Глава 6

Поднявшись к себе, прикинула, чем заняться. Читать было уже темно, даже рядом с камином. Портить глаза не хотелось совершенно. Ложиться вроде как рано… Ванну принять — и ту негде!

В итоге я плотно задумалась над тем, что вечерами мне будет ну очень скучно, если я, конечно, не придумаю, чем их занять. Причем так, что свет для этого не будет сильно нужен.

Раньше, теперь уже в прошлой жизни, я много читала и иногда смотрела познавательные передачи, причем о самом разном: и о мире, и о технике, и по работе. В нынешних реалиях, где нет ни телевизора, ни смартфонов, ни интернета, этот досуг априори недоступен.

Эржена, если я всё правильно помню, тоже любила читать, но у неё имелись для этого все условия: и комфортная теплая комната, и куча книг, и магические светильники.

Хм-м… Кто мешает мне сделать такой светильник самой? Понятное дело, не прямо сейчас, но со временем! Если память не подводит — это комплексное заклинание именно для освещения. Да, не первого уровня, а третьего, но оно есть. А ещё есть умеренно простые осветительные артефакты, которые по идее не должны ломаться. Их только нужно регулярно заряжать. И уж с этим-то я должна справиться с даже вроде как запечатанным даром!

Осталось понять, где их взять и сколько они будут стоит. А то, может, совсем запредельные деньги? Тогда точно придется чистыми заклинаниями оперировать. Причем так, чтобы никто их моих соглядатаев этого не увидел!

Задачка, конечно… Определенно непростая.

Но что ещё тут делать, как не выдумывать себе задачки?

Можно ещё заняться рукоделием, но опять же, хотя бы минимальное освещение не помешает. Вязание, вышивка, рисование, кружевоплетение — Эржена умела всё. Понятно, что я — не Эржена, но в своё время тоже чем только ни занималась, даже мягкие игрушки шила, из полимерной глины цветочки лепила, а из бумаги — картины в технике квиллинг. Мне многое было интересно, особенно понять — как сильно это влияет на умиротворение. На самом деле всё очень неоднозначно. Если в принципе нравится работать руками и получается красиво — это умиротворяет и душа радуется. Ну а если не дано, то псих разбирает такой, что лучше даже не начинать. Нервы целее будут!

Из всего, что вспоминается прямо сейчас, умеренно простое и необычное — это плетение кружев в технике фриволите. Невероятно ажурные вещи, причем на основе всего двух тонких нитей и трех базовых узелков. Да, это довольно кропотливый труд и ту же тёплую шаль такой техникой не сплести, но в качестве украшений для манжет или воротничок, а то и вместо колье — милое дело. Особенно, если плести из ярких нитей нескольких цветов. Невероятно нежные и одновременно нарядные вещицы можно сделать.

Вышивка шелком — точно не моё, как и вязание крючком. На спицах в принципе люблю, вещи получаются теплыми, объёмными, в условиях сурового севера — самое то. Это и свитера, и носки, и шапки с шарфами. Можно, конечно, и купить, но связать самой, как хочется, да и ещё и время этим занять — тоже немаловажный нюанс.

В итоге я сходила до кабинета и, найдя в стопке среди тетрадей блокнот в кожаной обложке, успешно мимикрирующий именно под пухлую тетрадь, прихватила карандаш и вернулась с находкой в спальню. Не успела порадоваться, что смогу заглянуть в чужое прошлое, чтобы прояснить ряд волнующих меня моментов, как тут же расстроилась — блокнот оказался почти новым, буквально с дюжиной записей и все по поводу учебы: расписание на второе полугодие, да несколько заметок о том, какую книгу взять для доклада и по каким дням собираются старосты.

Ничего интересного. А жаль…

Но я всё равно именно в этот блокнот записала себе для удобства всё, что стоило завтра купить (ну или хотя бы посмотреть цены), чтобы не забыть, когда будем ходить по лавкам. Ну а потом ко мне заглянула Берта с теплой водой для умывания, я умылась, она помогла мне раздеться и переодеться в ночную сорочку и халат, а так же заверила, что проверит ночью камин, и если дрова прогорят, то подкинет новых, чтобы я не замерзла к утру.

Повезло мне всё-таки со слугами… Очень повезло!

Не представляю, что бы я делала, если бы меня сослали в глушь одну!

Нет, понятное дело, что выживала бы своими силами, но, стыдно признаться, я даже не умею правильно разжигать камины! Смотришь на Берту и Курта — вроде всё просто. Смотришь на камин — и «синий» экран перед глазами. Про кухню вообще молчу! Как готовить в условиях средневековья и делать это вкусно — уму непостижимо!

Пока же я просто умылась и легла в приятно мягкую и уютную кровать, где имелось аж четыре подушки (две побольше и две поменьше), а ещё толстое пуховое одеяло и можно было задернуть шторки балдахина, чтобы сохранить внутри побольше тепла. Читала я как-то исторический роман, где писалось именно об этом. Сейчас в комнате было приятно тепло, так что шторки я задергивать не стала, чтобы не очутиться в кромешной тьме, но теплый халат поближе положила, чтобы закутаться в него в случае чего.

И уже лежа в кровати, потихоньку уплывая в сладку дрему, вдруг подумала о том, что стоит ещё немного волосы укоротить. Сейчас у меня роскошная черная грива аж до задницы, но это хорошо лишь тогда, когда за ними есть, кому ухаживать. Понятное дело, если прикажу Берте, она не откажет, но… зачем? На ней и так всё хозяйство будет, если подумать. Тем более сушить их тут, как я поняла, придется естественным путем. Это в дороге, когда я мыла их пару раз на постоялых дворах, нам выдавали артефакт для сушки, тут же такого нет. Да и заплетаться опять же будет намного проще.

Естественно, я не буду стричься «под мальчика», но даже если укоротить их до середины спины — это будет уже намного легче.

Да, так и сделаю… завтра! Уже завтра.

Ночь, как я и надеялась, прошла спокойно, а утром комната порадовала приятным теплом. Воздух был немного суховат, но я понимала, что лучше так, чем мерзнуть.

И первым делом задумалась о том, как спалось Берте. В той жуткой клетушке! Там же ни камина, ни одеяла толком… Ужасные условия!

В итоге, когда девушка пришла ко мне с ведром теплой воды для умывания, я первым делом спросила:

— Не замерзла ночью?

— Свежо было, — последовал уклончивый ответ. — Но вы не волнуйтесь, леди. Я здоровьем крепкая. С детства закаляюсь.

— Это ужасно, — не смогла сдержать эмоций, а когда Берта удивленно на меня посмотрела, я пояснила: — Твоя комната! Крошечная и без отопления. Это ужасно! Может… хотя бы в гостиной спать будешь? Там хоть камин есть, всё теплее. И места для кровати достаточно.

— Не положено, леди, — покачала головой Берта, чуть сдвинув брови. — Я грелку в постель кладу под матрас. Нормально.

— Грелку? — озадачилась.

— Да, это такие железные штуки, — она показала руками что-то большое и плоское. — Нагреваешь их в камине, а потом под матрас. Сразу тепло становится.

— Кошмар… — пробормотала. — А если загорится? Или обожжешься?

— Ну, что вы такое говорите? — Берта обиделась и это было видно. — Я же не растяпа какая.

— Я беспокоюсь, — нахмурилась я тоже. — И не хочу, чтобы ты заболела или покалечилась. Признай, это не замок, это… каторга! И почему просто не согласиться улучшить свои условия? Я же не в казематы тебя гоню!

— Не положено, — насупилась Берта. — А ежель гости какие? Или проверяющий?

— И что? — возразила. — Какое им дело до того, как мы тут выживаем? Гостей я наверх в принципе звать не планирую, хватит с них и каминного зала. А проверяющему главное что? Чтобы я тут торчала и никаких новых козней против леди Дювай не чинила. Или… — я прищурилась, — я чего-то не знаю? Где вообще бумага о том, что мне можно, а что нельзя?

— У Курта, — сразу ответила девушка, после чего помялась и ворчливо согласилась: — Хорошо, ваша правда. Пока холода, лучше поближе к очагу жить. Давайте, уже помогу вам умыться и одеться.

— И подстричься! — выпалила сразу, вспомнив этот немаловажный нюанс.

— А это-то зачем⁈ — всплеснула руками воительница.

— Надо!

— Ох, леди… неужто умом тронулись? — расстроилась Берта, причем, как мне показалось, искренне.

Пришлось заверять девушку, что нет, а потом приводить неоспоримые аргументы, убеждая, что стричься налысо не планирую, а вот подравнять гриву надо.

— Нам обеим легче будет, — заявила напоследок. — И тебе мороки меньше с заплетанием, и голове моей. Знаешь, как иногда давит всё это?

— Догадываюсь, — смягчилась девушка и, вздохнув, сходила в гардеробную, куда вчера унесла моё рукоделие. Там я тоже видела большие ножницы, их-то Берта и принесла, сурово уточняя: — Покуда стричь?

Я вывернула руку, показывая уровень примерно середины спины, после чего села поровнее, Берта меня тщательно расчесала, а потом и отчекрыжила лишнее, тут же спалив волосы в камине.

И ведь реально полегчало!

Хотя казалось бы, от силы грамм двести волос лишилась, но для меня, если подумать, это стало неким символом избавления от прошлого. От того прошлого, где Эржена была всем должна.

Я сейчас должна только себе!

Ну а после этого я, наконец, умылась, затем сама выбрала в гардеробной подходящее по погоде теплое прогулочное платье, не забыв прихватить рейтузы, потому что планировала надеть лишь пару нижних юбок и не больше для удобства ходьбы, Берта меня аккуратно заплела и мы отправились вниз — завтракать. Снова на кухню.

Там меня уже ждала только-только сваренная каша и теплая булочка, ароматный чай и даже заглянувший под конец Курт, хмуро удивившийся тому, что я завтракаю именно здесь.

— Ну а где ещё? — пожала плечами и торжественно вручила ему списочек, который предусмотрительно прихватила с собой. — Смотри. Первым делом я хочу купить небольшой стол для трапез, который мы поставим в моей гостиной наверху на третьем этаже. Топить камин в парадной трапезной ради того, чтобы я там одна ела, нет смысла, комната всё равно не прогреется толком, только дрова переведем. А ещё вон там, — я ткнула пальчиком, — мы поставим нормальную большую ванну, чтобы нормально мыться. Водопровода тут нет, а гигиена важна. Наверх воду таскать, а потом вниз, замучаешься. Да и лохань там — не лохань, а позорище. Лучше тут. И вода рядышком. И сливать проще.

Курт открыл было рот, но я резко вскинула руку.

— И не спорь! Всё равно куплю. А денег не дашь — драгоценности свои продам. Ванна для меня важнее. Потом одежда. Первым делом теплые штаны, удобные рубахи и куртка. Ходить в шелке по ледяному замку — издевательство. Я одаренная, так что штаны мне носить можно. И вообще, даже если кто увидит и заявит, что это повредит моей репутации, сам понимаешь, в реалиях севера и на фоне моей ссылки это не аргумент. Ну и кое-что для рукоделия хочу. Вот. Что скажешь?

Сначала Курт внимательно изучил список до конца, наверняка пробежавшись глазами и по пункту «лекарства» и «освещение», и только после этого внимательно посмотрел на меня и медленно кивнул.

— Возражений нет, всё по делу. Но если по деньгам дорого будет, то на ерунду всякую не выдам.

— Договорились, — усмехнулась. — Тогда начнём с одежды и ванны, остальное на этом фоне ерунда. Сколько вообще нам нужно денег на продукты и прочие базовые вещи в месяц?

— Примерно двадцать золотых.

— То есть примерно восемьдесят я могу спокойно потратить?

Курт кивнул.

Слушайте, это же замечательно! Восемьдесят золотых — это реально деньги! Большие деньги!

— Скажи, нам что-то надо срочно помимо того, что я написала? Может, одеяла теплые? Берта сегодня ночью замерзла. А ты?

— Я такого не говорила! — моментально вспыхнула моя горничная, но я нагло сделала вид, что не услышала её реплики.

Курт же, бросив на Берту мимолетный взгляд, снова посмотрел на меня.

— Да, по мелочи надо разного. Лопату, метлу, тачку под мусор. Ребята начали потихоньку прибираться, не хватает инвентаря. Свечей побольше не помешает. Мы взяли с собой, но этого мало.

— Хорошо, запиши это тоже в отдельный список, купим, — кивнула я. — А одеяла?

— Ну… — Курт неловко помялся, но кивнул. — Да, стоит. Холодно тут, не думал, что так сильно. У парней в доме печка есть, им нормально, а вот в замке комнаты для слуг холоднющие. С вашего позволения, я бы хотел ночевать в зале рядом с камином. Позволите?

Задумавшись, я сначала качнула головой, а потом предложила более рациональный выход:

— Переезжай в кабинет на втором этаже. Он пустой и более удобный, а ещё там есть камин. Комната меньше, прогреваться будет быстрее. Лишнее можно перетащить в библиотеку, там всё равно ничего нет. Будет тебе полноценная спальня и для личных дел пространство останется. Что скажешь?

Сначала Курт тщательно обдумал мои слова, потом внимательно изучил меня и лишь потом благодарно кивнул.

— Спасибо, так действительно будет лучше. В город едем сейчас или позже?

— Сейчас!

— Будьте готовы минут через двадцать, парни подготовят дилижанс.

Мужчина ушел, а вот Берта, дождавшись, когда мы останемся одни, вдруг пробурчала:

— Ну и зачем вы меня позорите?

— Глупости не говори, — произнесла строго. — Признаваться в том, что происходит, не позорно. Позорно умалчивать действительно важные вещи. Сама же слышала, Курт тоже замерз. И заметь, он мудро согласился переехать в более комфортные и подходящие условия. Не потому, что это позорно, а потому что это разумно. Я в курсе, что ты суровая и грозная воительница, но ты ещё и женщина, которой в будущем рожать. Застудишь себе всё, потом поздно будет причитать, что вовремя не убереглась. Или бабуля тебе не рассказывала, чем холод для женщин опасен?

— Рассказывала, — нехотя проворчала Берта, после чего шумно вздохнула и буркнула: — Хорошо, правы вы. Опять правы. Не подумала. Простите за грубые слова.

Кивнула ей, тем самым завершая конфликт, после чего уточнила, где мои пальто с ботиночками (в гардеробной), и отправилась собираться в дорогу. Дело это было совсем несложное и справилась я сама, не забыв поддеть под юбки рейтузы и прихватить шаль и перчатки, чтобы лишний раз не мерзнуть.

Когда спустилась, то увидела, что Шон и Стив ещё запрягают дилижанс, только сейчас толком рассмотрев лошадей, потому что в дороге мы всегда выезжали по темноте и я ещё дремала вполглаза, а до постоялых дворов добирались преимущественно в сумерках и после долгого пути мне меньше всего хотелось рассматривать именно лошадок.

Но сейчас было интересно и я во все глаза рассматривала и сам дилижанс, и крепких скакунов мышиной масти, ну и мужчин заодно. И Шон, и Стив были помоложе Курта и выглядели лет на двадцать пять. Брились начисто, но при этом отращивали волосы, убирая их в короткие низкие хвостики.

При этом оба были одеты скорее удобно, чем тепло: в плотные штаны, крепкие ботинки и кожаные куртки, выглядя при этом скорее, как наёмники, чем как личная гвардия герцога. Но достаточно грозно, чтобы я впечатлилась.

Действовали мужчины невероятно слаженно, явно занимаясь этим не впервые, и уже минут через семь, когда ко мне присоединились и Курт, и Берта, переодевшаяся в брюки, мы отправились в Хайтон. При этом заботливая Берта, помня, что артефактного отопления в дилижансе больше нет, прихватила для меня теплый меховой плед, а Курт и вовсе сунул внутрь под лавку некую железную коробку с небольшими дырками, от которой веяло теплом. А на мой вопрос: «что это?», спокойно пояснил:

— Специальная печка для дилижансов, внутри угли. Так теплее будет.

— А не опасно? — я с сомнением покосилась на конструкцию.

— О, нет. Проверенная временем вещь, поверьте. В этих краях — обычное дело.

М-м, ну, допустим…

К счастью, до Хайтона было относительно недалеко, минут сорок спокойного пути и, даже несмотря на отсутствие артефактных рессор, меня не успело укачать. Погода тоже сегодня выдалась приличной: хоть и подморозило, но небо было ясным, а воздух приятно свежим.

Я упустила момент, когда мы подъехали к городу, чтобы успеть рассмотреть его издалека, определив это только по факту того, что дилижанс притормозил на воротах и кто-то очень грозным хриплым басом поинтересовался, кто мы такие и чего нам надо.

Да ладно? Тут есть КПП?

Самое забавное было в том, что Курт не менее грозно и сурово заявил, что везет леди Инсомро в город за покупками, а стражу надо явно полечить глаза, раз не увидел герб герцогов, которым принадлежат эти земли. В итоге страж что-то проворчал, но едва слышно, я не разобрала, а мы поехали дальше.

Не удержавшись, сдвинула в сторону шторку и действительно увидела, как мы проезжаем массивные ворота в ничуть не менее монументальной стене.

Боже мой… реальное средневековье!