Глава 18

Успех на работе оказался горьковатым. Диану включили в комиссию по выбору нового подрядчика для печати на текстиле. Это была серьезная ответственность — речь шла о больших деньгах. Она ночами сидела над сравнительными таблицами, изучала образцы, звонила по рекомендациям. Голова гудела от цифр и условий договоров.

Как-то вечером, разбирая очередное коммерческое предложение, она наткнулась на знакомое название. Одна из фирм-претендентов была дочерней структурой холдинга Баталовых. Косвенно, через цепочку владения, но связь прослеживалась. Руки похолодели. Совпадение? Или тонкий намек, что они следят за ее карьерой и готовы влезть даже сюда?

Она не стала молчать. На утреннем планерке положила распечатку с выпиской о владельцах перед Ириной и Максимом. — Я не могу объективно оценивать эту компанию. У меня с этими людьми личный конфликт. Это может повлиять на решение. Ирина изучила бумаги, потом посмотрела на Диану. — Спасибо за честность. Фирму снимем с рассмотрения. Твоя репутация для нас важнее скидки в три процента.

Этот эпизод придал Диане уверенности. Раньше она бы стеснялась, боялась показаться параноиком. Теперь — действовала на опережение. Враг не дремал, но и она не спала.

Лена в школе перешла в новую фазу сопротивления. Травля из онлайн постепенно перетекала в реальность. Шепотки в столовой, подложенная в рюкзак записка с мерзким рисунком, «случайно» пролитый на ее тетрадь компот. Подло, мелко, но выматывало.

Однажды после уроков ее окружили в раздевалке три одноклассницы из «популярной» группы. Не физически, просто встали вокруг. — Ленка, а правда, что твоя мамаша психически больная? И тебя скоро в интернат заберут? Лена почувствовала, как кровь приливает к лицу. Но вместо того чтобы опустить голову, она выпрямилась, вспомнив уроки Виктории. — А правда, что вы — безмозглые курицы, которые повторяют чужие слова, потому что своих мыслей нет? — ее голос не дрожал. Он был тихим и очень четким.

Девчонки опешили. Они ждали слез, а не контратаки. — Ты сама… — начала одна, но Лена ее перебила. — Отойди. У меня сегодня тренировка. Научат еще и не так отвечать. Она взяла рюкзак и прошла сквозь круг, оттолкнув плечом самую разговорчивую. Та отступила. Лена вышла из школы, и ноги ее подкосились только за углом, когда она прислонилась к стене. Сердце колотилось, но на душе было горько и светло. Она дала отпор.

Когда она рассказала об этом Диане, та сначала испугалась, а потом обняла ее крепко. — Молодец. Главное — не допускать драк. Слова и уверенность — наше оружие. — Они боятся, когда на них смотрят прямо, — сказала Лена. — Я поняла.

Юлия тем временем копала глубже. Ей удалось выяснить, что у Тимофея действительно серьезные проблемы в институте. Не только хвосты. Один из профессоров готов был дать показания о систематических прогулах и попытках купить зачет, но боялся последствий. Юлия договорилась с ним о встрече анонимно, через доверенное лицо. Если бы его показания добавились к делу, образ благовоспитанного сынка богатых родителей дал бы трещину.

Но и Баталовы не сидели сложа руки. К Диане на личную почту пришло письмо от некоего «доброжелателя». В нем были детали ее графика — во сколько она выходит из дома, каким маршрутом идет до метро, где покупает кофе. Без угроз. Просто факты. Сообщение — мы тебя видим. Всегда.

Она переслала письмо Юлии и в полицию. Но жить с ощущением, что за тобой следят, стало невыносимо. Она сменила маршрут, начала выходить в разное время, перестала заходить в привычные магазины. Это была изматывающая игра в кошки-мышки, на которую уходили душевные силы.

Артур позвонил в пятницу вечером. Голос его был усталым. — Диана. Мой инвестор отказался от сделки. Официально — из-за изменений на рынке. Неофициально — Баталов нашел на него какой-то рычаг. Я теряю крупный контракт. — Мне жаль, — сказала она, и это была правда. — Да ладно. Деньги найдутся. Но я хочу сказать другое. Я видел сегодня того самого Тимофея. В ресторане. Он был не один. С каким-то типом, похожим на частного детектива. Они что-то активно обсуждали. Будь осторожней. Он явно что-то затевает.

После этого звонка Диана не спала всю ночь. Частный детектив. Значит, они ищут компромат. Или готовят новую провокацию. Она проверила все соцсети, ужесточила настройки приватности, предупредила Лену быть внимательнее к новым знакомым в сети.

На курсах самообороны Виктория, заметив их подавленное состояние, отвела в сторону. — Что-то случилось? — Давят, — коротко ответила Диана. — Знаете, главное в самообороне — не дать загнать себя в угол. Ищите пространство для маневра. И помните — их сила в вашем страхе. Отнимите у них этот инструмент.

Эти слова стали для Дианы откровением. Она всю жизнь позволяла другим загнать себя в угол — браком, разводом, безработицей, теперь этими угрозами. Пора искать пространство.

Утром в понедельник она пришла на работу с новым решением. Попросила у Ирины разрешения часть задач выполнять удаленно, пару дней в неделю. Объяснила — необходимость, вопросы безопасности. Ирина, посмотрев на ее серьезное лицо, согласилась. — Только чтобы клиенты не страдали. — Не будут.

Этот маленький шаг — возможность работать из дома — дал ей глоток воздуха. Теперь она могла встречать Лену не впопыхах, а без суеты. Могла варьировать свой график, сбивая с толку возможных преследователей.

Лена, вдохновленная маминым примером, тоже сделала свой ход. Она подошла к школьному психологу, женщине молодой и современной, и все ей рассказала. Не только про Баталова, но и про травлю в школе. Психолог отнеслась серьезно, пообещала подключить социального педагога и провести отдельную работу с классом.

Возможно, это не остановило бы закоренелых хулиганов, но создавало для Лены безопасную зону — кабинет психолога, где можно было прийти и просто выговориться.

Вечером, анализируя день, Диана поняла — они перестали просто отражать удары. Они начали строить свою систему безопасности. Слоями. Работа, школа, дом, закон. Каждый слой был хрупок сам по себе, но вместе они создавали подобие брони.

Перед сном она зашла в комнату к Лене. Та уже засыпала. — Мам, — прошептала она. — А мы справимся? — Мы уже справляемся, — ответила Диана, поправляя одеяло. — Каждый день. Мы просто продолжаем жить. И это и есть победа.

Она вышла, прикрыла дверь. В квартире тихо гудела сигнализация. За окном шумел город. Враги не сдались. Они где-то там, вынашивали новые планы. Но и она была уже не та. Она научилась не ждать удара, а готовить почву под ногами. И эта почва, хоть и зыбкая, уже не позволяла ей провалиться в бездну отчаяния. Они держались. И в этом простом факте была вся их сила на сегодня. Завтра будет новый день. И они встретят его вместе, не опуская голов.