Глава 23. Сложный выбор

Когда я пришла в себя, вокруг суетились люди. В фойе снова было не протолкнуться – все услышали выстрел и выбежали на звук.

Склонившись надо мной, на коленях стоял Эрланд. Вид у него был хмурый, но не взволнованный. Он не походил на человека, переживающего за жизнь другого. Мог бы притвориться, что ему есть до меня дело. От обиды на глаза навернулись слезы. Какой же он бесчувственный.

– Сесть можешь? – спросил Эрланд, протягивая мне ладонь.

Сесть? О чем он? Я умираю! У меня рана в груди. Даже если сердце не задето, скоро истеку кровью. Но этот жестокий человек, схватив за руку, дернул меня на себя.

– Что за наглость! – возмутилась я. – Дай мне умереть спокойно.

– Жаль тебя разочаровывать, – произнес Эрланд, – но ты будешь жить. Подумаешь, приложилась головой об пол. Череп крепкий, оклемаешься.

– О чем ты? В меня стреляли. Вот сюда. – Я опустила голову и посмотрела на солнечное сплетение. Платье на груди было чистым – ни капли крови. Ощупав себя, убедилась, что раны нет. Не считая затылка, ничего не болит. – Но он выстрелил. И попал.

– Это крайне интересно, – кивнул Эрланд. – Ты обязательно расскажешь мне подробности, но не здесь.

Капитан помог мне подняться на ноги. Меня пошатывало, но в остальном все было нормально. Подоспевший маркиз и другие гости суетились вокруг меня.

– Миссис Нейман, позвольте вам помочь, – произнес маркиз. – Мой экипаж ждет на улице, он мигом домчит вас домой.

– Не утруждайтесь. – Эрланд заслонил меня. – Я позабочусь о ней.

– Ах, здесь ваш муж, – заметил наконец маркиз. – Что ж, я вижу, вы в надежных руках.

Мужчины обменялись неприязненными взглядами. Эрланд по привычке опустил руку на пояс, где обычно висела кобура с пистолетом, а маркиз сильнее сжал набалдашник трости, который одновременно являлся эфесом шпаги. Но благоразумие победило – маркиз отступил, предоставив меня заботам Эрланда.

Обняв за талию, капитан повел меня к выходу. Я послушно шла за ним до тех самых пор, пока не увидела мертвеца. Раскинув руки в стороны, на полу в фойе лежал мужчина. Пуля угодила ему примерно в то место, куда должна была поразить меня. Но в отличие от меня у мужчины на груди распустился кровавый алый цветок – рана оказалась смертельной.

Тряпичная маска, которой он закрывал лицо, была сорвана, и Эрланд спросил: не знаком ли мне убийца.

– Впервые вижу, – честно ответила я.

Тогда он повел меня дальше, прокладывая путь между встревоженными посетителями театра. На выходе нас остановили полицейские, прибывшие на вызов. Обычные, не магические. Эрланд что-то шепнул им, и нас выпустили. Будет расследование, но пока я не готова к беседе с представителями закона.

– Что случилось с тем мужчиной? – спросила зачем-то.

– Я его застрелил, – спокойно ответил капитан, как будто не жизнь отнял, а за хлебом сходил.

Любая другая дама на моем месте упала бы в обморок. Ехать в одном экипаже с убийцей! Какой кошмар! Но я лишь передернула плечами. Невзгоды меня закалили. Я уже не та жеманная барышня, что закатывает глаза и обмахивается веером, когда в ее присутствии произносят бранное слово.

– Позже съездишь в участок, дашь показания, – сказал Эрланд, помогая мне сесть в экипаж. Я все еще нетвердо стояла на ногах, и ему приходилось меня поддерживать. – Должна быть причина, почему в тебя стреляли.

– Думаешь, меня хотели убить? – прошептала я. В экипаже вдруг стало неуютно, и я поежилась.

– Разумеется, – кивнул он. – Едва ли тебя с кем-то перепутали. Да и стреляли практически в упор. Одного не пойму, как ты выжила.

– Ты как будто этому не рад?

– Не говори чепухи, – поморщился он. – Конечно, рад. Просто любопытно, как ты избежала пули.

– Чудом! – рявкнула я.

– Ну что ты! – Эрланд пересел ко мне на сиденье, обнял за плечи и притянул к себе. – Главное, ты в порядке, с прочим разберемся.

Подобное поведение – сочувствие, участливый голос – было так на него не похоже, что я мгновенно размякла и едва не заурчала, как уличный котенок, которого наконец приласкали.

– Со мной что-то не так, да? – всхлипнув, опустила голову мужчине на плечо. Я и не знала, что Эрланд способен на нежность, но его поддержка пришлась весьма кстати.

– Полагаю, дело в магии. Кто-то очень сильно постарался обезопасить тебя.

Мы не произносили имя, но оба догадывались, о ком речь. Но если мой защитник известен, то кто желал мне смерти и почему, оставалось загадкой. Ни у меня, ни у Эрланда не было подозреваемых.

– Где-то на тебе сильный амулет, – сказал капитан. – Вспомни, мистер Никто что-то дарил тебе?

Я отрицательно качнула головой, но на середине жеста замерла.

– Что именно? – Мужчина верно истолковал мое замешательство.

– Кольцо. – Я продемонстрировала руку.

– Хм, любопытный сплав. – Нагнувшись, он изучал кольцо. – Кажется, в него добавлены «Чары», а значит, это магический предмет.

– Что оно делает?

– По всей видимости, защищает тебя. Пуля просто растворилась в воздухе, а тебя отбросило волной от ее столкновения с магическим заслоном. Но возможно, кольцо способно на что-то еще. Если хочешь, я могу передать его нашим лаборантам для изучения.

– Но тогда мне придется снять кольцо. – Я высвободила руку и прижала ее к груди. Расставаться с амулетом, спасшим мне жизнь, не хотелось.

– Пожалуй, ты права, – кивнул Эрланд. – Лучше его не снимать. По крайней мере, до тех пор, пока не выяснится, кто заказал твое убийство, и его не посадят. Уверен, происходящее связано с твоим мужем. До встречи с ним на тебя не покушались.

– А мне кажется, дело в заводе, – возразила я. – Кто-то устал ждать, когда я оступлюсь и потеряю его, и решил ускорить события.

Эрланд в ответ только вздохнул. Он не спорил, хотя вряд ли был со мной согласен.

Экипаж подпрыгнул на ухабе, и я, не удержав равновесия, повалилась на спину. Во время падения инстинктивно вцепилась в плечи Эрланда и потянула его на себя. В итоге он навис надо мной, упираясь ладонями в сиденье.

Мы замерли, глядя друг другу в глаза. Меня охватило странное томление, словно струна протянулась от сердца к низу живота. Она все натягивалась и натягивалась, грозясь вот-вот оборваться всплеском эмоций. Сладкое, щемящее ощущение, как преддверие чего-то поистине волшебного.

Мы дышали часто, прерывисто и горячо. Каждый вдох короче предыдущего. От нашего сбившегося дыхания запотели окна в экипаже. Голова закружилась то ли от нехватки кислорода, то ли от того, как крепко мужчина держал меня, придавливая к сиденью своим весом, и от силы его желания, доказательство которого я чувствовала даже через несколько слоев пышной юбки.

Склонив голову, он дотронулся кончиком языка до впадинки на моей шее, словно собирая с кожи капли влаги. Сердце отозвалось на прикосновение яростным стуком.

Я облизнула пересохшие губы, и Эрланд, подняв голову, перевел на них взгляд. А советы Эльзы работают, но все же не так безотказно, как хотелось бы: капитан не торопился меня целовать, но и не отдалялся.

Хватит ждать первого шага от мужчины! Я сама подалась к губам Эрланда. Для благовоспитанной дочери пэра это отчаянный шаг. Пришлось отбросить предрассудки, наплевать на хорошие манеры. Все ради того, чтобы сблизиться с мужчиной, к которому (пора с этим смириться) у меня есть чувства.

Да, я замужем, но сложно построить отношения с человеком, который приходит, когда ему вздумается, да к тому же является главой магической мафии. Это путь в никуда. А Эрланд – вот он. Живой, теплый, настоящий. Не мираж, не тень во мраке, а человек. Желающий меня не меньше, чем я его. Уж в этом сомнений нет.

Наконец наши губы встретились. В голове и теле в этот миг словно взорвались сотни шутих. Поцелуй капитана не обладал привкусом мяты, но от этого он не стал менее сладким, а еще он был яростным и настойчивым.

Когда чего-то долго ждешь, есть риск разочароваться. Но это не тот случай. Сколько бы я ни воображала поцелуй с капитаном магполиции, реальность превзошла фантазии.

Мгновения счастья были бесконечно долгими и бессовестно краткими: Эрланд взял меня за плечи и отстранился. Разом он пресек и поцелуй, и возможное продолжение. Пересев на сиденье напротив, капитан пригладил волосы дрожащими руками. И все это молча, без объяснения причин.

Я не понимала, что стряслось. Бывало, я отказывала мужчинам, и случалось это нередко, но меня отвергли впервые. А это, оказывается, неприятно.

Эрланд, старательно избегая моего взгляда, смотрел в окно. Изо всех сил он притворялся, что ничего экстраординарного не произошло. Я же сморгнула слезы и сделала несколько глубоких вдохов, успокаиваясь. Что со мной не так? Я что, ущербная? Почему мужчины от меня шарахаются? Давно я в себе не сомневалась. Так и до комплексов легко докатиться.

Но здравый смысл подсказывал: причина не во мне, а в чем-то другом. И я очень быстро ее нашла. Ну, конечно! Эрланд с кем-то встречается. Не может привлекательный мужчина в его возрасте быть одинок.

– У тебя есть девушка? – отважилась я нарушить молчание.

Он наконец посмотрел на меня.

– Есть, – его голос звучал хрипло, выдавая недавнее возбуждение.

– Кто она?

– А это важно?

Я покачала головой. Совсем не важно.

Теперь и я отвернулась к окну. Говорить больше не о чем, а обижаться бессмысленно. Напротив, впору восхищаться Эрландом и его верностью. Для мужчин это редкость. Но до чего больно! Похоже, взаимные чувства – не мое. Так уж получается: либо я люблю, либо меня. И пока это ни разу не совпало.

Я вздохнула с облегчением, когда экипаж остановился. Слишком неловкой вышла поездка. Хорошо, что она наконец подошла к концу.

Эрланд в порядке исключения помог мне выйти. Даже руку подал. Наверное, чувствовал себя виноватым за то, что уступил эмоциям. Повезло, что вовремя опомнился.

– Я позвоню, – сказал он.

Я кивнула и тут же торопливо зашагала прочь. Побыть одной – вот что мне необходимо. Я практически бежала до Пристанища. И странное дело, ноги не болели. Куда сильнее ныло сердце. Его боль заглушала любую другую.

У себя я планировала всласть порыдать, но и этого лишили. Стоило войти в комнату, как железные ставни пришли в движение – муж соизволил меня посетить. Я столько дней ждала встречи, но сейчас не была уверена, что хочу ее. Не после того, как страстно прижималась к другому.

Я поспешила сесть в кресло, пока еще светло. Надо взять себя в руки, чтобы не разрыдаться при муже. Если спросит, в чем дело, что буду отвечать? Меня отверг другой мужчина? Ужас, я не просто живу в борделе, а превращаюсь в его обитательницу.

Муж двигался практически бесшумно. Еще в первый раз я заметила – он не пользуется дверью в коридор. Та требует смазки, я бы услышала, откройся она. Он входит как-то иначе. Наверное, в комнате есть потайная дверь.

Кожаное кресло чуть скрипнуло, когда мужчина сел.

– Добрый вечер, Линелла, – произнес он. – Ты, кажется, хотела меня видеть.

Хотела. И уже давно. Но за последние часы все так запуталось, что я растерялась.

– Что-то стряслось? – поинтересовался мужчина.

– В меня стреляли, – призналась я. – И даже попали. Но твое кольцо меня спасло. Спасибо.

Это был просто набор слов. Я говорила одно, но думала об ином. Например, о том, как мне теперь вести себя с мужем. Мы были близки, но потом я захотела другого мужчину. Можно ли это считать изменой, а то, что я планирую сдать его магполиции, – предательством? До чего же я, оказывается, мерзкий человек.

– Ты плачешь? – Мужчина тревожился все сильнее.

Я коснулась своей щеки. Действительно плачу. Слезы сами катились из глаз. А ведь я собиралась быть стойкой и вести себя как ни в чем не бывало. Не вышло. Конечно, муж заметил мои слезы, в отличие от меня он видит в темноте.

Воздух колыхнулся – мужчина наклонился ко мне. Взяв мои руки в свои, он произнес:

– Я рад, что кольцо сработало. Не знаю, что бы я делал, если бы потерял тебя. – Еще одно неуловимое движение, и он на коленях перед моим креслом.

Пальцы осторожно стерли слезинку с моей щеки, а я была в таком раздрае, что уже ничего не боялась. Набравшись наглости, сказала:

– Если я тебе небезразлична, откройся мне. Я хочу знать, за кого вышла замуж.

Он напряженно замер. Даже не дышал. Каким будет вердикт? В мою пользу или нет? Я вдруг решила, если сейчас он сбросит маску, позволит увидеть себя, отдамся ему. Это будет наш договор, он вырастет из доверия, и мы скрепим его взаимной жертвой.

Но, видимо, еще рано. Я слышала, как он вздохнул. Отвечать ни к чему, и так понятно – это отказ. Он пока не готов, и я его за это не виню. Моя связь с магполицией, попытки поймать его и сдать говорят о том, что я предательница. Мне нельзя верить.

Протянув руки, я нашла в темноте его плечи. По шее добралась до лица и, словно слепая, принялась ощупывать его. Очертила подбородок и скулы, чувствуя, как колется щетина. Разлет бровей, ресницы трепещут под пальцами, прямой нос и жесткая линия губ – образ никак не складывался в голове, распадаясь на детали.

Это бесполезно. Руки безвольно упали на колени. Так представления об облике мистера Никто не составить.

– Ты просишь открыться тебе, – сказал мужчина. – Дай мне немного времени, я так и сделаю. Но прежде ты должна выбрать.

– Выбрать? – переспросила я.

– Ты сомневаешься, я вижу. Я не буду торопить. Просто знай, я твой. Быть может, мое имя не принадлежит тебе, мое лицо и тело не принадлежат тебе, но не я. Я принадлежу тебе.

Сказав это, мужчина встал. Пораженная его признанием, я порывалась его удержать, но это походило на игру в жмурки – поймай с завязанными глазами того, кто не хочет быть пойман. Скоро я осталась в комнате одна. Я поняла это по поднимающимся ставням.

Муж ушел. И вероятно, был прав. Я действительно не могла выбрать. Между ним и Эрландом, между прежним укладом и новым.

Да и чем все это закончится? Наша история не похожа на те, у которых благополучный финал. Жили они долго и счастливо – явно не про нас. Дочь пэра не создана для жизни магического мафиози, как и он не создан для моей. Это тупик.