Глава 7

Майремирель

Пять месяцев, как пропала Вейлиана. Я практически забросил учёбу, посещая занятия только для того, чтобы поддержать легенду, о том, что я обычный студент. Все силы уходили на разматывание шпионской цепочки. Выявили ещё одного шпиона, и вот уже второй месяц ведём за ним слежку. Удалось выяснить, что он принадлежит именно к той группировке, из-за которой погибла когда-то драконья пара. Их семья до сих пор скорбела, но не теряла надежды найти свою молодую родственницу, что исчезла в возрасте двух лет, как раз во время гибели её родителей.

С самого начала расследования этой истории, меня интересовала причина, по которой погибли драконы. Ну, не верю я, что это было так просто, из-за якобы мести. Последнее время я всё больше склонялся к мысли, что драконы стали нечаянными свидетелями чего-то, что никто не должен был знать.

Сегодня моя догадка подтвердилась.

Оказалось это давняя история. Много лет назад один тёмный маг нашёл в Синих горах, принадлежащих драконам, интересный минерал, что усиливал магические артефакты. На его беду, на место тайной разработки прибыли студенты Амарастанской Академии на практику. Заметая следы, маг устроил в горах обвал, из-за которого чуть не погибло несколько студентов.

Никто тогда не придал значения странному нахождению в горах тёмного мага, посчитав неприятную встречу случайностью. И вот спустя несколько лет, когда все немного подзабыли эту историю, маг вернулся и вновь активно стал вести разработки. И снова ему помешали, на этот раз молодая драконья пара, что решила провести немного времени вместе с дочкой на прекрасной природе Синих гор.

Видимо, они стали невольными свидетелями ведущейся незаконной разработки. И, скорей всего, просто не поняли всей опасности и не успели уйти оттуда, поплатившись за это своими жизнями. В докладе я читал, что нашли два искалеченных тела, только не смогли найти тельце девочки. А потому посчитали, что малышка могла спастись.

Вот только каким боком здесь Вейлиана? Если бы я не знал, что она человек, то предположил бы, что она и есть та, потерянная малышка. Может быть, она знала или знает что-то об исчезнувшей драконице? Но вот где искать саму Вейлиану? Одни вопросы, на которые пока нет ответов.

Из раздумий меня вырвало рычание моего сверха. Повернув в его сторону голову, с удивлением обнаружил рядом с Лирком маленького рыжего сверха, непрестанно скулящего и пытавшегося, минуя Лирка, добраться до меня.

«Лирк, что случилось? Чей это малыш?» — мысленно спросил я своего сверха.

«Не могу понять хозяин. Он ещё слишком мал, чтобы связанно всё объяснить. Только скулит, что его хозяйке плохо, что её надо спасти. И про какой-то браслет».

Драконица в опасности! Инстинкт защитника заработал в полную силу. Мгновение и Лирк переместился к моим друзьям с вестью о срочном сборе. Ещё через пару минут Симитриэль и Раййенир вышли из портала.

— Когда идём? — сразу спросили ребята, так же как и я преисполненные жаждой деятельности.

«Лирк, сумеешь показать куда идти?» — спросил я сначала у сверха.

«Думаю, да. Показать?»

«Давай».

— Сейчас, Лирк покажет дорогу, — это уже друзьям.

Перенос вышел несколько нестабильным, видимо координаты малыш не сумел передать чётко, поэтому выпали из портала несколько оглушённые. Стали осматриваться.

Глухое местечко. Всё заросло лесом и кустами, старый домик, куда бросился малыш сверх, отчаянно переставляя ещё короткие лапки. Мы кинулись следом, едва придя в себя.

— Симитриэль, оглядись вокруг, — бросил я другу, — кто знает, что здесь водится. Раййенир, осмотри дом, а я займусь драконицей, раз сверх ещё маленький, она тоже либо ребёнок, либо подросток.

Ребята кинулись выполнять поручение, а я направился следом за рыжиком. Ожидая найти ребёнка, я никак не ожидал, что найду в действительности. На постели лежало исхудавшее тело, в котором я еле опознал ту, что столько времени разыскивало столько народу. Подбежав к девушке, быстро просканировал её. Сердечко едва билось, кожа покрылась липким потом от лихорадки, из потрескавшихся губ со свистом вырывался воздух.

Помощь нужна была срочная, ещё немного и уже ничего бы не смогло спасти мою невесту. Самым лучшим было бы перенести её к лекарям, но боюсь, она не сможет перенести портальный переход, а, значит, первую помощь придётся оказывать здесь.

Приложив руки к груди Вейлианы, стал по капле вливать в неё жизненную энергию. Не прерывая процесса, позвал Раййенира.

— Так это ж… — начал удивлённо тот.

— Да, как видишь. Что нашёл?

— Ничего. В смысле вообще ничего. Вейлиана, видимо, жила одна и давно, скорей всего с самого первого дня исчезновения. И вот ещё что, в доме совсем нет продуктов. Из того, что удалось выяснить, могу сказать, что девушка давно сидела на голодном пайке, а в последние дни, вообще, ничего не ела. Даже поразительно, что в таком состоянии она ещё жива, — озабоченно пояснил Раййенир. — Если бы не сверх… А почему с ней сверх?

— Вот и мне интересно, — задумался я, не прекращая вливать в девушку энергию. — Лирк сказал, что малыш назвал её хозяйкой. Но ведь это невозможно, Вейлиана человек! Ладно, выясним это потом. А сейчас найди Симитриэля, пусть дует за лекарствами и едой, да и пусть одежду для девочки чистую найдёт. А ты натопи печь, да найди воды, мне придётся отмыть Веёлиану от пота, вызванного лихорадкой.

Друг кивнул и умчался выполнять указания, а я пытался унять сердцебиение от вдруг пришедшей мысли, что я мог сегодня потерять существо, которое вызывало во мне странное чувство единения.

Влив в Вейлиану ещё немного сил и, убедившись, что её состояние стабилизировалось, пошёл искать хоть какую-то ёмкость, чтобы помыть девушку. Нашёл в сарайчике, захламлённом всякой рухлядью, довольно широкий ушат, в котором могло разместиться тело больной. Вдвоём с Раййениром затащили ушат на кухоньку, сдвинув стол к окну. Растопленная другом печь уже давала тепло, воду, налитую в ушат, согрели магией, на всякий случай рядом поставили ещё два ведра воды. Через несколько минут появился Симитриэль, притащив кучу всякой еды, уже готовой, и где только всё успел найти. В отдельном мешочке обнаружились сборы лечебных трав и небольшие пузырьки с уже готовым лекарством.

Собираясь заняться помывкой Вейлианы, отправил ребят часика на два прогуляться. Ну, не мог я допустить, чтоб ещё кто-то кроме меня видел обнажённое тело девушки. А оно казалось таким хрупким, с кое-где выступающими косточками, и всё равно настолько обжигающе привлекательным, что мне пришлось сдерживать свои порывы приласкать свою невесту. Сейчас на первом месте стояло её здоровье, а желаниям и чувствам время придёт потом.

Осторожно обмывая девушку, почувствовал, как она стала приходить в себя. Её реснички чуть подрагивали, выдавая попытку открыть глаза, но, видимо, слабость была ещё велика, глаза так и не открылись. Осторожно приподняв Вейлиану из ушата, понес её на широкую лавку, где вытерев досуха, одел в удобное домашнее платье и положил в застеленную свежим бельём кровать.

Убедившись, что с Вейлианой всё в порядке, вышел на крыльцо и, свиснув, дал знать ребятам, что можно возвращаться. Сам же найдя в принесённой Симитриэлем еде лёгкую мясную похлёбку, немного подогрел её, собираясь покормить больную.

* * *

Вейлиана

Из лихорадочного забытья меня вырвали лёгкие ласковые прикосновения горячих рук. Затем я почувствовала, что меня куда-то несут и опускают в тёплую воду. Стало так легко и приятно, что хотелось даже мурлыкнуть. Тот, кто обмывал моё многострадальное тело, был нежен, моей благодарности не было предела. Наверное, какая-то сердобольная женщина из деревенских нашла меня и пытается выходить. Хотелось выразить благодарность, но сил не было даже на то, чтобы открыть глаза.

Через какое-то время меня снова куда-то понесли, кажется, одеваться, и снова в кроватку, пахнувшую свежестью. Блаженство! Ещё бы дали чего-нибудь поесть, и я была бы полностью счастлива.

Вот только стала беспокоить одна пришедшая мысль, что ну, не может быть женщина настолько сильна, чтобы таскать моё, пусть и больное, но всё-таки довольно тяжёлое тело.

Мысль прервали прикосновением к губам чашки, из которой в приоткрытый рот полился вкусный тёплый бульончик. Мм, наконец-то, еда. Маленькими жадными глотками стала опустошать чашку. Когда всё закончилась, даже расстроилась, что так быстро, но я понимала, что много сразу после стольких дней голодовки есть нельзя.

Хотела поблагодарить свою спасительницу, но организм упрямо погружался в сон, в котором слышался тихий ласковый голос Майремиреля.

Следующее пробуждение было столь же непонятным. Я снова не смогла открыть глаз, и снова меня кормили, осторожно приподняв при помощи подложенных подушек, странно, она у меня одна была. На этот раз голос Майремиреля слышался явно. Неужели он здесь? Как смог найти? Не придут ли следом за ним те, другие, от которых я пряталась в этой глуши?

Обеспокоенность вызвала приступ кашля.

— Открой ротик, Лианочка, будем лекарство пить, — ласково звучал голос Майремиреля.

Я попыталась было спросить, как он здесь оказался, но в приоткрытый рот полилась вязкая сладковатая жидкость.

— Кушать ещё хочешь? — новый вопрос переключил мысли на естественную потребность оголодавшего организма, и я кивнула.

Кормили меня на этот раз из ложечки, как малыша, но я не сопротивлялась, понимая, что ещё слишком слаба. Вот только кроме голода стали одолевать и другие потребности.

— Мне надо… — чуть слышно прошептала я, покрываясь краской смущения, — надо…

— Сейчас я отнесу тебя.

— Не надо, я сама…

— Ну, куда сама-то, шагу ступить не можешь от слабости, а туда же. И нечего смущаться, я для тебя сейчас господин лекарь. Ведь лекаря стесняться не стала бы? — хмыкнул дракон.

Я вздохнула, спорить не было сил, а потому доверилась рукам «жениха». Вот выздоровею и буду смущаться. Конечно, было дико неудобно и стыдно, но куда деваться.

На третий день я проснулась, почти не чувствуя ломоты в теле, даже смогла открыть глаза, чтобы тут же встретиться взглядом с глазами Майремиреля. Он улыбался, как-то по-доброму, пронзительно нежно.

— Идём мыться? — огорошил меня одной фразой, поднимаясь со старенького стула и направляясь ко мне. — Вода уже согрета, да и надо окончательно смыть с тебя остатки болезни.

Меня вытряхнули не только из одеяла, в которое я судорожно вцепилась, но из одежды.

— Что ты делаешь? — возмутилась я. — Прекрати. Так нельзя!

— Ой, да ладно, что я там ещё не видел. Я тебя уже третий раз буду мыть, так что прекращай писк.

И обнажённую меня подхватили на руки, чтобы через минуту усадить в большой ушат. Как могла я прикрылась руками, дракон на это лишь фыркнул и занялся сначала моими волосами. Но вот когда дошёл до тела, я вновь стала трепыхаться, вот только силёнок было маловато, и меня помыли всю целиком, не обойдя ни одного участка тела. Прикосновения были настойчивыми и в тоже время ласковыми, вызывая во мне слишком приятные чувства.

Когда, вытащив моё разомлевшее тело из воды, его стали растирать мягкой пушистой тканью, я чуть ли не мурлыкала, сидя на таких удобных коленях дракона.

— А скажи-ка мне, Лианочка, от кого ты здесь пряталась? — вырвал меня из сладкой неги вопрос Майремиреля.

А что я могла сказать? Что какие-то ненормальные за мной охотятся? Так ведь не поверит.

— Тебе помочь вспомнить? — вкрадчиво произнёс дракон, между делом проникая горячей рукой под простынку, в которую я была завёрнута, и обхватывая мою грудь.

Я задохнулась от возмущения и… удовольствия, когда пальцы Майремиреля стали чуть сжимать этот участок меня.

— Ну, же, малышка. Или мне сделать вот так?

Я охнула, когда вторая рука дракона очутилась у меня между ног и слегка погладила ТАМ.

Взвившись, стала вырываться из объятий Майремиреля, тихонько захохотавшего. Губы дракона чмокнули меня в маковку, а затем я, продолжающая вырываться, была уложена в постель и укрыта одеялом. Майремирель присел на краешек кровати, наклонился к самому ушку и горячо прошептал.

— Набирайся сил, малышка, и мы обязательно продолжим нашу тесную беседу.

Дракон хотел добавить что-то ещё, но в комнату заглянули его дружки. Симитриэль иронично изогнул бровь, что, видимо, не понравилось Майремирелю.

— На себя посмотри, лиане недоделанный, — фыркнул он.

— Я-то доделанный, а вот с тобой не понятно, женишок недоделанный, — протянул с издевательской ухмылкой Симитриэль.

— Слушай, Май, да поцелуй ты уже её и всё выясни, — предложил Раййенир. — Вот честно, надоело твою кислую физиономию видеть.

Майремирель задумчиво посмотрел на меня. Я по самый нос укуталась в одеяло, смущённо и неуютно чувствуя себя голой под столь ненадёжным укрытием перед тремя взрослыми драконами.

— Ну, не хочешь сам, дай я попытаю счастья, — предложил тут же Раййенир.

Майремирель лишь рыкнул на него, пододвинулся ко мне, сразу же сжавшейся в испуге, и потянул на себя краешек одеяла. И мне пришлось вместе с одеялом, дабы не сверкать обнажёнными телесами перед драконами, податься следом за рукой дракона.

Майремирель пристально смотрел в мои испуганные глаза, завораживая чуть видимыми золотистыми искорками, вспыхивающими в его зрачках. Одной рукой дракон притянул меня к себе, а пальцами другой прикоснулся к трепещущим губам. Время застыло на миг и понеслось быстро-быстро, когда стремительным движением губы дракона впились в мой распахнувшийся в испуге рот.

И испуг растворился во вспыхнувшем ощущении счастья. Майремирель застонал и пустил в ход язык, вызывая во мне бурю чувств. Вся я была захвачена ими, не замечая ничего вокруг, растворяясь в восторге и наслаждении.

— Ну, вот и ответ, — чей-то удовлетворённый возглас на периферии сознания. — Поздравляю.

— Э, ты только, надеюсь, не будешь сразу укреплять связь? — ещё один голос. — Вейлиана для этого пока слишком слаба.

В губы понеслось небольшое рычание, но драконий язык не прекращал творить безобразия у меня во рту.

А вот в голове словно бы кто-то поселился, ликующе крича «МОЯ!».

Шею вдруг стала сдавливать жалящая боль. Я пыталась промычать в терзающие меня губы, что что-то не так. Дракон, почувствовав перемены в моём настроении, отстранился, а я вцепилась в цепочку, что носила, сколько себя помню, она, словно удавка, затягивалась на моей шее, не давая дышать. Майремирель сначала застыл столбом, а потом кинулся помогать мне, пытаясь порвать тонюсенькую, но чрезвычайно прочную цепочку. Его не дюжей силы хватило лишь на то, чтобы позволить мне, сделать несколько судорожных вдохов; и всё началось по новой: жжение, боль, нехватка воздуха.

— Сим! Рай! — дико закричал Майремирель, с ужасом, глядя, как сознание потихоньку покидает меня.

А дальше была лишь боль и темнота.