Глава 5

Всего из отчего дома мне собрали один вместительный сундук, где лежали самые крупные верхние вещи, шесть чемоданов с одеждой и обувью, ворох шляпных коробок, чемодан нижнего белья и аксессуаров, чемодан книг, включая тетради, и саквояж с косметикой и рукоделием.

Всё это я изучала очень внимательно, тихонько хмыкая каждый раз, когда натыкалась на шелковое бальное платье или атласные туфельки, гораздо больше радуясь шалям, кофтам, вычурной, но тем не менее теплой дубленочке и полноценной шубке.

Шляпки, перчатки, чулки и туфли просто глянула мельком, это всё было совершенно не актуально. Чуть больше уделила внимания украшениям, которых оказалось не особо много, и ничего действительно дорогого. Довольно универсальные серьги, броши, кулоны, жемчужные бусы и браслеты. Никаких колец, колье и диадем. Судя по всему, мне их либо по возрасту пока не полагалось, либо… Родственники посчитали, что тут мне это не нужно.

И в целом были правы. Куда мне их надевать?

Все эти дни я в принципе путешествовала без украшений, лишь в самый первый день по настоянию экономки надев золотые серьги с топазами, но уже на третий день, принимая ванну, сняла их, велев Берте убрать в саквояж, и больше не надевала. Понятно, что, когда выберусь в люди, то придется изображать леди, но тут, в глуши, мне это ни к чему.

При этом я сразу отдельно отложила теплую сорочку, теплый халат и забавные закрытые тапочки-чуни на меху, сама подумав о том, что не помешала бы байковая пижама.

Увы, ни в одном чемодане не оказалось толковых брюк и рубашек, разве что пара шелковых блуз, несколько шерстяных юбок, но очень высокого качества, да вязаные рейтузы. Но это, судя по всему, на зиму. В дороге я ехала в трикотажных чулках, но основное тепло давали нижние юбки, согревая своим количеством, да и в принципе до последнего в дилижансе было тепло. Сейчас же стоило хорошенько задуматься о том, чтобы как минимум до мая ходить в теплых брюках с начесом. Хотя бы на улицу!

А вот интересно… Женщины тут в принципе носят брюки или нет? Помнится, в академии девушкам разрешалось надевать штанишки на физкультуру, но в повседневности требовалось носить платья. А тут?

И я, решив не мучаться, спросила у Берты:

— У тебя есть штаны?

— Конечно, — приятно порадовала меня ответом воительница. И как ни в чем не бывало, добавила: — Нашим кланам личной волей императора дозволено носить штаны наравне с мужчинами уже которую сотню лет. Защищать земли империи в юбках неудобно. А что?

— Тоже хочу штаны, — произнесла твердо. — Я маг. Магам тоже дозволено носить брюки.

Берта бросила выразительный взгляд на браслет-блокиратор, который было прекрасно видно на границе длинных, но узких рукавов дорожного платья, которое я ещё не сменила.

Я же, искренне надеясь, что она не способна понять, что он вышел из строя, с нажимом добавила:

— Даже в блокирующем магию браслете я маг. Минимального уровня, но маг. Одаренная. И этого у меня не отнять. Как и мозгов, и просто рациональности. Носить легкие домашние платья в вымороженном замке — прямой путь к простуде, а то и пневмонии. Сомневаюсь, что в городке есть толковый целитель, да и средств лишних у нас на него нет. Поэтому завтра мы с тобой едем в Хайтон и покупаем мне нормальную одежду.

Подумав, Берта кивнула.

— Хорошо, вы правы. Да и запрета на это не было. Ваши вещи действительно в большинстве своём легкие и летние, не для сурового севера. Скажу Курту, чтобы был готов завтра нас сопровождать. Верхом поедем или в дилижансе?

— В дилижансе, — произнесла с некоторой поспешностью, но потом уже спокойнее добавила: — В мужском седле я в юбках не смогу ехать, а дамское вы вряд ли брали. Да?

— Вряд ли, — согласилась девушка. — Хорошо, и это ему передам. Время к ужину, с вашего позволения займусь им.

— Конечно, иди.

Отпустив девушку, которая уже закончила с моими вещами, но пока не трогала чемодан с книгами, сначала я заглянула в гардеробную, чтобы понять, что и куда она разложила, после чего, наконец, переобулась, сменив узкие дорожные ботиночки на мягкие кожаные чуни с мехом, набросила на плечи шаль и, подхватив довольно тяжелый чемодан со знаниями, перебралась в свой кабинет.

По сравнению со спальней, в комнате было довольно свежо, но это не помешало мне быстро рассортировать книги по полками, в отдельную стопку сложить тетради и брошюры, найти чехольчик с карандашами и чернильницу с перьями, и немного удивиться конверту, который выскользнул из толстого томика «История Скалистых Пиков».

Зачем-то осмотревшись, словно за мной мог кто-то подсматривать, я села в кресло, прикрывшись высокой стопкой тетрадей, вскрыла конверт и достала из него письмо, которое явно предназначалось мне и начиналось со слов «Дорогая дочь…».

Писала мне мать.

В целом послание было коротким, лаконичным… И довольно сухим для той, кто дала этому телу жизнь. Нет, я как бы уже и сама догадалась, что Эржена была лишь способом породниться с императорской семьей, а не любимой дочерью довольно амбициозной четы, но это послание лишь утвердило меня в данной мысли.

Мать сообщала мне, что эта якобы ссылка — не наказание, а всего лишь ступень на пути к цели. Шанс пожить вдали от сплетен и суеты, очистить сознание от лишнего и буквально познать дзен. Ну и заодно отвести от себя всяческие подозрения, потому что… Да-да, трон империи меня всё ещё ждёт.

Поморщившись, когда поняла, что Инсомро планируют либо убить Лилиану, либо устранить как-то иначе, с осуждением качнула головой и вернулась в спальню, чтобы сжечь и конверт, и послание. Не стоит хранить такое, ружья имеют свойство стрелять в самый неподходящий момент.

И, пожалуй, мне стоит всё-таки озадачиться поиском жениха, чтобы, когда пришло время, я была уже не самой подходящей партией для принца. Не хочу. Не моя это судьба.

И не стоит сбрасывать со счетов тот факт, что герцоги могут облажаться.

Запросто!

И тогда я стану уже не просто ссыльной дочерью герцогов, а дочерью преступников имперского масштаба.

А это оч-ч-чень нехорошо!

Увы, я никак не могла повлиять на их действия и решения, тем более отсюда, из практически заброшенного поместья в Пограничье. Самой бы не сдохнуть…

Скривившись, выкинула лишние мысли из головы. Буду жить, как умею. На этот раз действительно своим умом.

И назло всем выживу!

Когда с первичной сортировкой знаний было покончено, я унесла опустевший чемодан в гардеробную, куда сложила остальные чемоданы Берта, и снова прошла в кабинет, где первым делом изучила книги. Их было не сильно много, но и не единицы — почти две дюжины. Половина, что примечательно, о магии, вторая половина, судя по всему, из личной коллекции герцогов: история края, империи, Пограничья и даже семьи Инсомро; затем трактаты об управлении и философии, а так же экономике и политике.

Заинтересованно хмыкнув, решила пока не погружаться во всё это слишком глубоко, для начала отложив рукописную книгу о семье Инсомро, и в эту же стопочку отправился старинный томик «Основы магии» и «Основы целительства». Это, подозреваю, мне стоит выучить первым делом!

Из прочитанного любовного романа я помнила, что магия в этом мире не имеет четкого деления на стихии и окрас, любой маг при должном желании и усердии может и целителем, и некромантом, и демонологом, если выучит соответствующие заклинания, но, конечно же, имелись определенные факультеты, где всему этому целенаправленно учили. Это как в обычных институтах: если идешь на экономиста, то ты не сможешь работать юристом просто потому, что не знаешь, как это делать. Но если пойдешь за вторым высшим образованием, то с легкостью станешь хоть верховным судьей.

Так же и здесь. Заклинаний было ну о-о-очень много! И те, кто учились на бытовиков, просто физически не успевали выучиться на кого-то другого. Специализацию, кстати, выбирали после второго общего курса, к третьему, когда становилось отчетливо ясно, к чему лежит душа.

Учиться дети начинали с четырнадцати, потому что магия в большинстве своём просыпалась именно к четырнадцати. Но бывало и позже, аж до восемнадцати. Естественно, такие дети тоже учились, начиная с первого курса, никаких поблажек им не было.

У Эржены, дочери ну очень одаренных родителей, магия проснулась в двенадцать и уже в четырнадцать девочка на общих основаниях поступила на первый курс, а в девятнадцать заканчивала пятый. Увы, не закончила.

При этом Лилиане на текущий день было всего семнадцать и она числилась первокурсницей, но никто её этим не попрекал, особенно принц.

Нет, не буду о них думать.

Что там у меня с магией?

Вернувшись с выбранными книгами в спальню, где было поуютнее, чем в холодном кабинете, я присела в кресло у камина… И первым делом поставила себе галочку на память: притащить из другой комнаты столик под мелочи, включая книги, а в гостиной поставить полноценный обеденный стол, чтобы есть там. На первом этаже для этого подходит лишь центральная трапезная, но там я точно есть не буду. Во-первых, она мрачная, во-вторых, огромная: обогреть — никаких дров не напасемся.

Пока же я прикрыла глаза и воскресила в памяти всё, что знала о магии Эржены. Несмотря на то, что магия по идее едина и это просто энергия, имелись и определенные особенности. Так называемый «родовой дар». У Эржены это были молнии, как и у её отца, герцога Адриана Инсомро. Именно молнии я по идее могла создавать буквально лишь силой мысли, практически не тратя на это силы. Чтобы делать что-то другое — надо было уже учиться.

И нет, я не стала щелкать пальцами и вопить «трах-тибидох», прекрасно понимая, что нельзя заниматься опасными вещами в закрытом помещении и без контроля опытного наставника. И если последнее мне точно не светит, то насчет первого стоит подумать и со временем организовать уголок где-нибудь на участке. Там, где за мной не будут следить во все глаза мои охранники-надсмотрщики.

Пока же меня интересует теория. Много теории!

И я открыла томик по основам магии…

Книга была рукописной и написана не самым легким языком, но и я была далеко не юной простушкой, так что старательно продиралась через порой весьма затейливый формулировки и аллегории, в целом понимая процентов восемьдесят написанного.

В любом случае торопиться мне было некуда, это я очень хорошо понимала. И понимала то, что нужно быть предельно осторожной, чтобы и себе не навредить, и перед остальными себя не выдать. Как-никак браслет, блокирующий серьезную магию, до сих пор на мне.

Но можно ведь начать с допустимых основ, верно?

Кстати, об этом…

Когда ещё минут через сорок ко мне поднялась Берта, чтобы сообщить, что ужин готов, я первым делом поинтересовалась:

— Ты одаренная?

— Магически — нет, — качнула головой девушка. — Но родовая чуйка есть. Это больше из области духовного, чем магического. Ну и по знахарству многое чего знаю, бабуля обучала. А что?

— Интересно, — улыбнулась мимолетно. — Значит, в случае чего, ты способна оказать качественную медицинскую помощь?

— Ну… — Берта неопределенно дернула плечом. — Смотря какую. Вывих вправить, рану зашить, перелом зафиксировать, правильные травы заварить от кашля и для восстановления крови — этому обучена. А чтоб прям магией — нет.

— Это хорошо, — заверила её. — А что у нас по лекарствам? Есть травы? Бинты?

— У Курта и шовный, и перевязочный материал, — заверила меня воительница. — Трав у меня немного есть, но так… Чутка. А что? Хворь чуете?

— О, нет, — отмахнулась. — Просто на будущее планирую. Когда почую — уже поздно будет думать, где что брать. Может, заодно завтра в городе глянем, какими лекарствами пользуются местные? Чтобы хоть понимать, что к чему и на что рассчитывать, в случае чего.

— Можно, — согласилась Берта, но потом вспомнила, зачем вообще пришла. — Вам ужин сюда нести или как?

— Так, давай подумаем! В идеале я бы хотела есть в своей гостиной. Внизу в трапезной довольно жутко и холодно, не хочу. В каминном зале тепло, но нет нормального стола, только чайный. Ты вообще видела где-нибудь небольшой стол для трапез?

— М-м… — Берта глубоко задумалась, после чего качнула головой. — Нет, ни одного. В двух кабинетах рабочие, в ряде комнат — журнальные и чайные. На кухне есть, но шибко простецкий, вам не по чину будет. Так что только в трапезной.

— Непорядок, — цокнула, причем с легкой иронией. — Завтра посмотрим в городе, может получится прикупить недорогой и приличный, чтобы поставить именно в моей гостиной. А сейчас, так и быть, обновим стол на кухне.

— Так не по чину же, — возразила Берта.

— А мы никому не скажем, — усмехнулась я. — Пошли. Кстати, есть у меня мысль…

По дороге вниз я её и озвучила:

— Знаешь, мне кажется, местная кухня достаточно большая, чтобы там можно было выделить уголок для купальни. Как думаешь? Ну, чтобы не таскать горячую воду ведрами наверх. Это же столько мороки! Сначала горячую наверх, потом грязную вниз… А ты видела лохань, которая тут вместо нормальной ванны? Это же сущее издевательство!

— Ну… наверное, — не очень уверенно произнесла девушка. — Только другой тут всё равно нету.

— Так мы купим! — заявила воодушевленно. — Уж на нормальную-то ванну можно один раз потратиться? И мне будет, где помыться, и вам! Огородим на кухне закуток ширмами и будет нам нормальная купальня. А?

— И нам? — немного недоверчиво переспросила Берта.

— А что такое? — удивилась я в свою очередь. — Ты не любишь мыться?

— Да, нет, что вы… — девушка сдавленно хмыкнула. — Моюсь, конечно. Хотя б раз в два дня стараюсь обтираться. Гигиена тела очень важна, мне это бабуля с детства талдычит. Это и против хворей разный, и в принципе телу закалка. Только я ж привыкла по простому. Ну там… с тазичка.

— Я всё понимаю, — заверила её. — Но зачем жить в плохих условиях, если есть возможность сделать их лучше? Тут и так… всё не очень хорошо. Согласна?

— Надо об этом с Куртом поговорить, — тем не менее заявила Берта, давая понять, что не хочет брать на себя ответственность. — Он у нас по деньгам заведует. В какую цену вам большая ванна обойдется? Может и не потянем.

А, в этом плане…

— Ну да, ты права, — я поморщилась и качнула головой, но потом всё равно упрямо поджала губы, вспомнив ту лохань. — Если не хватит, украшения свои продам!

На это Берта ничего не сказала, лишь странно покосившись, словно не поверила, что я на это способна, ну а потом мы вошли на кухню и девушка махнула рукой в уголок, где действительно стоял небольшой столик и простенький табурет. Туда я и села, причем с самым что ни на есть независимым видом и очень даже сытно и вкусно поела. Всё то же классическое рагу из мяса, картошки и моркови с добавлением лука, но уже свежее, а на десерт — медовые шанежки и печеные яблоки.

Было о-очень вкусно!

После ужина, обсудив с Бертой меню на завтра и заверив, что мне хватит каши, а к чаю — булочку с маслом, и к пробуждению надо будет нагреть немного воды, чтобы было чем умыться, я заинтересовалась странной круглой тумбой неподалеку от очага, накрытой круглой деревянной крышкой. А когда спросила, что это, то с изумлением выслушала ответ Берты:

— Так колодец замковый. В старину их прямо в замках делали на случай осады. Тот, что во дворе, для хозяйственных нужд, а этот — для жильцов.

— Ого… Не знала. Ну тогда тем более надо купальню тут делать! — я махнула рукой в дальний, относительно пустой угол. — Вон там! Только надо придумать, куда воду сливать…

— Ведрами на улицу, — пожала плечами воительница, словно это было очевидным, и снова махнула рукой, но на этот раз на дверь, ведущую в кладовку. — Там ещё один выход на улицу есть, служебный. Прямиком на задний двор.

Мне было интересно и я попросила:

— Покажешь?

— Холодно, — качнула головой девушка. — Вы б без верхней одежды не совались на улицу, леди. Давайте завтра.

Ну, давайте…

Мысленно согласившись, что всему своё время, я поблагодарила за ужин и снова прошлась по всем комнатам, но уже целенаправленно. Несмотря на то, что на улице темнело всё стремительнее, а у нас из освещения были только свечи и факелы, я всё равно сунула свой любопытный нос всюду и нашла для своих нужд в одной из комнат первого этажа подходящий чайный столик и софу, которые можно было поставить в спальне, а пару стульев в гостиную можно было прихватить из трапезной. Всё равно без дела там стоят.