!?

С точки зрения Авроры это было глупо. До Калдана не долететь. А зачем еще нужны увольнительные? Мысль о развлечениях ей в голову не приходила.

А вот Рону…

— Развлекаться.

— Что?

— то! Вот чем ты собираешься заняться?

— Пойду к ребятам, они как раз собираются поработать с эсминцем класса…

— Аврора! Ты хоть раз отдыхать пробовала?

Аврора задумалась.

Отчетливо вспомнился парк аттракционов и мишка Дампи. Короткое замыкание.

И свои первые ощущения от СЕТИ.

Громадного. И полуживого, полуразумного, полу…

Больше Калерия не рисковала выводить ребенка в парки развлечений.

— пробовала. Мне пять лет было.

— И?

— Не понравилось.

— Тогда тебе надо повторить!

Аврора задумчиво посмотрела на парня.

— Ты считаешь?

— Да. Мы с тобой летим на поверхность планеты. И пробуем там развлекаться.

— Как?

— Свожу тебя в кино. В парк аттракционов. В зоопарк. На танцы. Ты против?

— Рон, я еще раз говорю, что секса между нами не будет.

— Да, я слышал. И что?

— Я смогу настоять на своем. Жестко.

— Ты забыла? Нас Кугуар тренировал вместе.

— Ты знаешь, о чем я.

— Знаю.

Аврора, ты можешь на меня положиться. Вот, смотри.

В руки Авроре упала куча голокарт.

— Это — карты на два номера. Они одноместные, но рядом. На неделю.

— Так.

Аврора ощущала кончиками пальцев знакомое покалывание. Чипы в карточках она тоже могла… менять. Но сейчас все было в порядке.

— До планеты и с планеты нас забирают. Это — другие билеты. Карта на день развлечений во Всепланетном Парке Аттракционов, Игр и Развлечений. Две штуки. Пара билетов в кино. В театр. В зоопарк. Это — карточки для дискотеки. На всю неделю, если пожелаешь.

Аврора кивнула. Вроде бы ей не врали.

— Ладно. Я попробую тебе довериться. Учти — каждый вечер я буду отправлять сообщения с кодом. Я не скажу — кому. Но если сообщения не будет в определенный момент — тебе оторвут что-нибудь ценное.

— А может тогда утром? А то ты все забудешь за развлечениями — а страдать мне? — скорчил рожицу Рон.

— Хорошая идея. И утром и вечером. Кстати — сразу, сколько я тебе должна?

— Что!?

— Что слышал. Я не собираюсь развлекаться за твой счет. У меня есть деньги. Сколько я тебе должна?

Рон аж побагровел от возмущения.

— Аврора, если мужчина куда-то приглашает девушку — он НЕ БЕРЕТ с нее денег. Или это НЕ мужчина. Это понятно?

— Это шовинистская точка зрения.

— А в глаз? Со всем уважением к бредням феминизма?

— Рон, ну не могу же я жить и развлекаться за твой счет!?

— Я же сам тебя пригласил. Почему — нет?

— Я сказала, у нас с тобой ничего не будет.

— Аврора, а ты считаешь, что тебя можно так дешево купить? Прогулка на планету, кино, горки, кафе — и ты будешь считать себя обязанной спать со мной?

Аврора почесала нос. Вообще-то нет. Не будет.

Ей намного проще поломать пару банковских счетов — и перевести Рону адекватную сумму.

— Вот, — кивнул Рон. — Пойми, это вообще-то ахинея. Насчет чего-то там, кому-то обязанной. Если два человека оказываются в постели, это происходит не из-за баров и ресторанов, а потому, что они хотят дать друг другу немного радости. Или много — смотря по ситуации.

— По потенции?

Рон ухмыльнулся.

— Если будет нужда — обращайся. Но если будешь ко мне приставать — буду отбиваться и орать 'насилуют!!!'.

Аврора фыркнула.

— Такого лося!

— Ты же у Кугуара занимаешься…

— Ладно! Довольно! Я бы все-таки хотела отдать тебе эти деньги.

— Не возьму. И не унижай меня, пожалуйста. Я мужчина. И я просто хочу, чтобы ты отдохнула, развлеклась, посмеялась…

— Для этого я могу просто пойти, посмотреть, как тебя Кугуар гоняет!

— Зараза.

— Сам — хам.

— Значит, ты виновата, в моем поведении. Ты женщина и должна меня облагораживать. А у тебя вместо цветов в волосах порошок от принтера. Иди, собирайся, получай увал — и вперед!

Аврора скорчила ему рожу.

Нет у нее порошка в волосах!

Нету!!!

И пошла собираться. Вдруг ей и правда понравится?

***

Увы…

Понравидлся Авроре только перелет до планеты. Девушку пустили в рубку, и она наслаждалась картиной сначала звездного неба, а потом планеты, которая вырастает, разбухает, заслоняет собой весь мир — и вдруг сама оказывается миром. И довольно красивым.

Календея была во многом похожа на изначальную Землю.

Много воды, зелени, ярких красок, только животный мир другой.

Но — красиво… наверное.

Ладно!

Аврора поставила жирный плюсик за перелет.

Ей понравилась и гостиница. И отдельный номер. Рон не соврал. Маленький, уютный и чистенький номерок резко контрастировал с ее комнатой. В которой, увы, железки были даже на потолке. Как-то оно само размножалось. Там посмотреть, тут подумать, здесь починить…

Так что порошки, универсальная смазка и прочие радости были постоянными спутниками девушки.

Аврора еще раз умылась, оправила форму — и вышла из номера.

Рон воззрился на нее, как на чудище с рогами.

— Не понял? Аврора, нам же можно в штатском!

— Да. И что?

— Слушай, у тебя что — ни одного платья нету?

— Ну да. А зачем они мне?

Рон только глаза закатил.

— Действительно. Под истребитель в них лазить неудобно.

Аврора кивнула. Действительно ведь неудобно! И кто эти платья выдумал? Цепляются, мешаются, опять же, в истребитель в них не влезть… да и куда ей в них ходить?

На построение?

Ага, народ будет в восторге.

Рон, прочитав по ее лицу, что ирония осталась неоцененной, взвыл дурниной. Сам-то он красовался в черных брюках и белой рубашке с коротким рукавом. И если бы Аврора чуть-чуть разбиралась в ярлычках и модельерах, она бы поняла, что вещи были недешевые.

Она не разбиралась.

— Значит так!!! Сейчас мы идем — и покупаем тебе платье, шорты и майку! И если ты хоть слово против скажешь — я тебя стукну! Всерьез! Я хочу показываться везде с девушкой! А не с курсантом среднего рода!

— Сам ты… среднего рода!

— Аврора, помолчи…

И девушка решила подчиниться. Рон выглядел очень решительно. Хотя что его разозлило — она так и не поняла.

***

С платьем разобрались быстро. Рон пытался заставить ее перемерить штук двадцать, но Аврора вытащила наугад что-то голубое, удрала в кабинку, переоделась там — и вышла, на ходу приглаживая косу.

— Сойдет?

— Шикарно выглядишь!

Рон это подозревал и раньше, но все-таки на базе не та обстановка. А здесь, на гражданке, в легком платьице самого простого кроя — до колена и с крохотным вырезом, поясок на талии и короткие рукава — Аврора смотрелась просто богиней. Фигура у нее была такой, что ВСЕ мужчины в магазине тут же раздели ее взглядом из платья. Пришлось кивнуть, приобнять ее за плечо и опять развернуть в сторону примерочной.

— Шорты и майка. И нижнее белье себе, что ли, подбери?

— А что?

— Видно, что у тебя его нет.

Аврора пожала плечами.

Ну и нет. Кому какое дело? Но шорты с майкой мерить пошла.

Рон только головой покачал. И ведь не играет. Ни капельки не играет. Ей просто… неинтересно. Неважно. И не нужно. Вот девушка и не думает про одежду. Если бы он ее про астронавигацию спросил — лругое дело. Об этом Аврора готова была говорить часами. Честно говоря, Рон иногда пользовался ее способностями. То, что ему приходилось переваривать и усваивать медленно и по частям — девушка словно бы осознвала сразу. На каком-то понятийном уровне. И искренне удивлялась — это же просто!!! Почему вы не понимаете?!

Поэтому Рон иногда просил ее объяснить, помочь с задачей или особо сложным расчетом — Аврора не отказывала. Никогда. И как-то все становилось понятно, когда на экране старого планшетника появлялись ряды и цепочки формул, сопровождаемые короткими 'вот эта формула отсюда. Потом через эту переменную, выражаем и подставляем… все же просто! '

Так и правда все было просто.

— Сойдет?

Аврора стояла рядом в простой голубой майке и таких же шортах. Рон кивнул продавщице.

— Упакуйте вещи девушки, она так и пойдет.

— А может…

— Аврора, ну будь ты человеком! — Рон взмолился так, что даже девушку пробрало.

— Ладно. Но мне так неудобно…

— Зато красиво. Ты посмотри на себя! Какая фигура, какие волосы… может нам в парикмахерскую заглянуть?

— НЕТ!

Отказ прозвучал так резко, что Рон и настаивать не стал. Он не знал, что любая стрижка заканчивалась для девушки недельной головной болью. А Аврора не рассказывала. Она сильно подозревала, что это — от Эрасмиуса Гризмера. Лучше уж промолчать о таком.

— Ладно. Тогда бросаем все в гостинице — и развлекаться!

Аврора кивнула с сомнением.

— Сегодня мы как раз успеваем в кино.

— Хорошо…

***

В кино Рон потерпел первую неудачу.

Они с Авророй удобно устроились в мягких креслах, надели голоочки и приготовились наслаждаться жизнью. Рон даже прикупил что-то сладкое для девушки…

Авроре стало безумно тоскливо примерно на седьмой минуте.

Фильм был про каких-то колдунов, ведьм, про то, как они упоенно портят друг другу нервы… а параллельно колдуют. Еще докосмическая эпоха. Якобы.

Скучно.

Можно бы немного похулиганить — Аврору сильно тянуло запустить что-нибудь из астрофизики. Или вообще подвесить всю местную систему — и удрать с сеанса. Но она ограничилась парой едких комментариев, которые услышал весь зал — и начала отключаться.

Ценной информации не поступает. Мозг занять нечем.

Скучно.

На пятнадцатой минуте Аврора принялась зевать. На двадцать пятой — просто уснула в кресле. И когда Рон снял очки — он обнаружил, что его спутница удобно свернулась калачиком в своем кресле и кажется, даже посапывает.

И очки ей вовсе не помеха.

— Аврора! Доброе утро!

Рон решительно тряхнул девушку за плечо. Это подействовало. Она сняла очки, зевнула и потянулась.

— А что — уже все?

— Можем еще на сеанс остаться. Выспишься.

Аврора посмотрела на друга удивленными глазами. Ехидства она не оценила.

— Ну скучно же! Понимаешь, это ведь фантазия режиссера?

— Или сценариста…

— Все равно. Это бесцельное засорение мозга. Зачем люди специально тратят на это время?

Рон задумался. А правда — кому нужно кино?

— Это ради общения, развлечения, приятно провести время…

Но глядя в непонимающие глаза девушки, только вздохнул.

— Не знаю, — пожала плечами Аврора. — Не буду с тобой спорить, но по-моему это бесцельная трата драгоценного времени. Даже обниматься удобнее в постели, а не на креслах… не понимаю.

Рон только головой покачал.

— Ладно. Будем надеяться, завтрашние аттракционы тебе понравятся больше. А пока — предлагаю баиньки. А то ты с ног валишься.

Аврора кивнула. Спать и правда хотелось. Привыкла она к распорядку базы.

К чести Рона, хотя она и ожидала вторжения в свой номер — этого не произошло. Не было даже попыток.

***

— Хочешь, походим по магазинам, — предложил Рон на следующее утро. Наткнулся на недоуменный взгляд и пояснил:

— Еще что-нибудь тебе купим…

Аврора замотала головой.

— Нет! Избавь меня от этого кошмара!

— Тебе не понравилось?

Аврора вспомнила громадные магазины-муравейники в сотни этажей — и ее аж передернуло.

— Без меня!

— Ладно. А парк развлечений? С тобой?

— Можем попробовать…

— Тогда завтракаем — и вперед.

Увы…

В парке развлечений Авроре было еще более скучно, чем в кино. Она честно повертелась на всех аттракционах, включая воздушные ураганы и горки, вылезла, как ни в чем не бывало, и пожала плечами.

— Зачем это делают?

— ради адреналина.

Прилива адреналина девушка определенно не испытывала. Ее гормональный баланс такими мелочами было не поколебать.

В аквапарке Аврора тоже была спокойна, как мамонт. Честно проехалась по всем водяным горкам, попрыгала с вышек — и вернулась к Рону.

— Не понимаю. Зачем люди тратят на это столько времени? Это же дико нерационально.

— А удовольствия ты не получаешь, — Рон даже не спрашивал, он знал ответ.

— Удовольствия? От чего?

Чуть больше оживления вызвали игровые автоматы. И Рон решил вечером сводить девушку в казино.

Надо сказать, там действительно оказалось… интересно.

Хотя и не так, как он предполагал.

***

Рон предлагал подруге купить еще одно платье. Для похода в казино. Но Аврора уперлась рогом.

— Не хочу! Сил моих нету! Не буду!!!

— Аврора, ты и в этом платье шикарно выглядишь, но там все дамы будут одеты богаче тебя…

— И что?

Рон плюнул и отступился. Аврора просто не желала замечать какие-то области человеческих взаимоотношений. Иногда ему вообще казалось, что он беседует с роботом. Настолько у девушки была… двоичная логика! Она же в платье! Что еще надо?

Красота? Удобство? Скажи спасибо, что я не пойду в старом комбинезоне!

Поэтому в казино Аврора отправилась в простеньком белом платье. Единственное что она уступила Рону — согласилась расплести и расчесать косу. И теперь шикарная грива волос ниспадала словно плащ, споря своей белизной с платьем.

Черные брови и ресницы, глубокие черные глаза… девушка была настолько хороша, что любое украшение было бы лишним. И Рон пожал плечами. Лучшее украшение — это она сама. А одежда — одежда вторична.

Казино Авроре сначала не понравилось.

Сначала. Когда она посмотрела на потных, красных людей, охваченных азартом. И вся эта толпа шумела, двигалась, подчиняясь своим непонятным законам…

А вот потом…

Когда она поняла, что все игральные автоматы связаны в единую сеть.

Когда она осознала, что казино только стилизовано под старину и отсутствие электроники. А на самом деле тут ей напичкан каждый несчастный кубик, каждый игорный стол…

Вот тут ей стало интересно.

Не играть, нет. Но — наблюдать за происходящим.

Казино играет честно?

Да, но до некоторого предела.

Ради развлечения Аврора выиграла несколько раз на автоматах крупную сумму, отдала деньги Рону — и устроилась рядом с игорным столом. Сам Рон предпочел карточную игру… покер? Игра здесь велась не на жетоны, на деньги. Казино действительно было высокого уровня.

В правилах девушка разобралась быстро и опять заскучала. Ну, вот что тут интересного? Пятьдесят две карты, надо собрать нужный набор, есть те комбинации, которые сильнее и те, которые слабее, запомнить, какие карты сброшены и какие могут быть на руках у участников, просчитать комбинации — и играть спокойно.

Скучно…

Оставалось только подсказывать Рону время от времени. И следить, чтобы игра велась честно. Например, почему-то забарахлило сразу несколько камер, которые снимали игру за их столиком. А у крупье смертью храбрых помер передатчик. Хорошо хоть не вспыхнул, а то бы ухо обжег.

Рон играл увлеченно. И ни на что другое Аврора внимания не обращала. А зря…

— Всем оставаться на своих местах! Первый, кто дернется — получит заряд плазмы. Дамы, быстренько отстегнули побрякушки, крупье — сгребли денюжку в мешочки, которые вам раздадут мои люди!

Голос был молодой, мужской и — если Аврора не ошиблась — весьма уверенный. Голомаски в форме разных зверушек выглядели несерьезно, но руки с плазмерами у грабителей не дрожали.

— не сопротивляться? — шепнула она Рону.

— У нас же все равно ничего нет, — пожал плечами парень. — Деньги — и те ты выиграла.

Аврора пожала плечами и приготовилась смотреть — что будет дальше.

Грабители прошлись по казино ураганом, собирая дань. Аврора с Роном их особо не заинтересовали. Сопляки, без денег…

— Дамочка, разрешите ваши сережки.

— Мужчина, позвольте ваш бумажник…

Шестеро человек грамотно работали, не перекрывая друг другу траектории обстрела. Не в первый раз? Или тренировались?

— Можем их убить?

— Люди пострадают, — шепнул в ответ Рон.

— А если кто-то начнет паниковать?

— Тогда можем. Сама понимаешь — внимание отвлечется…

— Двоих я достану. Третий уже достанет меня…

Рон огляделся.

М-да. Двое у дверей, держат толпу под прицелом плазмеров. Еще четверо идут, собирая дань…

— Неужели нас никто не поддержит?

— Что ты хочешь от обывателей. Они же не военные…

Аврора была напряжена, как струна.

— А ты сможешь добраться до тех, что у дверей?

Девушка прикинула расстояние.

Метров восемь. Не меньше. А то и побольше. И стоят хорошо, каждый держит свою часть зала…

Но после тренировок у Кугуара…

Аврора смерила расстояние взглядом. Холодным. Оценивающим.

На миг показалось, что где-то глубоко внутри включился счетчик:

На траектории еще два стола. Один — подходит. Бильярдный, надежный. До него метра четыре. Сложно, но реально. Тем более шаров там почти не осталось. А игроки с киями так и застыли у стола. Отлично.

— Смогу. Если я положу этих — ты сможешь уделать ту четверку?

— Спокойно.

Люди, услышавшие их переговоры, начали отодвигаться.

— Стоять! — страшным шепотом рыкнул Рон. — Кто шелохнется — сам прибью. Не привлекайте внимания…

— нет! Не трогайте меня!!!

— Твою ж мать, — тихо выдохнул Рон. Ситуация резко осложнилась.

Толпа — животное. И инстинкты у нее животные. Стоило заверещать одной истеричке, как все колыхнулись, шевельнулись…

— Стоять!!! — заорал один из грабителей у дверей. — Стреляю в первого, кто шевельнется!!!

Аврора с Роном переглянулись.

— Я беру тех, кто у дверей? — шепнула девушка.

— Ладно. Мои остальные, — отозвался Рон. — Сейчас начнется суматоха…

Дикий визг, взлетевший к потолку казино, подтвердил его слова.

Аврора прыгнула с места, где сидела. И лишний раз прокляла дурацкое платье и идиотские туфли. Ладно, по крайней мере, их легко было сбросить с ног. Еще в полете.

Кугуар хорошо учил ребят. Аврора сама была оружием. Не слишком большим, но тем более опасным.

Девушка растянулась в воздухе. Время, как обычно, замедлило свой ход.

Пролететь восемь метров в прыжке?

Нереально. Но четыре — вполне. Приземлиться на стол, перекатиться, рвануть кий из рук у обалдевшего игрока — он вышел так легко, что девушка даже удивилась. Двумя пальцами, что ли держал?

Бросок. Быстрый, резкий, словно копье — любой предмет может стать оружием — и вновь оттолкнуться, взмывая вверх.

Проделано это было так четко и быстро, что мужчины у двери только успели повести плазмерами вслед за девушкой.

Но было поздно, поздно.

Кий был брошен с такой дьявольской силой, что одного из грабителей просто снесло и распластало по двери. Не проткнуло, но ребра наверняка повредило. Тяжелая двухметровая деревяшка…

А на второго обрушилась Аврора.

Смяла, буквально снесла… пятьдесят килограмм хоть и не много, но когда они летят с приличным ускорением… вывернуть руку, чтобы заряд плазмера ушел в потолок, колени воткнулись в грудь, вторая рука с силой ударила по горлу — и хруст хрящей подсказал, что с этой стороны можно больше не опасаться проблем.

Не тратя времени на вырывание плазмера — повернуть руку в сторону второго грабителя — и пальцем его товарища нажать на спуск.

Две секунды. Увернуться бы никто не успел. Хорошо хоть рядом людей не было. Но шашлык из грабителя получился отменный.

Аврора не ставила себе цели — обезоружить. Она ставила цель — убить.

И это ей удалось.

Единственная потеря — рана на руке. Ободралась где-то. Кровоточит, зараза, но не сильно.

И Аврора обернулась к Рону.

***

Когда Аврора оттолкнулась от кресла и почти взлетела в прыжке, Рон поступил иначе.

Кто сказал, что метательное оружие себя изжило?

Лично сам Рон без нескольких метательных звездочек и в туалет не ходил.

А что?

Ниндзя не дураками были. Бросается мгновенно, выглядит красиво — и вообще, это у меня такое украшение костюма.

Две звездочки вошли туда, куда их и бросали. Одна — в горло. Вторая — в глаз. И два тела опустились на пол.

Двое других стояли неудобно. И Рон поступил проще.

Вы не смотрите, что в нем за сто килограмм. Если это не творожная масса, а мышечная, и если это — работающие мышцы, а не те, что для красоты — мужчина может быть опаснее любого хищного зверя.

Прыгать из кресла было бы неудобно. Авроре было проще, она сидела на ручке, а сам Рон потерял пару секунд.

Даже не потерял. Выскочить из кресла, перехватить его и швырнуть в третьего грабителя. Благо кресло к полу не привинчено.

Грабителя снесло вместе с кем-то там еще.

И броситься на четвертого.

Сукин сын оказался тоже вооружен. К счастью, не плазмером. Но пока Рон до него добрался (стадо баранов!!! Хоть кто бы помог!!! Уроды!!!) успел достать нож и (как он сам полагал) встать в боевую стойку.

Рон оскалился.

И прыгнул.

Он бы не пострадал. Но… грабитель оказался тоже не лыком шит. И толкнул ему навстречу какую-то дамочку в блестящем платье.

Девица истерически завизжала, Рон отшвырнул ее в сторону, но предотвратить удар уже не успел. Только повернулся так, чтобы лезвие вошло в мышцы плеча.

И ударил сам.

Жестко и безжалостно. В переносицу.

Разбивая тонкие кости и вбивая их в мозг.

Поделом тебе, тварь!

— Рон?!

Аврора явно справилась со своей задачей. Девочке определенно можно было доверить спину. И теперь она спешила к парню, который зажал рукой окровавленное плечо.

— Что случилось?!

— Да у одного козла ножик оказался, — отмахнулся Рон. Мышцы рассекло.

— Дай, погляжу.

Аврора подошла к другу, осторожно отвела его руку от раны.

Они не обращали внимания, что их кровь смешивается.

А потом Аврора ткнулась Рону лицом в грудь.

— Ты меня так напугал! Больше никогда так не подставляйся!

— Да я бы мог, но тогда кто-нибудь из людей бы пострадал, — смущенно оправдался Рон.

— Лучше они, чем ты, — шепнула Аврора. — Знаешь, я так испугалась…

Рон погладил ее по волосам. В этот миг перед ним был не навигатор. Перед ним стояла перепуганная вусмерть девчонка. За него испуганная. Не за себя.

И Рон отлично знал — чуть надави — и эту ночь они проведут вместе. Но только эту ночь. А потом… Аврора себе не простит. Да и он тоже.

Это как ребенка изнасиловать…

И поэтому Рон крепко прижимал к себе девушку, не обращая внимания, что пачкает кровью ее платье, гладил ее по волосам — и ждал полицию.

***

Надо сказать — больше всего ребятам досталось не от полиции — та, узнав, что перед ней курсанты летной академии, даже не сильно их допрашивала. Посмотрели удостоверения — и кивнули. Мол, молодцы, ребята. Так держать.

Небольшая премия вышла от владельцев казино. Ее принес прямо в отель невзрачный человечек в роскошном костюме. И намекнул, что если по окончании учебы тэр и тэри захотят работать в частных корпорациях — им всегда помогут откупиться от армии. Рон предложил Авроре купить ей одну из последних игрушек. Суперсовременный планшетник. И даже пообещал добавить денег. Но Аврора покачала головой.

— Деньги я отправлю маме. Чтобы приехала ко мне на выпуск.

— Тебе хватит?

— Вполне.

А вот тэр Алексис Верет лютовал и зверствовал. Хотя досталось в основном Рону. Аврора-то не пострадала. Зато Кугуар, узнав, что его ученика смогли достать так легко — загнал ребят до состояния нестояния. И пообещал отчислить к звездной матери, если они его не достанут в конце тренировок.

Не достали.

Но и отчисление не состоялось.

***

— Аврора Иридина Вайндграсс!

Аврора выходит на сцену. Небольшую. Но сейчас ей кажется, что вся вселенная вертится вокруг нее.

— Курсант Вайндграсс, за эти пять лет вы стали настоящим украшением академии. Мне жалко с вами расставаться, но я с гордостью вручаю вам звездный диплом навигатора первой категории!

Аврора улыбается.

Весело, счастливо… по лицу Калерии, сидящей в первом ряду, катятся слезы. Рон широко улыбается.

Эти двое — единственные, с кем Аврора по-настоящему делит момент своего триумфа. Мама безумно рада за своего ребенка. А Рон…

Аврора так и не понимала, как к нему относиться.

С одной стороны — ее условие он принял. С другой же…

Аврора могла назвать его другом. Единственного из всей Академии. Спину прикрывать она бы Рону не доверила, но ключ от квартиры с деньгами — запросто.

Когда торжественная церемония оканчивается, к стоящей отдельно троице подходит генерал Верет.

Аврора и Рон привычно вытягиваются в струнку.

— Вольно.

Ребята чуть расслабляются. Калерия смотрит на дочь с улыбкой.

Вот она, ее дочка, в ладно пригнанной черной форме навигатора. Улыбающаяся. Счастливая.

За это ничего не жалко.

И пусть она летает на своих кораблях. Все равно она будет залетать домой. А мама будет ждать. Обязательно.

— Тэра Вайндграсс, спасибо вам за дочь.

Калерия отвечает улыбкой. Крепо прижимает к себе Аврору.

— Уж что выросло…

— Замечательный ребенок у вас вырос. Умница, красавица… мы ее распределили на эсминец 'Летящий сквозь бурю'. Там командиром мой выпускник. Так что присмотрит и не даст в обиду.

— Точно?

— Мам, — притворно обиделась Аврора. — Между прочим, я даже Рона могу на лопатки положить!

— Ты у меня умница. Но все-таки еще ребенок.

Аврора утыкается в плечо матери. Калерия все еще красива. И мужчины заглядываются на нее не по-детски.

— Мам, я тебя так люблю…

Мужчины отходят зачем-то, и Калерия пользуется моментом.

— Малышка, а что у тебя с Роном?

— Ничего. Он мой друг.

— И так на тебя смотрит?

— Я ему честно сказала, что у меня ни с кем и ничего не будет до звания капитана…

— Он согласился?

— Да.

— Значит, ты ему действительно дорога. Присмотрись к парню?

— Мам, мы служим на разных кораблях!

— А эскадра, к которой вы приписаны?

Аврора опустила глаза.

— Ну да. И мой корабль, и его — оба приписаны к эскадре Висена.

— Старшего?

— Младшего. Третья эскадра.

— Понятно.

Адмирал Висен тоже был своего рода легендой флота. Почти как Рико Эстевис. Но если Рико был военным гением — адмирал Висен прославился фразой: 'Быдло в адмиралы?! У меня свои дети есть!!! '. Его снобизм и глупость вошли в поговорку. Но вроде бы…

— Я про Висена-младшего слышала много хорошего?

— Говорят, он почти гений тактики и стратегии.

— главное, что своих людей не подставляет.

Аврора потерлась щекой о плечо матери.

— Мам, ты, пожалуйста, знай — я всегда прилечу. Откуда угодно. Что бы ни было. Я вернусь.

Калерия погладила дочь по волосам.

— Родная моя…

Сильные руки обняли обеих женщин. Рон улыбался.

— Отмечаем? Аврора, если ты сегодня не выпьешь ни грамма спиртного…

— Не выпьет, — обрезала Калерия. Как-то они с Авророй попробовали — и были неприятно удивлены результатом. На все, что содержало алкоголь, девушка реагировала, как на яд. И реакция была соответствующая. Тошнота, рвота. Головная боль…

— Выпьет, — Рон хитро ухмыльнулся и достал из-за спины бутылку.

— Вино для детей?

Аврора рассмеялась. Ну да. Там ни грамма спирта. Это — можно.

Калерия тоже улыбнулась, глядя на Рона и свою дочь.

А ведь ребята хорошо друг другу подходят. Но… глядя на Рона — нельзя сказать, что он безумно влюблен. Да и Аврора тоже. Скорее им просто хорошо вместе?

А, ладно! Сами разберутся! Не маленькие!

Калерия подняла бокал с игристым вином.

— За вас, дети! Звезды вам под крыльями!

***

Темноволосый мужчина посмотрел на своего агента.

— Что у нас нового по объекту 'Звезда'?

— Аврора Вайндграсс получила диплом навигатора. По докладу нашего агента — диплом со звездой.

— Вот как?

— Наш агент считает ее гением. И как все гении — немного странной.

— В чем это заключается?

— в ее восприятии мира. Мужчины, как таковые, ей неинтересны.

— Может, еще не повзрослела?

— Физически она здорова и соответствует своему возрасту. Агент отмечает, что налицо… жесткая логичность подхода ко всему. В том числе и к личным отношениям.

— Это как?

— Черное-белое, да-нет, полезен — бесполезен…

— А, это не страшно. Через это все в юности проходят. А шанс получить ее к нам есть?

— По утверждению агента 'Соломон' — да. Ей надо пару лет поработать на флоте, приобрести опыт, а там можно будет сделать ей предложение.

— А если откажет?

— Не должна. Согласно ее психологическому профилю — наши идеалы ей во многом близки. Скорее всего, будет то же, что и с полковником Эстевисом.

Мужчина задумчиво кивнул головой.

Ну да. Обнаружив правду — что его жена шпион Русины, что ему предлагают карьеру и вообще 'вы похищены, так что не сопротивляйтесь' Рико буянил около стандарт-месяца. А потом начал воспринимать разумные доводы. Жену он любил, важную роль тут сыграла и ее беременность, и то, что сама Тамара ради Русины была и в огонь и в воду. А то, что в армии Русины тупого бюрократизма не было — совет выделял любые суммы на оборону, лишь бы все шло в дело, еще больше помогло разрешить ситуацию. Тупых бюрократов там просто не держали. Чтобы попасть в армию, надо было пройти столько тестов и сдать столько экзаменов — абы кого родину защищать не возьмут…

Так что сейчас Рико осваивался в роли адмирала, уже требовал деньги на какие-то оборонные новинки — и совет безопасности собирался их выделить в течение трех стандарт-месяцев.

Если военный гений просит — не надо ему мешать. Потом себе не простите.

— Ладно. Пусть накушается армейских порядков. Когда она поймет, что всегда будет существом второго сорта…

— А если ее все-таки оценят?

— Ее приписали к эскадре Висена.

— Но она дочь Иридины Видрасё.

— А ктот об этом знает?

Мужчина насмешливо улыбнулся.

— Нет, друг мой. Она придет к нам. И еще поблагодарит.

Собеседник начальника разведки Русины пожал плечами.

Обычно шеф в таких вещах не ошибался. Будем ждать.