Глава 3

Вот с кем бы я точно была не прочь познакомиться поближе! Между прочим, он преподавал в академии боевые магические искусства и ему пророчили должность декана боевого факультета, а в будущем и пост ректора, но… Случилось то, что случилось.

А вот интересно, его император как планирует контролировать, учитывая то, что магию ему блокировать не будут? Приставят надсмотрщика? Или наденут браслет с GPS-трекером? Интересно, тут есть их магические аналоги?

Тихонько хмыкнув, поставила себе галочку на память: как приедем, первым делом засесть за тетради и учебники, чтобы в принципе понимать, что из себя представляет магия. И может даже научиться владеть ею заново? Что мне вообще доступно при наличии браслета?

Любопытства ради покрутила обманчиво простую цацку, которая сияла на левом запястье сталью из широких крупных звеньев, густо покрытых рунными письменами. Заметив это, Берта чуть нахмурилась, но когда посмотрела мне в лицо, я увидела в её глазах сочувствие.

— Гадко это.

— Что именно?

— Блокировка сил. Это как воину руки и ноги грубыми веревками связать посреди боя. Мне мать рассказывала. Она у меня чутка одаренная, от бабули дар достался, а та у нас известная на всю округу ведунья. — Она иронично усмехнулась. — Так батя, когда мать похитить вздумал, ничего умнее не придумал, как всю её зачарованным вервием обмотать, чтобы проклятье никакое не прилетело. А мать его потом безо всякой магии отдубасила, когда дрын подходящий нашла. — Она хитро прищурилась. — С тех пор живут душа в душу, семерых детишек нарожали.

Я внимательно слушала её необычные откровения, не зная, улыбаться или сочувствовать, но Берта вспомнила, с чего вообще начала рассказ, и кивнула на браслет.

— Тяжко?

И я задумалась.

Прислушалась к себе, присмотрелась к миру, покопалась в своих ощущениях и эмоциях, затем в воспоминаниях, и немного неуверенно пожала плечами.

— Умеренно. Знаешь, как-будто сумерки ярким днем наступили. Но это же не полная блокировка, а частичная, так что… приемлемо.

И самое забавное: я понятия не имею, как было раньше! Но при этом мир действительно ощущается немного приглушенным. Словно между мной и им есть некое мутное стекло, которое глушит свет, запахи и звуки. С утра как-то не подумала на этом фокусироваться, не до того было, а сейчас заметила отчетливо.

Но в принципе жить с этим можно.

Ну а дальше мы ехали, ехали и ехали, изредка переговариваясь и пару раз остановившись, чтобы справить нужду, выбрав для этого кустики погуще. И пускай зеленеть они ещё не начали, наши спутники проявляли тактичность и в нужный момент дружно отворачивались, а за мной неотрывно приглядывала Берта. После полудня поели прямо в дилижансе, причем довольно вкусно и разнообразно — свежим хлебом, мягким сыром и холодной бужениной — всё это было заранее нарезано на удобные кусочки и уложено в корзину, которая дожидалась своего часа в ногах Берты. Из напитков был кисло-сладкий морс и просто вода, а на десерт — невероятно вкусные кексы и яблоки.

В общем, голод нам точно не грозил!

А что угрожало, так это скука и тряска, хотя в целом довольно умеренная, но и безупречной поездку назвать было нельзя. Увы, у меня с собой не было ни книги, ни рукоделия, так что приходилось коротать время в беседе, дрёме или рассматривая однообразный уныло-весенний пейзаж за окном.

До нужного постоялого двора мы добрались уже в глубоких сумерках, когда моя задница стала окончательно плоской, а все безопасные и нейтральные темы для разговоров себя исчерпали. Из дилижанса я буквально выпала. К счастью, в крепкие руки сопровождения, которое бодро уволокло меня сначала внутрь, а потом и наверх — в комнату, подходящую моему статусу.

Ну а потом, бессовестно пользуясь тем, что я не просто какая-то там безродная преступница, а очень даже родовитая, я попросила Берту принести ужин наверх, а сама, убедившись, что это не просто комната, а полноценные апартаменты из трех комнат: гостиная, спальня и санузел, отправилась проверять температуру и чистоту местной воды.

Они оказались на уровне.

Искренне радуясь тому, что местный прогресс уже позволяет принимать полноценные ванны, самостоятельно набирая воду из-под крана, а не мучиться в лохани, я сама смогла раздеться, хотя под конец и немного запутавшись в нижних юбках, но в итоге всё равно справилась раньше, чем вернулась Берта. И со стоном искреннего наслаждения вытянулась в ванной, позволяя горячей воде расслабить ноющие от долгой дороги мышцы. Нет ничего хуже безделья, уже давно заметила!

Когда чем-то занимаешься, особенно приятным и любимым делом, время летит совершенно незаметно. А когда целый день в безделье, да ещё и позу толком не сменить — устаешь так, словно целый день в поле отпахал!

Ох, лучше б я и правда в поле отпахала…

— А чего без меня? — в ванную комнату заглянула сосредоточенная Берта. — Чего стонете? Болит чего? Или на душе тяжко? Могу чуток сидра заказать, на этот счет запретов не было.

— Нет, не надо, — улыбнулась ей с благодарностью, чуть качнув головой. — Устала от долгой дороги. Все… кхм, ноги отсидела. Мышцы ноют с непривычки.

— А-а, это… Ну, могу размять, если хотите. Меня бабуля немного знахарству обучала, знаю, как правильно кровь гонять, если застаивается. Хотите?

— Очень!

Моментально воодушевившись, я передумала подольше поваляться в ванной, предпочтя быстренько пройтись по телу мыльной вехоткой, которую принесла с собой Берта. Волосы мочить не стала, они были у меня густыми и длинными, к тому же достаточно чистыми, чтобы пока об этом не волноваться, так что справилась быстро.

Ну а потом по просьбе Берты я улеглась на широкую кровать нагишом и следующие полчаса тихонько попискивала и постанывала, когда она своими могучими ручищами действительно невероятно ловко и грамотно «разгоняла кровь».

Ух! Как заново родилась!

После массажа, когда я хотела уже только одного — окончательно растечься по кровати и уплыть в блаженную дрему, опять же Берта выдала мне ночную сорочку и теплый халат. И практически на себе уволокла в гостиную, где меня дожидался откровенно поздний, но ещё тёплый ужин.

Ну всё, я в раю!

И вот совершенно меня не смущает ни обманчиво простое, но невероятно вкусное и сытное рагу с внушительными кусками мяса, ни банальный яблочный пирог, ни чай с ароматом мяты и смородины!

Всё просто идеально!

Особенно обслуживание.

В итоге поела я быстро, с умным видом покивала на слова Берты о том, что выезжаем рано и она сама будет спать в гостиной, где есть топчан для слуг, ну а потом просто ушла в спальню, рухнула на кровать и довольно улыбнулась.

А жизнь-то не так уж и плоха, верно? Всяко лучше, чем жить с предателем и из кожи вон лезть, лишь бы оправдать чужие ожидания. А ведь я помню, как автор писал в одном из эпизодов, что в ряде случаев Эржена вела себя откровенно неестественно, как кукла, которой приказали играть определенную роль — роль будущей императрицы. Была чрезмерно сдержана, чрезмерно рассудительна, никогда не позволяла себе лишнего и словно всегда смотрела на себя чуть со стороны, а на других свысока.

Ну и что в итоге? Девчонку просто выкинули за борт, когда принц влюбился в другую. Более того, этот ган… кхм, мальчик даже не удосужился поговорить с официальной невестой начистоту, дабы вовремя расставить все точки над «и», внаглую встречаясь с Лилианой у неё за спиной, отчего Эржене приходилось слушать сплетни и делать вид, что она выше этого. А принц тем временем жил так, как хотел, наплевав на всё.

Ну и кто в итоге главный злодей? Разрушили девчонке всю жизнь! Карьера, можно сказать, под откос! И может даже замуж больше никто не возьмет?

Тц!

Ну да ладно. Что было — то было.

А о том, что будет, я позабочусь…

Не мучаясь сомнениями и переживаниями, я очень быстро уснула, а вот утром Берта пришла будить меня настолько рано, что я едва ли осознавала, который сейчас час и что ей от меня нужно. В итоге делала всё на автопилоте, позволив девушке себя одеть и заплести, затем что-то даже поела, особо не разбирая и не открывая глаз, спустилась в дилижанс и там снова задремала.

Потянулись дни…

Скучные, серые, однообразные. Чем дальше мы уезжали на север, тем хуже становилась погода и условия, словно мы попали в циклон и даже отчасти другой мир. Хотя что я хотела? Прогресс тут, как я понимаю, крутился лишь рядом со столицей и более или менее благополучными регионами. Пограничье же таковым не являлось. Как мне откровенно запоздало рассказала Берта, этот маг-экспериментатор, виновный в возникновении разломов, чтоб ему пусто было, в принципе очень сильно напортачил и в итоге большая часть сложных амулетов и артефактов в Пограничье просто не работали.

А так как местный прогресс запитан большей частью на магию, то и остальное тоже… не работало!

И с канализацией перебои, и с освещением, и с отоплением. Стыдно признаться, но я только на четвертый день поняла, что наш дилижанс отчасти артефактный и отсутствие тряски, а так же наличие тепла в нем — заслуга магических вещиц. Ну и, кто бы сомневался, на седьмой день, когда осталось доехать каких-то сорок километров, одним махом вышел из строя и обогреватель, и рессорная система, и… что меня безмерно удивило, блокирующий магию браслет.

Мы ехали уже примерно часа полтора, снова выехав по темноте, чтобы успеть приехать в поместье засветло, когда мир вокруг меня подозрительно тренькнул и проявился во всей красе, на миг ослепив и оглушив цветом, звуками и запахами.

Пока я пыталась понять, что происходит, но так, чтобы не привлечь внимание Берты, мы чуть ли не впервые с момента начала пути нашли ухабистую дорогу, а ещё минут через пятнадцать в дилижансе ощутимо похолодало.

— Что происходит? — задала я в целом закономерный вопрос, к этой минуте уже сообразив, что магия сбоит, но хотелось бы услышать и версию Берты.

Та тоже всё это время ехала в отчетливом напряжении, откуда-то из-под сидения вынув внушительный меч в ножнах и положив его себе на колени.

— Разрыв, — произнесла она хмуро. — Где-то совсем рядом. Есть дрейфующие… м-м, скажем так, магические воздушные массы, которые периодически плавают в пространстве. Глазом их не видно и в целом они безопасны. Но когда сталкиваются друг с другом, возникает магически нестабильное пространство и во всей округе перестают работать сложные артефакты и амулеты. Кажется, мы проехали как раз рядом с таким местом.

— Это опасно? — я тоже нахмурилась. — На нас сейчас нападут?

— Не обязательно, — Берта качнула головой. — Не всегда разрывы превращаются в разломы, из которых могут вылезти монстры. Где-то в одном случае из десяти. Мне братья рассказывали. Ну и где-то лишь в одном случае из дюжины разломы действительно крупные настолько, чтобы из них вылезло что-то действительно большое и опасное.

Ага… Ну, это радует. Правда?

— А воздух? — я не спешила расслабляться. — Он уже стал опасным или нет?

— Вот тут не знаю, — Берта покачала головой. — Но вроде как нет. Иначе б в городе уже давно никто не жил. Верно?

Хм, а ведь верно! Если разрывы тут обыденность, то воздух давно должен был стать отравленным повсеместно. И может даже… Не в воздухе дело? А в каких-нибудь магических электромагнитных колебаниях, действующих на психику в моменте?

Почему-то в любовном романе, который я читала (хоть и не сильно внимательно) об этом не было ни слова. А значит, вряд ли вообще проводились исследования. Верно?

То есть… Я могу попробовать провести их сама? Почему это действует только на женщин? И что именно? Может, не в воздухе дело? Может, и на мужчин тоже действует, просто заметно не сразу? А как радиация в малых дозах — поначалу всё нормально, но как накопится критическая масса, то всё — человек уже не жилец.

И главный вопрос дня!

Что мне делать с браслетом? Говорит Берте или нет, что он тоже вышел из строя? Догадается ли она сама его проверить? И как в принципе понять по его внешнему виду, что он нерабочий? Потому что я пока не вижу отличий…

Стараясь не привлекать особого внимания к тому, что делаю, сначала я просто потеребила вещицу, ощупав пальцами, но не найдя ни трещин, ни сколов. Затем положила руки на колени и скосила на них глаза, делая вид, что просто задумалась, а сама изучив браслет визуально, но снова не нашла, за что зацепиться взглядом. За эти дни, откровенно скучая, я изучила его уже досконально, и могла уверенно сказать, что он не потускнел и не покрылся подозрительным налетом, продолжая всё так же ярко сиять и раздражать.

Но был уже не рабочим, это я чувствовала очень хорошо.

Мир стал ярче. Мир стал громче. А по моим венам потекло что-то неуловимо теплое, сладкое и безумно приятное, словно только сейчас я ожила окончательно, а до этого присутствовала в этом мире лишь частично.

И вместе с этим в памяти зашевелилось что-то едва уловимое… Как будто отголоски воспоминаний. Что примечательно — не моих.

О, нет! Только не говорите, что в этом теле до сих пор сидит душа настоящей Эржены! Мне только раздвоения личности не хватало!

Это напугало меня намного сильнее, чем вероятное нападение неведомых тварей из разлома, так что весь оставшийся путь до поместья я провела, как на иголках, в любой момент ожидая услышать в своей голове посторонние голоса и почувствовать нетипичные для себя желания.

Но пока вроде бы всё было тихо…

Только холодно.

Наконец, дилижанс остановился, перед этим ненадолго затормозив перед массивными воротами, которые пришлось открывать, а затем закрывать моим спутникам самостоятельно, и нам с Бертой разрешили выйти. Полдень уже миновал, но мы ещё не обедали, хотя я бы уже не отказалась, но сейчас моим вниманием плотно завладело поместье.

Хм-м…

— Почти замок, — произнесла с удивлением, изучая основательное каменное строение с двумя высокими массивными башнями и центральным трехэтажным корпусом с узкими окнами-бойницами.

— Поместья на севере в большинстве своём все такие, — значимо заявил Курт, подходя ближе. — Прежде тут с гор, бывало, варвары в набеги спускались, в хлипких домишках от них не было спасения. Ну а сейчас их место твари заняли, что порой намного опаснее. Идемте, леди. Посмотрим, где разместиться можно. Мне на последней стоянке передали письмо от управляющего, который тут в последние годы проживал и готовил дом к вашему прибытию. Вы себя как вообще чувствуете? Устали с дороги?

— Немного, — не стала скрывать. — Но в целом терпимо. Действительно, давайте пройдем в дом, погода сегодня определенно не задалась…

Погода и впрямь решила испортиться ещё сильнее и подул порывистый холодный ветер, начало пробрасывать мелким колючим снежком, так что мы с Бертой и Куртом, оставив Шона и Стива распрягать лошадей и заниматься багажом, поторопились в дом, отперев массивную двустворчатую дверь ничуть не менее массивным ключом (его, судя по всему, Курту передали с письмом), и вошли в холодный сумрачный холл, откуда потянуло не просто холодом, а ледяной стужей.

— Бр-р! — не удержалась от сердитого восклицания. — Только не говорите, что тут нет отопления!

— Идемте скорее в каминный зал, — поторопил меня мужчина, тоже неприязненно поведя плечами. — В таких старых замках можно быстро согреться лишь у живого огня.

И мы поторопились на поиски каминного зала. К счастью, планировка первого этажа была простой и мы быстро его нашли, причем я сразу отметила, что помещения чистые, хотя и… простовато-бедноватые. То есть никакой вычурной лепнины и хрустальных люстр, ковров и прочих картин-ваз. Всё строго, лаконично… и мрачно.

Но в целом понятно, почему. Это просто старое здание, где никто не жил хрен знает сколько лет. Смысл в него вкладываться?

Тем не менее паутина под потолком не висела и пыль по углам не клубилась, а рядом с камином нашелся внушительный запас сухих дров, которые Курт разжег в два счета, и уже через несколько минут по помещению поплыли теплые потоки воздуха, позволяя не ежиться каждые три секунды.

Тем не менее я не торопилась снимать пальто и отходить от камина дальше, чем на метр, хотя и повернулась к нему спиной, чтобы осмотреться внимательнее. Центральный зал был большим. Умеренно высокие потолки, подвешенная на цепь массивная люстра в виде колеса с оплывшими свечами вместо магических шаров, каменный пол, каменные стены, узкие высокие окна с толстыми деревянными рамами и мутными стеклами, буквально пара массивных деревянных кресел… И гулкая пустота.

— Да уж, — хмыкнула, чуть кривя губы. — Полноценное средневековье. Интересно, в других комнатах так же холодно и пусто?

Ни Берта, ни Курт не торопились отвечать, тоже осматриваясь, причем я видела, что без особого негатива. Подозреваю, оба не были привычны к той роскоши, в которой с детства жила Эржена, и для них это здание было всего лишь местом несения службы.

А потом Курт достал из внутреннего кармана чуть помятое письмо и вручил мне.

— От управляющего.

Сосредоточенно кивнув, уже согревшимися порозовевшими пальцами я вынула из плотного желтоватого конверта сложенный пополам лист бумаги, развернула и пробежалась по тексту глазами. Господин Вальстам информировал нас, что поместье вымыто, дымоходы прочищены, запас дров пополнен, как и припасы в кладовой, покои для леди на третьем этаже подготовлены, как было велено герцогом, как и ещё две комнаты для слуг рядом с кухней, крыша не протекает, в щели не задувает, а сам он переехал к семье в городской дом, что в Хайтоне. Всё, как велел герцог. Но в случае чего всегда готов помочь советом.

Ага…

И ни слова про канализацию, централизованное отопление и водопровод!

Они тут вообще есть?