Глава 1

Не знаю, как я умудрилась заснуть, обычно всегда очень хорошо контролируя себя в любой ситуации, но проснулась лёжа в кровати.

Это так меня изумило, что я не торопилась открывать глаза, а когда открыла, то не торопилась вставать и орать.

Комната была не моя. Определенно не моя!

Скосила глаза направо, скосила глаза налево… Изучила роскошный бархатный балдахин, висящий над головой.

Ага…

Понятнее не стало.

Повинуясь странному душевному порыву, подняла руки и вдумчиво изучила их. Худенькие ручки, изящные девичьи пальчики, безупречный нюдовый маникюр. Откровенно заторможено констатировала, что руки тоже не мои и задумалась.

Хорошенько так задумалась.

Нет, я как бы и раньше замечала за собой склонность к чрезмерной фантазии… Но чтобы так?

Неожиданно послышался отчетливый звук отпираемого замка, затем открываемой двери и шелест одежды. Снова скосив глаза направо, я с изумлением увидела, как к кровати, которая находилась вообще-то в очень даже большой и богато обставленной комнате в условном викторианском стиле, подошла незнакомая женщина лет сорока в типичной одежде горничной: коричневое платье в пол с белым накрахмаленным передником. Её волосы были спрятаны под чепцом, а постное лицо с поджатыми губами намекало на тяжелый характер.

— Леди Эржена, — заявила она, подойдя вплотную, — вам пора вставать. Слуги уже собрали ваши вещи. И если вы желаете успеть попрощаться с матушкой и отцом, вам не стоит терять эту возможность. Дилижанс в Хайтонхолл в любом случае отправится через час, вне зависимости от того, будете ли вы одеты или нет.

Ага…

— Ясно, — пробормотала я, впав в легкий ступор от такого внезапного заявления. — Эм-м… А вы кто?

— Леди Эржена? — тонкие брови женщины недовольно дернулись вверх, а на меня посмотрели с недовольством. — Вы решили изобразить потерю памяти? Поверьте, это ничего не изменит. Личный лекарь императора осматривал вас только третьего дня и мы все прекрасно знаем, что вы совершенно здоровы. Даже душевно. Поднимайтесь, я помогу вам облачиться. Милли и Банни к вам больше не придут, они наказаны.

М-м… Здорово. Ещё бы остальное понимать!

— А за что? — уточнила аккуратно.

Женщина выразительно вздохнула, всем своим видом давая понять, что теряет терпение, но так и быть, расскажет.

— Вы заставили Милли передать записку для его высочества, хотя вам было велено сидеть и думать о своём недопустимом поведении. Слугам же было запрещено брать у вас записки для кого бы то ни было. А Банни вы вовсе заказали принести вам настойку фуларника. Это возмутительно!

М-м… круто.

— Ясно, — вздохнула, потому что ясно ничего не было. И спросила снова: — А вы кто? Имя, фамилия, род деятельности… Ну, вообще?

Женщина поискала терпения на потолке, после чего выразительно вздохнула и преувеличенно вежливо ответила:

— Меня зовут Матильда Боуин, я экономка в доме вашего отца, герцога Адриана Инсомро. И сейчас, леди Эржена, вы теряете драгоценные минуты, упуская возможность попрощаться с родителями до того, как отправитесь в ссылку. Вы действительно считаете, что они заслужили подобное отношение к себе?

Та-а-ак! Стоп! Стопочки! Стопэ!!!

Кто я?

Уставившись на даму широко распахнутыми глазами и каким-то чудесным образом понимая, что она не лжет и я действительно умудрилась вселиться в главную злодейку романа, который читала до того, как уснула, лишь секунд через десять я тихонько хмыкнула, потому что в голове резко стало пусто.

Хотя нет. Не совсем.

Я поняла главное: в злодейку я вселилась в эпилоге, когда уже выяснилось, что главная героиня — не просто безродная сиротка, а дочь герцогов Дювай, и более того — уже стала невестой принца. Злодеи повержены, свадебный марш не за горами… Меня ждет ссылка.

Круто.

Что ж, пожалуй… Мне это интересно!

Поймав себя на мысли, что совсем даже не прочь стать попаданкой в красивую, молодую и магически одаренную девицу, потому что дома меня не ждали даже сорок кошек, которых я так и не сподобилась завести к сорока годам, я моментально воспряла духом.

И не сказать, что у меня была плохая жизнь, но всё-таки в сорок лет, имея за плечами лишь парочку неубедительных сожительств и пятнадцатилетний стаж врача-психиатра в центральной городской больнице, хочется уже пожить для себя.

Так почему бы и не так?

Билась, конечно, по краю сознания мысль, что это в принципе невозможно, а ещё скорее всего переселение души произошло потому, что я умерла… Но прямо сейчас я ничего не могла изменить и поэтому приняла волевое решение — не думать. Не думать о том, что это невозможно. Не думать о том, что умерла. Не думать о том, что внезапно сошла с ума и это просто красочные глюки.

Не думать!

Это реальность. И мне надо сделать так, чтобы вывернуть её себе на пользу. Любой ценой!

Об остальном я подумаю позже.

И я, получше присмотревшись к экономке, широко улыбнулась.

— А знаете, вы правы, Матильда. Хватит жить прошлым. Я была глупа, думая, что смогу удержать внимание его высочества нелепыми выходками, когда он нашел истинную любовь. Мои родители — самые замечательные люди и я не хочу расставаться с ними на тяжелой ноте. Помогите мне одеться!

Посмотрев на меня с легким, отчасти недоверчивым прищуром, следом экономка чинно кивнула и даже слегка улыбнулась.

— Рада слышать от вас столь благоразумные речи, леди Эржена. Прошу, пройдите в купальню.

Следующие тридцать минут я преимущественно молчала, внимательно наблюдая за тем, как экономка лично меня умывает, одевает, причесывает и прочее. Изучала уровень местного прогресса, который был условно средневековым, но в то же время канализация уже была, причем отчасти артефактная, светильники тоже были яркими, а не в виде чадящих факелов, да и в принципе уровень комфорта в увиденных мною комнатах можно было смело именовать словом «вип».

Стены обиты шикарными шелковыми обоями с изысканным растительным орнаментом, пол — наборный паркет и ковры, одежды из натуральных тканей и главное — никаких корсетов и кринолинов. Ну да, пришлось надеть не только трусики в виде вполне удобных шортиков, а так же плотное бюстье вместо лифчика, но и нижнюю сорочку, плотные чулки с подвязками, пять юбок и только потом элегантное темно-синее дорожное платье из тонкой шерсти, но в целом вещи были не только изысканными и дорогими, но и удобными.

В прическе тоже обошлось без париков и башен, Матильда очень ловко заплела несколько объемных кос и скрепила их на затылке, так что в итоге из зеркала на меня смотрела юная и невероятно обворожительная брюнетка с приятными округлостями в фигуре, ярко-синими глазами и аристократически утонченным лицом, в чертах которого проглядывали мои собственные. Разве что безупречно отретушированные и омоложенные.

При этом в волосах я заметила отдельные сине-фиолетовые пряди, которые давали понять, что мне подвластна магия молний, что было довольно редким и сильным даром, ценимым в этой империи.

То, что я маг, старалась пока не думать. Тем более из-за решения самого императора у меня на руке сверкал звездной сталью браслет-блокиратор, не позволяющий пользоваться магией выше первого уровня. То есть фактически сейчас я могла разве что активировать какой-нибудь простенький артефакт и зажечь светляк.

По идее…

Как оно в реальности, я ещё пока не понимала. Увы, память тела мне то ли не полагалась, то ли в принципе отсутствовала, но я не торопилась унывать. В самом деле, мне и моей памяти достаточно! Да и события романа я помнила на диво хорошо, словно не просто его читала, а прожила эти несколько месяцев лично.

Единственный минус — я не помнила ничего про магию. И это было плохо. Реально плохо!

Ещё каких-то двадцать минут — и меня увезут хрен знает куда, хрен знает насколько. И что мне там делать? Без магии, а? Нет, как бы я в курсе, что было бы желание, а дело найдется, но хотелось бы всё-таки понимать все свои силы. Особенно те, что помогут выжить в не таком уж и безопасном Пограничье!

И я, хорошенько обдумав вопрос, задала его чуток подобревшей Матильде.

— Скажи, а какие вещи мне с собой собрали в дорогу?

— Всю вашу одежду, леди, — спокойно ответила экономка. — Одежду, обувь, шляпки, сумочки и прочую галантерею. Личные украшения. Его светлость, лорд Инсомро, любит вас, несмотря ни на что, и не желает вам зла. Приказ его императорского величества не предполагает разночтений, но в нём ничего не сказано, что вас должны лишить привычных благ и комфорта. Более того, его светлость уже отправил несколько слуг в поместье, чтобы его привели хоть немного в порядок, а вам самой будет полагаться достойное содержание в размере ста золотых ежемесячно.

Хм… Ну, неплохо. Учитывая, что у «сиротки» Лилианы была стипендия всего в три золотых, сотня — это хорошо.

— А как насчет книг? — деловито уточнила я.

— Каких книг? — чуть напряглась экономка.

— Моих, — конкретизировала, потому что точно помнила, что по сюжету Эржена очень любила читать и к пятому курсу числилась отличницей, ведь готовилась стать императрицей и была невероятно начитанной, трудолюбивой и просто амбициозной девушкой. — Я бы хотела забрать их с собой. Все до последней тетрадки. Это ведь возможно?

Задумавшись, экономка не рискнула брать на себя ответственность и заявила:

— Вам нужно уточнить это у вашего отца. Если он позволит, слуги соберут это в ещё один чемодан.

Отлично!

— Так чего же мы ждем? — всплеснула я руками. — Веди меня к батюшке! Сейчас же!

Сосредоточенно кивнув, Матильда бросила на меня последний придирчивый взгляд, явно проверяя, прилично ли я выгляжу, чтобы встретиться с герцогом, и только после этого взмахнула рукой в сторону двери. При этом она шла первая, а я за ней, успевая бросать заинтересованные взгляды по сторонам и отмечать, что сейчас я нахожусь в невероятно роскошном месте, которое так и кричит о том, что тут живут очень богатые и титулованные люди.

Это был настоящий дворец!

Высокие потолки, мраморные колонны, позолоченная лепнина, многоярусные хрустальные люстры — для меня оказалось довольно непросто осознать факт, что это просто место, где живет семья из четырех человек.

Ну и их слуги.

К счастью, идти пришлось минут десять, так что я успела и впечатлиться, и восхититься, и взять себя в руки, когда мы, наконец, дошли до столовой, где уже сидела семья: строгий отец, красивая моложавая мать и младший десятилетний брат Эржены — Патрик.

Моментально вспомнив один из эпизодов прочитанной истории, я подошла ближе и первым делом присела в уважительном реверансе перед герцогом, приятно удивившись тому, как тело сделало это практически само. Судя по всему, сказывалась мышечная память.

— Доброе утро, отец. Матушка… — матери я просто кивнула, а брату даже чуть заметно улыбнулась, при этом не торопясь проходить за стол.

Это было замечено и герцог, невероятно импозантный темноволосый и черноглазый мужчина лет пятидесяти с идеальной осанкой и военной выправкой, с легким недовольством прищурился.

— Отец, я прошу вас о милости, — заговорила я, всем своим видом давая понять, что серьезна как никогда. — Я бы хотела забрать с собой в дорогу свои книги и тетради времен обучения, а так же те трактаты о философии, душевном здоровье и управлении поместьем, которые бы вы могли выделить мне из библиотеки рода. Мне предстоит долгое время жить в глуши и уединении, хотелось бы провести дни с пользой, не терзаясь мыслями о том, как несправедлива ко мне судьба. Могу я рассчитывать на вашу доброту и заботу обо мне в этом вопросе?

Посмотрев на меня, как мне показалось, довольно заинтересованным прищуром, герцог сначала кивнул, а потом произнёс и вслух:

— Конечно, Эржена. Рад слышать, что твоё благоразумие снова к тебе вернулось. Садись за стол, у нас осталось совсем немного времени, чтобы побыть ещё немного вместе.

Говоря это, герцог не выглядел добродушным папашей, заранее страдающим от скорой разлуки. Наоборот, мне показалось, что в этот миг в его голове старательно и невероятно быстро крутятся шестеренки, обдумывая происходящее.

По книге герцог Инсомро числился ну очень сильно второстепенным персонажем, мелькнув буквально пару раз, но оба раза вел себя строго, сдержанно и расчетливо. Он занимал должность первого советника императора, в своё время подвинув на этом месте отца Лилианы, которого слишком сильно подкосило похищение младенца, и, если подумать, то в своё время мог даже быть тем, кто это устроил.

Увы в книге это не раскрывалось. Но, может планировалось раскрыть во второй?

Как бы то ни было, я села за стол завтракать, пока отец отдал распоряжение слугам собрать в дорогу все мои личные книги и тетради, а так же дюжину полезных томов (он перечислил их наизусть), после чего на столовую опустилась тишина, но ненадолго.

Заговорила герцогиня Миранда, мать Эржены.

— Дорогая, прости за слова, которые я сейчас скажу, но распоряжение императора пришло и для нас, — она смотрела на меня взглядом скорее строгой наставницы, чем любящей матери. — Нам запрещено навещать тебя в поместье ближайшие три года. Лишь через три года нам будет дозволено подать прошение о смягчении меры наказания, не раньше. На этом настаивал его высочество лично.

Её глаза гневно сузились и в них промелькнула искра отчетливой ненависти.

— Более того, тебе дозволено взять с собой лишь одну горничную, а в самом поместье будет проживать лишь трое слуг, включая сторожа, садовника и дворецкого. Поверь, я пыталась достучаться до разума его императорского величества через его супругу…

Я вспомнила, что Миранда в своё время числилась фрейлиной юной императрицы, пока не вышла замуж за герцога, и сосредоточенно кивнула.

— Но он оказался глух ко всем моим доводам. И поэтому нам с твоим отцом пришлось пересмотреть кандидатуры тех, кто будет всё это время тебе прислуживать. Пограничье опасно не только обширным лесами и крутыми предгорьями, но и многочисленными разломами. С тобой поедут лучшие бойцы нашей гвардии. И я очень тебя прошу… — Миранда внимательно посмотрела на меня. И снова, скорее как строгая наставница, чем как любящая мать. — Просто пережди это время. Жизнь не кончена. Она лишь ненадолго встала на паузу. Поверь, мы с отцом приложим все усилия, чтобы ты смогла вернуться и снова блистать. Просто дождись.

И выразительно кивнула, словно хотела сказать этим намного больше, чем прозвучало.

Хм-м… загадочная какая женщина.

Только не говорите, что она планирует убить Лилиану, чтобы я снова стала женой принца? Мне этого совершенно не нужно!

Тем не менее я тоже кивнула, поблагодарив и вслух, после чего сосредоточилась на завтраке, который состоял из очень вкусной каши с орехами и медом, а к чаю подали воздушные оладьи с джемом.

При этом младший брат Патрик, являясь единственным наследником мужского пола, вел себя подчеркнуто строго, и я невольно вспомнила, что в книге мелькали слова о том, что герцоги Инсомро невероятно требовательны к детям, с младенчества воспитывая их с мыслью о том, что их ждет великая судьба.

Бедные дети…

Как бы то ни было, завтрак подошел к концу, один из слуг практически шепотом отчитался перед герцогом, что ещё один чемодан собран и готов к отправке, а потом в столовую вошел ещё один лакей и звонко заявил:

— Ваша светлость, с визитом вежливости прибыл его высочество Алехандро со своей невестой леди Лилианой Дювай. Они выразили желание лично проследить за отъездом леди Эржены по месту ссылки.

— Щ-щенок… — на грани слышимости прошипела герцогиня, не сдержав эмоций, но когда я метнулась к ней взглядом, то не увидела на её лице ничего лишнего. Лишь вежливую сосредоточенность.

Герцог же и вовсе лишь кивнул с непроницаемым лицом, после чего посмотрел на меня. Очень внимательно.

И задал любопытный вопрос:

— Держишь себя в руках или мне усадить тебя в дилижанс в обход гостей?

— О, не стоит, — с моих губ сорвался презрительный смешок. — Всё в порядке, отец. Я в себе.

— Молодец. — В глазах герцога мелькнула искра одобрения, после чего он первым поднялся из-за стола и протянул мне руку. — Идем. Провожу тебя лично.

Не став отказываться, всё-таки поддержка не последнего человека в империи была мне сейчас только на руку, я послушно встала и мы отправились на выход вместе. Мать и брат двинулись следом. Подозреваю, они тоже хотели посмотреть на это представление, которое решил устроить принц со своей новой невестой.

Незваные гости желали насладиться моим унижением?

А вот хрен им!