~ 7 ~

Марина, невысокая миловидная шатенка, как всегда, была на месте, гоняя в манеже на корде вороного владимирского жеребца. Конь всегда был с характером и сейчас всеми силами этот самый характер показывал, отбивая козла через каждые два-три такта мягкого размашистого галопа. Девушка на него не злилась, мягко улыбалась, говорила что-то ласковое и продолжала уговаривать Рассвета вести себя прилично. Глядя на это гордое, грациозное животное, я постепенно успокаивалась, обида уходила, уступая место восхищению вперемешку со сладостным предвкушением. Эх! Сколько верст мы с тобой, дружок, навернули по лесам и полям… Потом… Опять это пресловутое потом. Улыбнулась своим мыслям и продолжила наблюдать через забор за тренировкой.

— Вы что-то хотели? — вывел меня из задумчивости окрик со стороны калитки.

А вот и Маринин муж Артем. Высокий, худощавый и не очень симпатичный блондин с вилами наперевес выжидающе смотрел на меня. Не знай я заранее, что он добрый малый, испугалась бы.

— Хотела узнать, помощники не нужны? — поинтересовалась, улыбаясь во все зубы.

У Марины на конюшне всегда трудились детишки за покататься, поэтому в успехе своей миссии я была почти уверена.

— Денег мы не платим, — сразу предупредил мужчина.

— А мне и не надо.

Взгляд снова против воли скользнул в сторону Рассвета. Артем понимающе улыбнулся и крикнул:

— Мариш! Тебе помощь нужна?

Девушка обернулась к нам, смерила меня оценивающим взглядом и поинтересовалась:

— Что об уходе за лошадьми знаешь?

— Знаю, чем и когда кормить, как убирать денники, седлать, чистить лошадей, уверенно держусь в седле, — отрапортовала я.

— Занималась где?

Чуть не ляпнула, что у тебя же и занималась, но вовремя прикусила язык и, припомнив клуб, куда ездила подруга, выдала ни о чем не говорящее название "Ручеек". Подобных "Ручейков" в области могло быть пруд пруди, поэтому девушка легко кивнула и предложила, указывая на Рассвета:

— Залезай! Сейчас и проверим, как ты "уверенно" держишься в седле.

Я довольно заулыбалась, вторя Марине и ее мужу. Рассвет всегда выступал в роли своеобразного теста на профпригодность. Новичков он не просто не уважал, а ни в грош не ставил, поэтому всех тех, кто привирал, будто прям такие мастера, он сбрасывал в первые три минуты, чем и пользовалась хозяйка конюшни, чтобы лишний раз не катать в поля работничков. Не потому, что жалко, а потому, что она искренне переживала за безопасность детей.

— Если продержишься пять минут, — пообещала Марина, когда я запрыгнула в седло и подтянула стремена, — будешь сегодня заниматься выездкой.

Широкая улыбка осветила без меры довольное лицо шатенки, и она отстегнула корду.

— Время пошло!

Понеслась душа в рай! Вернее понесся Рассвет. Этот паразит взял с места в карьер и уверенно летел к забору. Ага, щаз-з-з! Я не стала ему препятствовать, рвать повод на себя и орать. Я ждала. Ждала того самого момента, когда он начнет притормаживать перед ограждением, чтобы в следующий миг поддать задом, отправив наездницу в полет прямиком в объятия борщевика, щедро растущего с той стороны манежа. Я привстала в стременах и подалась вперед к холке коня, Рассвет притормозил, но сделать последний финт не успел, так как получил шенкеля и, будучи хорошо обученной лошадью, на автомате сделал то, что я от него требовала. Мы взвились в воздух, чтобы затем мягко приземлиться с другой стороны забора.

Еще пару шагов Рассвет проскакал вперед, а затем встал, как вкопанный, и с самым удивленным выражением на морде обернулся ко мне. А я сидела и с легкой ехидцей улыбалась. Съел?! Со мной этот фокус даже в прошлый раз не прокатил, что уж говорить про сейчас, когда я знаю все привычки и повадки этого вредного животного.

— Чего стоим? Кого ждем? — поинтересовалась у жеребца, поводом возвращая его голову в нужное положение.

— А теперь назад тем же макаром, — и слегка толкнула его корпусом. Конь послушался беспрекословно, и вскоре мы уже стояли перед слегка удивленной Мариной.

— Шагом по кругу, — оправившись от удивления, скомандовала хозяйка конюшни. — Вольт налево. Молодцы. Восьмерка. Умнички.

Вскоре нас с Рассветом вообще оставили одних, и время пролетело незаметно.

О том, что я что-то забыла, мне напомнил мой желудок, недовольно заворчав на всю округу. Я к тому моменту успела вычистить три денника, и сейчас занималась четвертым.

— Будешь с нами обедать? — предложила Марина.

Поладили с ней мы сразу же. Хе-хе. Как говорится, не впервой.

— Да не, спасибо, — бодренько отказалась я, вспоминая что дома-то как раз должно меня ждать много вкусного. — Я дома поем. Там салатики, праздничный обед… Черт! Марин, можно я дочищу этот и пойду?

— Конечно, а что такое?

— Да, ничего… Просто… Сколько времени?

— Четыре.

— Черт!

Общий сбор гостей назначен на пять.

Вилы замелькали с удвоенной скоростью, и через пять минут я уже с олимпийской скоростью крутила педали (пока не дали) в сторону дома, где меня сейчас вместо поздравлений будут убивать. За столько лет самостоятельной жизни я отвыкла отчитываться о своих планах и передвижениях, а в век цифровых технологий считала само собой разумеющимся, что мама всегда может мне позвонить и узнать, как дела. Конечно, она этого почти никогда не делала, но это же потом, а сейчас… Черт! А сейчас меня за пятичасовое отсутствие без предупреждения размажут ровным слоем вместо скатерти по праздничному столу, но одно дело все же стоило того, чтобы задержаться еще на минутку.

Я свернула к рынку, расположенному на станции. Ничего особенного: четыре ряда открытых лотков, да блошиный рынок на газетках по периметру. Спрыгнув с велика прямо на ходу, я еле успела затормозить, чтобы не врезаться в ларек с бижутерией. Продавец — немолодой предположительно грузин — неодобрительно воззрился на меня и даже головой покачал, поцокав при этом языком. В ответ я разулыбалась и ткнула пальцем в приглянувшийся еще давно товар. Продавец удивился и озвучил сумму, баснословную по тем временам за подобную безделушку. Я снова улыбнулась и высыпала без сожаления на прилавок все свои сбережения. Деньги из дома я предусмотрительно захватила, собираясь в любом случае сюда заехать, ведь не исправить прилипшее ко мне прозвище "пластиковая принцесска", получив такой замечательный шанс, я просто не могла. И пусть я не куплю себе новый плеер, как собиралась — к тому же старый еще работает, — зато не обзаведусь очередным комплексом.

Сколько раз в прошлом я приезжала на станцию после своего злосчастного дня рождения и любовалась на ту красоту, что сейчас покоилась в моих ладонях. Сколько раз я корила себя за то, что вовремя не купила ее, но было уже поздно. Задним умом мы все крепки, а "пластиковой принцесской" меня так и звали все кому не лень, даже после примирения с бревнами.

Время! Время! И снова я летела со скоростью урагана в сторону дома. На велике я ездила с двух лет, а на взрослом с пяти и считала себя (явно незаслуженно, как выяснилось) непревзойденным мастером, поэтому-то я и не сбавила скорость, когда пересекала одну из поселковых улочек, наивно полагая, что в случае чего успею увернуться. Не успела. Слева наперерез мне вылетела Ява (к сожалению, не золотая). Я резко дала по тормозам, водитель мотоцикла тоже, мы одновременно вывернули рули в противоположные стороны и в итоге состоявшееся столкновение ограничилось тем, что колеса наших упавших железных коней встретились.

Первым делом я проверила мою прелесть, но бижутерия, упакованная в коробочку и в сумочку для инструментов, привязанную намертво к седлу, не пострадала никоим образом. И только затем я вспомнила, что меня-то накрыло легким великом, и все повреждения ограничились грязной майкой, а вот водителю мотоцикла должно было достаться сильнее. Первой мыслью было "тикать быстрее", но я гордо отогнала ее, как малодушную, тем более что было уже поздно. Мотоциклист уже выбрался из-под "завала" и теперь придирчиво, как я недавно свое новое приобретение, осматривал царапины на мотоцикле.

— Твое счастье, ничего серьезного! — стоя ко мне спиной, заявил он. — Не расплатилась бы!

— Твое счастье, не сильно ушиблась, а то прав бы лишился! — в тон парню ответила я. — Вообще-то тут равнозначный, и я у тебя была помеха справа.

— Чего? — все еще не отрываясь от осмотра повреждений, бросил парень через плечо.

— Ты где права покупал?! — так искренне возмутилась я, что парень обернулся, и мы оба застыли от удивления.

Первой в себя пришла я и нагло поинтересовалась у Алексея:

— А они у тебя вообще есть?

— Кто?

— Дракон в пальто! Права есть?

А я, оказывается, все еще на него злюсь. И, что самое удивительное, даже больше, чем на Козла. Может, потому, что от того придурка я ожидала подлянки, а Алексей раньше всегда оставался в стороне от наших разборок. Да и с бревнами он не тусил, предпочитая общество своих ровесников, а у парней в семнадцать-восемнадцать лет интересы несколько расходятся с малолетками, сидящими на бревнах целыми вечерами.

— Есть, а что?

Кажется, я зарычала.

— Тогда иди и повтори ПДД. Раздел про равнозначные перекрестки и преимущество менее безопасного транспорта.

С этими словами я отряхнула топик, оставив на белой ткани несколько серых разводов, и попыталась скрыться с места ДТП, но Алексей ухватил меня за локоток. Аккуратно, но сильно, как говориться.

— Чего еще? — зло зыркнула на парня из-под челки.

— Какие мы грозные, — он обезоруживающе улыбнулся, но меня не проняло. Хотя… Улыбка у него очаровательная. Этакий обаятельный мерзавчик, только Баттлеровских усиков не хватает.

— Ты торопишься? — промурлыкал он.

— Да! — и даже не наврала.

— Давай подвезу.

— Ага! А велик тут оставим бомжам на радость? — возмутилась я.

— А велосипед твой Вад отгонит. Вот он как раз бежит.

Я глянула в ту сторону, куда изначально ехал Алексей и, страдальчески закатив глаза, застонала. Ну за что мне все это?! Да еще и в день рождения?! К нам на полном ходу неслись бревна полным составом. Впереди бежал Козел, за ним остальные парни, в кильватере ковыляли Леночка с Ирочкой. Лица у всех были крайне воинственные, а у некоторых это были перекошенные рожи. Надо ли говорить, что вся эта толпа, только приблизившись, начала галдеть, ругаться и угрожать. Мне!

— Да, отпусти ты меня! — вырвала я руку из хватки старшенького и с тоской оглядела царящий вокруг балаган.

— Алекс! Ты жив? Я так перепугалась, думала, ты убился.

На шее у него повисла Леночка. Хм, а эта особа реально питает к парню далеко не сестринские чувства.

— Лен, все в порядке, — парень попытался отлепить от себя навязчивую особу, но не вышло.

— Опять из-за этой овцы проблемы, — вякнула из подмышки Козла Ирочка

— А мотик-то цел? Кататься можно?

Это все, что волновало парней. Всех, кроме Вада.

— Ах, ты тварь, — прошипел этот уродец и, схватив меня за руку, поволок в сторону кустов. — Мало тебе досталось?

— А ты зачем меня в кусты тащишь? — томно поинтересовалась я.

В данном контексте ситуация начинала меня забавлять.

— Заткнись, дура! — прошипел Кз.

— Молчу-молчу, милый! — заверила я и безропотно позволила затолкать себя в густые заросли жасмина.

Парни нашего исчезновения не заметили, занятые "реанимацией" железного друга, Ирочка злорадно ухмылялась (лыбься-лыбься, милочка, все равно Вадим тебя кинет через недельку-другую, а там не до смеха тебе будет), Леночка продолжала репьем висеть на старшеньком, всячески отвлекая его внимание от творящегося безобразия, а сам Алекс по-прежнему безуспешно пытался от "сестренки" отделаться. Похоже, это был коварный план, и он сработал. Сейчас меня будут убивать без свидетелей.

— А теперь поговорим, — зло пообещал Козел.

— Давай поговорим, — лениво согласилась с ним.

В прошлый раз этот "разговор" состоялся на пару дней позже и окончился для него расцарапанной рожей, а для меня синяками и ссадинами по всему телу. Потом на меня еще девочки поохотились. В общем, было весело. До тех пор, пока наш серпентарий любезно не предложил решить вопрос… нет, не миром, а силой. Собрали мы тогда компашку человек на пятнадцать, среди которых Шурик и Ко тоже отметились, и пошли стенка на стенку. Драки, к сожалению, не вышло, только пошипеть друг на друга успели, а там и братец Кз с друзьями с гулянки возвращались и разогнали нас по домам. Наутро я в город уехала на несколько днейи, когда вернулась, обнаружила, что мои "подружки" уже вовсю гуляют с бревнами, Шурик с друзьями не вмешиваются, а мне остается только смириться с происходящим, забить на гордость и присоединиться к серпентарию. Сейчас я бы скорее провела оставшееся время в одиночестве, но тогда… Вот так и появляется комплекс неполноценности, когда твои поступки идут вразрез твоим же принципам, ты это осознаешь, но поделать ничего не можешь, чтобы только не оказаться белой вороной.

— Верни плеер, сучка, а то пожалеешь!

Тогда после этих слов "пожалели" мы оба, а сейчас…

Так уж приключилось, что, будучи в одно и то же время на одном и том же пляже, у нас с Кз оказались абсолютно одинаковые плееры. Мой лежал на покрывале и никого не трогал, а вот его девайс кто-то притопил с мостков (услышала случайно ругань). Когда этот имбецил вылез из воды и поинтересовался, где плеер, ему ответили, мол, не знаем, может, кто стащил. Что было дальше нетрудно догадаться. Козла не убедило даже то, что я с закрытыми глазами могла показать каждую царапинку. На мое счастье, на пляж за мной пришел папа, и мое имущество осталось при мне, зато добавилось проблем. В открытую Вадим не нападал до сегодняшнего дня, а вот мстить по мелочи начал.

Я молча сняла с пояса свою любимую Соньку, вынула кассету и протянула ошарашенному парню.

— На, подавись ты, урод! Только на досуге спроси у своих дружков, кто твой плеер втопил с мостков на стиралке, или, если не лень, сам с маской нырни, поищи. Надеюсь, это все? Или у тебя ко мне еще какие претензии? — холодно поинтересовалась у слегка обалдевшего от столь быстрой победы Козла.

— Ты какого черта ко мне вечно лезешь? — недолго думая, выдал он.

— Чего?! — я аж обалдела от такой наглости. Гениально! Похоже, ему, как в анекдоте, "повод и не нужен". — Я к тебе лезу?! Ты ничего не попутал! Это ты ко мне вечно цепляешься не по делу! Мимо не пройти спокойно!

— Так не ходи! Что, дорог мало? Шляешься весь день, будто делать больше нечего — достала!

— А ничего, что мы с тобой на одной улице живем, и мимо твоего дома — короткая дорога на пляж?

— Да мне плевать! Чтоб я твою рожу чаще раза в сутки не видел.

Вадим раскраснелся, злобно пыхтел и воинственно сжимал кулаки, но взгляд заполошно метался. Дежавю. Таким оригинальным способом за мной уже ухаживали… В первом классе. Невольно улыбнулась.

— Нравлюсь? — спокойно спросила я. С психами только так и можно: тихо, ласково.

— Кто? Ты? — парень похабно осклабился, но в глазах мелькнуло недовольство. — Ни кожи, ни рожи.

— Ну, это ты зря, — я откинула с плеча длинную светлую прядь и огладила ладонями бока, подчеркивая фигуру. Вадим попятился и сглотнул — угадала.

— Ты хоть себя в зеркало видела? — сделал последнюю попытку меня задеть парень.

— Не далее, как утром, и осталась крайне довольна отражением, — по-кошачьи прижмурила глаза и лукаво подмигнула еще больше покрасневшему парню.

— Ты… Да ты… — слов не нашлось.

— Вадим, — доверительно прошептала я, — если тебе нравится девочка, поверь, взаимности ты скорее добьешься, даря ей цветы и конфеты, а не синяки и шишки.

— Да, что ты о себе возомнила? — взревел Кз и грозно двинулся на меня, но был принудительно вытащен из кустов за шкирку. Алекс, наконец, избавился от сестры-пиявки и спешил на помощь.

Строить из себя жертву я не стала. Выбралась из кустов и под любопытными взглядами всей компании оправила топик.

— Вадюсик, — слегка обиженно надула губки и фыркнула, — если уж у тебя не получается, то и не тащи тогда в кусты всех подряд, в нелепой надежде "а вдруг". Меня твой вялый червячок скорее напугал, чем возбудил, — и самым сочувственным голосом добавила: — Ты только не расстраивайся, импотенция излечима, особенно в твоем возрасте.

Дальше у меня было ровно десять секунд (пока недовольно косящемуся на меня Алексу хватало сил удерживать этого психа), чтобы прыгнуть на велик и под дружный гогот бревен умчать, наконец-то, домой.

Не смешно было лишь борющимся братцам, Ирочке, искренне обидевшейся за опущенную честь возлюбленного, и Леночке, но у нас с ней нелюбовь врожденная.

Вадима мне было ни капельки не жалко. Если бы он не ударил меня, я бы промолчала, но, на мой взгляд, слизняк, поднявший руку на беззащитную (во всех смыслах) девушку, иного и не достоин. Страна должна знать своих героев!