Глава 4

Эльза заметно побледнела. Сжав губы, она молчала. Только глаза при этом у неё размером соревновались едва ли не с чайным блюдцем.

Я же обворожительно улыбнулся прабабушке, подозревая, что она попросту шутит. А если не шутит, то в целом нет никакой большой беды, если я избавлюсь от кое-чего. Во всяком случае, у многих мужчин со временем сие и так пропадает, так зачем тянуть.

— Я готов пожертвовать волосяным покровом от и до, если это даст возможность существенно улучшить собственные шансы на выживание в этом мире.

Лишь сказав про этот мир, я едва не прикусил в себе язык. Ведь так же легко можно было вскрыть собственные карты. Но, кажется, мои слова восприняли исключительно как оговорку.

— Если ты про аристократический мир, — улыбкой на улыбку ответила княгиня, — то здесь можешь носить любую причёску, хоть лысым ходить, — совершенно верно поняла мою шутку княгиня.

Эльза, кажется, даже забыла, как дышать, всё ещё не понимая, шутим мы с княгиней или нет. Но Елизавета Ольгердовна сама расставила все точки над ё.

— Сейчас это была всего лишь безобидная шутка. Но в каждой шутке, как вы знаете, есть доля правды. В нашем случае, это означает, что причисление к тёмной фракции несёт за собой некие обязательства. Почему-то принято считать, что тьма есть соблазн мучений, соблазн причинения боли, соблазн власти. На самом деле тьма есть ответственность. И чем больше поддаёшься так называемому соблазну, пытаясь захватить как можно больше сил, тем большую плату за это выставляют тебе боги фракции. Иными словами, рациональное использование доставшегося тебе ресурса и рациональное же его развитие влекут за собой счастливое существование. И, напротив, чем больше вы пытаетесь захапать несоизмеримо собственным возможностям и моральным принципам, тем большее наказание придёт со стороны богов.

Я слушал княгиню и чувствовал её искренность. Она истово верила в то, о чём рассказывала, и этим подкупала. К тому же что-то внутри меня не просто верило её словам, но и откликалось на них, интуитивно соглашаясь с ними.

— Я уже говорила вам о том, что сила оставляет отпечаток на своём носителе. Так вот и тебе, Эльза, и тебе, Юрий, все отпечатки достались авансом. Вам ещё предстоит развиться до того уровня, чтобы оправдать их наложение. С одной стороны, вам очень сложно будет с этим смириться в юном возрасте. С другой стороны, получив все эти слабости в более позднем, зрелом возрасте, вы бы относились к ним философски. Собственно, точно так же, как я отношусь к отсутствию у себя глаза. Его заменил глаз другого существа, только это секрет! — княгиня заговорщицки подмигнула нам. — Философски я отношусь и к проблеме с одной из конечностей. Не просто так я хожу с тростью. Наша жизнь — это не череда балов, охот и раутов в высшем свете. Жизнь химеролога — это жизнь воина. Другой вопрос, что нынешняя власть совершенно забыла о том, для кого и для чего был создан так называемый Орден Проклятых или Чёрная Сотня. Но к этому вопросу мы вернёмся несколько позже. Пока же я хочу, чтобы вы понимали, отныне вы друг для друга — самые близкие и дорогие люди.

М-да, княгине бы агитатором работать или политические речи для митингов писать. Она умело влияла словом на неокрепшие умы подростков. Только мне отчего-то казалось, что возраст моей души несколько старше восемнадцати лет нынешнего тела, потому и некоторые финты Елизаветы Ольгердовны я видел незамутнённым взглядом. Княгиня между тем умело продолжать плести словесное кружево, не хуже настоящей паучихи:

— Эльзе будет сложно. Хотя она изначально воспитывалась в семье серого спектра, ей придётся вновь переиначивать свой собственный менталитет и мировоззрение. Что же касается Юрия, я даже не могу представить, с какими мыслями его воспитывали. Но он же нам поведает об этом, не правда ли, правнук?

О, а вот и паутину растянули в виде ловушки.

Ну и что я мог сказать на это? То, что совершенно не помню, что в меня вколачивали Беловы? Собственно, сомневаюсь, что они могли что-либо путное вложить в голову отпрыску тёмных магов. Да и в принципе сомневаюсь, что они какое-либо внимание уделяли ребёнку, кроме моментов, когда получали оплату за его содержание. Поэтому пришлось импровизировать.

Если быть точнее, то в памяти всплывали некие постулаты, однажды кем-то в прошлой жизни вбитые мне в сознание. Их я и решил повторить.

— Опустим вопрос моего воспитания у Беловых. Моё личное мнение, что жить следует так, чтобы нести ответственность за свой род, за его безопасность и процветание. К роду я отношу не только людей по крови, связанных со мной, а, скорее, людей, принёсших мне личную клятву и тем самым вверивших свою жизнь в мои руки. Обоюдная клятва влечёт за собой последствия и обязательства. Именно из этого я исхожу в заботе о роде. Кроме того, обладание силой, властью и магическими способностями несут за собой большую ответственность. Чем больше перечисленные мною факторы, тем больше мера ответственности. А это значит: не причинять напрасного вреда, не бросать в безрезультатные, бескомпромиссные атаки, не проливать лишней крови, не проявлять излишней жестокости. Во всём должен быть принцип рациональности. В случае бескомпромиссных решений я должен первым и нести за них ответственность.

Говорить приходилось рубленными фразами с короткими передышками, чтобы успевать не просто формулировать мысли, появляющиеся в моей голове, но ещё и чётко, раздельно их произносить.

— И ещё. Для меня нет фракций тёмного, светлого либо серого спектра, ибо у силы нет полярности. Полярность есть у пользующегося силой. Лишь его желание, его воля и его намерение придают окраску его деяниям и результату использования имеющихся у него ресурсов.

После каждого слова я видел, как хмурилась прабабка, а уж глаза Эльзы стали до невозможности большими. Непонятно, то ли я вовсе попрал местное существующее мировоззрение, то ли я говорил нечто совершенно непринятое.

Я умолк.

Реакция княгини последовала незамедлительно.

— Мне, конечно, докладывали, что ты в типографии прибирался и читал некие книги. Однако же ничего подобного не могло там печататься. Более того, местный орден за подобные речи обозвал бы тебя еретиком. Но! Большинство из тех тезисов, которые ты произнёс, сделали бы честь мировоззрению любого из существующих нынче аристократических родов. Однако же, к сожалению, всё смешалось в этом мире, и людей, исповедующих схожее с тобой мировоззрение, практически не осталось. Будь готов, что вокруг тебя все будут лгать и изворачиваться. Пытаться для себя выбить больше преференций. Получить как можно больше от тебя, как от княжеского отпрыска. И дать не просто как можно меньше, а подставить и в конечном счёте уничтожить. Как ты правильно выразился, не существует категоричной полярности силы. Есть носитель её использующий. Именно поэтому я хочу, чтобы вы с Эльзой, имея силы из разных спектров и разных фракций, не примыкали к кому-либо одному: тёмным либо светлым, а держались в середине. Возможно, в какой-то мере это может породить ненужные проблемы. Однако же на данном этапе перед нами с вами стоит задача по выживаемости рода. Вы помните алтарь, на котором вы совершали привязку к роду по крови?

Мы с Эльзой кивнули.

— Так вот, большие друзы — это ныне живущие действующие члены рода Угаровых. До вчерашнего вечера их было шестнадцать. Теперь нас восемнадцать. Со временем ваши друзы тоже вырастут и станут заметными, в зависимости от той роли, которую вы будете играть в роду. Однако же, судя по тенденции, наметившейся за последние сотню лет, нас старательно истребляют. Как и все остальные рода, когда-то входящие в Чёрную Сотню. Поэтому, прежде всего, ваша задача — выжить и построить такие отношения в местном аристократическом серпентарии, чтобы ни у кого не возникло возможности вас уничтожить. Желать они могут чего угодно, но возможности иметь не должны.

— Ваше Сиятельство, но ведь один и тот же результат может быть достигнут разными способами. Это может быть сила страха и может быть сила уважения. Какой путь вы выбрали для нас? — произнесла Эльза. Она, наконец-то, слегка успокоилась в ходе нашей беседы с Елизаветой Ольгердовной, взяла себя в руки и смогла связно выстроить собственные мысли.

— Для вас я избираю путь серого спектра. Но инструментарий… Выбирайте тот, который будет предпочтителен в зависимости от предстоящих задач. Природа вас щедро одарила. Не вижу смысла не использовать её дары.

— Означает ли это, что вы отправите учиться нас в коллегиум? — снова поинтересовалась Эльза. — Ведь любые социальные связи необходимо устанавливать ещё с пелёнок. В нашем случае, исходя из нашего происхождения, нам придётся наверстывать упущенные восемнадцать лет жизни.

— Всё верно, дорогая Эльза, всё верно ты понимаешь. Я отправлю вас на обучение в самый престижный имперский коллегиум. И в этом серпентарии вам придётся в скоростном режиме «набивать шишки». Но до осени ещё три месяца. Какие планы у вас на них? Чем бы вы хотели заняться, мои дорогие?

Слишком резким был переход от нашей психологической проработки к вероятному поощрению. Концепцию кнута княгиня решила закрепить пряником на месте. И ведь почти не просчиталась. Увидев, как зажглись азартом и восторгом глаза у Эльзы, я решил вмешаться, прежде чем она скажет нечто такое, что не порадует княгиню.

— В моём случае, потратил бы их на учёбу. Я бы хотел определить, в каких областях имею пробелы знаний для того, чтобы в дальнейшем достойно представлять род в коллегиуме. Я не питаю особых иллюзий о собственном воспитании и обучении, потому три месяца впереди хотел бы посвятить приобретению хотя бы минимально необходимых знаний и навыков для вращения в высшем свете.

Княгиня уважительно кивнула, принимая мои доводы.

— Уже завтра к нам прибудет коллегия преподавателей, которые и определят все слабые места в твоём образовании. Дальше, исходя из этого, будет составлена индивидуальная программа обучения.

— То же самое попросил бы сделать и с моим физическим развитием, — продолжил я сразу озвучивать собственные хотелки. — Особый упор попросил бы сделать на фехтовании, в том числе на обращении с тростью. Судя по тому, что я имею в базовых позициях, это минимально необходимый для меня навык.

Княгиня вновь благосклонно восприняла мои слова и даже пообещала показать несколько приёмов из собственного арсенала.

— Хорошо сдашь наши экзамены, и я закажу тебе в подарок трость, копию моей. Поверь, тебе понравится.

Чем дольше нас слушала Эльза, тем больше понимала, что первоначальные желания высказать все свои хотелки были в корне неправильными.

Услышав мои ответы, а также, уловив реакцию княгини на мои предложения, Эльза, умненькая девочка, тут же решила переобуться в полёте.

— Ваше Сиятельство, я хотела бы пройти обучение идентичное Юрию, а также подтянуть правила этикета для обращения в высшем свете, — принялась высказывать девушка собственные соображения. — Кроме того, остро стоит вопрос не только физических упражнений, но ещё и танцев. Думаю, Юрию он тоже будет критически важен. Вне зависимости от наличия или отсутствия физических дефектов, есть мероприятия, на которых аристократ просто обязан станцевать положенную программу.

Я буквально видел, как Эльза только что заработала дополнительный балл в глазах княгини, да и в моих тоже. Ведь о танцах, собственно говоря, я и не подумал.

Зато девочка подумала ещё кое о чём.

— Также нам необходимо ввести в программу верховую езду. Если я обойдусь самым обычным конем, то Юрию необходимо будет подобрать ездовое животное, которое учтёт проблематику его состояния здоровья.

Это уже было интересно.

Если взять во внимание, что в этом мире существовали самые различные виды ездовых, сие же и означало, что можно подобрать кого-то, с кем моя хромота и моя невозможность подавать сигналы ногами будут учтены.

Я благодарно кивнул Эльзе за то, что она подумала о таких вещах, в отличие от меня.

С другой стороны, я указывал на самые зияющие пробелы в собственном образовании и воспитании. Она же, как и всякая женщина, видела детали и мелочи.

Кроме того, меня интересовал ещё вопрос чистоты крови и родословной, но об этом я решил узнать не напрямую у княгини, а как-нибудь вскользь у кого-либо поставленного меня обучать.

Назначение наследником первой очереди бастарда из главной ветви семьи — это одна ситуация. И совершенно другая ситуация — это из ниоткуда появившийся молодой человек с даром родового химеризма и общей кровью. В нынешней ситуации моё включение в род как сына Виктории бросило бы тень на её тёмную память, но в то же время это был предпочтительный вариант, снимавший разом любые кривотолки о правомочности моего наследования.

В то время как Эльза — изначально потомок смешанного брака между тёмными и светлыми. Отсюда и разнообразный спектр силы. Мне было интересно, какой из вариантов нашего представления обществу выберет княгиня. Но пока лично я решил не спешить с этим вопросом, давая ей возможность самой определиться, как нас представлять.

Пока же нам предстояло три месяца обучения для того, чтобы с блеском вступить в высшую столичную коллегию. У нас наступал период боевого слаживания, где мы с Эльзой должны были представлять собой не просто брата и сестру, наследников одного рода, но ещё и партнёров, всегда прикрывающих друг другу спины и защищающих от любых нападок извне.

Сама Эльза, кажется, тоже начала это понимать, исходя из того, что принялась думать не только о преобразовании собственного облика и устранении пробелов в своём воспитании и обучении, но также и подумала о неких мелочах, упущенных мною из вида. Это было очень важно для меня.

На протяжении сегодняшнего завтрака княгиня коротко обрисовала наш будущий распорядок дня, а именно то, что зачастую у нас будут проходить семейные завтраки и ужины. Обеды она обычно проводит либо в лаборатории, либо отсутствует на них по делам рода.

Соответственно, обедать мы будем в компании друг друга либо в компании привлеченных преподавателей, совмещая обеды с уроками этикета.

Кроме того, за успехи в учёбе нам обещаны выезды в свет на выходных. Так или иначе, княгиня предполагала постепенно выводить нас в люди и приучать высший свет к тому, что у Угаровых появились молодые княжичи, с которыми вскоре предстоит считаться.

Не скажу, что я лично был сторонником этой идеи. На мой взгляд, нас следовало сначала обучить и привести в полную боевую готовность, прежде чем постепенно выводить на боевые позиции.

Однако же я не мог исключить и того момента, что княгиня решила ловить на живца своих недругов и недругов рода. В таком случае достать нас в собственной княжеской резиденции было намного сложнее и гарантировало больше шансов на успех в устранении недругов.

Так или иначе, но нам предстояло провести три весьма насыщенных месяца.

* * *

Глава Ордена Святой Длани видел своим призванием искоренение и уничтожение представителей тёмной фракции. В его понимании все эти тёмные искусства лишь вредили не просто государству, но ещё и смущали умы людей, в том числе и простецов, отвлекая тех от истовой веры в силу церкви и в слово ордена.

Потому вот уже полсотни лет он старательно собирал досье на оставшихся в живых представителей Чёрной Сотни, некогда личной гвардии императора, его самых результативных и безжалостных сторонников. Их называли псами войны за верность и преданность, нынче же они стали распущенными по домам старикам-магам.

Часть из тёмных родов прекратила своё существование по естественным причинам, погибнув в войнах, коих немало вела империя за последние полсотни лет. Ещё часть выродилась силами Ордена, ведь они старательно исподволь устраивали браки сперва с серыми, а после и светлыми магичками либо магами, разбавляли кровь тёмного спектра, превращая тех в верных псов ордена.

Ну и осталась самая закоренелая, закостенелая старая гвардия. Она насчитывала немногим больше пяти родов. И тогда, когда себе в актив глава Ордена уже планировал записать уничтожение ещё одной древней почитаемой семьи, княжеского рода Угаровых, ему принесли копию документа из императорской канцелярии, где магическим оттиском княгини Угаровой Елизаветы Ольгердовны было подтверждено признание и введение в род двух новых отпрысков: Эльзы и Юрия Угаровых, а также назначение их наследниками первой и второй очереди.

Что-то подобное он и ожидал, но всё же надеялся, что старая княгиня сдохнет от благословений, наложенных на неё боевой пятеркой Ордена, раньше, чем сможет провернуть подобный финт. Однако же старая стерва подсуетилась.

Глава Ордена даже себе не мог бы признаться, что с толикой уважения относится к этой женщине. Всё же, условно, её можно было бы считать и представительницей серой фракции, если бы не одно событие. Когда-то, вступив в прямое противостояние с братьями Ордена, она подчистую уничтожила одно из его отделений.

Император, конечно же, простил свою верную магичку и даже не стал особо разбираться в причинах произошедшего. Однако же для главы ордена сам факт уничтожения его братьев невозможно было списать со счетов и просто перевернуть страницу, как будто такового и не бывало в истории их взаимоотношений.

Именно поэтому кровь Угаровых он не просто разбавлял, а уничтожал, старательно вымарывая их имена из истории империи. Что же, выходит, тёмная сучка подсуетилась и на старости лет обзавелась двумя щенками.

Он внимательно вчитался в спектр силы и даже несколько удивлённо вскинул брови.

Неужели? Неужели и её кровь разбавлена? У девушки он увидел классическую триаду, действительно принадлежащую серому спектру: лечение, энергомантия и проклятие. С натяжкой её вполне можно было бы считать крепким представителем серого спектра, а если развить целительство, то с уклоном в светлый.

Главный же наследник и вовсе показал всего лишь два спектра. Первый — наследственная химерология. Второй — ни много ни мало, абсолютно светлейший из светлых представитель магии иллюзий.

Глава ордена даже опешил. Ещё раз перечитав, он задумался. Либо у княгини вовсе не было никакого выбора, раз ей пришлось признать такого отпрыска собственным наследником, либо княгиня что-то скрывает. Он склонен был верить именно в последний вариант. Не бывает, чтобы природа сама не уравновесила классическую триаду.

Тогда остаётся вопрос.

Какой вид магии не определился либо мог быть скрыт княгиней?

Как бы то ни было, глава Ордена предпочитал душить щенков ещё в колыбели, а не ждать, пока они вырастут в бешеных псов и вцепятся ему в горло. А потому он достал из одной из своих прекрасных папочек копию старого письма, добавил к нему небольшую записку и запечатал в конверт, скрепив его магической печаткой.

Позвонив в колокольчик, он дождался появления слуги и передал ему письмо:

— Отправить срочно Керимовым.

Стоило слуге уйти, глава Ордена самодовольно ухмыльнулся и очертил крестиком один день в календаре. Если бы было с кем поспорить, он бы поставил ни много ни мало, а тысячу золотых на то, что щенки бешеной суки Угаровой не доживут и до конца следующего дня.